Чудо из Мандрилии

Наступило время для съемки восьмого выпуска. Осталось восемь участников. Кто на этот раз снимет маску? Это классический вопрос для этого шоу.

— А на сцену к нам снова выходит наше талантище: Мандрил! — Объявил Слава, а после отошел немного в сторону, посмотрев в сторону выходящего из-за кулис Мандрила, который как обычно вышел грациозной королевской походкой. — Добрый вечер, мои любимые, родные, как же я по вам всем соскучился! — Заявил Мандрил, слегка разводя руками в стороны. — Мы тоже скучали, Мандрил! — Сказал Филипп, соглашаясь с Мандрилом. — Я хочу сказать огромное спасибо тем зрителям, что спасли меня из номинации. Я вам присуждаю звание почетные зрители Мандрилии. А так же звание почетный Мандрил! Второй степени. И конечно же в честь моего спасения из номинации в Мандрилии объявлены трехдневные празднества! — А какие бонусы это дает, Мандрил? — Спросил ведущий, интересуясь. — Это бесплатный проезд у нас в Мандрилии… — На тиграх? — Иногда на…иногда в… — Загадочно произнес Мандрил. В зале послышался смех. — Кому как повезет, да? — Усмехнулся Слава. — А вот тем зрителям, которые проголосовали тогда не за меня и отправили в номинацию… Вам еще есть над чем подумать, дорогие мои. Кстати, хочу еще поблагодарить жюри, за то что спасли мою еще одну потенциальную невесту — Хомяка! Вот вы ее спрашивали сегодня замужем ли она и она ответила: «почти». Так вот это неполная фраза, вот полная: Почти Мандрил! Правда, я все еще не знаю как я у себя в Мандрилии буду объяснять, почему невеста ходит на людях голая, но со стразами… Ну, надеюсь, что-то придумаем. — Ну, Мандрил, там же мех все прикрывает, — Сказал Слава, глядя на Мандрила. Тот перевел взгляд на ведущего, выждав небольшую паузу, а после указал на себя руками. — Это у меня блин мех все прикрывает! Ну, там…ты понял… — Сказал Мандрил, на что Слава лишь загадочно улыбался. — Я кстати жду Мандрильский капитал! — Заявила Регина. — Оформляется, — Спокойно ответил Мандрил. — А я хочу звание почетного артиста Мандрилии! — Будет сделано! — Чтобы Басков повесился от зависти! Такого звания ему не получить никогда! — Заявил Филипп, тем самым тролля Баскова. Классика жанра. — Неее. — Произнес Мандрил тем самым вроде как соглашаясь с Филиппом, но звучало так чтобы не обидеть ни того ни другого. — А вы прикиньте, если там Николай Басков, который слышит все это? — Вдруг сказал Воробьев, глядя на Филиппа. — Пам-пам! — Прокомментировал Тимур. — Коля может многое, — С гордостью сказал Филипп. Все-таки они с Басковым не враги, а друзья, которые подкалывают друг друга. — Одну минуточку, а Мандрил может быть Николаем Басковым? — Спросила Регина, обращаясь к Мандрилу. — Конечно может, — Спокойно ответил Мандрил. — Кстати, Мандрил! Мне сегодня ночью пришло видение. — Сегодня ночью, — Утвердился Мандрил, глядя на Регину. — Да! Значит, вы стоите на сцене. В Крокусе. И говорите: Ну вот, Великолепнейший Мандрил сегодня в Маске победил! Как вам такое? — Мне нравится. — Ой, боюсь этих вот…таких вот слов сказанных заранее, но все же будем надеяться! Мандрил, я обещал что буду болеть за тебя и тянуть до финала, так что буду очень надеяться, что тридцатое апреля станет для тебя не только днем моего рождения, но и грандиозной победой в шоу Маска! — Вновь сказал Филипп, не забыв напомнить про эту дату. — Ребята, Филипп думает, что его день рождения это официальный праздник. Поэтому каждое тридцатое апреля в любой семье отец наряжается в стразы и перья и запрыгивает на стол. Ну, а там уже насколько таланта хватит, — Сказал Тимур, немного тролля короля эстрады. — Знаете, а я соглашусь с Лешей. Возможно там правда Басков! — Вновь начала Регина, — А вообще у нас раньше была такая версия? — Не было, я помню, — Сказал Мандрил, изредка поглядывая на Славу и вдруг слегка пошатнулся — Ну, вот такой ла-ли-ла-лай! — Ведущий перевел взгляд на резко пошатнувшегося участника, забеспокоившись, и готовясь его ловить, — Мандрил, ты в порядке? — Да-да, просто немного не так ноги поставил. Но я если что схватился бы за твою руку. — Ты, смотри мне. Если что врач у нас имеется. — Не надо, врача, успокойся. — Ну, смотри, если тебе станет плохо… — Не станет мне плохо, Слава — А ЕСЛИ СТАНЕТ?! — Слава, что у вас там за разборки супругов? — Поинтересовался Воробьев, следя внимательно за перепалкой на сцене. Макаров кинул на него недобрый взгляд, намекая чтобы тот не вмешивался, — Ладно, я понял. Разбирайтесь, голубки. Только вот Юру твоего жаль, подкатываешь к Ревве нахальным образом. — Да с чего ты вообще решил, что это Ревва, Леш, у тебя вообще других версий нет на Мандрила?! — Слава стал раздражаться из-за того как Воробьев постоянно твердил что Мандрил это Ревва. — Ну, просто смотри, ну все под Ревву подходит: и голос, и шутки, и жесты, и манеры… — Да ни черта это на него не похоже смени уже наконец пластинку, Воробьев! — Я-то сменю, но сам факт остается фактом. Ты изменяешь Музыченко… — ДА В КАКОМ ЧЕРТ ПОБЕРИ ПЛАНЕ Я ЕМУ МОГУ ИЗМЕНЯТЬ?! Ты соображаешь вообще головой своей, что ты сейчас за бред несешь, Воробьев?! Или я тебя в тот раз слишком сильно треснул гитарой по башке в финале и последние мозги отшибло?! Если там вообще они были! — Как ты занервничал, Макаров. Явно неспроста… Ядом так и плюешься, прямо как змея. Ах, да. Ты и есть змея. — Да, я змея. А раз я змея у меня есть яд и клыки. И это значит, что я не всегда такой добренький…

Мандрил перевел взгляд на ведущего, который очень сильно раздражался, а после осторожно положил руки ему на плечи, слегка разминая и тем самым успокаивая вырывающийся наружу гнев в сторону Воробьева. Макаров расслабился, успокоив свои нервы, а Алексей тем временем внимательно следил за ними, анализируя их поведение рядом друг с другом.

— Ну, Слава, ты просто так кокетничаешь с другими масками, словно забыл, что ты как бы в отношениях. Скунсу так вообще предложил: Выходи за меня!

Мандрил замер, сильно сжав плечи Макарова. Тот постарался вытерпеть боль в плечах от сильно впившихся пальцев, затем почувствовал как Мандрил медленно разжал пальцы на его плечах, убирая руки вниз и отойдя от Славы в сторону. Ведущий понял, что крупно попал из-за своей неудачной шутки со Скунсом, но и нельзя было выдавать свое поведение при жюри и зрителях. Это самая настоящая ловушка для Пугала, в которую его загнал Монстрик. Он молча смотрел в сторону Мандрила, а после посмотрел на жюри, не зная куда себя деть. Он был по-настоящему растерян. Возможно он впервые казался таким растерянным на сцене со взглядом, который кричал о помощи. Мандрил так же молча смотрел в сторону Славы, но не стал себя выдавать своим поведением и повел себя так словно ничего не было.

— Ну что же, раз Слава изменяет Юре Музыченко, которого вы во мне видите, боюсь что Юра, когда это узнает то будет ооочень плохо, — Сказал Мандрил, разведя руками в стороны. — Д-да уж… — Чуть дрожащим голосом произнес Слава. Он был в данный момент очень уязвим. В том числе для троллинга от Монстрика. — Ой, Славка, совершенно ты не подумал, прежде чем ляпать такое Скунсу. Прямо как ситуация с Азизой, хотя тут даже еще больше неловко, да Слава? Получается ты подорвался на собственной неудачной шутке, которая вполне может и разрушить твои отношения с Юрой, — Воробьев продолжал нагнетать и прижимать под весом сарказма и троллинга Макарова прямиком к земле, буквально закапывая его заживо, как бы страшно ни звучало. Но именно так себя ощущал Слава в данной ситуации. — Хватит… — Тихо произнес Макаров, подняв озлобленный взгляд на Воробьева, сжав свободную руку в кулак. Мандрил тем временем покинул сцену так как съемки прервались. — Хватит? Думаешь только ты умеешь делать больно, Макаров?! Ты думал я тебе прощу твои саркастические шутки про меня и Дайнеко?! Неееет, дорогой мой, я на тебе отыграюсь и очень жестоко! Заслужил! — Хватит! Угомонитесь оба! — Гаркнул на них Родригес, — Вы че тут оба устроили?! Мандрил уже не выдержал и ушел за кулисы! — Мандрил… — Тихо произнес Слава, а после удалился за кулисы как и обычно в перерывах и мигом помчался к гримерке Мандрила, но та была заперта, — Ну, нет, только не говори, что ты там заперся… — Уходи и не мешай мне! — Послышался раздраженный голос Музыченко из гримерки, который уже сидел без маски, пытаясь сосредоточиться на своем номере, но мешали мысли о сильной ревности и о том, что Слава мог ему и правда изменять. В нашем мире это не удивительное событие к сожалению. — Юра, ты не правильно все понял, Воробьев все это преувеличил…

Как бы Макаров не отговаривался сейчас Юра ему не верил. Он сидел в своей гримерке и пересматривал прошлый выпуск, а именно момент общения со Скунсом, где четко увидел этот момент неудачной шутки «Выходи за меня!». Сердце налилось кровью, в горле встал огромный ком, мысли абсолютно поплыли. Ни о каком сосредоточении и речи быть не могло в данный момент. Юра был ужасно разочарован, хоть это было и шуткой, но к сожалению такие шутки понравятся далеко не каждому. Как бы Юра сам не относился к жизни с юмором для него тема отношений со Славой была очень серьезной. И какие-то малейшие неудачные шутки про измену были равносильны маленькому осколку, попадающему прямо в сердце, доставляя невероятно сильную боль.

Макаров чувствовал себя просто отвратительно, а в сердце было несколько осколков, причиняющих боль. Он сел на скамью около гримерки Юры и стал раздумывать о дальнейших событиях. Он стал ждать, когда Мандрил выйдет из своей гримерки, чтобы попытаться с ним поговорить. И когда этот момент настал он получил лишь толчок в грудь и холодное молчание. Еще один осколок. Мандрил отправился на сцену, наконец найдя в себе силы сосредоточиться на своем номере.

***

Прозвучал душевный, трогательный и вновь лиричный номер под песню Высоцкого. Жюри чуть не всплакнуло, особенно Регина и Валерия. Филипп тоже восторгался номером. Алексей не переставал восхищаться Мандрилом, все еще думая, что там его любимый Ревва. По другому и не скажешь. Слава даже не озвучил в этот раз номер Мандрила, просто молча встав рядом с участником на сцене.

— Мандрил, вы нас в очередной раз покорили. И заставили впасть в некоторое оцепенение. Мы вновь убедились в вашем безграничном таланте. Ну как вам это удается? Сначала смешите нас, рассказываете какие-то истории, а потом бац: И лирика… Мы вас так заслушались мы даже не обсуждали ничего между собой, настолько вы нас заворожили, — Сказала свое мнение Регина. — Вот, да, Мандрил. Нас просто парализовало от твоего номера, мы и слова сказать не могли, — Продолжил Тимур. — Мы вновь убедились, что вы не только великолепный певец, но и замечательный драматический актер! — Сказала Валерия, — И мы все-таки убедились, что вы не Басков. — А мне так нравилась эта версия… — С грустью произнес Мандрил. — Нам тоже. Пока вы тут не запели, понимаете ли, почти басом! Ну и по поводу версии. Я не могу отделаться от мысли, что слышу там Камиля Ларина. — Этот голос преследует вас, Валерия? — Поинтересовался Мандрил, слегка склонив голову набок. — Да, — Ответила Валерия, — Ничего не могу с собой поделать… — Замахнуться на Высоцкого это очень большой риск, — Начал говорить Киркоров, — Чтобы справиться с его прекрасными песнями нужно иметь очень большой талант и любовь к его творчеству. Не каждый сможет качественно и так душевно исполнить его песни, но ты, Мандрил, великолепно справился с поставленной задачей. Даже в Мандрилии поют песни Высоцкого! Вот оно высокое бессмертное искусство! — Мандрил, я хочу тебя поблагодарить за твое великолепное выступление. У тебя просто невероятный талант, огромная душа и очень большое сердце. Если вначале своего пути ты следовал за зрителями, прощупывая почву, то теперь ты следуешь за своим сердцем, не забывая также радовать зрителей. И прощупав почву в этом проекте своим лирическим материалом ты теперь волен делать, то что именно ты сам хочешь. Ты не ушел окончательно в юмор, как нам казалось в начале сезона. Ты решил отойти от него и начать раскрывать нам свою душу и свой внутренний красивый мир. И я знаю, под маской Мандрила точно есть еще одна маска, которую ты носишь очень часто и без которой ты практически не можешь. Ты каждый раз поражаешь нас и я очень хочу, чтобы ты дошел до финала. Я надеюсь на это. — Вы уже практически все сказали, но я скажу тоже, — В разговор влез Алексей, — Мандрил, после твоего номера у меня появились мурашки по всему телу, ну как же ты хорош! — Леш, я думал ты скажешь: У меня мурашки по всему телу… Боже, как же я хорош! Как мне идут мурашки! — Тимур решил приколоться над Воробьевым и тот оценил шутку над собой.

В зале послышался смех. Не было смешно лишь Мандрилу и ведущему, хотя он улыбался как ни в чем ни бывало, но в душе ему было откровенно говоря хуево. Он не знал, что делать дальше и как поступать, чтобы исправить свое нелегкое положение.

— Мандрил, а у вас есть брат-близнец? — Спросила Регина. Рубрика «странные вопросы от Регины» начинается. — Нет, — Ответил Мандрил, думая какой еще оригинальный вопрос ему зададут. — А вы оканчивали школу студию МХАТ? — Пфф… Зачем? — Слегка усмехнулся участник, немного разводя недоуменно руками в стороны. — Ну, ясно, это они у вас учились. Понятно. А озвучивали ли вы мультфильмы? — Было дело, конечно…да-да, — Уверенным тоном врушки сказал Мандрил, слегка кивая. — И еще вопрос: есть ли у вас звание заслуженный артист России? — Нет, — Уверенно произнес Мандрил, что было правдой. — Ничего, я думаю после этого шоу у вас обязательно появится это звание, ведь вы потрясающий артист! И я думаю, что все эти выпуски нас радует и удивляет Игорь Верник! — Регина закончила свой допрос, назвав очередную версию. Мандрил не знал куда себя деть, он посмотрел на Славу, тот неуверенно пожал плечами, но во взгляде было сильное удивление. — Вот, он сильно будет удивлен, когда Мандрил снимет маску, а там действительно и он такой: Ребята, а что я тут делаю? — Вновь пошутил Родригес. — А как я буду удивлен, не представляете, — Усмехаясь произнес Мандрил, едва сдерживая себя, чтобы не заржать, слушая что еще скажут жюри, — Это не я, ребята, он скажет. — По моему вполне неплохая версия! — Заявила Регина. — Вот, знаете, если отбросить шутки в сторону этот уникальный проект под названием Маска действительно позволяет мне делать, то что я хочу на сцене. И мне безумно приятно, что я могу осуществить здесь все, что так хотелось. — Ну, что, Мандрил. Мы в очередной раз убедились в твоем красивом голосе, от которого, как мы видели, лампочки загораются. Прощаемся ненадолго, ждем тебя на финальном голосовании, — Наконец хоть что-то сказал ведущий, ожидая речь Мандрила. Тот вышел вперед на сцене, ближе к зрителям. — Ну как же всех вас полюбил! Великолепнейший… — Мандрил!

И вновь зазвучала музыкальная тема Мандрила, после которой он удалился за кулисы. Настал перерыв. Слава успел догнать Мандрила прежде чем он убежал гримерку. Но там же случилось неожиданное. Мандрил резко оперся спиной о стену закулисья, слегка запрокинув голову кверху. Слава мигом оказался с ним рядом.

— Юра, что с тобой?! Тебе плохо? — Блять… Мне пиздец сейчас настанет, Слава…у меня темнеет в глазах под маской… — Участник продолжал сползать вниз по стене. Слава быстро подхватил его под руки, удерживая хоть как-то. — Твою мать… ОХРАНА! Быстро сюда! — Макаров быстро созвал охранников, найдя четверых человек, которые стали придерживать падающего Мандрила, а сам Слава быстро отправился за врачом.

В гримерке:

Слава сидел рядом с Юрой, которого положили на диван, но тот был все еще в костюме, без маски. Врач сидел рядом и что-то записывал. Макаров держал Музыченко за руку, слегка сжимая его руку в своей, в глазах была паника и неописуемый страх за жизнь того, кто ему дорог. Он ошарашенным и обеспокоенным взглядом смотрел на лежащего в полумертвом состоянии и побледневшего Юру, продолжая держать его за руку.

— Не смей закрывать глаза, Юра… — Да не закрываю я, попробуй при тебе их закрыть, засранец, из могилы же достанешь… — Даже в полумертвом состоянии Музыченко оставался собой. — Доктор, что с ним? — Макаров перевел взгляд на сидящего неподалеку врача. — Ну, что же. Могу сказать, что у него очень сильно понизилось давление, оттуда и потемнение в глазах. Нехватка воздуха поспособствовала обмороку. Так же, учитывая что он сегодня не ел, как он признался, это так же спровоцировало голодный обморок и пониженное давление. Сейчас отлежится и пускай поест, — Сказал врач, а после покинул чужую гримерку, удостоверившись что участник в норме и что ничего страшного не было. Это не единичный случай в этом проекте. — Да какой там… Голосование же сейчас будет… — Лежи! — Скомандовал Макаров, — Никуда ты сейчас не пойдешь! Придется немного задержаться со съемками. — Да сейчас я отлежусь и пойду на голосование, Слав… Таблетки мне дали, давление померили, так что все нормально уже. Более менее. — ТЫ БЛЕДНЫЙ БЛЯТЬ КАК МОЛЬ, ТЫ ИЗДЕВАЕШЬСЯ, МУЗЫЧЕНКО?! — Слава не сдержался, вспылив на лишний героизм Юры, сильно перепугавшись за него, — Если ты встанешь сейчас с этого дивана, я тебя так по жопе шлепну, что точно вставать потом не захочешь! — Не ори на меня… — Фыркнул Юра, а после отвернулся от него, поворачиваясь спиной, лежа на боку, на диване, а после тяжело вздохнул, — Иди давай. Я потом приду. — Не гони меня, Юра. Я знаю почему ты это делаешь, но не нужно. Слушай, то что сказал Воробьев и то, что ты увидел в прошлом выпуске… — Замолчи. И так хуево… — Музыченко обнял себя за плечи, свернувшись на диване комочком, — Я же знаю, как будет для тебя лучше… Тебе будет лучше со Скунсом. Там девушка, это понятно. Когда-нибудь ее раскроют, вы поженитесь, и у вас будет счастливая семья и дети… — Юра, прекрати. Я знаю, что ты ревнивый, но все-таки… Я же говорил тебе, что люблю только тебя и никто другой мне не нужен. Я может и кажусь врушкой, но я не всегда вру. На счет наших отношений я врать тебе никогда не стану. Они для меня очень важны, поверь мне. Но к сожалению пошутил я очень неудачно. Но это было именно неудачной шуткой, я же не стану абы кому предлагать выйти за меня замуж. Ну глупо же, ты разве так не думаешь? Тем более я не знаю, кто под этой маской, я только знаю тебя из всех оставшихся участников. Причем с первого выпуска. А сегодня… Я очень сильно за тебя испугался, Юра, — Слава положил руку на плечо Юры, глядя на него обеспокоенным взглядом, — Я потерял однажды близкого мне человека, я не хочу, чтобы это повторилось снова. Ты мне очень дорог, правда. Я боялся, что могу тебя потерять. Когда ты там за кулисами начал падать… Я… — Голос Макарова предательски задрожал, а на глазах стали проступать слезы. Юра повернулся к нему слегка, глядя на него через плечо, заметив, как по его щеке скатилось пару слезинок. Музыченко тяжело вздохнул, все же решив к нему развернуться. — Ну не надо, Слава, я живой. Все в порядке. Не я первый не я последний, в конце концов, — Юра сел перед ним, хоть все еще не отошел от своего состояния, но нашел в себе силы взять руки Славы в свои, посмотрев ему в глаза, когда тот обратил на него внимание. — Юра, я правда очень сильно испугался. Когда с тебя сняли маску в гримерке ты был такой бледный… Можно было подумать, что ты… — У Славы уже не оставалось сил ни на какие слова. Музыченко раздумывал над своими мыслями, а после все же решился сделать, то что было необходимо. — Тише. Иди сюда, горе луковое, — Юра стал слегка тянуть Славу на себя, в итоге немного повалив его на себя, а после поцеловал его в губы, обняв за шею. Макаров прижал к себе Юру, довольно крепко обнимая, будучи на эмоциях, уткнувшись носом ему в плечо, всхлипнув. Музыченко стал успокаивающе гладить его по спине, надеясь, что хоть немного сможет успокоить встревоженного Славу, сердце которого бешено колотилось от испытанного страха за Юру. — Юра, какого черта ты не ел ничего?! — Да я просто не хотел на полный желудок выступать, не думал что все так затянется, ну и… — Юра стал принюхиваться, — Пахнет колбасой… От тебя… — Конечно, блин, пахнет, я на нервной почве взял с собой бутер из гримерки, ожидая пока тебя тут реанимируют наконец! Реанимировали, бутер не съеден. И если ты сейчас же не поешь я тебя насильно заставлю есть! Хоть этот бутер! — Дай. — Неожиданно, но так и быть! — Макаров достал из кармана пиджака, — И вообще, скажи мне честно: Как часто тебе плохо под маской? — Нечасто. Я же ведь еще и плясал на сцене и ничего. Выжил. Правда теперь я с этим завязал, и потому у меня теперь лирика и мало движений. Потому что я чуть не сдох один раз… Ну и сегодня еще. — ДОПЛЯСАЛСЯ, МУЗЫЧЕНКО! — Да хватит на меня орать, Макаров! — ЕСЛИ БЫ Я МОГ НЕ ОРАТЬ Я БЫ НЕ ОРАЛ! НО Я ОРУ! Я ВОЛНУЮСЬ ЗА ТЕБЯ! Потому что люблю… — Ладно, так и быть ты прощен за свой грех с неудачной шуткой, — Юра стал есть бутерброд, который ему отдал Слава. Похоже еда смогла его довольно быстро реанимировать, ведь теперь он сидел прямо, даже не горбясь и спокойно поедал бутерброд с колбасой. Слава смотрел на него задумчивым взглядом, словно что-то анализируя у себя в голове. Тем временем Музыченко быстро расправился с бутербродом. — Точно. Как же я забыл… Тебя можно легко реанимировать едой. — Слава, я из могилы вылезу, лишь бы пожрать. — Ну, хорошо. Так и буду делать в следующий раз, когда будешь опять падать за кулисами, тебя будут держать четыре охранника и я подойду к тебе и произнесу загадочным тоном: Колбаса… Она ждет тебя, Юра… — Макаров! — Юра тут же рассмеялся, представив себе эту картину, — Дурак ты! Колбаса блять! — Да, я дурак, не отрицаю, — Мило улыбаясь сказал Слава, глядя на смеющегося Юру. В конце концов ему стало полегче от осознания, что легче стало и самому Юре, — Кажется я понял теперь, почему ты не смеешься на сцене из-за абсурда от жюри. — И почему же? — Возможно потому что боишься задохнуться там под маской. — Зато в гримерке потом ухахатываюсь из-за жюри и их охуительных версий! Слава, я Игорь Верник. Живи теперь с этой информацией!

Теперь они оба сидели на диване и хохотали в гримерке, вспоминая абсурдные версии членов жюри. Пока Музыченко смеялся он навалился на Макарова, что уже вошло в привычку у него, пока второй, обнимал его, сидя с ним рядом на диване.

— Знаешь, мне больше нравится, когда ты смеешься и веселишься. Это сугубо мое мнение, Юра, но видеть тебя грустным и лиричным для меня немного непривычно. — Да я при тебе и так постоянно ржу и веселюсь, куда уж еще больше, — Усмехнулся Юра, посмотрев на Славу, наваливаясь на него так, что в итоге плюхнулся к нему на колени. Макаров стал его гладить, успокаиваясь постепенно. В конце концов натерпелся он страху за близкого ему человека. — Люблю я тебя, зараза ты этакая, — Произнес Слава, продолжая гладить лежащего у него на коленях Юру, расслабленно прикрыв глаза. — Кто тут еще среди нас двоих зараза, Макаров. Изменял мне тут с другими масками. Ни капли совести у тебя, Пугало! — Да, ну, Юра, харе, — Усмехнулся Слава, слегка хлопнув ладонью по его плечу, намекая чтобы тот прекращал троллинг. — Что прекращай? Я правду говорю тебе, деловая ты колбаса! — Юра… — Макаров выразительно посмотрел на нарывающегося Музыченко. Это вполне значило, что второму стало лучше, раз уже за троллинг взялся, — Я смотрю тебе стало лучше, да? — Немножко. По крайне мере троллить я тебя буду даже на грани смерти, засранец!

Слава лишь подпер рукой голову, загадочно и молча глядя на Юру, а второй рукой стал его слегка щекотать, намекая, что либо тот прекратит свой, либо получит за это сполна. Сам же Музыченко слегка скукожился, тихо засмеявшись, но вскоре атака прекратилась. Эти двое просто продолжали сидеть в гримерке. Но все же Слава посмотрел на часы, понимая, что так долго им просидеть не удастся и они оба встали с дивана. Юра стоял более уверенно на ногах, а после надел свою маску обратно.

— Ладно, Юра. Скажи честно, ты готов сейчас выходить на голосование? — Я готов. Идем уже. Тебе первому на сцене быть надо, так что поторопись. — Юр, подожди… Так. ты точно меня простил? — Нет, ну что ты? Всю жизнь обижаться теперь буду. Да простил тебя Мандрил, иди уже, чудо соломенное.

Прежде чем уйти из гримерки Макаров обнял напоследок Мандрила, а сам же поспешил на сцену и съемки вновь возобновились.

***

В итоге в восьмом выпуске маску снял Скунс и им оказалась певица и дочь Валерии Шена. Она же бывшая Анна Шульгина. Наконец съемки были закончены. Мандрил чувствовал себя гораздо лучше, чем было до и после его номера. После голосования он весело в припрыжку поскакал вместе с Пуделем, держась с ним за руки. Полный показатель того, что с Мандрилом уже точно все было хорошо.

Дома же Слава каждый час проверял в порядке ли Юра, не болит ли чего, не упало ли давление, не голоден ли он, можно сказать окружил заботой, желая, чтобы с его любимым все было в порядке. Сам же Юра раздумывал о случавшихся событиях и о том, что из-за одной дурацкой шутки он и Слава чуть не расстались. Оба бы не выдержали. Самым страшным событием стало то, как ему стало плохо. Неужели это мрачный звоночек к скорому раскрытию Мандрила? Никто не знает, но теперь Слава будет в три раза внимательнее к Юре.