Кошмарные страсти

      Сиреневая единорожка двенадцати лет стояла перед книжным стеллажом в покоях, выделенных ей во дворце как ученице принцессы Селестии, задумчивым взглядом скользя по названием учебников, философских трудов, жизнеописаний волшебников былых времён (для лёгкого чтения). В комнате горел приглушённый магический свет, льющийся от вставленных в похожую на колесо люстру кристаллов, отражающийся от мебели, стен и ковров приятных тёплых оттенков розового, жёлтого, оранжевого и голубого цветов.       — Это подойдёт, — констатировала маленькая волшебница, снимая с полки толстый томик под названием «Классификация магических воздействий».       Вместе со своей добычей Твайлайт вернулась к низкому просторному креслу, в которое забралась целиком и, облокотившись спиной о подлокотник, открыла книгу на первых страницах.       Голос Спаркл зажурчал негромким ручейком, с каждой новой строчкой звуча всё более увлечённо и выразительно, выдавая погружение своей обладательницы в текст. Вскоре она настолько увлеклась, что уже практически ничего вокруг не замечала, умудрившись позабыть обо всём на свете.       — …По классификации Старсвирла Бородатого магические воздействия делятся на три основных типа: простые, составные и инстинктивные, — перелистнув страницу, сиреневая единорожка подняла взгляд к началу новой строки и облизнула пересохшие губы. — Простые воздействия, нередко именуемые односоставными, представляют собой манипуляции нейтральной или стихийной магией при помощи волевого контроля. К ним можно отнести такие заклинания, как телекинез, светлячок, импульсный толчок. К этой категории относятся полёт пегасов и контактный телекинез, наиболее выраженный у земнопони. При этом стоит помнить исключение, которое гласит о том, что все формы телекинеза могут считаться ещё и инстинктивными магическими воздействиями.       Переведя дыхание и ещё раз облизнув губы, молодая волшебница продолжила:       — Составными называются конструкции из магии, требующие комбинирование двух и большего числа форм и эффектов. В качестве примера можно привести импульсный толчок, являющийся выплеском магии в определённом направлении, который призван оттолкнуть тот или иной предмет от единорога, ну и импульсную сферу, выглядящую как плотный шар с ударными свойствами. Если же добавить в заклинание элемент огня, для чего придётся провести трансформацию нейтральной энергии в стихийную, то оно поднимется на ранг трисоставных, при этом сменив тип воздействия на объект приложения.       Сделав новую короткую паузу, кобылка скользнула глазами по иллюстрациям, предоставленным кем-то из художников, сумевших изобразить все ступени сотворения упомянутых заклинаний. Сама она уже освоила импульсную сферу и даже практиковалась со стихийным преобразованием, но вместо огня по настоянию принцессы Селестии использовала воздух, который хоть и увеличивал ударные свойства, но нёс меньшую угрозу в случае какой-то ошибки.       — К инстинктивным воздействиям, кроме исключения в виде телекинеза, доступного всем пони в той или иной степени, относятся заклинания-таланты, отражение которых проявляется в качестве кьютимарки. Хм… Моя кьютимарка — звезда, которая обозначает магию в целом. Можно ли считать, что все заклинания для меня — инстинктивная магия?       — Очень амбициозное заявление. Одобряю, — прозвучал уверенный жеребцовый голос прямо над ухом.       — Ик! — подскочив на месте, умудрившись захлопнуть книгу и подхватить её телекинезом, Твайлайт извернулась в воздухе и оказалась на копытцах, крупом вжимаясь в противоположный подлокотник кресла. — П-принц Блюблад…       — Собственной персоной, — самодовольно улыбнулся белый единорог, заставив всколыхнуться в душе сиреневой пони негодование, но тут же выражение его морды сменилось на заговорщическое, а затем он подмигнул и приложил копыто к губам, призывая к тишине, чтобы после этого кивнуть на кроватку с зелёно-фиолетовым дракончиком. — Должен признать, что воспользоваться инстинктивным навыком всех школьников засыпать на лекциях слишком сложных для их понимания предметов, чтобы усыпить своего подопечного — это хитрый и удачный ход.       — Я совсем не этого добивалась, — смутилась и возмутилась Твайлайт, чувствуя как начала пылать её мордочка.       — Правда? — жеребец удивлённо вскинул брови. — То есть ты не читала сказку… Спайку… чтобы он уснул?       — Нет… То есть да… То есть… — зажмурившись, кобылка энергично мотнула головой. — Что вы здесь делаете?       — Во дворце… или этой комнате? — сложив передние ноги на противоположном от Спаркл подлокотнике, собеседник уложил на них голову и прищурился. — Ладно-ладно, прекращаю шутить. Но ты должна меня понять: твоя мордочка, когда ты паникуешь, сердишься или смущаешься — это нечто неподражаемое. И вообще… с каких пор мы перешли на «вы»?       «Ты совершенно не помогаешь!», — мысленно завопила кобылка, чувствуя как мордочка буквально горит.       — Я взяла эту книгу, так как именно её мне мама чаще всего читала в жеребячестве, — ответила ученица принцессы Селестии, чем явно удивила неожиданного гостя. — Сказки про принцесс, спасающих принцев от драконов, слишком однообразные… и ничему не учат.       Последние слова кобылка произносила совсем тихо, снова чувствуя накатывающую на неё бурю самых разных эмоций. Впрочем, Твайлайт сумела с собой справиться и потребовать ответ на собственный вопрос:       — Зачем ты пришёл?       Вообще, несмотря на всё прошедшее время, было несколько необычно вот так просто общаться с членом королевской семьи. Спаркл хоть и считали не от мира сего (слишком уж она любила учиться), но как и другие пони, она с материнским молоком впитала уважение к принцессе, а следовательно и к её близким.       — Тётушка попросила нас с Каденс проводить тебя до дома, пока окончательно не стемнело, — спокойно ответил белый единорог, поднимаясь на ноги и отходя к выходу из покоев. — Так что, юное дарование, собирайся и выходи гулять. И… Твайлайт?       — Да? — соскользнув со слишком большого для неё кресла, кобылка посмотрела вслед принцу, что остановился перед дверью и повернул к ней морду, демонстрируя хитрый прищур и заговорщическую улыбку.       — Ты не думала, что была просто слишком маленькой для того, чтобы понять все смыслы тех сказок? — заявив это, Блюблад изобразил таинственный взгляд, а затем скрылся в коридоре.       — Слишком маленькая для сказок для жеребят? — сама у себя спросила сиреневая пони, после чего фыркнула и мотнула головой. — Глупости.       «А что, если он что-то знает?», — тут же пришла в голову новая мысль, заставившая зависнуть в воздухе окутанную телекинетическим полем книгу, так и не долетевшую до стеллажа.       С рациональной точки зрения сама идея, что в книжке для маленьких жеребят может быть нечто важное, чего не поняла сама Твайлайт в юные годы, казалась глупой. С другой стороны, Блюблад был более опытным волшебником, да ещё и дольше учился у принцессы Селестии, а потому мог знать нечто скрытое…       «И почему он просто всё не объяснил?!», — возмутилась про себя кобылка, чувствуя лёгкую досаду, которая превратилась в решимость перечитать старые сказки и во всём разобраться (ну а если не получится, то можно будет и спросить напрямую).       Личных вещей, которые Спаркл брала с собой из дворца в те вечера, когда ночевала дома с родителями было немного: пара блокнотов с записями, письменные принадлежности, гребешок для гривы и носовой платок. Побросать всё это в сумку, носимую на ремне на боку было минутным делом, после чего пришла пора ждать няньку для Спайка (немолодую уже горничную, воспитавшую нескольких собственных жеребят).       …Она, конечно, могла бы брать его с собой домой, дабы получше познакомить с родителями, но малыш быстро уставал и ещё мало что понимал, из-за чего прогулки ограничивались только походами в дворцовый парк.       «Потом, когда Спайк подрастёт, можно будет брать его с собой без опаски. Пока же — следует потерпеть», — улыбнувшись, представив себе сюсюкающуюся с дракончиком маму, Твайлайт подумала, что именно так должна чувствовать себя старшая сестра.       …       Знакомиться со своей маленькой ученицей, но не в образе величественной, могущественной и мудрой аликорницы, а под личиной провинциальной баронессы примерно того же возраста, что и её брат, было занимательно. Твайлайт Спаркл, едва не подпрыгивающая от энтузиазма, забрасывающая старшую собеседницу градом непрекращающихся вопросов, выглядела настолько мило, что приходилось прилагать над собой заметные усилия, чтобы не потрепать её по макушке и не потискать за щёки.       Пока Сани Стар, одетая в лёгкое голубое платье без рукавов и с коротким подолом, на бёдрах переходящим в полупрозрачную сетку для демонстрации кьютимарок, с уложенной в сложную причёску гривой, две пряди коей обрамляли мордочку справа и слева, с накопытниками в виде подошв, удерживающихся на ногах при помощи широких золотистых ремешков, развлекала подопечную, две кобылки и жеребец шагали позади и о чём-то негромко разговаривали. Это было даже иронично: Селестия, решившаяся на этот маскарад ради того, чтобы сблизиться с названной племянницей и пра-пра… просто племянником, вынуждено отыгрывая роль, отвечала на вопросы младшей ученицы.       «Чувствую себя так, словно бы самой себе приказала проводить Твайлайт домой. Нужно будет как следует обидеться на эту троицу, оставившую «бедную провинциалку» отдуваться за всех», — не то чтобы обладательницы красных гривы и хвоста было действительно трудно, да и некоторое удовольствие от нового формата общения-обучения с подопечной она получала, но это было не тем, что ожидалось от вечера.       — В Малых Соснах смену времён года проводят по традициям земнопони: пусть хвойные деревья и не сбрасывают листву, но мы тоже проводим ежегодный осенний забег, как дань традициям основателей. Весной же происходит уборка снега, в которой участвуют все от жеребят и до пожилых пони…       — На самом деле малыми эти сосны уже не являются. Название было дано основателями, когда они только посадили эти деревья, а потом никто не стал ничего менять из-за традиций…       — Я училась в общей школе вместе с пегасами и земнопони. Магии меня учили бабушка и дедушка, после чего мы ездили в город, чтобы сдавать ежегодные экзамены…       Твайлайт всё спрашивала, а маскирующаяся Селестия отвечала, тщательнейшим образом следя за тем, чтобы придерживаться своей легенды. В какой-то момент принцесса дня даже подумала, что её маленькой ученице нужно было становиться не волшебницей, а дознавателем, но тут же выкинула эту мысль из головы. В конце концов любознательность — это отличное качество для великого единорога.       — Мы пришли, — прервала беседу старшей и младшей кобылок Каденс, отделившаяся от группы сопровождения, чтобы догнать увлечённый дуэт.       — Правда? Ой… — оглядевшись по сторонам, только сейчас Спаркл поняла, что они стоят на дороге напротив дома её семьи, где в окнах первого этажа горел магический свет. — Прости, Сани, я тебя совсем заболтала.       «Как же она мило смущается, а ведь ещё минуту назад с таким напором задавала вопросы и возмущалась», — умилилась белая единорожка, позволив себе только лёгкую улыбку.       — Ничего страшного, Твайлайт, мне тоже было интересно познакомиться с такой начитанной леди, — заверила сиреневую кобылку Стар. — Надеюсь, мы ещё с тобой подискутируем? Но на этот раз вопросы буду задавать я.       — Тогда… до встречи, — помахала копытцем младшая пони, видя как открывается входная дверь и на пороге появляется Твайлайт Вельвет. — Мама, я дома…       — А со мной даже не попрощалась, — печальным голосом констатировала Каденс, грустным взглядом проводив сиреневую единорожку. — Мне уже начинать ревновать?       — Ох, Селестия… — прижав ушки к голове, приложив левое переднее копытце к губам, маскирующаяся принцесса округлила глаза. — Каденс, я вовсе не хотела…       — Не волнуйся, Сани, я просто шучу, — улыбнулась розовая аликорница. — Вы правда мило смотрелись вместе. Прямо как… сёстры?       — Скорее уж мать и дочь, — хмыкнул Блюблад, подходя к кобылкам поближе, пока его последняя спутница немного отстала. — Из тебя получится замечательная мать.       — М… Спасибо, — на этот раз Селестия стушевалась по-настоящему, так как эти слова, да ещё в исполнении её… племянника, на которого постоянно не хватало времени всё его жеребячество, звучали очень неоднозначно.       «Могла бы стать хорошей матерью, если бы уделяла этому больше внимания», — заявил внутренний голос, отчего щёки окрасил стыдливый (принятый за смущённый) румянец.       — Так, — принцесса любви высоко вскинула голову и нахмурилась. — Что это ты задумал? Не успел познакомиться с моей подругой, а уже заигрываешь?       — Просто констатирую факт, — не поддался на провокацию жеребец. — Или же ты не согласна с моим выводом?       — Правда они похожи на мужа с женой, которые прожили вместе уже не один год? — громким шёпотом, чтобы её уж точно услышали все, спросила у белой единорожки чёрная кобыла с прищуренными жёлтыми глазами и красными волосами.       «Хитрая же ты… пони, Шэдоу Фловер. Мой опыт буквально кричит, что ты весело будешь общаться с подругой, её жеребятами, а затем, стоит только отвернуться — соблазнишь её мужа. Просто из спортивного интереса», — промелькнуло в голове Сани, которой не все друзья принца нравились, с чем она ничего не могла поделать (да и имела ли моральное право вмешиваться?).       — Кхем… Не могу об этом судить, — дипломатично ответила Стар, тут же перехватывая инициативу в беседе: — Раз всю дорогу сюда Твайлайт сопровождала я, пока вы прохлаждались, моя очередь выбирать следующее занятие.       — Согласна, — легко уступила Каденс, после чего посмотрела на белого единорога вопросительно.       — Резонно, — не стал возражать жеребец.       — Надеюсь, это не будет что-то скучное, вроде ночной картинной галереи, — вроде бы согласилась… но заранее высказала, хоть и завуалировано, свои пожелания чёрная волшебница.       «Чёрная волшебница — хорошее сочетание слов. Шутка, конечно, очевидная, но раз-два в разговоре её использовать будет можно», — отметила про себя принцесса дня.       — Я хочу пойти на ночную выставку… вечерних платьев, — сделав паузу перед тем как объявить намеченную цель, замаскированная аликорница с удовлетворением отметила как мордочка Шэдоу сперва вытягивается, а глаза закатываются к ночному небу, чтобы затем сменить выражение на удивление и даже радость.       — Отличная мысль, — прицокнула копытцами обладательница хитрых жёлтых глаз, растягивая губы в предвкушающей улыбке. — Я знаю отличное место, где мы сможем не только посмотреть, но и примерить понравившееся. А Блюблад как жеребец будет оценивать наш внешний вид. Здорово я придумала?       — Я согласна, — бросив предвкушающий взгляд на единственного в компании жеребца, поддержала идею чёрной единорожки розовая аликорница. — Блюблад, ты ведь не откажешься нас рассудить?       «Ой-ёй… Прости, племянник, но придётся тебе немного пострадать. С другой стороны, из этого может получиться отличная проверка твоих дипломатических способностей. Да и я уже давно не занималась ничем подобным», — успешно задавив вспышку чувства вины при виде страдальческого выражения на морде белого волшебника, мысленно констатировала маскирующаяся аликорница.       …       Тем временем Твайлайт Вельвет утащила дочь на кухню, где младшая кобылка оказалась усаженна за стол и вооружена столовыми приборами, тогда как на столешнице стали появляться салатики, пюре, пирожки. Находящийся тут же Найт Лайт, бросающий весёлые взгляды на жену и дочку, старательно прятал морду за изданием «Кантерлотской правды».       — …Твайли, тебе нужно больше отдыхать, — заявила старшая единорожка, наконец-то присаживаясь рядом. — Перенапряжение глаз никому не идёт на пользу. Посмотри хотя бы на своего отца: он уже десять минут сидит и не понимает, что держит газету вверх тормашками.       — Гхм… Я просто кроссворд разгадываю, — поперхнувшись, нашёл не самую удачную отговорку жеребец, тут же начав переворачивать новостное издание под тихое хихиканье маленькой пони. — А? Вельвет! Я же правильно всё держал…       — Хи-хи-хи… — не выдержала Спаркл, тут же постаравшись вернуть мордочке серьёзное выражение под обиженным взглядом папы.       — Будешь знать, как обманывать свою жену, — вздёрнула носик неофициальная глава семьи. — Твайли, расскажешь нам, чему ты сегодня научилась?       — Сегодня мы повторяли… — начав говорить, сиреневая пони осеклась и задумалась, после чего спросила серьёзным тоном: — Мам, пап, чему такому могут научить жеребячьи сказки?       — Я знаю! Я знаю! — вскинул вверх правую переднюю ногу отец семейства, затем откашлялся в копыто и торжественно объявил: — Добро всегда побеждает.       — А как же «Сказание о Кристальном Городе и короле-тиране»? — скептично выгнула брови старшая Твайлайт. — Я не спорю — короля победили… Но жители города это вряд ли оценили.       — Дорогая, не путай мягкое и тёплое, — снисходительно отозвался Найт Лайт. — Добро обязательно победит, но в отдалённом будущем. Просто эта история ещё не дописана.       — Тогда… «Сказ об Идоле Борея» — это тоже незаконченная история? — иронично выгнула бровки взрослая единорожка.       — Тут всё верно, — отрицательно качнул головой жеребец. — Грифоны готовились к завоевательным походам вот и потеряли свою драгоценность. В итоге — добро восторжествовало.       — Какое-то у тебя одностороннее добро, дорогой, — констатировала мать семейства.       — Нет, это точно не то, о чём говорил Блюблад, — пробормотала Спаркл, тут же оказавшись под перекрестьем взглядов родителей, на мордочках коих отразились интерес и капелька беспокойства (всё же у принца была неоднозначная репутация хитрого и весьма злопамятного дворянина). — Ну… Блюблад сказал сегодня, что… возможно… в жеребячестве я не поняла чего-то важного, что описывается в сказках, так как была слишком маленькой.       — Знаешь, Твайли, а ведь в этом есть смысл, — потёр подбородок единорог.       — Милый, не хочешь пояснить свою мудрую мысль? — наклонилась вперёд Вельвет.       — Конечно, дорогая, — жеребец выпрямился и заявил: — Так как сказки для жеребят пишут взрослые пони, они могут вкладывать в текст какой-то смысл, который понять смогут только другие взрослые. Нет, милая, это не потому, что мы умнее, а из-за того, что у нас больше опыта.       — И как же мне понять, что я упускаю, если этого опыта у меня нет? — насупилась Спаркл, прекрасно понимающая, что ей ещё многому предстоит научиться.       — Есть только один путь: научное исследование! — воскликнул отец семейства, вскакивая из-за стола на ноги. — Вперёд, в семейную библиотеку!       — Стоять, — стукнув копытцом по столешнице, Твайлайт Вельвет заставила мужа и дочь замереть. — Во-первых, уже поздно. Во-вторых, ужин почти не съеден. В-третьих… я тоже хочу что-нибудь исследовать.       — Научная работа — это дело тяжёлое, — почесал затылок Найт Лайт, посмотрел на улыбающуюся сиреневую пони и спросил: — Возьмём маму лаборантом?                   ***       В полумраке «Видящего Ока», удобно устроившись на высоком стуле перед стойкой бармена, коим был белый то ли пегас, то ли единорог с чёрной гривой, сидел молодой синий минотавр. Держа в руках пузатую кружку кваса, двурогий здоровяк слушал речь своего четвероногого собеседника и время от времени кивал.       — …Деньги, связи, доступ к тайным знаниям, а в обмен я хочу только одно… — хозяин бара сделал паузу.       — Мою душу? — подавшись вперёд, спросил обладатель редких для Эквуса природных приспособлений для мелких манипуляций.       — Нет, разумеется, — отрицательно ответил жеребец, после чего добавил вопросительно, разводя передними ногами: — Зачем она мне?       — И очень зря, — стукнув кружкой по столешнице, минотавр начал вещать: — Душа — это очень редкий товар, так как у каждого пони, минотавра, грифона… она может быть только одна. Вторую взять неоткуда. В книжках пишут, что душу можно использовать в артефактах; можно закрепить в теле так, чтобы оно не умирало и не старело; можно перепродать, в конце-то концов. А ты говоришь — не нужна! У меня, между прочим, очень хорошая, большая душа! И я не собираюсь продавать её за бесценок.       — …И откуда у тебя такие познания о душах? — помолчав, осведомился бармен.       — Это секретная информация, — сложил руки на груди минотавр, дождался, пока пони нальёт ему в кружку новую порцию напитка, после чего, якобы неохотно ответил: — Я с одной пони путешествую. Она, в поисках силы и знаний лазает в довольно… опасные места.       — В таком случае, предлагаю тебе всё, что было мной перечислено ранее, в обмен не на душу, а на найденные вами знания, — предложил то ли пегас, то ли единорог, а то и вовсе земнопони обычный. — Но… ты не должен нарушать правило нашего маленького клуба.       — Ага, — кивнул здоровяк. — Первое правило клуба — никому не говорить о клубе!       — Ну так что, Айрон Вилл? — протянув через стойку копыто, хозяин заведения растянул губы в доброжелательном оскале. — Мы договорились?       — Договорились, — после непродолжительного колебания, двурогий гость стиснул копыто собеседника в широкой ладони. — Но не думай, что сможешь меня обмануть.       — И в мыслях не было, — честно ответил бармен. — Но и ты не забывай, что договор со мной… обязывает.       …       — …Вот так я и оказался тут, — закончил свою долгую, но удивительно не информативную речь молодой жеребчик-единорог, после чего его голова окончательно склонилась к стойке.       «После того как у тебя появилась кьютимарка, ты возгордился и бросил свою подругу жеребячества, которая оставалась на тот момент пустобокой. При этом тебе в голову не пришла мысль, что она может получить знак судьбы не хуже, а то и лучше твоего. И вот теперь, когда выяснился неприглядный факт, что твоих сил не хватает на переход в следующий класс Школы Одарённых Единорогов, а на одном только знании теории вытянуть проходной балл уже не получится… начались сожаления и раскаяние. Я бы позлорадствовал, но эта история настолько обыденна в Эквестрии, что к Селестии возникают опасные вопросы. Почему в её школе нет факультета теоретической магии? Туда даже некоторых земнопони можно было бы загнать», — всё это время на морде моей оболочки оставалось участливое выражение, а едва рассказ прекратился — к гостю подъехал стакан «апельсинового сока».       — Знаешь, Санберст, у меня есть пара вариантов того, как тебе можно помочь, — сделав паузу, встречаюсь взглядом с глазами жеребца, в котором загорелась искра надежды. — Существует заклинание, позволяющее одному единорогу… или другому существу, поделиться своей магией с другим. Нет, не бойся: никто никого заставлять отдавать часть своего дара не заставляет. Просто выходит так, что у двух… и большего числа волшебников становится как бы общий запас сил. Именно это позволяло пони прошлого вращать небесные светила, пока не появились аликорны. Со временем же, под действием большего объёма другого волшебника, твой собственный резервуар энергии расширится.       — Спасибо! — жеребчик буквально подскочил на месте. — Спасибо-спасибо-спасибо! Я спасён! Теперь я смогу восстановиться в школе и…       — Стой, — чуть добавив в голос силы, заставляю гостя замереть. — У тебя на присмотре есть кто-то, кто сможет, а главное — захочет поделиться своей магией?       — Эм… Ну… Я… — радость от нахождения решения проблемы собственной неполноценности столь же быстро угасла, сколь быстро появилась секундами ранее. — Я мог бы попросить Старлайт, но она, наверное, видеть меня не захочет.       — Скажи, тебе важно учиться именно в Кантерлоте, или же главное — знания? — чуть опустив голову, заставляю тени скрыть мои глаза, отчего образ должен быть довольно мрачным, на грани со страхом, но не переходя её.       — Хотелось бы… — вздохнул Санберст. — Но главное — это магия. Неважно, где придётся учить и что нужно перенести. Я готов на… многое.       «Идеалист, плюс к тому — немного трус. А ещё — он добрый. Но последнее легко компенсировать подбором правильного напарника», — не уверен, что этот пони мне нужен, но возможность оплести паутиной долгов ещё одну жизнь, да ещё и предоставить одной из помощниц ходячую энциклопедию… будоражит всё моё естество.       — Тогда, мой юный друг, тебя ждёт небольшое путешествие в городок под названием Понивилль. Там тебя встретит волшебница по имени Физлпоп Берритвист…