Good girl

Седрик, возможно, был первым, кто пригласил меня на Бал, но уж точно не последним, и не последним, кому я отказала. Последним, кому я отказала, был Кормак Маклагген, который однажды в начале декабря подошел ко мне в библиотеке, оглядел меня с ног до головы и сказал, что я могла бы выглядеть еще лучше на Балу, если бы он был рядом. Ему было легко отказать. Ли позвал Алисию за обедом, на что она немедленно согласилась, но не без того, чтобы бросить косой взгляд на Фреда, который, похоже, не был обеспокоен. Вскоре после этого Энджи позвал мальчик из команды Пуффендуя по квиддичу, и она согласилась, оставив близнецов, Роджера, Белл и меня вне нашей непосредственной группы. Пока Роджер не пригласил Флер. И она сказала да. Все началось через несколько дней после того, как Ли позвал Алисию, когда я столкнулась с Флер по дороге в Большой зал на обед. Мы перешли к теме Бала, учитывая, что это было все, о чем все говорили, и когда я упомянула, что у меня еще нет пары, она ответила, что у нее тоже, хотя и сказала, что ее много раз спрашивали. В этот момент я посмотрела на Роджера, который, как обычно, сидел за столом Гриффиндора с нашими друзьями, и у меня возникла идея. — У моего друга нет пары, — сказала я, кивнув на Роджера, который сидел с Ли и близнецами. Флер склонила голову набок, ее длинные волосы упали ей на плечо. — Пожалуйста, не говори мне, что ты имеешь в виду одного из рыжих, — сказала она, — Они не в моем вкусе. Я издала какой-то странный смешок, и Флер посмотрела на меня, улыбка играла на ее губах, когда она изогнула одну из своих идеальных бровей. Она и не подозревала, как я была рада, что они ей не интересны, потому что иначе у меня не было бы шансов с Джорджем. Может, я и горячая, но не такая горячая, как Флер. — Нет, нет. Брюнет. Роджер. Ты виделась с ним, помнишь? Флер оглянулась в сторону Роджера и после примерно тридцатисекундного размышления посмотрела на меня и кивнула. — Конечно, — сказала она, что застало меня врасплох. — Конечно? Она снова кивнула, раскинув волосы по плечам, и я заметила, как несколько мальчишек пялились на нее, когда мы проходили мимо. Не то чтобы я могла винить их. — Конечно. Но он должен спросить меня сам. Я подняла брови, зная, что от этой информации не только Роджер сойдет с ума, но и остальные наши друзья. Он никогда не позволит нам забыть тот факт, что Флер Делакур согласилась пойти с ним на Святочный Бал. И действительно, когда я сказала ему, он вскочил со своего места, прошел через Большой Зал к ней и спросил перед всем столом Когтеврана. Она сказала «да», оставив всех в шоке, а я просто сидела и улыбалась, зная, что это моему лучшему другу она сказала «да», и что почти все парни в школе завидовали ему. Но теперь, по мере приближения Бала, я беспокоилась все сильнее, потому что между танцевальными практиками, подготовкой к концу семестра, обходами старост с Роджером и мальчиками, планирующими мой день рождения, ни Фред, ни Джордж не сделали ни шагу в мою сторону, чтобы пригласить меня на Бал, и ни один из них не упомянул о том, чтобы пригласить какую-либо другую девушку. И по глупости из-за этого я все еще надеялась, что был шанс, что Джордж может пригласить меня. Еще я получила письмо от Римуса через несколько дней после того, как отправила свое, и я разорвала его сразу же за завтраком в тот день, подтолкнув Джорджа, чтобы как можно осторожнее привлечь его внимание, чтобы он мог прочитать его через мое плечо. Римус поздравил меня с победой в Первом задании, но мое внимание в основном было приковано ко второй половине письма, где он ответил на мой вопрос: Бартемиус Крауч? Я предполагаю, что ты говоришь о нынешнем чиновнике Министерства Бартемиусе Крауче, о котором, признаюсь, я мало что знаю навскидку. Что я могу тебе сказать, так это то, что у него был сын, Бартемиус Крауч Младший, который учился в школе на год младше меня. Я слышал, что он был приговорен к пожизненному заключению в Азкабане примерно в 1981 году, но умер там. Примерно в то же время скончалась и жена Крауча. К сожалению, это действительно все, что я знаю. Я могу спросить Сириуса, знает ли он что-нибудь, и напишу тебе снова, если хочешь. И если я могу спросить, есть ли какая-то особая причина, по которой ты спрашиваешь? Я подозреваю, что это как-то связано с тем, что имена не совпадают на Карте. Если ты чувствуешь себя достаточно комфортно, чтобы рассказать мне, я сделаю все возможное, чтобы помочь или дать какой-либо совет. Римус. Джордж и я обменялись взглядами, потому что я знала, что ни один из нас понятия не имел, что у Крауча был сын, который умер в Азкабане. За что его осудили? Но, тем не менее, это не объясняет связь между Краучем и Грюмом. Разве что Грюм — учитывая, что он был мракоборцем — имеет к этому какое-то отношение? Позже я написала Римусу, поблагодарив его и сказав, что если есть что-то еще о сыне Крауча, что он может мне рассказать, я хотела бы это услышать, и что, если будет время, и он сможет встретиться лично во время праздников, то я могла бы объяснить ему, что происходит. По какой-то причине, написание этого, когда была вероятность, что происходит что-то странное, казалось мне неправильным, поэтому я предпочла просто быть осторожной и поговорить с ним лицом к лицу. Джордж спросил меня, может ли он прийти, когда я встречусь с Римусом, и я, конечно же, сказал ему да. Итак, со всей этой новой информацией, которая крутилась у меня в голове помимо всего прочего, включая невозможность найти ключ к разгадке в моем яйце и новую статью в «Ежедневном пророке», в которой Рита Скитер пыталась заявить, что я расстроена из-за связи с Гарри… мой стресс все время был на высоком уровне. Единственным ярким моментом месяца был поход по магазинам с Роджером и Ли, довольно скоро семестр закончился, и я обнаружила, что иду, укутавшись, в Хогсмид с ними обоими. Я отключаюсь, пока они о чем-то болтали, наблюдая за несколькими парами и семьями, гулявшими по заснеженным улицам. Наконец, мы добрались до магазина одежды, который находился прямо на краю Хогсмида. Роджер придержал дверь для нас с Ли, тепло в магазине приятно контрастировало с холодом снаружи. Я повела мальчиков туда, где, как я знала, лежали платья, потому что я уже была в этом магазине раньше со своим папой, давным-давно, еще до того, как мы с Пенни пошли в школу. Тогда мне нравилось смотреть на платья, я мечтала когда-нибудь надеть одно из них, и этот день наконец настал. Хотя маленькая я не была бы слишком рада услышать, что я не собираюсь носить его рядом с мальчиком моей мечты. Еще нет, то есть. Но время идет. — Хорошо, — сказала я, хватая с вешалки каждое платье, которое мне нравилось, — я собираюсь примерить это. Вы двое сидите там, я хочу услышать ваше честное мнение. — Поверь мне, — сказал Роджер, устраиваясь в кресле прямо перед примерочной, — я могу быть честным. Я улыбнулась ему, прежде чем исчезнуть в маленькой комнате с занавеской вместо двери, мое настроение значительно улучшилось при мысли о том, что мне придется ненадолго поиграть в переодевания. Первое — красное: не обязательно тот цвет, который бы я когда-либо выбрала, но оно выглядел красиво на вешалке, поэтому я подумала, что есть большая вероятность, что оно будет красиво смотреться и на мне. Верх был плотный, а низ струящийся, и, хотя я определенно не думала, что выберу его, я все равно вышла из примерочной, кружась вокруг мальчиков. — Хорошо, — с энтузиазмом сказал Ли, в то же самое время, когда Роджер сказал, — Нет. Я резко остановилась и посмотрела на него. — Это, конечно, не самое лучшее, но что значит нет? — потребовала объяснений я, и Ли рассмеялся, наблюдая, как Роджер поднимает брови, глядя на меня. — Ты прекрасно выглядишь, поверь мне. Но это точно не оно. Следующее! — Роджер выкрикнул последнее слово, жестом прогоняя меня, и я густо покраснела, когда другие покупатели в магазине посмотрели в нашу сторону. — С тобой невозможно никуда пойти, — ворчала я на него, но ответила на его улыбку перед тем, как исчезнуть в примерочной. Я примеряла платье за платьем, ни я, ни мальчики не были довольны ни одним из них, пока, наконец, не нашли темно-зеленое. Цвет был абсолютно красивый, и все знали, что я любила зеленый, потому что он подчеркивал мои глаза, поэтому я скрестила пальцы и взяла его с собой в примерочную. Когда я застегнула молнию на спине и посмотрела на себя в зеркало, я сразу поняла, что это оно. Бретельки были спущены с плеч, а верхняя часть платья была кружевная, идеально облегающая мои изгибы до талии, где оно расширялось в красивую струящуюся юбку. Идеально. Я снова вышла из примерочной, широко улыбаясь, и снова повернулась к мальчикам. По выражению их лиц я сразу поняла, что они согласны со мной. — Фред и Джордж устроят из-за тебя драку, если ты появишься в таком виде, — сказал Ли. — Прекрати, — рассмеялась я, ухмыляясь им обоим, — но это оно, да? — О, сто процентов, — согласился Роджер, — я устрою драку с тобой, если ты прямо сейчас не отнесешь свою задницу к прилавку и не купишь его. — Я хотела бы посмотреть, как ты попробуешь, — поддразнила я его, — если я могу победить дракона, я могу победить и тебя в любой день. Когда платье было куплено и лежало в сумке, мы отправились искать мне подходящие туфли, я была в еще лучшем настроении. У меня было платье, от которого все головы повернутся в мою сторону, а теперь мне просто нужна пара. Дерьмо. Мне нужна пара. Но все в порядке, верно? У меня есть неделя. У меня есть всего неделя. Может быть, мне следовало сказать «да» Седрику, и тогда я не была бы так напряжена сейчас. Может быть, мне не стоило тратить недели в ожидании Джорджа, потому что, хотя у него все еще не было пары, что, если он не пригласит меня? А если он никого не пригласит? Технически он не обязан. Мне нужна пара только потому, что я чемпион. Но что, если у меня ее не будет? Наверное, всегда есть Фред, но что, если он спросит кого-нибудь еще? Я не знаю, кого он может пригласить, учитывая, что и Алисия, и Анджелина заняты, и учитывая, что он, кажется, думает, что между Белл и Джорджем что-то происходит, я сомневаюсь… — Перестань. Меня вырвал из моих мыслей суровый тон Роджера, поэтому я посмотрела на него, пока мы шли по заснеженной улице. Ли смотрел на меня с другой стороны, сумка с моим платьем висела у него на руке. — Перестать что? — невинно спросила я, хотя все трое полностью осознавали, что я накручиваю себя. — Ты знаешь. Один из них обязательно позовет тебя. Они твои лучшие друзья. — Да, но вы двое тоже, — возразила я, — и вы пригласили других людей. — Заткнись, — сказал Ли, — ты же знаешь, что это другое. И я знала. Но осталась всего неделя. Семь дней. Сто шестьдесят восемь часов. Роджер продолжил ругать меня за то, что я так сильно напрягаюсь, когда они помогали мне выбрать обувь, пока я наконец не надела пару черных туфель на каблуке, которые мне понравились. После этого я нашла подходящие украшения, и вскоре мы вернулись в замок, но не без сладостей из Сладкого Королевства для нас и близнецов. Фред и Джордж несколько раз просили показать мое платье, как только мы вернулись, но я промолчала и спрятала свои вещи в комнате, прежде чем они попытаются украдкой заглянуть. Я действительно была взволнована тем, что все увидят меня на Балу — особенно Джордж, конечно. Но я не могла не задаться вопросом, что он думает обо всей этой истории с Балом, учитывая, что он был довольно тихим по этому поводу. А Фред — я знаю, что я ему нравлюсь, так почему же он меня не пригласил? Но что я буду делать, если он это сделает? Ответы на мои вопросы появились скоро, в следующую среду: за три дня до моего семнадцатилетия и за четыре дня до Бала. Сначала было обычное утро. Я надела джинсы и темно-синий свитер, который миссис Уизли связала для меня в прошлом году на Рождество, собирая волосы в низкий пучок, оставляя несколько локонов, обрамляющих лицо. Удовлетворившись тем, как мило я выгляжу, я спустилась к завтраку, перенося свой обычный стресс из-за того, что у меня еще не было пары на Бал, и я понимала, что на самом деле это только моя вина, но я до сих пор не могла понять, почему ни один из близнецов еще не позвал меня или кого-то еще, если уж на то пошло. — Кэти Кристал! Я услышала свое имя, как только зашла в Большой зал, и когда увидела человека, который его произнес, я заметила, что он стоял на столе Гриффиндора, и сразу поняла, что сейчас произойдет. Я на мгновение взглянула мимо него и увидела, как МакГонагалл напряглась, как будто она изо всех сил пыталась не закричать на него, чтобы он слез со стола. — Ты пойдешь со мной на Святочный Бал? Я почувствовала, как все смотрят на меня, и не могла не улыбнуться тому, как публично он это сделал, даже если в ту минуту мой разум боролся сам с собой. — Да, Фред, — сказала я, — пойду. Из-за стола Гриффиндора донеслись громкие возгласы и крики, и я улыбнулась и покачала головой, когда прошла мимо, направляясь к Фреду, который, наконец, спрыгнул со стола. Я почувствовала облегчение, честно говоря, и была взволнован тем, что пойду на танцы со своим лучшим другом, но я чувствовала себя виноватой из-за приступа разочарования. Потому что даже когда я шагнула в протянутые руки Фреда для быстрого объятия, я хотела, чтобы это Джордж запрыгнул на стол, чтобы спросить меня перед всей школой. Мне бы очень хотелось увидеть выражение лица Белл. Но вместо этого, отойдя и сев за стол, я взглянула на Джорджа. Он уже смотрел на меня, но как только мы встретились взглядами, он отвернулся, стиснув челюсти, и мое сердце рухнуло. — Итак, — через мгновение начал говорить Ли, — во-первых, я уже сообщил пуффендуйцам о твоей вечеринке, Кей… Но он резко остановился, когда Джордж вскочил со своего места. — Куда ты идешь? — спросил Фред. — Мне есть чем заняться, — рявкнул Джордж, прежде чем повернуться и выйти из Большого зала. Я смотрела, как он уходит, пока не перестала его видеть, пока он не исчез в коридоре, и, честно говоря, я пока не хотела оглядываться на своих друзей, просто чтобы они не видели выражение моего лица. Потому что просто вот так, сразу после того, как мы помирились, после того, как он поцеловал Белл, мы, очевидно, вернулись к исходной точке. И это было чертовски больно. Тем более, что я знала, как бы я ни старалась, он не скажет мне, что не так. — Кэти? Наконец я повернулась, чтобы посмотреть на Фреда, на обеспокоенное выражение его лица, и выдавила из себя очень неубедительную улыбку. — Я поговорю с ним. Наверное, это потому, что он последний, у кого нет пары, — сказал Фред, понизив голос, чтобы другие его не услышали. — Я ждал, когда он кого-нибудь спросит, чтобы он не был последним, но у меня было мало времени, и я хотел пригласить тебя, поэтому я решил просто пойти на это. Он нежно улыбнулся мне, и чувство вины усилилось. Я не могу разбить сердце этого мальчика. — Однако он вернется. Я знаю точно, — продолжил Фред, — только не думай об этом. В конце концов, у нас будут насыщенные выходные. — Его улыбка стала шире, и я попыталась сосредоточиться на мыслях о моем дне рождения, о посещении Бала, о танцах с Фредом и о том, как Роджер танцует с Флер, но будет ужасно, если Джордж расстроится. А в прошлый раз нам потребовались недели, чтобы помириться, когда я даже ничего не делала. Это я знаю. Я оторвала глаза от Фреда, оглядываюсь на дверь, надеясь, что, может быть, Джордж вернется, но даже тогда, какая разница? Не то чтобы я сожалела, что сказала Фреду «да». Он позаботится о том, чтобы я хорошо провела время. В конце концов, он Фред Уизли. Мой лучший друг. И все же он так многого не знает, так много я не могу заставить себя рассказать ему. Но что, если он признается мне на Балу, и мне придется отказать ему и признаться, что я люблю его брата-близнеца? Я мысленно вздохнула, прежде чем повернуться и посмотреть на Ли и Роджера, которые внимательно смотрели на меня. Я знала свои варианты: я могу либо выследить Джорджа сейчас и попытаться заставить его поговорить со мной — что определенно не сработает, — либо я могу подождать, пока он придет ко мне, как в прошлый раз, когда он будет готов к разговору. Я выдавила из себя улыбку своим друзьям, пытаясь сделать вид, будто я не была совсем, совсем в растерянности прямо сейчас. — Итак, — сказала я, — насчет этой вечеринки…