Good girl

Оу. Я не была из тех, кто отказывался от действия. И в конце концов, это была всего лишь игра. Я посмотрела на Фреда, стараясь не пересекаться взглядом ни с кем другим, но чувствовала, что все на меня пялились. Фред выжидающе поднял бровь, на его лице появилась самодовольная ухмылка. Не то чтобы я никогда раньше не целовалась, и на самом деле, большинство моих поцелуев происходило именно по такому сценарию, но я никогда раньше не целовала ни одного из близнецов. И тот, кого я собиралась поцеловать, не был тем, кого я хотела бы поцеловать. — Соберись, Уизли, — сказала я, пытаясь снять очевидное напряжение. Фред взял меня за подбородок, я закрыла глаза, наклоняясь вперед, мое сердце быстро стучало в ожидании. Наши губы встретились, и поцелуй оказался удивительно нежным, а его губы — мягкими. Я почти сразу отстранилась, чувствуя, что мое лицо горело, а сердце бешено колотилось. Стараясь не смотреть ни на Фреда, ни на Джорджа, я взглянула в глаза Чарли, желая как можно скорее переключить всеобщее внимание на что-то другое. — Чарли, правда или действие? Он поднял брови, и, хотя я не могла точно сказать, о чем он думал, он перевел взгляд с близнецов на меня. — Действие, — ответил он. Я немного подумала, прежде чем загадать ему залезть на большое дерево на заднем дворе так высоко, как только он сможет. Чарли усмехнулся и побежал на задний двор. Я встала, оттолкнувшись от бревна, чтобы убедиться, что он выполнит свое действие, но главным образом, чтобы избежать растущего напряжения, которое чувствовалось между мной и близнецами. Я обогнула дом и стала наблюдать, как Чарли прыгнул, чтобы схватиться за одну из нижних веток, подтягиваясь. Я задумалась о чем-то своем, когда мельком заметила, как Чарли схватился за очередную ветку, виднеясь среди листьев. Поцелуй с Фредом был, конечно, коротким, но неплохим. Фреду понравилось? А мне понравилось? А Джордж думает, что мне понравилось? Джорджа это вообще волнует? — Он не так уж и плох, как я думал. Я подпрыгнула на месте от внезапно раздавшегося голоса, обернувшись как раз вовремя, чтобы увидеть приближающегося ко мне Билла. Одна рука у него была в кармане джинсов, другой он держал палочку, которая освещала небольшую часть двора. Не так уж много времени оставалось до того, как мне самой исполнится семнадцать, и я смогу колдовать вне школы, мне уже не терпелось. — Мерлин, ты меня напугал, — призналась я, отворачиваясь к дереву и услышав смешок Билла позади. Чарли спрыгнул с ветки, приземляясь на корточки, затем выпрямился и откинул со лба огненно-рыжие волосы. Его грудь тяжело вздымалась и опускалась, и он, ухмыляясь, подошел ко мне и Биллу. — Ну как тебе, Кристалл? — спросил он. Я обменялась взглядами с Биллом, прежде чем повернуться к Чарли. — Эх, мне плохо было видно. Думаю, тебе придется повторить еще раз. Чарли рассмеялся, игриво толкая меня. — Черта с два, — сказал он, все еще ухмыляясь и перекидывая руку через мои плечи, пока мы втроем возвращались обратно к костру. Он наклонился к моему уху и прошептал: — Кстати, я никогда не видел, чтобы Джордж так сильно ревновал. Я думаю, он был готов ударить Фреда прямо там, когда вы двое целовались. Он отстранился, убирая руку, и я посмотрела на него. — Правда? Он улыбнулся и кивнул, не сказав больше ни слова, так как мы появились в поле зрения друзей, которые смеялись, по-видимому, над чем-то, что сказал Фред. На его лице всегда появлялась эта гордая улыбка, когда ему удавалось привлечь всеобщее внимание. Наконец я рискнула посмотреть на Джорджа, и наши взгляды тут же встретились. Я слегка улыбнулась ему, но он отвернулся, смотря на огонь с каменным выражением лица. Мое сердце замерло, и Чарли подтолкнул меня в безмолвной поддержке, прежде чем мы разделились: он и Билл вернулись на свою скамейку, а я — на свое место между Джорджем и Фредом. Фред держал бутылку огневиски, я выхватила ее и села. На губах почувствовалось знакомое жгучее ощущение, когда я сделала глоток. Я лишь вполуха слушала, как Чарли выбирал свою жертву, — Перси –, который неохотно остановился на правде. Краем глаза я увидела, как Джордж протянул руку за бутылкой, поэтому я передала ее, наши пальцы соприкоснулись, когда он схватился за горлышко. — Ты в порядке? — прошептала я, наклоняясь к нему и касаясь его плеча. — Да. С чего бы мне не быть в порядке? — огрызнулся он в ответ. Я вздохнула достаточно громко, чтобы он услышал. Я не знала, что мне делать, или что я могу сделать, чтобы хоть как-то улучшить ситуацию, поэтому пока я молча наблюдала, как мои друзья продолжали игру, время от времени передавая бутылку огненного виски Джорджу. Я смотрела, как Джинни громко засмеялась, а Рон покраснел от очередной шутки Фреда, но я не особо вслушивалась. — Пойду возьму что-нибудь для сладких сендвечей, — пробормотала я куда-то в пустоту, когда я оттолкнулась от скамейки, немного спотыкаясь и теряя равновесие. Хоть у меня и был опыт с выпивкой (раньше я напивалась и посильнее), действие алкоголя все равно было ощутимым. Я пересекла двор и вошла в дом, в котором царила полная темнота, за исключением небольшого света фонарей снаружи, который проникал через окна. Я добралась до кухни и включила свет. Подошла к одному из верхних шкафчиков, встала на носочки, чтобы открыть дверцу, и отошла назад, чтобы осмотреть содержимое полок. Конечно, все, что нам было нужно для сендвичей с маршмеллоу, находилось на самом верху, за пределами моей досягаемости. — Да что б вас, высокие люди, — пробубнила я себе под нос. Способность колдовать пришлась бы мне сейчас очень кстати, но видимо мне просто придется залезть на стойку. Я положила руки на столешницу, готовясь подтянуться, когда услышала тихий голос из дверного проема, отчего мое сердце почти остановилось. — Могу предположить, тебе бы не помешала помощь. — Мерлин, — сказала я, — Вы все должны перестать подкрадываться ко мне со спины. Я повернулась и увидела Джорджа, который стоял, прислонившись к дверному проему, скрестив руки на груди, на его губах играла нерешительная ухмылка. Честно говоря, я не особо ожидала его увидеть, но определенно была рада. Он выпрямился и подошел ко мне, сохраняя постоянный зрительный контакт, с легкостью протянул руку и взял коробку с крекерами, пакет с зефиром и шоколад. — Выпендрежник, — проворчала я, прислоняясь к стойке. Он закрыл шкаф и прислонился к стойке рядом со мной, заглянув мне в глаза. Нас разделяло всего несколько дюймов, но это было слишком много. — Значит, ты не сердишься на меня? — спросила я, пока он молчал. — С чего бы мне злиться на тебя? Джордж был на удивление спокоен, что странно, учитывая то, с каким рвением он пил огневиски. Обычно, когда в организм близнецов попадал алкоголь, они с Фредом сходили с ума, но сейчас Джордж был пугающе спокоен. — Не знаю. Мне показалось, ты разозлился, а я… — Что ты? — с нажимом сказал Джордж, поворачиваясь ко мне всем телом. Он провел пальцами по своим длинным волосам, но они снова упали ему на лицо. — Я подумала, что это могло быть из-за того, что я поцеловалась с Фредом, — призналась я. — Нет, — слишком быстро ответил Джордж. Я почувствовала, как мое сердце замерло, когда он продолжил, — Какое мне дело, кого ты целуешь? Я не разозлился. И сейчас я спокоен. Что явно было враньем. Во всяком случае, последнее предложение. Он отвернулся и оставил меня на кухне одну, в растерянных чувствах. Я стояла там еще минуту. Он никогда раньше так со мной себя не вел: был нормальным и любящим в одну секунду, а в следующую — холодным. Может быть, Чарли все это время неправильно понимал его намеки. От этой мысли мне стало еще хуже, но вместо того, чтобы остаться в тихой кухне, пока мои друзья смеялись снаружи, я сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, прежде чем вернулась к ним. Побеспокоюсь об этом завтра, когда протрезвею. Как я и ожидала, Рон уже занялся приготовлением сендвичей, и все остальные вскоре последовали его примеру. Я смотрела, как Фред жарил свой зефир — или, лучше сказать, сжигал его. Он держал его над пламенем и ждал, пока маршмеллоу загорится, задувая его только тогда, когда зефир полностью становился черным. Он заметил, что я наблюдала за ним, и усмехнулся, когда я скривила неодобрительную гримасу, качая головой в замешательстве. — Это лучший способ пожарить зефир, Кей. Ты многое упускаешь. — Конечно, — саркастически ответила я, держа над пламенем свой зефир, — Я буду наслаждаться своими идеально золотистыми маршмеллоу. А у тебя просто не хватает терпения. — Это точно, — согласился Фред, откусывая кусочек своего сендвича. Я засмеялась, когда шоколад и зефир начали капать ему на колени с противоположной стороны от той, что он кусал. — Твою мать! — простонал он. — Вот что получается, когда сжигаешь зефир, — сказал Перси, поднимая палку, чтобы показать свой идеально золотой маршмеллоу. После нескольких закусок и неоспоримо гнетущего напряжения между Джорджем и мной, мы начали закругляться: у Пенелопы, Перси и Джинни уже слипались глаза. Фред пошутил, что Перси уже в десять часов пора было баиньки, на что тот одарил его сонно-раздраженным взглядом. Билл и Чарли потушили огонь, а мы с близнецами и Роном убирали все остальное. Вскоре мы пожелали друг другу спокойной ночи и направились в дом, чтобы пойти в свои комнаты. — Спокойной ночи, Джордж, — тихо сказала я, пытаясь угадать его реакцию. Он не сказал мне почти ни слова после нашей встречи на кухне. Он обернулся, чтобы посмотреть на меня, его глаза изучали мое лицо, когда он остановился на лестнице. Мы вдвоем поднимались последними. После минутного колебания он спустился на несколько ступенек вниз ко мне. К моему большому удивлению, он обнял меня за плечи и притянул к своей груди. Я закрыла глаза и наслаждалась моментом, пытаясь забыть о том, что он сказал, но, конечно, это было не просто. Почему он так отреагировал, если ему было все равно? — Прости, что вел себя как сучка, — прошептал он мне в волосы, — Кажется, я подхватил это от Рона. Я отстранилась ровно настолько, чтобы посмотреть на него снизу вверх, и он улыбнулся. Борода Мерлина, его улыбка меня обезоруживала. — Ты подхватил свою сучность от Рона? Рон хорошо ведет себя со мной, — ответила я, надеясь, что он не услышал, как сердце стучало в моей груди от того, насколько близко мы находились друг от друга. — Это потому, что ты красивая и добра к нему, — возразил Джордж, но почти сразу же, как эти слова слетели с его губ, он начал краснеть. Я улыбнулась. Я знала, что я была красивой, но слышать это от Джорджа — совсем другое. — В любом случае, — быстро сказал он, отступая назад, — Хм, извини, что был таким придурком. Это все, что я хотел сказать. О, и спокойной ночи. — Все в порядке, — я прошла мимо него и сделала несколько шагов, затем повернулась и посмотрела на него сверху вниз. Он смотрел на меня, на его щеках все еще был виден румянец, а на губах играла легкая улыбка. — Спокойной ночи, Джорджи, — сказала я. Когда он ответил, его голос, был таким же тихим, как и мой, но улыбка стала шире. — Спокойной ночи, Кэти.