Мальчишка за миллион

      Вечер субботы слился в одну сплошную сладостную пытку, но утром воскресенья они проснулись из-за громкого звонка телефона. По всей видимости, в прошлый раз это был будильник, потому что в этот раз Феликс сам встал с кровати, взял трубку и о чем-то даже говорил, но сонный Хенджин ни уловил ни слова. Лишь удивленно распахнул глаза, когда Феликс нежно поцеловал его:       — Прости, но мне нужно бежать.       — Уже? Сегодня же воскресенье…       — У меня не бывает выходных по расписанию, — мягко улыбнулся Феликс, снова целуя его и тут же исчезая за дверьми ванной.       Хенджин сонно сел на постели — кажется, его оставили еще и без… белкового завтрака, которого он почти ждал.       Феликс собрался по-военному быстро — Хенджин только дополз до края кровати, а тот уже вышел из ванной с зубной щеткой во рту. Он очень быстро оделся, спокойно выложил на столик у окна пачку купюр — на этом моменте Хенджина снова окатило волной стыда. Еще один быстрый поцелуй, обещание встречи и хлопок входной двери. На столике лежали те же полтора миллиона вон.       Оставаться в номере, несмотря на совет позавтракать, было просто невыносимо — Хенджин тоже быстро оделся, забрал деньги и поспешил покинуть комнаты, где до сих пор стойко пахло сексом. Он ехал в задней части автобуса — в воскресенье было мало людей — и пустым взглядом смотрел на слякотную погоду за окном. На душе было тоже как-то слякотно. Мерзко от самого себя. Полтора миллиона вон словно прожигали его через куртку, и казалось, что все вокруг знают о том, чем занимается Хенджин.       При этом была и другая сторона этой же проблемы — мысли о Феликсе казались каким-то наваждением. Как бы противно ни было Хенджину от всей ситуации в целом, как бы это ни перечило его характеру и воспитанию… он понимал, что согласится снова, лишь бы быть с Феликсом. И не сможет сказать, что не нужно денег. Во-первых, потому что страшно — вдруг исключительно деловые отношения интересуют самого Феликса? Неизвестно ведь почему он позвал его второй раз, причиной может быть как внешность Хенджина, так и условная узость ануса — кто знает, что привлекает этих богатых айдолов? В какие-то высокие отношения он не верил: вряд ли можно полюбить человека за пару ночей безумного секса.       Во-вторых, Хенджин не может отказаться от денег. Это лечение матери, это возможность хоть немного выбраться из долговой ямы, возможность не переживать о том, как он оплатит квартиру себе и маме…       В воскресенье нуны на месте не было — вещи принимал какой-то незнакомый парень. Он с усмешкой косился на яркие синяки засовов, что наставил ему Феликс, но молчал.       — Ты ведь Хван Хенджин? — уточнил он. — Успеешь зайти в агентство, есть работа.       — Я наработался, — сухо ответил Хенджин.       Парень расхохотался:       — Не эта работа, идиот. По модельной части. Сегодня заказчик хочет смотреть парней, кастинг в одиннадцать — ты успеешь.       Хенджин посмотрел на часы — еще не было и десяти, он действительно успеет. Работа модели казалась как-то честнее безумного секса за полтора миллиона, поэтому Хенджин даже не стал огрызаться на безымянного парня, просто кивнул и поспешил в агентство.       Для кастинга, откровенно говоря, был не самый лучший день: с засосами на шее, обветренными от поцелуев губами, растрепанный и… да что уж там, вид у Хенджина был откровенно затраханный. И времени на то, чтобы привести себя в порядок, не было. Он только заскочил в магазин косметики — один был неподалеку от того места, где находился офис агентства, — и купил кушон. Девчонки-консультантки с улыбкой косились в его сторону, но подобрали цвет максимально быстро, издевательски предложив еще успокаивающий бальзам для губ. Хенджин купил и его, тут же намазав им губы. В голове сидела мысль, что приехал он зря — работу все равно не получит, только опозорится.       Менеджер Пак встретила его аханьем и тут же потянула в раздевалку. Сама взялась за спонж, довольно болезненно пристукивая по синякам на шее и ключицах.       — Боже, ты вообще спал сегодня?       — Часа четыре, — честно ответил Хенджин. — Что, зря приехал?       — Вообще-то, они ищут как раз таких, как ты — у них всегда в рекламном каталоге парни твоего типажа, — приговаривала менеджер Пак, оттягивая ворот футболки ниже, чтобы лучше все замазать, — иначе бы мы тебя просто не вызывали. Нужны три парня, на руки получите по пятьсот долларов. Но это скорее шанс — у тебя никогда не было фотосессий такого уровня.       Хенджин понимающе кивнул. Он еще раз умыл лицо в туалете, как смог привел себя в порядок. Мазаться тональным средством полностью он, увы, просто не имел права — моделям на кастинге это запрещено. Растрепанные после сна волосы никак не желали укладываться в подобие прически, поэтому Хенджин сдался и просто занял у кого-то из парней гель для волос и зачесал пряди назад. Выглядит странновато, но ладно.       Он встал в конец шеренги, уговаривая себя хотя бы не зевать перед клиентами. Их было двое: полноватый мужчина в дорогом костюме и высокая женщина — некрасивая, но почему-то очень притягательная какой-то неосязаемой харизмой. Они вдвоем прошлись мимо шеренги, сразу отсеяв большую часть парней. Потом посмотрели портфолио, снова отсеяли часть, чтобы в итоге тихо переговариваться в стороне, обсуждая кого из пятерых оставшихся нанять.       Хенджин чувствовал, что на него постоянно косятся — казалось, что это из-за внешнего вида и такой неухоженной модели работу не получить… но все оказалось ровно наоборот — его выбрали первым, назначив фотосессию уже во вторник.       Вернувшись через несколько часов домой, Хенджин обессиленно упал на кровать. Тело ныло после всех ночных активностей, а напряженный кастинг лишил его последних сил. Хорошо еще, что смены в кафе в этот день не было. Он просто лежал на кровати и думал о том, что все происходящее в его жизни сводит его с ума. И сам не заметил, как уснул.