Fairborn Adventures

      24 ноября 1977 г.              — Прошу всех занять свои места, чтобы мы могли начать! — Альбусу пришлось несколько раз ударить молотком по своему небольшому подиуму, пытаясь заставить замолчать толпу Лордов и Леди, многие из которых выглядели так, словно всего несколько минут назад поднялись с кровати: — Настоящим я открываю 129-ю чрезвычайную сессию Визенгамота 24 ноября 1977 года.              Он сделал небольшую паузу, дожидаясь, пока не завладеет всеобщим вниманием.              — Это экстренное заседание созвал Бартемиус Крауч в качестве главы Департамента магического правопорядка. Барти… — Верховный Чародей жестом указал на мрачного усатого мужчину рядом с собой: — Слово за тобой.              Альбус сел на небольшую скамейку за трибуной, ведь и ему самому не терпится узнать о причине этого собрания. «Должно быть, все очень серьезно, если меня даже не успели ни о чем проинформировать».              — Спасибо, Альбус, — Барти кивнул и поднялся со своего места, позволяя своим карим глазам пройтись по полностью занятым скамьям в обширном зале глубоко под маггловским Лондоном: — Я созвал это собрание так спонтанно, потому что около трёх часов утра сегодня произошло ещё одно нападение, предположительно той же организации, которая совершала налёты на различные маггловские деревни в течение последних нескольких месяцев. Однако на этот раз нападению подверглось поселение волшебников, и все жертвы — маги…              «Мы не можем не считать себя выше других, не так ли?» Альбус молча покачал головой.              — Что вы имеете в виду, лорд Крауч?! — Фрэнсис Лонгботтом поднялся со своего места, а его лицо исказилось от гнева: — Пора, наконец, назвать этих трусливых террористов тем жалким именем, которое они сами себе выбрали. Пожиратели смерти!              Его обвинение было встречено одобрительными возгласами собравшихся вокруг него Лордов и возмущенными криками всех, кто выступал против него. Альбус стучал молотком по трибуне до тех пор, пока шум в зале не утих.              — Сейчас я передам слово старшему аврору капитану Аластору Муди, который возглавил контратаку Министерства ранним утром, — Бартемиус коротко кивнул своему коллеге и сел: — Он проинформирует вас о деталях.              Мало кто может гордиться тем, что смогли ранить Аластора Муди, — Альбус наблюдал за тем, как его друг медленно поднимается на трибуну. Либо у Пожирателей смерти было преимущество в численности, либо в их рядах был очень опытный волшебник.              — Давайте покончим с этой формальной чепухой, у меня есть работа! — прокричал Аластор, и, из-за своей травмированной ноги, оперся на подлокотник трибуны: — Примерно в 2:55 ночи в Аврорат поступил экстренный вызов от семьи из Оттери-Сент-Кэчпоул. Сообщалось, что недалеко от деревни что-то загорелось. Наш информатор также сообщил, что слышит крики и звуки заклинаний, поэтому мы предположили, что проводится очередной рейд…              Старый друг Альбуса переложил часть своего веса на здоровую ногу:              — На дежурстве находилась всего дюжина авроров, однако они сразу же сделали всё необходимое, чтобы связаться со всеми свободными коллегами. Поскольку мы не знали точной численности рейдовой группы, я отдал приказ оставаться в штабе до тех пор, пока численность наших сил не достигнет 23 авроров и 14 ударников. Решение оказалось мудрым… — проворчал Муди себе под нос.              — Почему вы решили сделать этого? Жизни волшебников были в опасности. Разве вы не должны были выступить немедленно? — заговорил Лорд Эббот, и получив кивки от окружающих: — Насколько велико было число противников?              — К тому времени, как мы прибыли, их осталось примерно 15 человек, — рявкнул Муди: — Не то чтобы их количество имело значение…              — Что значит «осталось», капитан? — повысил голос Лорд Паркинсон: — И как это может быть, что нам нужно более 30 сотрудников ДМП, чтобы усмирить 15 преступников? Нужно ли нам беспокоиться о возможностях сотрудников нашего Министерства?              — Нет, милорд, мне нужно было более 30 офицеров, и я потерял половину из них, сражаясь, пока вы, предположительно, спали на мягком матрасе, потому что там был чертов Темный Лорд! — затравленно прорычал Аластор.              Визенгамот затих, прежде чем взорваться шумом и криками. А у Альбуса заныло в животе: «Там был Том? Зачем?»              — Муди, хватит! — прикрикнул Бартемиус.              — Отлично, — фыркнул аврор: — Чёртовы чистокровные идиоты, — выругался он, но, к счастью, уровень шума был слишком высок, чтобы его кто-то услышал.              — Пожалуйста, успокойтесь, милорды, — Альбус начал отчаянно стучать молотком.              — Почему вы уверены, что прошлой ночью вы встретили именно Сами-Знаете-Кого, капитан? — спросил лорд Макмиллан.              — Я знаю, что это был он, потому что я сражался с тёмными волшебниками более 30 лет своей жизни и никогда не видел, чтобы кто-то, кроме Альбуса Дамблдора, использовал подобную магию! — прорычал Аластор: — Он свернул шею одному из моих самых опытных коллег, словно он был чертовой зубочисткой!              — Сколько потерь понесло Министерство прошлой ночью, Аластор? — серьёзно спросил Альбус.              — Мы потеряли восемь авроров и пять ударников в стычке с Тёмным Лордом и его последователями, — доложил Аластор, и по его страдальческому выражению лица было видно, как сильно он скорбит о потере своих коллег: — Ещё трое моих людей скончались от полученных ранений. Ещё пятеро находятся в критическом состоянии. Это была не потасовка с преступниками, а ни что иное, как массовое убийство. Если бы не авроры Боунс и МакКиннон, прибывшие с подкреплением, меня бы здесь не было.              — Боже милостивый! — лорд Боунс застыл, и видимо, только сейчас узнал, что его дочь тоже была там. Альбус перевёл взгляд на главу семьи МакКиннон, наблюдая, как обычно спокойное лицо этого человека превращается в маску свирепого зверя.              — А что с теми мерзавцами, которые были там до вас? — спросил Арктурус Блэк. Он говорил, как обычно, рядом со своим шурином, в окружении более нейтральных семей: — Сколько из них погибло или оказались недееспособными?              — Ну, к сожалению, мы не можем сказать точно, — Аластор пожал плечами: — Когда мы прибыли, поляна перед деревней уже напоминала поле боя и была усеяна тлеющими трупами. Я уверен, что в момент нашего прихода кто-то сражался с ними. К концу ночи, после того как Темный Лорд скрылся, мы насчитали около 25 тел в тёмным мантиях и серебряных масках, или, по крайней мере, тех, кто от них остался…              «Но кто же был тем, кто их уничтожил? Может ли это быть…?» Резкий укол ужаса пронзил Альбуса, после чего он резко нахмурился:              — Тебе случайно удалось установить личность этого человека, Аластор?              — Нет, просто было слишком много событий, чтобы беспокоиться об этом, — зарычал аврор, и покачал головой: — Сейчас Невыразимцы пытаются вычленить его магическую подпись, но, учитывая все заклинания, которые были наложены после его ухода, это вряд ли принесёт плоды. Могу лишь сказать, что он вызвал самый неестественный огонь, который я когда-либо видел. Я предполагаю, что этот же огонь сжег все остальное, включая многочисленные трупы.              «Огонь», мысли Альбуса закружились и перенесли его примерно на год назад, на балкон поместья Боунс. Тогда тоже было использовано вполне определённое огненное заклинание. И его использовал либо Певерелл, либо Том: «Адское пламя».              — Это возмутительно! — воскликнул Лорд Лестрейндж: — Мы не можем допустить, чтобы в нашем обществе появился какой-то неизвестный мститель: — Вина тех, кто погиб до прибытия наших авроров, так и не была доказана в суде. Они могли быть совершенно невиновны!              — Невиновные люди не могут просто так присоединиться к группе террористов в серебряных масках в три часа ночи, Лестрейндж! — крикнул на него Лорд Блэк: — Я не вполне согласен с тем, что сделал этот человек, но, если бы не он, в нашем распоряжении сейчас было бы ещё меньше авроров и ударников, не так ли, капитан?              — На его счету больше трупов, чем у всего моего отряда вместе взятого, — с некоторым стыдом, признался Аластор: — Если бы я когда-нибудь встретил этого парня, я бы пожал ему руку, прежде чем позаботиться о том, чтобы он получил удобную камеру как можно дальше от дементоров…              Несколько человек выразили свое согласие, а другие покачали головами.              — И все же следует выдать официальный ордер на розыск этого неустановленного лица, — дипломатично сказал лорд Малфой: — Мы не можем допустить, чтобы кто-то взял закон в свои руки и в следующий раз усугубил ситуацию, как вчера.              — А как же убитые Пожиратели смерти? — высказался Карлус Поттер: — Кто-то из них уже опознан?              — Наша команда работает над этим. Мы попросили Гаррика Олливандера помочь нам опознать их, потому что от большинства их палочек остаются только осколки, — помрачнел Муди. Затем он взглянул на Альбуса: — Однако на холме, примерно в ста метрах от основного места сражения, мы обнаружили тела двух мальчиков примерно школьного возраста. Оба были убиты до нашего прибытия, и на их мантиях были одинаковые серебряные маски. Позже они были опознаны как Эрик Сильверторн и Джон Ургхарт.              Последовавший за этим шум был таким, словно кто-то запустил пушечное ядро в центр комнаты.              «Как я мог допустить такое?» Альбус почувствовал тошноту в животе, а поток вины поглотил его: «Теперь еще два моих ученика погибли на этой войне».              — МОЙ СЫН! — Лорд Ургхарт, глава очень древней и гордой семьи, вскочил на ноги: — Кем бы ни был этот ублюдок, я хочу, чтобы его поцеловали дементоры за убийство моего сына!              — Как ты мог допустить это, старый идиот?! — присоединился к нему Олдрич Сильверторн: — Вы должны защищать наших детей и следить за тем, чтобы они оставались в безопасности в пределах замка!              Крики согласия эхом отразились от стен Визенгамота, а Альбус пытался подавить стыд.              — Несомненно, директор не справился со своей обязанностью, и он позаботится о том, чтобы никогда больше ученики, находящиеся под его защитой, не попадали в подобную ситуацию! — голос Арктуруса Блэк заглушил всех остальных, когда тот поднялся со своего места. Светло-серые глаза стали твердыми, как сталь, и перевели взгляд с Альбуса на лорда Сильверторна и Ургхарта: — Однако мы все слышали, что, по словам капитана Муди, было найдено рядом с ними. Любой тупица догадается, почему эти двое тайком сбежали из школы вчера вечером! Намного больше вины лежит именно на вас, как на отцах!              «Это приведет к эскалации ситуации», по залу пронеслись как возгласы возмущения, так и согласия.              — Ты умрешь за это оскорбление! — прорычал лорд Ургхарт, отчаянно пытаясь стряхнуть с себя людей, пытавшихся успокоить его и удержать на месте: — Отпустите меня, мать вашу! Я хочу увидеть, как вся твоя семья превратиться в пепел, Блэк!              — Скажите, вы предлагаете кровную месть или поединок чести? — опасно улыбнувшись, сказал Арктурус: — Если второе, то давай, называй своего чемпиона, и я смогу назвать своего. Я не приемлю угроз в адрес моей семьи и гарантирую, что к концу недели прольется ещё больше вашей грязной крови, если вы пойдете на это!              Лорды и леди в зале затаили дыхание, все взгляды были устремлены на Ургхарта; можно было практически видеть, как в его голове крутятся крошечные колесики. Мужчина стиснул зубы, а его пальцы раздраженно подергивались.              «Если он откажется, его семья потеряет уважение, которого он так упорно добивался», Альбус вздохнул, и надеялся, что они смогут избежать ненужного насилия: «Но его чемпион не победит, просто потому, что не было никаких сомнений в том, кого подразумевал лорд Блэк…»              «Гарри Певерелл, молодой человек, который получит огромное удовольствие от того, что уничтожит ещё одну чистокровную семью», покачав головой, Альбус отбросил мысли о мальчике. С ним он разберется позже.              Лорду Ургхарту казалось, что давление на него слишком велико. Последний раз посмотрев на своего противника, он вырвался из хватки своего товарища и вышел из зала, оставив позади самодовольно ухмыляющегося лорда Блэка.              — Теперь, когда удалось избежать дальнейшей потери магической крови, мы можем позволить капитану Муди закончить свой доклад? — снова предложил Абраксас Малфой: — Я уверен, что мы и так уже достаточно долго занимаем время нашего аврора…              — Да, Аластор, будь так добр, — Альбус кивнул.              — Ну раз вы уже… — Аврор хмыкнул и поднялся на ноги: — Ну, к счастью, я всё равно почти закончил, — он повернулся к трибунам: — Мой отряд был разгромлен прошлой ночью и теперь зализывает раны. У нас не было ни единого шанса, поэтому сейчас нужно что-то менять, — в заключение он коротко кивнул своему начальнику.              — Действительно, нужно, — Альбус нахмурился, когда Бартемиус решительно поднялся, чтобы обратиться к Лордам: — Мы медленно, но верно проигрываем эту войну, милорды; последний удар по нашим силам только ускорит судьбу нашей страны, если мы не изменим что-то в корне. Мы сражаемся с безжалостным и беспощадным врагом; чтобы победить его, нам необходимо изменить нашу нынешнюю стратегию.              — И что же вы предлагаете? — с любопытством спросил лорд МакКиннон.              — Нынешняя действие наших авроров крайне неэффективно, — нахмурился Крауч: — К тому времени, когда мы прибываем на место происшествия, ущерб уже нанесен, невинные жизни потеряны, а Пожиратели смерти уже отступают. Причина, по которой до сих пор не пойман ни один террорист, заключается в том, что любое заклинание, которое мы используем для их захвата, просто отменяется их спутниками. Это позволяет им снова вступить в бой в полном составе, не используя ничего, кроме особо смертоносных заклинаний.              — Я и мои авроры вынуждены использовать «школьные» чары, прекрасно понимая, что если противник поможет своему союзнику, то наши жизни могут закончиться в мгновение ока, — сердито фыркнул Аластор: — За последние три месяца я получил больше заявлений об уходе, чем за всю свою карьеру, потому что наши авроры поняли, что они либо рискуют жизнью во время сражения, либо рискуют своей свободой за использование заклинаний, которые действительно эффективны.              «Он хочет бороться с огнем с помощью огня», Альбус нахмурился. «Пока весь мир не сгорит».              — Именно поэтому я подготовил следующий законопроект, за который мы должны проголосовать, — Бартемиус протянул рулон пергамента: — Это изменение в наших законах изменит баланс войны в нашу пользу. Оно защитит наших авроров от судебного преследования, если они используют смертоносные заклинания и проклятия в ситуации, которую сочли необходимой; включая все три непростительных.              — Вы что, с ума сошли?! — неудивительно, что большинство возражений исходило от более консервативных Лордов. — Вы не можете этого сделать!              — Милорды, пожалуйста, успокойтесь, — Альбус снова стукнул молотком.              — Я поддерживаю предложение лорда Крауча, — вступил в разговор Карлус Поттер: — Этот законопроект не только даст понять нашим служителям правопорядка, что мы их поддерживаем, но и решительно заявит о себе любому трусу, который думает надеть серебряную маску, когда придет его время. У них больше не будет уверенности в том, что их безжалостность не будет встречена так же. Пожиратели смерти дважды подумают, стоит ли участвовать в рейде, если есть шанс, что они не вернутся обратно.              — Я тоже поддерживаю эту идею, — присоединился Альфред МакКиннон: — Мой сын, мой единственный оставшийся наследник, служит в Аврорате и дал клятву на своей магии защищать это сообщество. Я могу только поблагодарить Мать Магию и его навыки за то, что он смог выжить после встречи с Темным Лордом, в то время как многим его коллегам не повезло.              Его острые голубые глаза стали холодными как лёд, как и глаза его дочери, когда Альбус подходил к ней и Певереллу:              — И всё же. Я не позволю, чтобы мой наследник рисковал своей жизнью только для того, чтобы в итоге его отправили в Азкабан, когда он будет защищать себя в ситуации «жизнь или смерть». Все, у кого есть родственники и друзья в ДМП, поймут мои чувства.              Многие Лорды кивнули в знак согласия, включая Боунса, Лонгботтома и Дэвиса.              — Поскольку предложение поддержали уже два Лорда, мы обсудим его более подробно и проведем голосование, — объявил Бартемиус: — Спасибо за ваш доклад и службу, капитан Муди.              Бормоча под нос что-то непонятное, Аластор сошел с трибуны и, прихрамывая, направился к выходу, а лорды и леди вежливо зааплодировали.              — Я хочу попросить тебя об одолжении, старый друг, — Альбус подошел к мужчине под предлогом, что помочь: — Я хотел бы получить воспоминания об этой ночи, если ты не возражаешь. Я также надеюсь, что вы сможете поделиться информацией, если Невыразимцы найдут какие-либо подсказки о том, кем является наш неопознанный человек…              — Во что ты пытаешься влезть, Альбус? Ты должен знать, что спрашиваешь о совершенно секретной информации, — шепотом спросил Муди, и оглянулся через плечо, чтобы убедиться, что его начальник все еще занят: — Я дам тебе то, о чём ты просишь, но только потому, что я всё ещё в долгу перед тобой, старина, — закончил он и болезненно поморщился.              — Спасибо, — с облегчением вздохнул директор. — Как нога? — поинтересовался Альбус.              — Он попал в меня ужасным иссушающим проклятием, — оскалился закаленный в боях аврор: — Чертовы целители сказали, что нет уверенности в том, что я смогу ее сохранить. Сейчас у меня назначена встреча с ними.              — Желаю тебе всего наилучшего. — Альбус коротко сжал его руку: — Спасибо, друг мой. Твоя помощь может еще на шаг приблизить меня к разгадке последней тайны.              Муди кивнул и, прихрамывая, вышел из комнаты.              «Надеюсь, за этим стоишь не ты, мой мальчик», в глазах Альбуса заплясали изумрудно-зеленые огоньки: «Иначе ты не оставишь мне другого выбора, кроме как выполнить свою угрозу».              Большой зал, Хогвартс              Густые облака серого цвета низко нависли над ними, полностью отражая её настроение и бурю эмоций, которые она испытывала.              — Всё будет хорошо, любимая. Я уверен, что с ним всё в порядке, — прошептал Гарри, когда сел рядом с ней на скамейку. Он достал миску со свежими фруктами и начал накладывать для нее еды: — Во всяком случае, я не видел его среди тех, кто прибыл на место происшествия.              «Убейте их!» Пара багровых глаз расширилась от ярости: «УБЕЙТЕ ИХ ВСЕХ!»              — Ты слышал, что он сказал перед тем, как мы ушли, Гарри! — огрызнулась она на него, а дрожащие ногти впились в бедра сквозь юбку школьной формы: — Он не собирался оставлять никого в живых.              «Особенно если он узнал Мэтью… Как кого-то, кого он мог бы забрать у Гарри…»              Её жених вздохнул и положил палочку на ладонь. Он пробормотал несколько заклинаний, пока Марлин не почувствовала, как пульсация магии защекотала её кожу:              — Хорошо, теперь мы можем поговорить. Послушай, даже если бы твой брат присоединился к стычке позднее, он не стал бы безрассудно рисковать своей жизнью.              — Ты видел, как Волдеморт убил первых двух авроров; для него это было детской забавой, — в ней всё ещё бурлило беспокойство: — Я просто хочу знать, в порядке ли он, Гарри… Я должна знать.              — Я понимаю, правда понимаю, — его зеленые глаза смягчились, и он взял её за руку: — Но пока мы не получим известий о том, что произошло, мы не можем связаться с ним. Нас там даже не должно было быть, не забывай об этом.              — А мне не кажется, что нас там не было… — Марлин поморщилась, переместив туловище на скамью и поднеся ложку с завтраком ко рту.              — Тебе всё ещё больно? — в его голосе послышалось беспокойство: — Я постарался вправить тебе рёбра, как мог, но мы можем пойти к мадам Помфри, если хочешь, и просто сказать, что это был несчастный случай на дуэли или что-то в этом роде…              — И это совсем не будет выглядеть подозрительно, не так ли? — фыркнула она.              — Меня, черт возьми, не волнует, как это может выглядеть со стороны, — Гарри зачесал её золотистый локон за ухо, рассматривая чары гламура на небольшом разрезе под линией роста волос: — К чёрту Дамблдора и его пустые угрозы, твоё здоровье для меня важнее всего остального.              «И твоё тоже, любовь моя», после чего её сердце ещё быстрее заколотилось в груди.              Она притянула его голову к себе и прижалась губами к его губам:              — Все в порядке, правда. Теперь я поправляюсь гораздо быстрее. К тому же, ты все равно принял на себя весь удар, — она неуверенно протянула руку, делая вид, что просто обнимает, и провела пальцами по его плечу: — Как ты?              — Заживаю… — на его губах появилась едва заметная ухмылка: — Некоторые говорят, что с неестественной скоростью.              Марлин издала небольшой смешок, а затем вздохнула от усталости:              — Хотелось бы, чтобы моя магия восстанавливалась так же быстро, я всё еще чувствую себя истощенной.              — Извини за это, — Гарри помрачнел: — Аппарировать кого-то так внезапно — не совсем полезно для здоровья. Добавь к этому все заклинания, которые мы произносили…              — Я не сдерживалась и это принесло нам свои плоды, не так ли? Сомневаюсь, что тот, в кого я попала, когда-нибудь очнется, — по ее позвоночнику пробежала мелкая дрожь: — Прошлой ночью было так много трупов, Гарри. Столько жизней я отняла у людей, чьих имен я никогда не знала.              — Их имена не важны, они ничто для нас, — в глазах Гарри мелькнули темные тени: — Они решили свою судьбу в тот момент, когда присоединились к Волдеморту.              — Я впервые по-настоящему увидела Его, — Марлин сглотнула, снова вспоминая багровые глаза.              — Он всё ещё могущественнее меня, — Гарри сжал челюсти, и задержал взгляд на отражение в серебряной тарелке: — Кажется, что бы я ни делал и как бы ни напрягался, он всё равно имеет преимущество.              — Я знаю, что ты можешь победить его, и в конце концов ты это сделаешь, — она прикоснулась губами до его щеки: — Всё будет по-другому, когда мы уничтожим его последний крестраж. Сейчас он сражается, зная, что всё ещё привязан к этому миру. Его будет легче разозлить, он будет более склонен к ошибкам, когда мы отнимем у него это преимущество.              — Это также сделает его ещё более непредсказуемым и безжалостным, — Гарри вздохнул: — Жаль, что мне не удалось уничтожить его прошлой ночью, но, по крайней мере, теперь у нас есть основания предполагать, что он будет пытаться его спрятать. Он понял, когда тот у всех на виду, у него на шее.              — Особенно против врага, хорошо владеющего искусством управления Адским Пламенем, — Марлин задумчиво кивнула: — Как ты думаешь, он снова спрячет его в пещере?              — Возможно. Благодаря моему прошлогоднему трюку в Хижине Гонта, он не станет выбирать место, которое может быть связано с его родословной. Пещера — это остаток детства, о котором никто не должен знать. В этом есть смысл, — Гарри нахмурился: — Только на этот раз он не будет использовать Кричера. Самым безопасным будет проверять пещеру каждые несколько недель и смотреть, не положил ли он туда крестраж.              — Звучит правдоподобно… — Марлин подцепила вилкой кусочек банана, но тревога за судьбу брата все еще терзала ее внутренности. Ее взгляд метнулся к столу сотрудников, заметив отсутствие кое-кого важного: — Большинство профессоров уже здесь. Как ты думаешь, куда делся директор?              Гарри оглянулся через плечо:              — Вчера вечером мы устроили неплохое шоу. Я не удивлюсь, если в Министерстве проходит какое-то собрание.              — Как только общественность получит извещение о случившемся, я свяжусь с братом, а тебе следует попросить Карлуса о воспоминаниях, — предлагает Марлин, перекидывая свою косу через одно плечо: — Реакция некоторых из Лордов может показать, как много они знают и были ли они вовлечены.              — Любой причастный, последователь или сочувствующий им, поплатится за это, — пробормотал Гарри, устремив взгляд на источник какого-то шума у входа в Большой зал. — Продолжим позже.              Обернувшись, Марлин увидела, как старшекурсники спорят с профессором Слизнортом и Флитвиком, после чего направляются к гриффиндорскому столу, а Мародеры следуют за ними. Она почувствовала, как Гарри снял защиту, когда они подошли к паре.              — Может быть, ты наконец-то расскажешь нам, что произошло, Сохатый? — спросил Сириус, опустившись на скамью рядом с отцом Гарри, прежде чем это место не заняла его мать: — Мы же твои лучшие друзья, к чему вся эта секретность?              — Доброе утро, Гарри, Марлин, — наследник Поттеров проигнорировал своего друга и вздохнул.              — Что-то происходит? — небрежно спросил Гарри.               — Э, ну, — Джеймс обменялся взглядом с Лили, которая закусила губу, прежде чем кивнуть: — Ты не слышал этого от меня, но мы только что подтвердили Слизнорту и Флитвику, что пропала ещё одна пара студентов.              — Опять слизеринцы? — с любопытством спросил Ремус.              — Нет, на этот раз один из них — рейвенкловец, — Джеймс взглянул на Марлин: — Эрик Сильверторн с нашего курса. Он и Джон Ургхарт из Слизерина пропали без вести.              — Эрик? — Марлин притворно удивилась, отгоняя от себя образ изломанного и окровавленного тела молодого волшебника, упавшего на землю у её ног: — Я бы никогда не подумала, что…              — Пока ничего не подтверждено, они просто пропали без вести, — вмешалась Лили, после чего втиснулась в пространство между Сириусом и своим парнем и оттолкнула последнего.              — Ладно, ладно, Мерлин, я сейчас подвинусь, — усмехнулся Сириус: — У тебя на коленях еще есть свободное место, МакКиннон? Я ищу, где бы присесть.              — Простите, но кое-кто уже претендует на мои колени и все остальное, — Марлин просто подняла безымянный палец и позволила золоту сверкнуть в теплом свете плавающих над ними свечей. — И он — это всё, что мне нужно.              — Ух ты, ты почти такая же вздорная, как рыжая — утром, — снова усмехнулся Сириус: — Гарри не давал тебе покоя ночью и снова лишил тебя сна, или почему ещё ты такая напряженная, принцесса?              «Как он понял, что я не выспалась?» Марлин выпрямилась, быстро наложив на лицо бесстрастную маску:              — Я просто сейчас не в настроении шутить.              — Оставь её, Сириус, — Лили грозно взглянула на него. После чего протянула одну руку и взяла руку блондинку в свою: — Я уверена, что с твоим братом все в порядке. Скоро все уладится…              — Откуда… — она открыла рот от шока, а её сердце начало биться быстрее, несмотря на пальцы Гарри на её бедре: — Как…              Лили едва заметно улыбнулась:              — Ну, в прошлый раз, когда два старшекурсника тайком ушли, и было довольно очевидно куда. Поскольку твой брат — аврор, я предположила, что ты можешь быть обеспокоена тем, что произошло еще одно нападение, особенно если учесть, что директор сейчас отсутствует.              К счастью для Марлин, Гарри избавил её от необходимости отвечать:              — Ну, Дамблдор только что вернулся, так что посмотрим, что он скажет.              И действительно, повернув голову, она увидела, что директор подходит к столу для персонала с печальным выражением лица. Он обменялся словами со своим заместителем и деканами трех других факультетов, после чего глубоко вздохнул и вышел на трибуну.              — Прошу внимания, — Дамблдор усилил свой собственный голос и обратился ко всему Большому залу: — Я только что вернулся с экстренного совещания в Визенгамоте. Инцидент, который мы обсуждали, также связан с неоднократным исчезновением двух наших студентов, как, я уверен, некоторые из вас уже заметили.              — О том, что произошло, вы скоро узнаете из газет, а пока я с глубоким прискорбием сообщаю следующее… — он сделал паузу на несколько секунд, выглядя старше, чем когда-либо видела его Марлин, и, раздвинув губы, продолжил: — Вчера вечером было совершено нападение на поселение волшебников Оттери-Сент-Кэчпоул.              Все четыре стола резко замолчали, и Марлин позволила себе окинуть взглядом присутствующих, заметив шок и напряжение десятков студентов, что неудивительно, ведь у многих из них в этой деревне жили родственники.              — Благодаря быстрому реагированию нашего Аврората, жертв среди мирного населения не было, однако слишком многие из тех, кто последовал зову, отдали свои жизни, защищая невинных, — продолжил директор, и в его сверкающих голубых глазах появились слезы: — Среди павших были два наших студента…              Нет… Пожалуйста, пусть среди них не будет Мэтью… Марлин не смогла дальше слушать. Холод пробрался в легкие и сковал все внутренности. Гарри взял обе её руки в свои и никак не отреагировал, когда ее ногти впились в его кожу.              Несмотря на снедавшее её беспокойство, она вернула внимание к директору.              — Уроки на сегодня отменены. Пожалуйста, обратитесь к старостам, если у вас есть родственники в ДМП, и вы хотите узнать об их местонахождении. Деканы ваших факультетов, по этому случаю, разрешат вам отправиться домой через камин.              «Мой Патронус долетит до Мэтью гораздо быстрее», Марлин застыла от жалости, когда десятки студентов, отодвинув скамейки, поспешили к столу персонала, чтобы спросить о своих родственниках. «Кроме того, любой, кто меня знает, предположит, что я и так воспользуюсь этим способом связи. Было бы более подозрительно, если бы я действительно ждала в очереди».              Она сняла с пояса палочку и вскинула её.              — Прежде чем отпустить вас на сегодня, я считаю своим долгом сделать последнее предупреждение, — голос Дамблдора снова разнесся по Большому залу, заставив её снова повернуть к нему голову: — На данный момент четырем ученикам удалось незаметно покинуть школу. Мы можем только предполагать, что случилось с первой парой, но судьба последней кристально ясна. Душевное и физическое благополучие моих учеников имеет для меня первостепенное значение; я даже дал клятву на своей магии, как директор школы, обеспечить вашу безопасность. Теперь я вижу, что меры безопасности были слишком слабыми, и наблюдаю, как мои ученики, расплачиваются за это.              — Этого больше не должно повториться! — весь Большой зал молчал, а глаза были устремлены на профессора Дамблдора, который переводил взгляд с одной головы на другую.              «Неужели он знает?» Возможно, Марлин начала фантазировать, но она могла бы поклясться, что на том месте, где стояли она и её жених, пауза была чуть больше. «Он знает».