Кошмарные страсти

...Этим вечером Кантерлот, который и в обычные дни никогда не засыпал полностью, после захода солнца стал лишь ещё более шумным: несмотря на то, что Гранд-Галопинг Гала оставался мероприятием для избранных и счастливчиков, сумевших получить заветный билет - принцесса Селестия не оставила без внимания остальных жителей и гостей столицы. По её приказу на площадях города были установлены сцены, где готовились выступать молодые и перспективные артисты, дома украсили грозди воздушных шариков и гирлянды бумажных фонариков, торговые лавки предлагали самые разнообразные угощения. И всё же основное действо происходило именно в районе дворца, утопающего в сиянии искусственных огней, равномерно распределённых по всей огороженной забором территории. На площадь, где толпились многочисленные зеваки желающие хотя бы краем глаза увидеть своих кумиров, а уже затем отправиться искать приключения на собственные хвосты - то и дело прибывали колесницы с гостями. Одни из них были запряжены разодетыми в ливреи земнопони, возвышающимися над большинством жеребцов и кобыл за счёт крупного телосложения, другие спускались с небес, будучи влекомыми изящными пегасами. Появление каждого нового гостя, будь то известный всем артист, богатый предприниматель или же дворянин с длинной родословной встречалось возгласами, вспышками фотокамер, дробным стуком копыт по камням площади. В подобной обстановке своя доля внимания доставалась и обычным пони, сумевшим выкупить, ну или же выиграть в лотерею заветный золотистый прямоугольник глянцевой бумаги. ... Простая, без каких-либо изысков и роскоши, но всё же уютная и удобная колесница остановилась перед распахнутыми воротами, от которых начиналась дорожка, что вела через дворцовый парк к ступенькам резиденции королевской семьи и правительства. Куки Крамблс - розовая единорожка средних лет, чуть-чуть набравшая вес после рождения второго жеребёнка, но всё же старающаяся держать себя в форме для своего жеребца и ради дочерей отвела взгляд от окна, за которым колыхалась настоящая толпа. - Готова, дорогая? - спокойный, уверенный голос, прямая осанка, мягкая улыбка на губах - всё это должно было придать уверенности юной кобылке, ёрзающей на своём сидении в нетерпении и тревоге. Рарити - тринадцатилетняя белая единорожка с гривой пурпурно-синего цвета и кьютимаркой в виде трёх ромбовидных бриллиантов вздрогнула, смутилась своей реакции и робко улыбнулась. Старшая пони знала, что её дочь грезит столичной жизнью, приёмами во дворцах аристократов, сценой и роскошью... и всей душой желала помочь ей исполнить свою мечту. Из-за этого она даже пошла на маленькое служебное нарушение на своей работе, при помощи заклинания светлячка просвечивая билеты, на которых были поля со стираемым слоем, чтобы выиграть приглашение на главный вечер года. ...Куки, разумеется, честно купила использованные билеты, среди которых было пятнадцать (!) проигрышных, чтобы коллеги ничего не заподозрили, но себя это ей обмануть не помогло. Впрочем, сияющая улыбка старшей дочки, что лично взялась подготовить для них наряды стоила пары тревожных ночей, когда во сне её хватали стражники принцессы. - Всё будет хорошо, дорогая, - наклонившись, розовая единорожка ткнулась носом в нос младшей кобылки, подмигнула и заявила: - Это твой вечер. Пойдём, покажем столичным снобам, как нужно блестать? - Да, идём, - собравшись с силами, начинающая модельер подскочила со своего места и высоко подняла голову, заставляя косички гривы, в которые были вплетены серебристые ленты колыхнуться, рассыпавшись по шее и плечам. - М... мам? Ты первая. Хихикнув в копытце, вызвав у своей малышки обиженное (сердитое?) сопение, Крамблс поднялась в полный рост и со всем изяществом распахнула дверцу, чтобы в пару шагов оказаться под мерцающим звёздами небом. Тут же прохладный воздух попытался пробраться под шёрстку, которую совершенно не защищала тонкая тюль, укрывающая плечи и спину, спадающая по задним ногам, скреплённая на груди застёжкой в виде серебряной монеты. Вспышки фотокамер, возгласы зрителей удивлённых столь необычным дизайнерским решением как использование тюли для шитья платья, украшенного небольшими кристалликами самородных камней, скользящие по её фигуре взгляды... заставили розовую единорожку почувствовать желание закутаться поплотнее. Однако же она смогла сдержать первый порыв и даже улыбнулась толпе, не забыв подмигнуть одному из фотографов как репетировала перед зеркалом. "Это всё ради Рарити. Нужно просто перетерпеть и не опозориться", - мысленно повторяла себе Куки, стараясь не задумываться о том, что впереди её ждёт встреча с настоящими аристократами, богачами, а возможно - кем-то из аликорнов. ...К гордости матери - Рарити вышла из кареты неспешно, с прямой осанкой и устремив взгляд вперёд. Как маленькая принцесса, укутанная в невесомую вуаль, поблёскивающую некрупными драгоценными камнями (которые сама же и накопала), она встала справа от старшей единорожки, после чего они двинулись навстречу стражникам в золотой броне, стоящим перегораживая ворота. Розовая пони продемонстрировала гвардейцам билет, после внимательного изучения которого жеребцы расступились, приглашая кобылок пройти вперёд. И только когда между ними и площадью осталось не меньше двух дюжин шагов - Крамблс смогла чуть-чуть расслабить плечи и спину, чувствуя себя как после целого дня на работе. "А ведь это только начало. Нам ещё половину ночи предстоит мелькать перед высокородными пони...", - от осознания, что за каждым её движением, каждым словом будут следить, ожидая малейшей ошибки или глупости - мысль попасть на Гранд-Галопинг перестала казаться такой уж хорошей. ...Ведь сейчас её малышка находилась в таком нежном возрасте, когда каждое нелестное высказывание могло оставить психологическую травму на всю жизнь. - Рарити... - обратилась к белой единорожке розовая, но ответа не получила, из-за чего не на шутку встревожилась и повернулась к дочери, придержав её копытцем за плечо. - Рарити, с тобой всё в порядке? - А? Да... - заморгав, младшая пони начала крутить головой с видом, словно только что очнулась, но поняв как выглядит - прижала ушки к голове, потемнев мордочкой. - Просто... это всё как во сне. Я до сих пор не верю, что нахожусь здесь. Мама, ты - лучшая! - Не стоит, дорогая, - ощутив теплоту в груди, растроганная кобылка всё же спросила: - Не хочешь прогуляться по парку? Мы бы могли немного задержаться, чтобы привлечь меньше внимания. - Нет! - практически ужаснулась начинающая модельер широко распахнув глаза, после чего торопливо продолжила: - Я слышала, что в предыдущие разы гостей встречала сама принцесса Селестия. Она же не может стоять у дверей весь вечер, а значит - мы можем опоздать и не увидеться с ней. Идём скорее! Возбуждённо пританцовывая, вздёрнув ушки и приподняв хвост, Рарити первой зацокала копытцами по дорожке в сторону дворца. Её матери на это оставалось только вздохнуть и поспешить вслед за дочерью, в глубине души ощутив укол беспокойства о том, что о её жульничестве станет известно Её Сиятельству. ...Они миновали дворцовый парк почти бегом, замедлившись только перед ступеньками, что вели ко входу в величественное здание, возвышающееся над гостями будто скала. Подняв же взгляд наверх Куки не увидела белоснежную крылато-рогатую пони, плакаты с которой можно было найти даже в самой отдалённой деревне, но вместо неё у дверей стояли двое других пони: белоснежный принц с золотой гривой и розовая принцесса в изящном наряде, подчёркивающем природную грацию аликорницы. - Добро пожаловать во дворец, юная мисс, - поприветствовал остановившуюся на последней ступеньке Рарити его светлость Блюблад. - Не могли бы вы назвать ваше имя и представить свою старшую сестру? - Я... Меня зовут Рарити, - растерявшись при виде настоящего принца, едва сдерживаясь от желания начать кусать копытца или же завизжать от восторга, белая единорожка с недоумением посмотрела на родительницу и произнесла: - Это моя мама. - Прошу прощения, леди, - галантно поклонился аликорн, на морде коего блуждала доброжелательная улыбка, а во взгляде будто бы мерцали солнечные зайчики. - Вы прекрасно выглядите: я бы ни за что не поверил, что юная мисс - ваша дочь. Но ведь леди незачем меня обманывать, правда? - Блюблад, ты будешь отвешивать комплименты каждой встречной кобылке? - шутливо насупилась розовая аликорница, вставая рядом с принцем. - Разумеется нет, моя дорогая... Каденс, - изобразил возмущение первый в истории жеребец-аликорн, затем подмигнул матери и дочери, добавив совершенно серьёзным голосом: - Только красивым. - Пф... - сдержав смешок, её светлость ткнула своего спутника локтем, после чего доверительным тоном продолжила: - Не обращайте внимания на этого балабола. Добро пожаловать на Гранд-Галопинг Гала: чувствуйте себя как дома и забудьте обо всех тревогах. Приятного вечера. - Мы всегда рады новым гостям, готовым внести свежую струю в столичное общество, - вставил свою реплику племянник принцессы Селестии, жестом предлагая кобылкам проследовать вперёд. ...Крамблс чувствовала себя так, словно бы идёт не по мраморному полу, а по пушистому облаку: её ноги подрагивали, а пол будто бы пружинил под копытцами. Далеко не сразу она смогла отойти от встречи с принцем и принцессой, но даже когда мысли в голове стали течь с привычной быстротой - мордочка всё ещё пылала от смущения. Посмотрев же на Рарити кобылка поняла, что дочь и вовсе витает где-то в своих мечтах и, если её не поторопить, к реальности вернётся ещё нескоро. "Эта встреча уже стоила всех усилий, которые мы приложили. Хи-хи... "Старшая сестра"", - не в силах убрать с мордочки глупую улыбку, розовая единорожка осторожно отвела младшую кобылку в сторону, чтобы вдали от посторонних глаз привести себя в порядок. ... Если единороги и земнопони прибывали в основном на колесницах, то у пегасов, как и немногочисленных грифонов, получивших приглашение на знаменательный для Эквестрии праздник имелся более широкий выбор. В конце концов для летунов, даже аристократы коих вышли в основном из касты воинов, официально прекратившей своё существование вскоре после объединения трёх племён, а неофициально - продолжающей чтить предков и хранить наименее претенциозные традиции, совсем не зазорно было прибыть на важное мероприятие на собственных крыльях. ...Когда на площадь перед воротами спустилась четвёрка пегасов, состоящая из взрослых жеребца и кобылы, а также двух молодых кобылок, ни у кого не вызвало удивление то, что они отказались от небесной колесницы. Вскоре же репортёры газет, коим не удалось попасть во дворец, ну или же хотя бы в дворцовый парк где тоже можно было сделать интересные снимки, в синешёрстом жеребце узнали Рэйнбоу Блейза - всё ещё находящегося на слуху героя, участвовавшего в спасении пони от перевёртышей. Дейзи Вилл, согласившаяся стать сопровождающей Флаттершай, чтобы дочь могла пойти на Гранд-Галопинг вместе с подругой и её отцом - едва удержалась от желания накрыть голову крыльями в момент, когда с разных сторон стали вспыхивать фотокамеры. Одетая в зелёное платье, скрывающее круп и задние ноги до колен, живот и поясницу, поднимающееся по груди, чтобы разделившись на две широкие ленты охватывать шею, она очень неловко чувствовала себя находясь в центре внимания. "Скорее бы мы оказались внутри", - промелькнули мысли в голове старшей крылатой пони, старающейся спрятать глаза за чёлкой и стёклами прямоугольных очков с тонкой оправой, которые удерживались на переносице без помощи дужек, лишь при помощи контактного телекинеза. - Ей! - воскликнула радужногривая кобылка, передняя часть платья которой была похожа на облегающий костюм вандерболтов в жёлто-красной расцветке, а задняя представляла из себя подол с будто бы рваными краями, от чего во время быстрого полёта могло создаваться впечатление, что это языки пламени. - Это мой папа! Сам Блейз, одетый в белый приталенный пиджак с изображением красных молний на рукавах и груди, лучезарно улыбнувшись толпе слегка подтолкнул крылом старшую из жёлтых пегасок к воротам, после чего помахал публике левым передним копытом. Дейзи, посетовав на свой секундный ступор и найдя взглядом дочь, поспешила достать билеты и подойти к гвардейцам, которые расступились практически не взглянув на золотистые бумажки. В это время Флаттершай, одетая в синее платье без рукавов, скрывающее тело от шеи и до середины бёдер задержалась рядом с наставником, но всё же была вынуждена последовать за мамой после несильного тычка крылом. "Со стороны мы, наверное, забавно смотримся", - подумала Вилл, когда их группа наконец оказалась в дворцовом парке, оставив позади шум главной площади, вместе с фотографами и непонятно откуда взявшимися фанатами. - Ну, и как вам зрительские симпатии? - догнав троицу кобылок, Рэйнбоу вклинился в строй между дочерью и старшей из жёлтых пегасок, бодро вышагивая по дорожке с видом, словно бы каждый день бывает в королевском дворце (глядя на него несложно было понять, на кого старается походить Дэш, когда демонстрирует свою самоуверенность). - Это была круть! - заявила радужногривая летунья, едва не подлетев вверх в порыве чувств, что ей помешало сделать только крыло отца, что легло на спину в небрежном проявлении заботы. - Когда-нибудь они будут так приветствовать и меня. - Обязательно, Дэши, - усмехнулся её отец, прищурился и добавил: - Но для этого тебе придётся стать ещё на двадцать процентов круче. - Ха! - выпятив грудь, младшая из пегасок самоуверенно заявила: - Я буду самой крутой летуньей Эквестрии! - Ну а вы, что думаете обо всём этом? - повернул морду к матери и дочери Рейнбоу. - Это... довольно необычно, - дипломатично ответила Флаттершай, явно чувствовавшая себя неуютно под множеством направленных на неё взглядов, но всё же не желающая расстраивать учителя и подругу. - Парк мне нравится больше. Говорят - здесь живут животные со всей Эквестрии и из других стран. Вот бы их увидеть... - А давай метнёмся к местному зверинцу? - поддержала подругу Дэш. - Одно крыло - тут, другое - там. Вернёмся - никто и не заметит. - Ну, во-первых, я замечу, - подбавил в свой голос строгости Блейз. - А кто-то мне обещал вести себя прилично и не искать неприятностей на круп. - Но пааап... - попыталась состроить жалобное выражение юная спортсменка, захлопав невинными глазками. - Какие неприятности? - Те самые, которые ждут непоседливых кобылок за каждым углом, - поучительно ответил жеребец, тут же продолжив: - Во-вторых, у нас билеты с припиской, что за нами закреплены гостевые покои. А это значит, что завтра перед отлётом мы сможем посетить королевский зверинец и другие места, которые покажутся интересными. - Ей, - радостно, но в то же время и скромно воскликнула Флаттершай. - Ла-адно, - разочарованно протянула младшая из кобылок. - Но всё равно - сегодня было бы на двадцать процентов... - Проблемнее, - хмыкнул её отец, тут же обращаясь к Вилл, переводя тему разговора: - А ты что думаешь, Дейзи? - Мне... не слишком нравится подобный шум, - призналась старшая летунья, слегка передёрнув крыльями. - Такое чувство, что все они смотрели только на меня. Глупо звучит... - Вовсе нет, - прикоснувшись к плечу матери своей ученицы копытом, Блейз встретился с ней спокойным взглядом, словно бы обещая поддержку и защиту. - Когда я только начинал выступать на публике - мне казалось, что зрители только и ждут какой-то ошибки, чтобы меня высмеять. - Не может быть! - возмутилась его дочь, вызвав на губах старшей пони искреннюю улыбку. - Так и было, - немного развёл крыльями и ушами жеребец. - И тогда я решил доказать им, что они все меня недооценивают. Хах... Если подумать, то первые разы я соревновался не с соперниками, а с наблюдателями. Это уже потом привык к шуму и понял, что на самом деле я - не такой уж особенный сам по себе. И чтобы зрители вправду смотрели только на меня - нужно выкладываться на сто и ещё двадцать процентов сверху. За разговором Дейзи и не заметила как дорожка привела их к ступенькам дворца, а волнение, возникшее при виде фотографов и королевской стражи отступило. Глупой пони она себя не считала, а потому сразу поняла, что Рэйнбоу своим разговором помог им расслабиться, чтобы не чувствовать себя скованными в окружении остальных гостей. "Хотя, я была бы совсем не против того, чтобы посетить зверинец", - подумала про себя Вилл, но тут же откинула пораженческие мысли, непроизвольно покосившись на шагающего рядом жеребца, буквально излучающего уверенность, целеустремлённость и решимость. ...Которых ей самой очень часто недоставало. ... - О чём задумалась, моя сладкая карамелька? - шепчу на ухо розовой аликорночке, провожающей взглядом четырёх пегасов, одним плотным табунком углубившихся во дворец. - М...? - дёрнув ухом, Каденс перевела взгляд на меня и моргнула, на краткий миг растерявшись, но тут же взяв себя в копытца. - Ни о чём, "мой напудренный эклерчик". Произнося последние слова принцесса любви сделала свой голос настолько елейным, да ещё демонстративно облизнула губы, что я непроизвольно сглотнул. Вероятно, будь на моём месте кто-нибудь другой - этот манёвр смог бы его отвлечь, но от моего внимания не ускользнул привкус сомнений и задумчивости, проскользнувший в эмоциях кобылки. - И всё же: чем тебя так привлекли эти пони? - кивнув на дорожку, по которой ещё никто не приближался, наклоном головы предлагаю подруге развернуть свою мысль. - Просто мне показалось, что они... хорошо смотрятся вместе, - ответила Каденс не совсем правду, что выдало её смущение и горьковатый привкус вины. - Тогда, может быть немного поможем им? - предлагаю заговорщическим шёпотом, дополняя слова движением бровей. - Дейзи Вилл замужем, - шёпотом возмутилась розовая аликорночка. - Я - принцесса любви, а не разлучница. Тем более, своего мужа она любит... и у них - жеребята. - Угу, - согласно киваю. - Ну и жёлтая кобылка с явным интересом смотрит на отца подруги. - Ты... заметил? - вздёрнула ушки моя собеседница, непроизвольно прижав крылья. - Но... - Заметил, разумеется, - самодовольно вздёрнув нос - получаю тычёк копытцем в грудь. - Сдаюсь-сдаюсь... Но правда: её чувств, по моему, не замечает только сам Блейз. Ну и, возможно, его дочь. И мне кажется, что было бы интересно... - Мы не будем вмешиваться, - прервала меня Каденс, для убедительности своих слов нахмурив бровки, после чего кивнула в сторону дорожки, по которой уже приближались трое гостей. - Склоняюсь пред вашей мудростью, - чмокнув кобылку в щёку, разворачиваюсь передом к ступенькам, начав изучать взглядом знакомых пони. Справа шагал Найт Лайт, облачённый в тёмно-серый, почти чёрный фрак, в комплекте к которому шёл высокий белый цилиндр. Выглядело это довольно простенько, но в то же время - вполне стильно. Слева дефилировала Твайлайт Вельвет, одетая в облегающее живот и нижнюю часть груди чёрное платье из бархата, оставляющее открытыми плечи и верх груди. Подол скрывал её ноги почти до колен, тогда как бархатные чулки поднимались до локтей на передних ногах и полностью скрывали задние ноги. Между родителями бодро гарцевала Твайлайт Спаркл, одетая в белое платье с кружевным подолом, оставляющее открытыми передние ноги. Сиреневая единорожка явно демонстрировала нетерпение и о чём-то оживлённо рассказывала, что вызывало у старших пони одновременно и гордость, и умиление. "Кажется, я придумал кое-что интересное...".