Good girl

Обед прошел ужасно неловко. Я сидела между близнецами, как обычно, Джордж ни разу не посмотрел на меня. Зачем я это сказала? Я просто хотела объяснить, что Фред для меня не больше, чем лучший друг, но я точно знала, что Джордж принял это на свой счет. Но с другой стороны, раз его это так задело, значит я ему действительно нравлюсь? В любом случае, Мерлин. Зачем я это сказала? Я спросила Роджера, могу ли я одолжить немного пергамента. Он кивнул и, отрывая клочок, перевел вопросительный взгляд с Джорджа на меня, но я лишь покачала головой. Пока я пыталась придумать, что написать Джорджу, МакГонагалл подошла к столу Гриффиндора и произнесла мое имя. Я удивленно подняла глаза. — Когда вы закончите есть, не могли бы вы подняться на четвертый этаж. Репортер «Ежедневного пророка» пришел, чтобы написать статью о чемпионах. — Оу. Конечно, — ответила я, и она направилась к Гарри, который выглядел довольно мрачным. Я подтолкнула пустую тарелку к центру стола и встала. — Увидимся позже, — пробормотала я, прежде чем уйти. Бросив быстрый взгляд через плечо, я заметила, как Фред наклонился к Джорджу и что-то прошептал. Гарри встал со своего места и присоединился ко мне, ничего не говоря своим друзьям. — Привет, Гарри, — поприветствовала я его, когда мы вышли из Большого зала. — Давно хотела поговорить с тобой. Как ты? Гарри пожал плечами. — Нормально, в принципе. Если забыть, что мой лучший друг не разговаривает со мной. Оу. Так вот что происходит. Знакомо. Хотя Гарри вряд ли был влюблен в Рона, так что наверное это немного другое. — Почему он не разговаривает с тобой? — Гермиона считает, что он завидует. Думает, что я сам бросил имя в Кубок, хотя я миллион раз говорил всем, что это не так, — проворчал Гарри. — Все наладится, — сказала я Гарри, — в конце концов, это же Рон. Я знаю его много лет. Он одумается. Но если захочешь поговорить с кем-то кроме Гермионы, то я рядом. Гарри вздохнул. — Спасибо, Кэти. Правда. — Ты что-нибудь слышал от, э… — я оглянулась, чтобы убедиться, что вокруг никого не было, понижая голос, — Сириуса? Сириус Блэк — крестный отец Гарри, который оказался самой популярной темой для пересудов в прошлом году, когда сбежал из Азкабана. Поскольку совсем немного людей знали, что он на самом деле был невиновен, он скрывался, но я знала, что Гарри поддерживает с ним связь. Гарри кивнул, тоже оглядываясь, прежде чем наклониться ко мне. — Да. Он говорит, что мне нужно быть осторожным. Так что я полагаю, мне остается лишь стараться изо всех сил на Турнире. Я кивнула. Мы, наконец, добрались до четвертого этажа. — Определенно происходит что-то странное, и я хочу докопаться до сути. Тебя выбрали чемпионом, а теперь еще и Карта, и… — А что с Картой? — спросил Гарри, но вокруг было слишком много людей, я не могла ему ответить. К нам подошел не кто иной, как Людо Бэгмен, и широко улыбаясь нам, но игнорируя мой пристальный взгляд. — Ах, вот вы где двое! Заходите, заходите, как раз время проверки палочек, — весело сказал он, приводя меня в бешенство. Он все еще не отвечал на наши с близнецами письма. — Время чего? — спросил Гарри, когда Бэгмен повел нас в кабинет. Я заметила Крама, стоявшего в углу, его мускулистые руки были скрещены на груди. Выражение его лица невозможно было прочесть, но я полагаю, это его нормальное состояние. Флер крутила палочку кончиками пальцев, ее губы были сжаты, она наблюдала за Бэгменом. Я улыбнулась, и ее губы изогнулись в едва заметной улыбке, она подняла руку и слегка помахала мне пальцами. Флер откинула голову назад и отвернулась, ее длинные сияющие волосы каскадом ниспадали ей на спину. Она действительно была великолепна. Я уже говорила об этом? Я услышала голос позади. — Ах, наконец, два чемпиона Хогвартса. Не возражаете, если я переговорю с ними, Людо? Сначала Гарри. Гарри и я обернулись, и у меня свело внутренности, как только я увидела ее. Рита Скитер. Репортер «Ежедневного пророка», которого не очень то любили все здравомыслящие люди. Папа презирал ее за то, что она постоянно перевирала истории, чтобы те звучали как можно сенсационнее. Так что я не особо обрадовалась возможности поговорить с ней тет-а-тет. — Э-э, — запнулся Гарри, растеряно глядя на меня, но Рита уже обхватила его запястье и начала утаскивать от нас с Бэгменом. Я повернулась к Людо, который нерешительно мне улыбнулся, явно нервничая. Это было почти смешно. — Кажется, мне еще не представлялась возможность поздравить вас, мисс Кристалл, — сказал Бэгмен несколько сконфужено через мгновение, — Я уверен, что ваш отец очень гордится вами. — Наверняка, — ответила я. Улыбка Бэгмена дрогнула, но только на долю секунды. — Да, да, я уверен. Такая умная, волевая барышня, как вы… Знаете, вы немного напоминаете мне вашего отца. — Мм, — я медленно кивнула, — Тогда я и представить не могу, как бы он отреагировал, если бы узнал, что вы обманули его дочь. На этот раз улыбка Бэгмена окончательно исчезла, взгляд стал суровым, но прежде чем он успел что-то сказать, Рита влетела обратно в комнату, таща за собой раскрасневшегося Гарри. — Мисс Кристалл! — она подозвала меня к себе длинными красными ногтями. — На пару слов, пожалуйста? Я насмешливо улыбнулась Бэгмену, прежде чем повернуться и последовать за Ритой из комнаты, ее каблуки цокали по полу. Она исчезла в каморке для швабр, и я немного нерешительно пошла за ней. Вот здесь она берет интервью? Мне не хотелось быть к ней так близко. После того, как я вошла за ней в чулан, Рита закрыла дверь, оставляя нас в почти полной темноте, если не считать света на конце ее палочки. Ее красные губы открылись в несколько зловещей улыбке, обнажая идеально белые зубы. — Мисс Кэти Кристалл, — начала она, — я много о вас слышала. Но давайте начнем с ваших корней, вы не против? Дочь Джадсона и Аннет Кристалл… Вы поддерживаете связь со своей матерью? Я вздрогнула от вопроса. Мерлин, может она лучше спросит что-нибудь, ну я не знаю, о турнире, например? Если ее это интересовало, то я не могу даже представить, что она пыталась вытянуть из Гарри. — Э-э, нет. Мы ничего о ней не слышали с тех пор, как она ушла, когда я была еще ребенком. Никто не знает, куда она подевалась. Рассказывая, я смотрела на перо, которое быстро записывало за мной, но Рита улыбнулась и щелкнула пальцами перед моим носом, чтобы привлечь внимание, прежде чем я успела разобрать написанное. — Не обращай внимание, дорогая. Это всего лишь мои заметки. Значит, ты все эти годы жила без материнской заботы? Должно быть это было тяжело для тебя, не так ли? Я поморщилась от фальшивого сочувствия в ее голосе. — На самом деле я в полном порядке. Рита фыркнула, слегка склонив голову. — Конечно-конечно. В конце концов, ты настоящая звезда Хогвартса, не так ли? — она протянула руку, касаясь моих волос и задумчиво гладя их. Я сопротивлялась желанию отстраниться. — Посмотрите только на эти прекрасные белокурые локоны… Хм… О, я знаю! Золотая девочка Хогвартса. Это хорошо. Запиши это, — сказала она перу, прежде чем обратиться ко мне. — Лучшая в своем классе, отлично играет в квиддич и, конечно же, очень хорошенькая. Уверена, за тобой много мальчишек бегает, не так ли? — Наверное? — На самом деле, я слышала, что ты проводишь довольно много времени с двумя мальчиками. Мальчиками Уизли? Как их там зовут? Я сильно покраснела и молилась, чтобы она этого не заметила. — Фред и Джордж, они мои лучшие друзья. Рита улыбнулась, медленно кивая. — Я уверена, что так и есть. Но не скромничай. Можешь рассказать мне. Есть ли между вами что-то большее, чем просто дружба? В конце концов, такая красивая девушка, как ты… Мои глаза расширились. — Нет, — быстро ответила я, — нет, нет, просто… я не… Рита продолжила улыбаться, а перо — яростно записывать, и мне так хотелось протянуть руку и сломать его пополам. — Ну, спасибо, Кэти. Я думаю, у меня есть то, что мне нужно. А теперь поторопись. Ты ведь не хочешь опоздать на проверку палочки, а? Я вышла из каморки, заранее переживая, как она собиралась переврать мои слова. Я проследовала за Скитер обратно в кабинет, где Гарри, Крам и Флер сидели на стульях в ряд. На другом конце комнаты за столом находились все судьи Турнира: Дамблдор, Каркаров, Максим, Крауч и Бэгмен. Когда я опустилась на единственный пустой стул между Флер и Гарри, я взглянула на Крауча, думая о нашей с Джорджем шпионской миссии. Я до сих пор совершенно не понимала, что происходит, и это сводило меня с ума. Я подняла глаза, когда в комнату вошел седовласый мужчина, в котором я сразу узнала мистера Олливандера. Дамблдор представил его и сказал, что Олливандер проверит наши палочки, чтобы убедиться, что они в наилучшем состоянии для Турнира. Олливандер пересек комнату, останавливаясь перед Крамом. Значит за ним будет Флер, потом я, а Гарри последний. Я нервно крутила свою палочку в руках, пока Олливандер наконец не добрался до меня. Он взял мою палочку и провел пальцами по ее длине. — Ах, мисс Кристалл. Кажется, только вчера вы были в моем магазине. Я хорошо это помню. — Он продолжил осматривать мою палочку. — Двенадцать с половиной дюймов… Сердцевина из пера Феникса… Редкость. Прекрасная палочка. — Он махнул ею, и из конца вылетели пузыри, поднимаясь к потолку и лопаясь. — И к тому же в прекрасном состоянии. Держите, мисс Кристалл. Я слегка улыбнулась ему, забрала палочку и положила ее обратно на колени. Гарри — единственный человек, которого я когда-либо встречала, чья палочка содержала перо феникса, и когда моя выбрала меня много лет назад, Олливандер подчеркнул, насколько она особенная. С тех пор я очень хорошо о ней заботилась. Должна сказать, это немного тешило мое самолюбие. Затем Олливандер осмотрел палочку Гарри, особо ничего не говоря, и в тот момент, когда палочка вернулась в руки владельца, Рита вскочила со своего места, объявляя, что пришло время для фотографий. Сначала сделали снимок только чемпионов, потом всех нас с судьями, затем каждого по отдельности. Если честно, к этому моменту у меня уже щеки болели от улыбки. Затем Дамблдор объявил, что пора идти ужинать. — Итак, — сказала я Гарри по пути в Большой зал, — о чем тебя спрашивала Рита Скитер? Гарри поморщился, и я не смогла сдержать смех. — Даже начинать не хочу, — проворчал он, — ее ужасное перо начало писать о том, как я плакал, говоря о своих родителях. Что, конечно, было не так. А тебя? — Она спросила меня, каково жить без мамы, а затем попыталась заставить меня признаться, что мне нравится один из близнецов. Мне не терпится увидеть, во что она это превратит, — саркастически ответила я, и Гарри слегка улыбнулся. — Так и что ты? — Что я? — Тебе нравится кто-то из близнецов? Я запнулась от неожиданности вопроса, когда мы вошли в Большой зал, где почти все уже обедали. Мои глаза тут же нашли близнецов, и, к моему большому раздражению я заметила Белл, сидевшую слева от Джорджа. К счастью, мне как обычно было оставлено место между близнецами. — Может быть, Гарри, но ей я этого не сказала, — ответила я, и Гарри улыбнулся мне. — Я так и знал, — сказал он, но его глаза устремились на Седрика и Чжоу, которые шли бок о бок по пути из Большого зала. Они смеялись над чем-то, и выражение лица Гарри слегка изменилось. — Пф, не верю, — ответила я, когда мы подошли к столу Гриффиндора, — без обид, но ты не особо внимателен к деталям, Гарри. Гарри слегка толкнул меня, я рассмеялась, прежде чем мы разошлись по своим местам. Он сел рядом с очень сердитым Роном, а я присоединилась к своим друзьям. Все приветствовали меня, но я посмотрела на Джорджа, который, слава Мерлину, слегка улыбнулся. Белл на этот раз отвернулась, разговаривая с Алисией. — Как все прошло? — спросил Джордж. — Хорошо, — ответила я достаточно громко, чтобы остальные услышали, — но не верьте ничему, что вы прочтете обо мне в «Ежедневном пророке» завтра. — О, Мерлин, — сказала Анджелина через стол, подпирая подбородок рукой, — только не говори мне, что у тебя брала интервью Рита Скитер. — В точку, Энджи, — ответила я, и Роджер, сидевший рядом с ней, фыркнул, толкая мне через стол несколько конвертов. — Тогда я лучше поспешу на завтрашний завтрак, чтобы забрать свою копию, пока это не сделал кто-то другой, — сказал он, — Но вот, Кей, тебе пришли письма от поклонников. Я взяла конверты, порвала первый, не глядя на почерк на лицевой стороне, и открыла письмо. Ребенок, Во-первых, я так горжусь тобой. Новость быстро разошлась по Министерству, так что куча людей подошли ко мне, чтобы поздравить с твоим чемпионским титулом. Я слышал и о Гарри. Я уверен, что ты (и он) сможете достойно представить Хогвартс. Покажи им, как это делают в семье Кристалл. Еще раз поздравляю, скоро приеду. Я безумно горжусь тобой, Кэти. С любовью, папа. Я улыбнулась письму и отложила его в сторону, открывая следующее. КЭТРИН АННЕТ КРИСТАЛЛ! ТЫ ТАКАЯ ОХЕРЕННАЯ! Нет, а если серьезно, поздравляю. Я не собираюсь говорить, что я не сомневался в тебя, но я и правда не сомневался в тебе. Я уже написал твою благодарственную речь, которую ты произнесешь после победы в Турнире, и включил в нее эту часть: «Я особенно благодарна Чарли Уизли, самому крутому старшему брату, за то, что он всегда верил в меня. Он лучший и мой самый любимый Уизли». Серьезно, ты крутая. И я тебе этого не говорил, но мы скоро увидимся. Через несколько недель. У меня может быть есть, а может и нет, подсказка по поводу Первого задания. Это читерство? Вероятно. Только никому не говори. Что касается дел, связанных с моими братьями, тебе нужно просто взять себя в руки и сделать первый шаг. Сколько раз мне нужно повторять тебе, что ты ему нравишься? Я был прав насчет того, что тебя выберут Чемпионом, не так ли? Мы скоро поговорим. Я очень горжусь тобой. Твой любимый Уизли, Чарли. Я сделала мысленную пометку написать ему позже, когда открыла последний конверт, и села чуть прямее, как только поняла, от кого он был. Возможно сейчас, я наконец-то получу ответы или, по крайней мере, какие-то намеки, которые помогут все прояснить. Кэти, Поздравляю с избранием в чемпионы! Хотя это неудивительно ни для меня, ни для кого-либо, кто тебя знает. Я уверен, что у тебя все получится, и я хотел бы прийти посмотреть на твои состязания, но мы оба знаем, что я не смогу. Но держи меня в курсе. Я также слышал от Сириуса о Гарри и о том, что ты пообещала присматривать за ним. Должен сказать, что и Сириус, и я невероятно благодарны тебе за это. Мы беспокоимся о Гарри, и мы все считаем, что кто-то намеренно бросил его имя в Кубок. Если что-то покажется тебе странным, не бойся сказать мне. Насчет твоего вопроса. Ты хочешь сказать, что кто-то появляется на Карте под другим именем? Этого просто не может быть. Мы подошли к созданию Карты основательно, чтобы избежать подобных ошибок. Ты знаешь о происшествии с Петтигрю в прошлом году и о том, что он отображался на Карте, хотя его считали мертвым. Не уверен, что хоть раз видел, чтобы человек появлялся на Карте под чужим именем. Если тебя это не затруднит, ты можете написать мне более подробную информацию, и я сделаю все возможное, чтобы помочь тебе разобраться. А пока удачи во всех чемпионских начинаниях, и еще раз поздравляю! Римус. — Собираешься рассказать ему? — сказал Джордж мне на ухо, и я подпрыгнула, прежде чем перевести взгляд на него. Он наклонился чуть ближе, и явно читал через мое плечо, и… О, нет. Он прочитал письмо Чарли? Чарли не писал имя Джорджа, но… — Думаешь стоит? — спросила я, — Не хочу причинять ему неудобства… — Ты не обязана разбираться во всем сама, Кей, — мягко сказал Джордж, — так что, я думаю, стоит. Ты все еще хочешь пойти на нашу вторую шпионскую миссию сегодня вечером? Из-за того что Джордж не разговаривал со мной сегодня, а затем случился весь этот хаос с Ритой Скитер, я совершенно забыла о нашей договоренности вернуться сегодня вечером в кабинет Грюма. Не то чтобы я была в восторге от этой идеи. Пробраться в кабинет к Снейпу — это одно, но к бывшему мракоборцу Грозному Глазу Грюму? Это совсем другая история. Меня смущало, что Римус — один из создателей Карты — никогда не видел ничего подобного. Грюм явно был в своем классе тогда, ведя урок, так почему на Карте было написано «Крауч»? Я даже увидела Крауча позже, на проверке палочек. И я видела их в одном и том же месте несколько раз. Может быть, мне следует подождать, пока Грюм и Крауч не окажутся рядом, например, на Первом задании, и тогда я смогу свериться с Картой. — Конечно, — ответила я ему, стараясь говорить тише, — Встретимся у лестницы гриффиндорской башни в десять тридцать? Он улыбнулся мне. — Увидимся, агент Кристалл.