Fairborn Adventures

      8 августа 1978 года              Из леса, граничащего с территорией Поттер-Мэнора, доносилось пение птиц. Эта приятная мелодия успокаивала, поднимала настроение и утихомиривала бушующие внутри эмоции. Но слабый стук в голове всё ещё не утихал несмотря на то, что он испробовал несколько чар и зелий от похмелья, которым его научила и приготовила Лили.              — Ну и дела… — пробормотал Гарри, кинул небольшой камешек в близлежащую канаву и сделал глубокий вдох.              «Не то, чтобы меня волновала гибель людей, но неужели это должно было произойти во время моего мальчишника? Могу я хоть раз отдохнуть от этой Смерти и страданий?»              — Гарри, дорогой!              Голос бабушки отвлек его от размышлений.              Дорея и Карлус Поттер спускались по ступенькам ко входу в Поттер-Мэнор, оба были одеты в безупречные цветастые мантии из тончайшего шёлка.              — Как поживаешь, дорогой? — Дорея ласково обняла его.              «Чертовски хорошо».              — Хорошо, — Гарри заставил себя улыбнуться: — Волнуюсь.              На несколько секунд она ослабила объятия и критически оглядела его с ног до головы, поджав губы при виде его повседневных джинсов и рубашки:              — Я полагаю, ты всё же переоденешься для такого случая?              — Конечно, переоденусь, — Гарри закатил глаза и покорно выдержал поцелуй, которым она наградила его в щеку. Он привстал на цыпочки, чтобы заглянуть в элегантный черный пучок, в который она уложила волосы: — Как Марлин? Ты её видела?              — Нет, нет! Даже не думайте заходить, молодой человек! Она с Лили, и всё ещё занята, возможно, на несколько часов, — игриво сказал Дорея: — Ты будешь терпеливым и подождешь, пока не придет время.              — Полагаю, я даже не могу обвинить в этом какие-то фанатичные традиции чистокровных, — простонал Гарри: — Магглы делают это точно так же. Как будто мне было недостаточно того, что мне запретили провести с ней ночь перед нашей свадьбой…              — Меня постигла та же участь, как и моего отца до меня, как и его. Поверь мне, сын, ночь после свадьбы с лихвой компенсирует это, — усмехнулся Карлус и положил руку ему на плечо: — Почему бы тебе не отвлечь нас, показав свой новый дом? Мы так хотели его увидеть.              — Конечно, я перенесу вас двоих, — пожал плечами Гарри.              «Кроме того, мне всё ещё нужна их помощь».              — Почему бы не воспользоваться камином? — Карлус нахмурился: — Конечно, каминная связь с твоим домом уже работает, я же видел, как ты прибыл в Министерство на заседание Визенгамота…              Гарри вздрогнул:              — Мои защитные чары довольно разумны… Думаю, будет лучше, если вы подойдёте к поместью с внешней стороны, а не будете проникать в него магическим путём.              «Я не собираюсь испытывать судьбу в день своей свадьбы».              — Магическим путем? — Дорея удивленно посмотрела на него: — Я думала, что ты, будешь использовать Фиделиус, раз уж так хорошо им владеешь? Он прекрасно сработал для нас.              — Мы с Марлин выбрали… альтернативу, — Гарри подавил небольшое чувство потери при мысли об Аврелии: — Но поверьте, это так же безопасно.              «Возможно, даже лучше, так как они не исчезнут с моей смертью». Он похоронил багровые глаза Волдеморта под пеленой чёрного тумана. «Марлин всегда будет под защитой, даже если я умру».              «Но я не потерплю поражения». По его венам разлилось тепло: «Я не могу этого допустить».              — Гарри, всё в порядке?              — Да, конечно, извините, — Гарри моргнул глазами и протянул обе руки, ожидая, когда они возьмутся за них. — Может быть, пора в путь?              Дедушка и бабушка обменялись взглядом и пожали плечами, а затем переплели свои пальцы с его, позволяя Гарри перенести их к территории дома.              Он появился на высокой траве возле края долины Северного Рассвета, и сердце его затрепетало при виде дома в ярком солнечном свете позднего августовского утра.              «Дом. Место, которое я скоро разделю со своей женой».              — Я ничего не вижу… — Карлус медленно повернулся, прикрыл глаза от солнца и вгляделся в даль, Дорея повторила его движение. — Где мы?              «Ха, они даже не видят его. Даже лучше, чем я полагал».              — Следуйте за мной, — Гарри повел их к краю своего участка, и почувствовал, как покалывание на коже усиливается по мере приближения.              — Я возьму вас за руки и проведу через границу, — сказал Гарри: — Предупреждаю, что поначалу будет немного… не по себе.              В серых глазах Дореи блеснуло опасение:              — Насколько, Гарри?              — Мы сами не знаем. Наш домовой эльф Добби справился с этим довольно быстро, но вы — первые люди, которых мы приглашаем в наш дом, так что всё может быть иначе, — извиняюще пожал плечами Гарри: — Я могу пообещать, что вытащу вас обратно, если будет слишком больно.              — Хорошо, — пальцы Дореи нашли его и крепко сжали.              — Мы доверяем тебе, сынок, — кивнул Карлус и взял его за другую руку, после чего Гарри перешагнул через линию защитных чар, и провел за собой бабушку и дедушку.              Эффект был мгновенным.              Из высоких травинок спиралями по ногам Карлуса и Дореи пополз чёрный туман.              — Что это за магия? — дедушка сглотнул, скривился от дискомфорта и, посмотрел на Гарри: — Что-то не так, Гарри. Это волшебство, оно кажется злым!              Дорея справлялась с этим еще хуже. Она делала короткие вдохи, и содрогалась от боли.              — Дори?! — Карлус обнял жену и с тревогой посмотрел на неё. — Дори, ты в порядке? — его голова метнулась к Гарри: — Черт возьми, Гарри, сделай что-нибудь! Помоги ей!              «У нас общая кровь, магия не причинит им серьезного вреда. Карлусу, вероятно, лучше, потому что в нем тоже течет кровь Певереллов».              — Я ничего не могу сделать, — вздохнул Гарри, взяв бабушку за руку и успокаивающе провел большим пальцем по её ладони: — Она должна преодолеть это сама.              — Всё… всё хорошо! — прохрипела женщина, когда давление в её груди стало ослабевать: — Но… но Карлус прав, — она подняла на него глаза, и с беспокойством взглянула на него: — Это… это просто ужасно, Гарри. Я все еще чувствую, как это задерживается внутри меня, столько тьмы, столько ненависти…              — …. И столько силы. Это моя семейная магия, и она будет оберегать тех, кого я люблю, — Гарри легонько подтолкнул её в сторону поместья: — Ты чувствуешь мои чары, несмотря на то, что я пригласил тебя и считаю своей ближайшей семьей. К тому мы разделяем общую кровь. Подумайте только, что эти чары сделают с тем, кто захочет причинить мне вред. Подумай о том, насколько в безопасности они оставляют меня и мою семью.              Карлус вздрогнул:              — Это магия крови. Ты должен знать, что это незаконно, Гарри.              Гарри закатил глаза:              — Хотел бы я посмотреть, как они придут и попытаются арестовать меня за это. Мало кто может надеяться найти это место, если его не пригласить…              «Дамблдор точно смог бы попробовать. И Волдеморт тоже».              — … Но никто не сможет покинуть это место, как только попадёт внутрь.              Карлус и Дорея переглянулись, но ничего не сказали.              — Ну что ж, добро пожаловать в поместье Северный Рассвет, — Гарри отошел в сторону и представил долину: — Будущее поместье Певереллов.              — Это прекрасно, Гарри, — улыбнулась Дорея, глаза которой смягчились, когда они осмотрели всё поместье: — Ты выбрал очень красивое место.              — Оно немного меньше, чем ваше, но в нем есть всё, что нам нужно. Давайте я покажу вам его изнутри, — он снова взял их за руки и перенес через долину на балкон с видом на озеро.              — Прекрасный вид, — Карлус подошел к перилам: — Это, должно быть, то место, о котором Марлин упоминала время от времени, то, где она хотела бы провести церемонию.              — Здесь? — недоверчиво воскликнула Дорея и повернулась к Гарри. — Но здесь нет ни украшений, ни цветов, ничего. Почему вы не сделали никаких приготовлений?              — Да… Видите ли, свадебные украшения — не совсем моя сильная сторона, да и Добби тоже, — нервно хихикнул Гарри: — Так что… я надеялся, что вы мне немного поможете?              — Глупый мальчишка! Пока все остальные не приедут, у нас будет много работы, — добродушно вздохнула Дорея, прежде чем снова укорить его: — Хорошо, что мы прибыли так рано. Мы еще успеем привести это место в состояние, достойное первой за тысячелетие свадьбы Певереллов!              «Только не надо, чтобы это выглядело как типичная свадьба чистокровных, пожалуйста».              — Мне не нужно ничего слишком причудливого, — тут же вмешался Гарри: — Просто что-нибудь… милое. Что-то такое, что, надеюсь, позволит мне вспоминать этот день даже в старости.              — Никакие чары не заставят человека, искренне любящего свою жену, забыть день их свадьбы, Гарри, — сказал Карлус: — Позови своего эльфа, и давайте приступать к работе.              «Это будет весело».              — Добби!              — Хозяин Гарри, сэр! — маленький эльф всё ещё дрожал от волнения, что ему разрешили помочь в организации свадьбы его новых хозяина и хозяйки: — Добби приготовил всю еду, как и просила хозяйка.              — Хорошо, я хотел бы, чтобы ты помог нам преобразить это место и сделать его пригодным для церемонии, — сказал Гарри. — Это Карлус и Дорея, ты будешь выполнять все их приказы, как мои собственные, когда они тебя позовут.              — А он у нас энтузиаст, — усмехнулся Карлус: — Хорошо. Какой любимый цвет Марлин, Гарри?              — Голубой, — уверенно ответил Гарри. — Как безоблачное летнее небо.              Карлус коснулся кончиком своей палочки пола. — Посмотрим, получится ли у меня.              Ковёр из голубого шёлка покатился от входа на балкон по полированным каменным плитам к перилам на противоположной стороне. Еще один взмах — и на тонких деревянных колоннах появилась крыша из свободно плетущихся колючих роз.              Они слегка шевелились под дуновением легкого ветерка, приносимого с озера, и яркие лучи солнца, проникавшие сквозь неё, легко освещали ковер под ней.              — Хорошо, но чего-то все равно не хватает, — улыбнулась Дорея и добавила свои фрагменты.              Она взмахнула палочкой, создала несколько цветочных венков и передала их Добби, чтобы тот развесил их.              — Мне нравится, — одобрительно кивнул Гарри, и подправил голубой цвет, чтобы он идеально совпадал с глазами Марлин, и добавив несколько фрагментов от себя. — А что тогда здесь — он указал на то место, где ковер заканчивался у перил.              — Возможно, что-то вроде этого, — Карлус создал несколько ступенек, ведущих к небольшому возвышающемуся подиуму, покрытому тем самым шелковистым ковром, по которому невеста должна была пройти к нему.              — А для фона, — улыбнулась Дорея, и добавила к перилам несколько одуванчиков, которые каждые несколько секунд выпускали семена, позволяя им уноситься ввысь над озером на заднем плане.              Гарри посмотрел на часы:              — Наверное, мне пора забирать остальных гостей.              «Не то, чтобы их было много».              — Иди, — улыбнулся Карлус: — Добби, Дори и я закончим с оформлением этого места. И, Гарри, постарайся не позволить моему шурину испортить тебе лицо в этот день.              — С чего бы ему… — усмехнулся Гарри: — Защитные чары… Я уверен, что они ему очень понравятся и Арктурус проявит милосердие.              — Скорее всего, он попросит меня установить для него идентичные.              — Сейчас вернусь, — улыбнувшись в последний раз бабушке и дедушке, он аппарировал на Площадь Гриммо.              — Певерелл… — Арктурус, одетый в тёмно-зелёную мантию, посмотрел на него жёсткими стально-серыми глазами: — Ты больше похож на какого-то маггловского школьника, чем на отпрыска благородной семьи, у которого скоро свадьба.              — Я переоденусь сразу после того, как перенесу вас в свой дом, — вздохнул Гарри и улыбнулся Мелании, Мэтью и его невесте Амелии Боунс, которая была одета столь же элегантно: — Нам лучше идти по двое. Лорд и леди Блэк, будьте добры.              Он протянул руки, ожидая, пока они схватятся за них, и тут же перенес их.              — Это будет немного неудобно, но поскольку ни ваша сестра, ни ваш зять не подняли шума по этому поводу, я сомневаюсь, что с вами будет по-другому, — усмехнулся Гарри, и подвел их к самому краю.              — Неудобно? — Арктурус просиял, а затем фыркнул: — Ваше поколение даже не знает такого слова. Давайте, и…              — Чёрт возьми! — на его лице появилась гримаса боли, когда Гарри сделал последний шаг, и они пересекли линию защитных чар: — Первое, что я сделаю завтра утром, это отправлю твою задницу обратно на Площадь Гриммо, чтобы ты мог установить их и для меня!              «Я так и знал».              — Давай поговорим об этом за ужином, хорошо? — Гарри подождал, пока их дыхание выровняется, и перенес их на балкон, где Карлус и Дорея все еще вносили небольшие коррективы: — Я сейчас вернусь.              Через мгновение он снова оказался на Площади Гриммо.              — Кстати, поздравляю вас обоих, — Гарри указал на золотые кольца на пальцах Мэтью и Боунс: — Не то, чтобы я много знал об этом, но готов поспорить, что вы очень хорошая пара.              — Спасибо, лорд Певерелл. Я благодарна вам за то, что вы позволили мне сопровождать Мэтью сегодня, — Амелия искренне улыбнулась: — Я знаю, что вы изначально хотели, чтобы это была очень приватная церемония.              — Если вы собираетесь танцевать на моей свадьбе, то можете называть меня Гарри, — он отмахнулся от нее и протянул руку: — Пойдем? Не думаю, что стоит злить невесту, и приходить с опозданием. Марлин наверняка меня испепелит.              Пара взяла его за руки, и Гарри аппарировал обратно.              «Ещё раз».              — Это будет неприятно, заранее прошу прощения, — он потянул их за линию защитных чар, и сразу же отпусти их руки.              — Что… — прохрипел Мэтью, схватился за грудь и впился пальцами в мантию. — Что это? Мерлин, это ужасно.              — Это… — Амелия тяжело дышала, а от боли на её щеках появился румянец, который сравнялся с цветом ее волос. — Это забытая магия… Даже темная…              — Нет, это просто старая и непонятная магия, плотно вплетённая в мои чары… — объяснил Гарри и протянул руку: — Это ощущение скоро исчезнет. Я предлагаю вам…              — Подождите! — рука Мэтью схватила его в железную хватку, после чего он окинул Гарри взглядом: — Магия крови была объявлены незаконной по веским причинам, Гарри. Мы с Амелией — авроры, мы не можем просто…              — Можете, и будете, — Гарри невозмутимо выдержал его взгляд: — Сегодня вы не авроры, а мои гости на свадьбе твоей сестры, — Он уловил спазм боли, промелькнувший на лице Мэтью, и заставил его отвести руку: — И вы должны знать, что угрожать заклинателю кровных чар, находясь в них, очень неразумно.              Не дожидаясь ответа, он схватил Амелию за руку и перенес их на балкон, где они, пошатываясь, подошли к ожидающей их группе гостей. Не увидев своей невесты, он посмотрел дальше, но вместо них заметил Сириуса и Джеймса.              «Она всё ещё в Поттер-Мэноре с Лили или они уже здесь?»              «Неважно, мне, наверное, нужно переодеться», подумал Гарри, и посмотрел на разноцветные мантии перед собой.              — Если позволите, я отойду на секунду.              Зная, что его спальня и прилегающая к ней ванная комната недоступны для него, он аппарировал прямо в ту самую гостевую комнату, в которой спал накануне. Гарри стащил с вешалки тёмно-чёрную мантию, которую он купил вместе с Дореей, и разделся.              Через несколько минут он уже второй раз за неделю позировал перед большим зеркалом, вложив длину Бузинной палочки в гладкую ткань рукава.              «Я должен попробовать ещё это», Гарри в последний момент предпринял отчаянную попытку уложить волосы, после чего глубоко вздохнул: «Всё так, как говорил Аврелий, мне не о чем беспокоиться, и я не смог бы найти никого лучше для того, чтобы провести с ней всю свою жизнь».              Но сердце бешено колотилось, когда он вытер руки и вышел из комнаты для гостей. Из-за двери в спальню доносились приглушённые голоса, где, Марлин, несомненно с помощью Лили, готовилась к свадьбе. Гарри не стал задерживаться и прислушиваться, а вернулся на балкон.              Выйдя на голубую ковровую дорожку, он окинул взглядом немногочисленных гостей. Все сидели вместе, болтали, и потягивали из бокалов эльфийское вино, которое подавал Добби.              Гарри заметил отца и крёстного рядом с Карлусом и Дореей и направился к ним.              — Отлично выглядишь, приятель, — усмехнулся Джеймс, хотя улыбка и не отразилась на его глазах, и хлопнул его по плечу.              Рядом с ним Сириус убирал со лба темные кудри. Его серые глаза были гораздо тусклее, чем полагается по случаю, но он всё равно попытался ухмыльнуться:              — До сих пор не могу поверить, что ты собираешься жениться на самой красивой птичке Хогвартса.              — Я тоже, — усмехнулся Гарри, и рассеянно вытер вспотевшую ладонь о брюки: — Не знаю, как мне так повезло.              — Давай-ка поднимем тебя наверх, — Джеймс осторожно подвел его к приподнятому места у перил: — Лили сказала, что им нужно еще 15 минут, а это было 10 минут назад. Наверное, они скоро будут здесь.              — Вы не видели Марлин? — нервно спросил Гарри. — Вы должны были, когда они завели вас внутрь, не так ли?              — Без шансов, — Лили нельзя было переубедить. Она даже завязала нам глаза, — усмехнулся Джеймс и достал из-под мантии небольшую коробочку: — Однако мне дали вот это.              У Гарри перехватило дыхание, когда он осторожно взял коробочку и открыл крышку. На бархатном лоскутке ткани лежало золотое кольцо с крошечной эмблемой Гранианской крылатой лошади на ней.              Он некоторое время смотрел на него, сглотнул комок в горле, затем снял своё кольцо и положил его рядом с кольцом невесты.              «Она сняла его только для того, чтобы я надел его обратно».              — Наверное, я должен забрать его обратно, Гарри. Не беспокойся, я его не потеряю, — рука Джеймса осторожно закрыла крышку, и положила коробочку обратно в карман: — В любом случае, сейчас тебе следует сосредоточиться на чем-то, а лучше на ком-то другом.              Голова Гарри тут же метнулась к выходу на балкон.              Откуда-то вдруг зазвучала музыка — тихое фортепиано, похожая на трель феникса, сгладившая бурлящие внутри него переменчивые эмоции.              Небольшое собрание гостей сошло с голубого ковра в обе стороны, и только Джеймс остался на помосте, где к ним присоединился Карлус.              Глаза Гарри были прикованы к распахнувшейся двери, заставившей его забыть обо всём вокруг.              Марлин грациозно вышла на голубую ковровую дорожку под руку с Мэтью.              Длинное платье из белого шелка струилось из тонких бретелек по обнаженным плечам. Белые розы переплелись с её золотистыми волосами, которые были собраны в длинную элегантную косу.              Она сияла, была неописуемо прекрасна, и просто идеальна.              Её голубые глаза встретились с его глазами, и сердце Гарри заколотилось быстрее, когда она, по голубому ковру, стала подходить к нему.              Никогда ещё она не была так прекрасна, и никогда ещё он не чувствовал, что любит её так сильно.              Он смутно различил Лили, стоящую сбоку от Марлин, её зелёные глаза светились радостью, когда она пускала дождь из красных роз в корзине на своей руке.              В конце концов Марлин вышла из-под навеса из роз. Она поднялась по двум ступенькам к нему, где рассталась с рукой Мэтью и посмотрела на него невероятно большими голубыми глазами, которые сверкали, как звезды в ночном небе.              — Не нужно так нервничать, любовь моя, — когда она взяла его руки в свои, Гарри почувствовал, что и его сердце слегка дрожит. — Мы мечтали об этом идеальном дне несколько месяцев, и ничто не сможет отнять его у нас.              «Наша мечта», у Гарри пересохло в горле, когда он переплетал их пальцы между собой: «Наш закат».              Откуда-то появилась рука Джеймса, протягивающая им два кольца в открытой коробочке.              — Пусть Мать Магия будет мне свидетельницей… — сказала Марлин, слегка сжала пальцы Гарри и надела на них золотое кольцо, — ибо я хочу стать твоей женой.              Лента белого пламени обвилась вокруг её запястья маленькими спиралями и перекинулась на его запястье.              — Пусть Мать Магия будет мне свидетельницей, — повторил он, и на мгновение потерялся в глубине голубых глаз, которые с любовью смотрели на него, — ибо я хочу стать твоим мужем.              Бледное пламя всколыхнулось вокруг его предплечья, закрутилось в ленту и погрузилось вглубь кожи, пока Гарри не почувствовал, что оно горит у самого его сердца.              Марлин подняла их соединенные руки, одна изящная бровь изогнулась в немом вопросе. Он посмотрел, как две золотые ленты засияли вокруг каждого из их пальцев, и кивнул.              Её розовые губы улыбнулись, и он быстро повторил её движения.              — Я обещаю чтить тебя, любить и лелеять. Ибо ты — моя, а я — твой, сегодня и до скончания времен. Пока смерть не разлучит нас.              Её слова звенели в его ушах, а звук его собственного голоса тонул в бесконечной синеве её глаз.              Карлус шагнул вперед и постучал своей палочкой по их соединенным рукам.              — Пусть Мать Магия рассудит и благословит этот союз долгой любовью и удачей, — он отступил вниз вместе с Джеймсом и Лили и обнял свою жену.              — Теперь ты можешь расслабиться, любимый, — прошептала Марлин, её пальцы пробрались к его шее и запутались в волосах, а лицо приблизилось к нему: — Ты официально мой.              — А ты официально моя, — в груди Гарри разлилось тепло, и он наклонился, чтобы поцеловать ее.              Они медленно слились в страстном поцелуе пока из зала не раздались восторженные возгласы и свист. Он медленно вернулся на балкон, а мягкая теплая улыбка Марлин всё ещё была рядом с ним.              «Идеально».              Гарри заметил, как Дорея и Мелания закрыли рот руками, в глазах у них блестели слезы, а их мужья не очень-то старались их утешить. Откуда-то снова зазвучала музыка — старомодный вальс, похожий на тот, под который они танцевали в поместье Боунсов.              Гарри усмехнулся, обхватив рукой талию Марлин, и почувствовал, как ее обнаженная кожа задрожала под его прикосновением:              — Можно пригласить вас на танец?              — Конечно, — улыбнулась Марлин: — Мы можем танцевать столько, сколько пожелаешь, муж мой.              Он медленно закружил её, не обращая внимания на другие пары, которые вскоре присоединились к ним, и просто смотрел ей в глаза взгляд, так как не был способен ни на что, кроме улыбки.              В конце концов, взгляд Марлин отклонился, и она огляделась по сторонам:              — Ты хорошо поработал над оформлением. Или я должна поблагодарить за это Дорею?              Гарри усмехнулся:              — Признаюсь, мне помогли.              — По словам Лили, Сириус и Джеймс были невероятно скрытны и неясны в отношении того, что вы все делали прошлой ночью, — улыбка Марлин слегка дрогнула: — Может быть, ты хочешь признаться в чем-то ещё? Я не думаю, что разумно начинать наш союз с секретов.              — Это не так, — Гарри напрягся. — Я бы никогда…              Марлин заставила его замолчать поцелуем.              — Я знаю, — прошептала она, и прижалась к его подбородку: — Но я могу сказать, что что-то произошло. В любой обычный день Сириус уже давно бы сделал что-нибудь неподобающее, например, попытался превратить меня в кошку. Кроме того… — она долго смотрела на него, — тебя что-то беспокоит. Ты мой муж, Гарри. Всё, что у нас есть, мы теперь делим, включая твои заботы. Ты должен просто сказать мне…              — Ты права, — он крепко обнял её, вдохнул аромат роз, а затем прошептал: — Сириус убил Питера прошлой ночью.              Её пальцы напряглись на его шее, после чего впились в ткань мантии, а глаза блеснули:              — Как?              — Мы столкнулись с ним и Розье в Лютном Переулке, — вздохнул Гарри и притянул её ещё ближе к себе, ноги сами понесли их чуть дальше от других танцующих пар: — Мы немного поговорили, и ситуация накалилась. Питера спровоцировали, и он выпустил заклинание, которое Сириус успел отбить. Это было заклинание Снейпа…              — Как они с этим справляются? — спросила Марлин.              — Лучше благодаря моему вмешательству, — Гарри позволил ей сделать спираль и притянул её обратно: — В тот момент, когда Питер упал на землю, Розье аппарировала прочь, оставив нас с истекающим кровью трупом. Я попытался привести его в чувство и сумел впечатать Тёмную метку в его предплечье.              — Бесчисленные часы изучения наконец-то окупились, — пробормотала Марлин: — Они на это купились?              Он кивнул:              — Это была не идеальная копия, я никак не мог так быстро правильно наложить все заклинания. Однако, учитывая, что Волдеморт — единственный другой змееуст в Британии, вряд ли кто-то заметит разницу.              — Ты хорошо справился, — согласилась Марлин: — А тело?              — Его оставили, чтобы какая-нибудь несчастная душа обнаружила его ранним утром, — сказал Гарри: — Мертвый Пожиратель смерти не вызовет слишком много вопросов.              — Хорошо, — она посмотрела ему в глаза: — Чувствуешь ли ты себя обделённым местью, которую должен был совершить ты?              — Нет, — Гарри покачал головой: — Я бы дал ему еще несколько месяцев, пока крыса сама не приняла метку. Он должен был умереть, и вряд ли имело значение, кто спустит курок.              — Курок? — Марлин вопросительно посмотрела на него.              — Просто маггловская поговорка, — усмехнулся Гарри: — Но хватит об этом, я не хочу портить нам день.              — Ты прав, — кивнула Марлин и впилась в его губы очередным поцелуем: — Мы должны праздновать самый счастливый день в нашей жизни, а не позволять ироничной, судьбе каких-то мелких ничтожеств омрачать наш идеальный закат.              — Я бы не отказался от побега, — вздохнул Гарри. Они перестали танцевать, и теперь он просто, обхватил её руками за талию, и крепко прижал к себе.              — Тогда давай сбежим, — Марлин поцеловала его: — Здесь нет ни Волдеморта, ни Дамблдора, ни Пожирателей смерти, ни Министерства. Только мы двое и те немногие, кто нам дорог. Пусть так и будет, мой муж.              Но они всё ещё остались там.              Он позволил Марлин прислонить голову к своему плечу:              «Этот идеальный пузырь рано или поздно лопнет, и реальность снова набросит на нас свой мрачный покров».              Он посмотрел на их переплетенные руки и золотое кольцо на своем пальце.              «Пока смерть не разлучит нас…».              «Я сражаюсь с Волдемортом, Дамблдором, со всем миром только за то, чтобы они перестали отбирать у меня важных людей…»              Гарри крепче прижал теплое тело Марлин к своей груди, положил голову на её золотистые локоны и вдохнул ее запах:              «Почему я должен позволять Смерти отнимать у меня что-то?»              «Почему я должен рисковать, позволяя Ему отнять меня у неё?»