Кошмарные страсти

Мурлыча себе под нос незатейливую мелодию, одетая в чёрно-белое платье горничной Дасти вошла в спальню своей принцессы и критическим взглядом окинула фронт работ. Несмотря на то, что она искренне полюбила свою госпожу, одновременно изящную и величественную, но при этом терпеливую и заботливую, нельзя было не признать у неё наличия некоторых... черт характера, приближающих розовую аликорночку к образу простой смертной. "Это ли не величайшее доверие, которое принцессы... и принц могут проявить к своим подданным?", - задалась вопросом земнопони, без промедления скидывая на прикроватный коврик тазик с щётками, моющими средствами, пропитанными ароматизаторами салфетками . Тут же она схватилась за смятую простыню, чтобы завернуть в неё одеяло с подушками и, завязав узелком, отправить на пол к входной двери. Достав свежее постельное бельё из шкафа, куда сама же его убирала вчера днём, кобылка ловко застелила постель и уложила на подушку веточку мяты. Следующие пятнадцать минут она вытирала пыль, раскладывала салфетки по тумбочкам и столикам, складывала модные журналы, вперемешку брошенные рядом с окном (словно бы Каденс их лениво листала утром, но её кто-то окликнул, заставив сорваться с места). - Попалась, - прозвучал знакомый голос над ухом, а затем пискнувшая земнопони почувствовала как её обхватывают поперёк груди сильные ноги, заставляя от неожиданности выронить изо рта длинную щётку. - Всё трудишься, как пчёлка. - Ваше... светлость, - вовремя поправилась Дасти, оказавшаяся прижатой спиной к груди сидящего прямо на полу аликорна, чьё самодовольное отражение можно было увидеть в зеркале над комодом с различными украшениями. - Я... - Нет-нет, - укоризненно перебил её принц. - Мы же - не чужие друг другу пони... Верно? На последнем слове правое переднее копыто стало гладить горничную по животу, от чего её дыхание сбилось, мордочка вспыхнула от прилившей крови, а сердце затрепетало в панике. Вставшие торчком ушки тут же прижались к голове, когда одно из них крылато-рогатый жеребец обжёг своим дыханием, заставив затаить дыхание и распахнуть глаза. - Д... Да, - сглотнув, Дасти зажмурилась и замотала головой. - Нет. Не надо... - Так "да", или же "нет"? - насмешливо спросил аликорн, опуская копыто к вымячкам, предательски затвердевшим от смеси страха, возбуждения, стыда. - Впрочем, Дасти, можешь не отвечать. Лучше уж позволь быть первым, кто тебя поздравит... Ты ведь никому ещё не рассказала? - Ч-что р-рассказала? - поджав хвостик и плотно сведя задние ноги, но в то же время не делая попыток вырваться (что у неё всё равно бы не получилось), дрожащим голосом переспросила горничная. - Ты не знаешь? - удивление в голосе принца звучало настолько искренне, что земнопони даже растеряла часть собственной робости, охватившей разум из-за внезапного "нападения". - Не знаю... что? - в момент, когда подол её платья оказался задран, а копыто жеребца прикоснулось к животу уже без преграды в виде ткани, служанка вздрогнула и едва не вскрикнула, прикусив нижнюю губу. - ... Блюблад. - Поздравляю, Дасти, - прочертив по шёрстке круг, племянник принцессы Селестии произнёс ей прямо на ухо: - У тебя будет двойня. - Пре... Что? - уши Дасти вновь встали торчком, глаза распахнулись, а собственные передние копытца схватились за ногу принца, продолжающего её крепко прижимать к себе. - Как?.. - Иногда, когда жеребец и кобылка не просто спят вместе... - поучительным тоном начал объяснять прописные истины аликорн, но закончить свою речь не успел. - Постой, - перебила принца горничная, в эти мгновения окончательно растерявшая первоначальный трепет от неоднозначной ситуации. - Ты... Вы уверены? - Дасти, я когда-либо врал тебе? - с некой даже обидой спросил Блюблад, затем разжал свои объятья (позволив ткани платья снова расправиться), после чего подхватил земнопони подмышки и развернул мордочкой к себе. - Ты беременна. Если не веришь - можешь обратиться в дворцовый госпиталь, чтобы пройти обследование. Впрочем, делать этого я тебя не заставляю, хоть и рекомендую не затягивать. А сейчас прости, но - мне пора бежать: дела не ждут. Заговорщически подмигнув, принц поставил горничную на все четыре ноги, наклонился к её мордочке и... дунул в глаза, заставив зажмуриться, и отступить от неожиданности на один шаг. Когда она вновь подняла веки, то в комнате уже не было никого кроме неё. - Это... Это... - глубоко вдохнув и выдохнув, земнопони уселась на поджатые задние ноги и прикоснулась копытцем к животу. - Это... правда? Вииииииии!!! *** С момента прибытия в Понивилль Голденблад ощущал себя так, словно за каждым его шагом, словом и даже взглядом кто-то следит. Впрочем, ни его напарники по миссии, ни охрана ничего подобного не отмечали, а потому приходилось держать свою паранойю при себе и улыбаться, стараясь не демонстрировать при этом зубы (ведь хищники оскал воспринимают как однозначную угрозу... даже если он сопровождает улыбку). В городке, являющимся скорее уж большой деревней с собственными ратушей и школой, из-за которых поселение и получило свой статус, их встретил молодой единорог по имени Санбёрст. Жеребец был местным библиотекарем и сильно напоминал провинциальную версию Блюсвирла, готового месяцами не вылезать из-за стеллажей книг и с испытательных полигонов. "Вот уж кто точно нашли бы общий язык", - не то, чтобы дворянин считал деревенского книжного червя заслуживающим отношения как к равному, но был вынужден признать, что не все члены его компании разделяют те же взгляды. ...К счастью, от него вовсе не требовалось брататься с проводниками, а минимально необходимая вежливость не отнимала много времени и сил. Куда дольше пришлось ждать пока Форт Нокс посетит семейство фермеров, чтобы лично заключить контракт на поставку продуктов в Кантерлот (что было откровенной блажью Блюблада, с коей пришлось просто смириться). Впрочем, скоротать время помогли вполне неплохие сладости, доставленные охраной из небольшой кондитерской. "Деревенщина тоже на что-то годится. Пожалуй, стоит их как-нибудь наградить. Отправить пару билетов на Гранд-Галопинг Гало? Будет ещё одно развлечение для двора. Хотя... с праздниками, которые устраивали гиппогрифы, это всё равно не сравнится", - воспоминания о диких музыке и танцах, откровенном поведении жеребцов и кобыл, совершенно не стесняющихся придаваться страсти на открытом воздухе где их могли увидеть посторонние, вызывали в душе единорога очень неоднозначные ощущения. ...Не то, чтобы он, Фловер, Нокс или Блюблад были такими уж скромниками, впадающими в ярость или падающими в обморок из-за пошлых шуток. Просто у эквестрийской аристократии не было принято выставлять свои развлечения на всеобщее обозрение, ну а то, чем они занимались за закрытыми дверями - оставалось их личным делом. Из-за этого принцесса Сиквестрии, если бы начала вести себя так, как привыкла на своём острове, быстро приобрела бы репутацию распутной кобылы, от которой было бы очень трудно отмыться. "С другой стороны - кто рискнул бы вызвать недовольство Блюблада распусканием сплетен? Это сейчас он из себя героя изображает, но я то помню, каким он был раньше", - Голденблада даже восхищало мастерство лицедейства, демонстрируемое принцем, что буквально жил избранной ролью, из-за чего его невозможно было подловить на фальши. ...Именно такого результата желал добиться представитель древнего аристократического рода, чтобы быть не просто другом первого жеребца-аликорна (тенью, ну или же - придатком), а самостоятельной фигурой на политической доске. ... "Неплохое, в общем-то место - Понивилль. Самое то, чтобы устраивать разные... развлекательные мероприятия, о которых не следует знать широкой общественности. Не заглянуть ли мне на обратном пути к новообретённому родственнику? Боди, наверняка, будет в восторге! Хи-хи-хи", - щурясь от предвкушения, чёрная единорожка с красными волосами и золотыми глазами уверенно шагала по тропе, проложенной через лес к пещерам алмазных псов, всем своим видом демонстрируя невозмутимость и изящество (не злиться же на то, что их вели не самой короткой дорогой?). Сопровождающие, среди которых были молодой библиотекарь и пара лохматых серых кобелей шли впереди, пегасы летели над головами и замыкали процессию, поднимая пыль своими копытами. Вокруг стояла довольно тёплая, сухая погода, в коей даже такой городской жительнице как Фловер чудились признаки скорой зимы. Когда принц предложил ей участвовать в переговорах со стаей алмазных псов - Шэдоу не колебалась ни минуты: всё же это было очередное приключение, заставляющее кровь быстрее бежать в жилах, а сердце громче биться в груди. Разумеется, это не шло ни по уровню сложности, ни по степени опасности ни в какое сравнение с путешествием в Сиквестрию, да и сам Блюблад переложил ответственность на спину Голденблада. Только вот и в стране гиппогрифов они не ждали особых проблем, а сами на полном ходу влетели в разборки с предателями-мятежниками. "Интересно, есть ли у подземных пёсиков какие-то уникальные традиции, связанные с торжественными событиями? Что-нибудь вроде собачьей свадьбы", - скользнув оценивающим взглядом по кобелям, волшебница попыталась представить ощущения от широких когтистых лап, скользящих по нежной шёрстке, зарывающихся в гриву и сжимающих бёдра. - Сделай мордочку попроще, - негромко произнёс идущий рядом Форт Нокс, после чего добавил: - Если, конечно, не хочешь распугать наших проводников. - О чём это ты? - изогнула бровки в вопросе чёрная единорожка. - На что-то намекаешь?.. - Вовсе нет, - друг пожал ушами, сохраняя невозмутимое выражение. - Я говорю открыто: у тебя взгляд слишком уж хищный. Будь такое внимание направлено на меня - мне бы стало боязно. - Неженка, - фыркнула Фловер, слегка взмахнув хвостом и вздёрнув носик. - Можешь расслабиться: не собираюсь я никого есть. "Во всяком случае - не в прямом смысле этого слова", - добавила кобылка мысленно. - Премного благодарен, о великая воительница, - приподнял уголок рта в улыбке банкир, на что был удостоен снисходительного кивка. ...К счастью, слишком уж большими кругами гостей петлять не заставили, а потому вскоре после обмена шуточными фразами пони вышли на опушку, откуда открывался вид на овраг с довольно крутыми склонами. Чёрная единорожка тут же откинула все посторонние мысли, готовясь исполнять основную задачу, из-за которой Блюблад её сюда и послал - присматривать за друзьями, чтобы их не слишком сильно заносило во время торгов. ... "Обстановка откровенно скудная: отсутствие роскоши понятно, но тут и предметов минимального комфорта практически нет. В то же время самородные кристаллы, пусть и не самые высококачественные, используются как украшения на ряду с клыками животных. Первичный вывод? Следует сделать акцент на прямой продаже мебели вроде кроватей, шкафов, столов, а также посуды, ковров... Уточнение: всё это может быть лишь демонстрацией, призванной проверить реакцию пони на голые каменные стены и самородные кристаллы, прекрасно подходящие для зачарований. Знакомство псов с понивилльским библиотекарем означает, что они как минимум осведомлены о ценах в Эквестрии, а как максимум - уже имеют в личной собственности предметы быта, необходимые для комфортной жизни. Вывод? Вопрос торговли следует отложить на более поздние переговоры, а сейчас нужно сконцентрироваться на предложениях, не несущих прямой материальной выгоды. Во-первых, создание постоянного представительства в Кантерлоте, ну или же Понивилле; во-вторых, подписание документов, закрепляющих право собственности на землю, уже занятую племенем, с условием соблюдения основных законов Эквестрии; в-третьих, предложение помощи в строительстве наземного города, а также школы для щенков. Дополнение к пункту три: начать подготавливать почву для того, чтобы уже в следующем году первые щенки отправились на учёбу в школу Понивилля. В случае согласия - увеличить финансирование школы для расширения преподавательского состава и обеспечения безопасности учеников", - все эти мысли пронеслись в голове Форта Нокса, пока членов делегации пони вели через пещеры в большой подземный зал, где за низким грубым столом сидели двое кобелей и одна сука, возглавлял которых старый даже на вид пёс. - Добро пожаловать в наше логово, пони, - заговорил старик, жестом правой передней лапы указывая на широкий ковёр напротив себя. - Разделите с нами наши кров и добычу. Стоило отзвучать этим словам - из полумрака, который далеко не везде разгоняли сияющие голубым кристаллы, вышла светло-серая собака, которая стояла на задних лапах, а в передних несла вполне себе приличный поднос. Стоило потомственному банкиру и финансисту заметить, что среди угощений нет мяса - он почувствовал облегчение, тут же сменившееся желанием приложить копыто к морде и тяжело вздохнуть, стоило Фловер заявить: - Не знала, что вы охотитесь на морковку. *** В то же время в одном из отнорков подземного поселения алмазных псов, растянувшись на спине, поджав лапы к груди и животу, глядя в потолок лежала белая волчица. Неподалёку от неё, освещая небольшой уголок свободного пространства сиянием собственного рога, на плоском камне сидела вишнёвая единорожка, старающаяся читать книгу о приключениях непоседливой пегаски. - Ску-у-учно. Ску-у-учно. Ску-у-учно... - подвывала Церка, заставляя правые бровь и ухо Физлпоп мелко подёргиваться. - Как же ску-у-учно. - Да замолчишь ты хоть когда-нибудь?! - наконец не выдержала Берритвист, метнув на свою подопечную раздражённый взгляд. - Я не виновата, что тут так ску-у-учно, - прохныкала чейнджлинг, после чего прикоснулась к тёмному пятну на груди и поморщилась. - И больно, вообще-то. Могла бы и проявить капельку сочувствия к жертве собственного произвола. - Я бы с удовольствием проявила милосердие, чтобы ты больше не мучилась, - сверкнула рогом вишнёвая единорожка. - Хнык-хнык... Никто меня не люби-и-ит. Все меня обижаю-у-ут... - снова завыла перевёртыш, сейчас похожая скорее на капризного жеребёнка, нежели могущественного мага, тёмную эфирную сущность, пожирающего эмоции разумных хищника. - Будто бы ты сама на такое отношение не нарываешься, - огрызнулась пони, громко захлопнув книжку (всё равно от чтения не было никакого удовольствия). - Я к тебе со всей душой... - шмыгнула носом волчица. - А я тебя - от всего сердца, - отозвалась Физлпоп. - И вообще... чего ты добивалась? Подставиться под боевое заклинание для того, чтобы показать насколько надёжен принятый облик - это же тупо. - Мне и так плохо, а она ещё и обзывается, - пожаловалась неизвестно кому Церка. - Лучше бы попить предложила. - Хах... - прикрыв глаза, Берритвист подхватила собственную флягу телекинезом и перенесла её к своей подопечной. - Наслаждайся. - Спасибо, - чейнджлинг поморщилась и приняла сидячее положение, после чего перехватила сосуд и ловко открыла крышку. - М-м-м... лимончик. - ... - Берритвист какое-то время смотрела на белую суку, затем отвела взгляд и спросила: - Сильно болит? - Хуже, чем хотелось, но лучше, нежели могло, - обтекаемо ответила перевёртыш. - Ты права: сама виновата. Недооценила одну красивую, но злую пони. Но - оно того стоило. После последних слов сука усмехнулась, потянулась и тут же поморщилась, удерживая себя от желания почесать покрытую мазью кожу. Пони на это фыркнула и отвернулась, прислушиваясь к тишине пещер (всё же на время переговоров стая прекратила все работы, изнывая от ожидания не меньше Церки). - Вишенка, может сыграем во что-нибудь? - после непродолжительной паузы предложила перевёртыш. - В города, например... Хоть отвлечёмся и время быстрее пройдёт. Соглашайся. За тобой должок - не забыла? - С чего это вдруг? - вопросительно изогнув бровки, бросила на собеседницу полный скепсиса взгляд Берритвист. - Не бойся: я буду поддаваться, чтобы ты не проиграла... слишком быстро, - сверкнув льдисто-голубыми глазами, пообещала Церка, сделавшая вид будто не услышала вопроса. - Пф... Не думай, что меня можно поймать на такой дешёвый развод, - осадила белую суку кобылка. - Не будь такой недотрогой - тебе не идёт, - укорила единорожку чейнджлинг, тут же добавив: - Я ведь всё равно не замолчу. А так - хотя бы буду тратить время на то, чтобы вспомнить подходящее название. - ... - последний аргумент и вправду заставил Физлпоп задуматься, после чего она всё же произнесла: - Кантерлот. - Никогда не говори "никогда"... - растянув губы в клыкастой улыбке, волчица ответила: - Троттингем. ...Медленно, сперва через злость и испуг, а затем и другие эмоции, гибрид кошмара и чейнджлинга прогрызала себе путь через стену неприятия, возведённую вишнёвой единорожкой. И пусть этот процесс обещал затянуться не на один день, но спешить Церке было некуда. *** Расправив крылья во всю длину, жёлтая пегаска с бордовыми гривой и хвостом сидела на краю кровати в облачном доме, терпеливо ожидая момента, когда ей будет разрешено подняться. Тем временем жеребчик мятного цвета, стоя на задних ногах и помогая себе балансировать на мягкой поверхности при помощи крыльев, с сосредоточенным выражением мордочки заплетал длинные пряди волос в косички, которые позже предстояло уложить в сложную причёску, изображённую на одной из страниц модного журнала. ...Зефир трудился уже больше получаса, но конца его работе пока что не было видно: лишь половина гривы красовалась косичками примерно одной толщины, тогда как вторая половина свободной волной спадала на спину взрослой пони. У самой Дейзи Вилл было много работы, начиная стиркой постельного белья и заканчивая необходимостью подстричь лепестки разросшихся цветов, горшки с которыми были выставлены на заднем дворе, не говоря уже о полёте за продуктами на рынок... но она ни словом, ни поведением не торопила сосредоточенно сопящего Бриза. В конце концов, не так уж часто юный пегас проявлял подобное упрямство и не сдавался при первой же встрече с трудностями. "Жеребёнку важно знать, что родители... или другие близкие, разделяют его интерес и готовы поддержать не только словами", - мысленно повторила про себя простой, но неожиданно не такой уж очевидный совет взрослая пегаска. ...Дейзи могла придумать множество оправданий, чтобы встать и уйти прямо сейчас, ну или же перенести процедуру на более позднее время изначально. Однако же у неё перед глазами находился живой пример Рэйнбоу Блейза, который не просто обеспечивал дочь средствами для комфортной жизни, но и был для неё настоящей опорой. "И не только для неё", - напомнила себе Вилл, чувствуя прилив смущения от того, что они с мужем так и не смогли дать дочери достаточную поддержку, из-за чего она сама была вынуждена о себе заботиться. ...А ведь они, в отличие от Блейза, живут в полной семье, где один родитель всегда находится дома. - Это последняя, - произнёс Зефир, отступая на несколько шагов, чтобы опуститься на четыре копытца. - Молодец, дорогой, - развернувшись к сыну, жёлтая пегаска провела одной ногой по не самым одинаковым, не слишком ровным косичкам. - Не устал? - Не-а, - замотал головой Бриз. - Сейчас будет самое интересное. - Здорово, - отозвалась старшая пони. - Что надо делать?