Good girl

Джордж оставался холодным и отчужденным до конца дня. И на следующий день. И в день после этого. И вот наступил мой день рождения. Я проснулась в своей постели, и, несмотря на то, что это был день моего рождения — мой семнадцатый день рождения, что означало, что теперь я официально взрослая — я не испытывала предвкушения, хотя обычно день рождения — один из моих любимых дней в году. Обычно замок был бы почти пуст, или я была бы в Норе, но из-за Бала в этом году все еще были в школе на каникулах, а это означало, что мне пришлось благодарить всех за поздравления, одновременно стараясь не выглядеть так, будто я совершенно несчастна и боюсь сегодняшней вечеринки по случаю дня рождения. План состоял в том, чтобы напиться настолько, чтобы постараться забыть о том, что Джордж почти ни с кем из нас не разговаривал последние три дня, хотя никто из нас понятия не имел, почему. Или, может быть, я напьюсь достаточно, чтобы наконец поругаться с ним. Я полагаю, поживем увидим. Роджер и я вместе отправились завтракать после того, как он подарил мне свой подарок (набор для ухода за метлой, он извиняющимся тоном признался, что уже собирался подарить мне до того, как моя метла сломалась), и я остановилась как вкопанная, когда увидела, что кто-то сидит на моем обычном месте между близнецами. Кто-то с темными волосами, почти полностью повернувшись к Джорджу, возбужденно болтая с ним о чем-то. Я посмотрела на Роджера, поджимая губы, и он провел языком по щеке, глядя на меня сверху вниз. — Ты же не думаешь… — начала я, и Роджер только покачал головой, но я знала, что мы думаем об одном и том же. Я глубоко вздохнула, пока мы шли к столу, только чтобы понять, что мы правы, как только мы добрались до него. Почти сразу же после того, как я села между Роджером и Ли, я узнала, что прошлой ночью Джордж пригласил Белл на Бал. Мой желудок перевернулся, и я не отрывала глаз от своей тарелки, толкая еду вилкой, не осмеливаясь взглянуть на него. Я знала, что это произойдет. Каким-то образом я знала. Несколько месяцев назад, возможно, он позвал бы меня раньше Фреда. Но с момента поцелуя, даже после примирения, все изменилось. Но все же его образ в парадной мантии и ее в красивом бальном платье, танцевавших вместе с его руками на ее талии, вызывал у меня желание блевануть. Я даже не могла понять, разочарована ли я, опечалена или разгневана, потому что, в конце концов, имела ли я на это право? Мы просто друзья. И, видимо, это все, чем мы когда-либо будем. Даже если однажды я подумала, что, может быть, есть шанс, что я могу быть его, и что все прикосновения, и совместные ночные вылазки, и обмены взглядами означали нечто большее, чем дружба. Даже если все люди вокруг нас были убеждены, что он чувствует ко мне то же самое. — О, кстати, с днем рождения, Кэти, — самодовольно добавила Белл, и я пробормотала «спасибо», даже не удосужившись взглянуть на нее через стол. Сука. Я молчала до конца завтрака и практически до конца дня, пока не настал момент готовиться к вечеринке. Как бы мне хотелось просто откланяться и сказать им, что я плохо себя чувствую, но я обязана пойти. Кроме того, я знала, сколько усилий они всегда прикладывают к моим дням рождения, так что я была бы полной идиоткой, если бы не пошла. В любом случае, это же только Джордж полный придурок. Не другие. И это же не их вина. Единственная позитивная сторона моего дня перед вечеринкой — это огромная посылка, которую мне принесли за обедом вместе с двумя поменьше и несколькими письмами. Одна из маленьких была от миссис Уизли: жестянка, полная моих любимых домашних сладостей, а другая — от Римуса: два слегка потертых экземпляра маггловских книг, которые он порекомендовал мне в прошлом году, но которые я пока так и не успела прочитать. Письма пришли от Билла, Чарли, Пенни и Перси — Перси снова повел себя до смешного официально, но сообщил мне, что завтра будет на Балу в качестве помощника Крауча, так что мы увидимся. Я с нетерпением ждала встречи с ним впервые за несколько месяцев. А потом я открыла большой подарок. У меня было такое чувство, что я знала, что это такое — из-за его формы — когда я начала разрывать упаковку, чувствуя, как все за столом смотрят на меня, и, конечно же, это была новая метла от моего отца. Я широко улыбнулась, когда все наклонились, чтобы взглянуть, а мне в нос ударил успокаивающий аромат новой метлы. Прилагалась маленькая записка, которую я тихо прочитала про себя: С днем рождения, ребенок. Хотя я полагаю, что ты уже не ребенок. Перестань так быстро взрослеть, ладно? Люблю тебя и желаю весело провести эти выходные. Папа. P.S. Постарайся не сломать ее во время Второго задания. Я искренне улыбнулась про себя и сделала мысленную пометку написать всем и поблагодарить их. После обеда я провела остаток дня в гостиной Когтеврана, где писала письма, читала одну из своих новых книг и поедала сладости вместе с Роджером, который без конца болтал о том, как он нервничает из-за того, что ведет Флер на Бал. В конце концов, пришло время готовиться к вечеринке, поэтому я неохотно закрыла книгу и встала с дивана, волоча ноги в свою комнату, говоря Роджеру, что встречусь с ним в его комнате, как только соберусь. Я выбрала обтягивающее короткое черное платье и туфли на каблуках в тон, оставляя волосы распущенными, и, покончив с макияжем, пошла в комнату Роджера, и после относительно спокойного дня снова возник страх. В тот момент, когда Роджер открыл дверь и посмотрел на меня, он нежно улыбнулся, но я заметила беспокойство в его глазах. Иногда мне было жаль, что он мог читать меня так чертовски хорошо. Или, может быть, он просто практиковал легилименцию и не говорил мне. — Выше нос, именинница, — сказал он, — ты прекрасно выглядишь. Отплати ему той же монетой и игнорируй его, повеселись с нами сегодня вечером, ладно? Тебе всего один раз исполняется семнадцать. — Конечно, — сказала я, но в отличие от прошлого раза, после того, как я смотрела, как он целует ее, сейчас не было волны уверенности, чтобы показать ему, что он теряет. Я просто чувствовала себя побежденной, и это отстой. Роджер положил руку мне на плечо, пока мы шли по коридорам. Он хорошо выглядел, и я поняла, что он провел много времени, поправляя и совершенствуя свои волосы, что случается не так уж часто. Но это может означать только одно. — Флер будет там сегодня вечером? — спросила я, и, конечно же, уголок рта Роджера приподнялся. — Она сказала, что придет, — ответил он, — я сказал ей, что у тебя день рождения, и что для тебя будет очень важно, если она будет там. Потом она спросила, буду ли я там, и я сказал ей, что ты мой лучший друг, и она согласилась. Я не могла не улыбнуться немного. По крайней мере, у одного из нас что-то намечается. Мне было жаль Ли, но я знала, что он пытается поддержать Роджера и Флер, несмотря ни на что, как бы больно ему не было, потому что мы оба знали, что Роджер натурал. По крайней мере, мы так думали. — Что бы ты ни делал, — поддразнивала я его, — используй противозачаточное заклинание, о котором я говорила тебе в прошлом году. Роджер фыркнул. — Я буду благодарить свою счастливую звезду, если мне удастся взять ее за руку сегодня вечером, Кей. Но конечно. В ту минуту, когда мы с Роджером вошли в дверь, все в переполненной гостиной прокричали: «С днем рождения!», заглушая музыку, которая играла. Я улыбалась всем, кого проходила, чувствуя себя немного лучше, но все еще невероятно встревоженной, когда Роджер схватил меня за плечи и протолкнул сквозь толпу, пока мы не обнаружили Фреда, Ли и Джорджа, стоявших у проигрывателя. Фред и Ли оба широко улыбнулись мне, но когда мой взгляд остановился на Джордже, он слегка улыбнулся, прежде чем отвести взгляд. Здорово. — Давай нальем тебе выпить, — сказал Ли, протягивая руку к столу, уставленному разными бутылками. — Чего ты хочешь? — Самое крепкое, что есть, — ответила я, и он улыбнулся мне, прежде чем бросить мне бутылку огненного виски. Я, не теряя времени, взмахом пальцев открутила крышку и начала пить напиток, несмотря на то, что он обжигал горло. Мне нужно напиться, и быстро. — Хочешь потанцевать? — Фред крикнул мне сквозь музыку, и я не спускала с него глаз, как бы сильно мне ни хотелось посмотреть на Джорджа, — Нам нужно потренироваться перед завтра. Он подмигнул мне, и я допила остаток огненного виски, бросая его в ближайшую урну. — Конечно, — сказала я, протягивая руку Ли, чтобы тот передал мне еще выпить. Когда он сунул мне в протянутую руку очередную бутылку, я взглянула на Джорджа, который уже смотрел на меня, и мое сердце перевернулось, когда мы встретились взглядами. Он выглядел великолепно, как обычно, что делало все намного сложнее. Его челюсти были сжаты, а в глазах читалось странное выражение, но он снова отвел взгляд, прежде чем я успела понять, что это было. Я пыталась игнорировать боль в груди, делая глоток огненного виски, позволяя Фреду схватить меня за другую руку и увести туда, где танцевали люди. Я заметила Седрика, который танцевал с Чжоу. Он сказал мне через несколько дней после того, как позвал меня, что он пригласил Чжоу, и что она согласилась пойти с ним. Теперь я улыбнулась ему, и он улыбнулся в ответ, поздравляя меня с днем рождения. Я взглянула на Фреда, взгляд которого был устремлен на Седрика, и в тот момент, когда он снова посмотрел на меня, я подняла бровь. — Что? — спросила я. — Что ты имеешь в виду, что? — Уголок рта Фреда начал приподниматься, как будто он сдерживал улыбку. Я сделала еще один глоток огненного виски, чувствуя, как он уже начал действовать на меня. Спасибо Мерлину за это. Я определенно пожалею об этом утром, но это проблема завтрашней меня. В конце концов, это мой гребаный день рождения. Я заслуживаю немного веселья. Тем более, что я понятия не имею, как пройдет завтрашняя ночь такими темпами. Но даже в этом случае — и, возможно, дело было в алкоголе — у меня возникло внезапное желание поссориться с Джорджем. В конце концов, Роджер был прав. Между нами так много недосказанного, что, возможно, нам просто нужно накричать друг на друга и покончить с этим. За все годы дружбы у нас ни разу не было ссор. Но, возможно, время пришло. — Вы, мальчики, и Седрик, — сказала я Фреду, который наклонил голову, чтобы лучше меня слышать, — вы все его ненавидите, даже если пытаетесь доказать мне, что это не так. Так в чем же дело? Все начало немного расплываться, но я ничего не могла с этим поделать. Я бросила свою уже пустую бутылку в сторону ближайшей мусорной корзины, но не была совсем уверена, что попала. Фред начал ухмыляться, и я начала замечать, насколько мы близки. Я чувствовала запах его одеколона, и хотя он хорошо пах, это не был запах Джорджа. Несмотря на то, что он был бесспорно привлекателен, его ухмылка не заставляла меня чувствовать себя так, как Джордж, несмотря на то, что почти любая другая девушка, вероятно, хотела бы быть на моем месте прямо сейчас. — Потому что, — сказал Фред, оглядывая меня с ног до головы, прежде чем наклониться вперед, чтобы сказать мне на ухо, его дыхание вызывало мурашки на моей спине, — он все время ведет себя так, будто он чертовски совершенен. Но какой смысл быть таким совершенным, если ты даже не можешь заполучить самую красивую девушку в школе? О, Мерлин, это он обо мне. Пришло это время? Я не знаю, готова ли я отказать ему прямо сейчас. Или когда-либо. Но особенно прямо сейчас. Что мне сказать? Спасибо, дружище? Ты такой хороший друг? Я так рада, что мы лучшие друзья? К счастью, я была избавлена от необходимости придумывать, как реагировать, потому что кто-то позвал Фреда, и он отошел от меня, глядя вверх, мимо меня. Я проследила за его взглядом и увидела Алисию, которая улыбнулась нам обоим, прежде чем несколько многозначительно поднять брови, глядя на Фреда. — Долг зовет, — почти крикнула я Фреду, хлопая его по руке, — иди за ней, тигр. Фред прикусил нижнюю губу, начиная улыбаться, но я заметила, что он не решается подойти к ней. Он, вероятно, ждал, пока я его остановлю, но едва ли он знал, что я хотела, чтобы он подошел к ней, чтобы я могла расспросить его брата о том, почему он такой придурок. Это была одна из тех вещей, которую я могла делать только с уверенностью, которую придает мне огненный виски, поэтому, если я не сделаю этого сейчас, я, вероятно, никогда этого не сделаю. — Сколько ты уже выпила? — Я легко переношу алкоголь, Фредди, мы уже это обсуждали, — сказала я, и он рассмеялся, качая головой. — Я вернусь, — сказал он, — не уходи далеко. Он еще раз подмигнул мне, прежде чем пройти мимо меня. Недалеко от них я заметила Анджелину с пуффендуйцем, который пригласил ее на Бал, но вместо того, чтобы смотреть на него, ее взгляд был устремлен на Фреда, который подошел к ее лучшей подруге. Так я выгляжу, когда смотрю на Джорджа? Когда я вижу Джорджа с Белл? Кстати о Джордже, я отправилась на его поиски, поблагодарив тех, кто поздравлял меня с днем рождения на пути. Я наконец нашла его после того, как протолкнулась через слишком многих людей, и, к моему большому облегчению, он не был с Белл. Он был один, потягивал из бутылки сливочное пиво и прислонился к стене, рука, которая не держала бутылку, была засунута в один из карманов его джинс. Он посмотрел на меня, когда я подошла к нему, и выпрямился, отталкиваясь от стены и выжидающе глядя на меня, хотя он не выглядел таким уж довольным тем, что я была здесь. Это был больше что-тебе-нужно взгляд, и я почувствовала прилив раздражения. Что мне нужно? Мне нужно узнать, что, черт возьми, я сделала, чтобы он начал вести себя как мудак, как насчет этого, Джордж? — Привет, — вместо этого сказала я. Он кивнул. — Привет. Я тяжело сглотнула. Я действительно не думала так далеко наперед. К тому же все как-то кружилось. — Знаешь, у меня день рождения. Выражение лица Джорджа теперь было совершенно непроницаемо, и это меня бесило. Я просто хотела, чтобы он дал мне хоть что-нибудь, чтобы начать. Я хотела, чтобы он сказал какую-нибудь глупость, чтобы я могла просто взорваться, как я и хотела, и потребовать от него ответов, но с этим холодным приемом гораздо сложнее справиться, и у меня кружилась голова, и почему же он такой горячий, даже когда он явно раздражен? — Я знаю, — ответил он, и его тон тоже был совершенно непроницаем, — с днем рождения. — Спасибо, — сказала я, даже не пытаясь скрыть горечь в своем тоне, — ты первый раз сегодня говоришь мне это. Поскольку, знаешь, ты игнорировал меня всю последнюю неделю. Глаза Джорджа вспыхнули, и я заметила, что я что-то в нем задела, и теперь, может быть, он заговорит со мной. Может быть, он даст мне что-нибудь, с чем можно иметь дело. — Я не игнорировал тебя всю последнюю неделю, Кэти, — хладнокровно ответил он. — Ладно, хорошо, — огрызнулась я, начиная еще больше расстраиваться, — если хочешь вдаваться в подробности, Джордж, ты игнорировал меня со среды. Как тебе это? — Я не буду говорить об этом здесь, — ответил он низким голосом и жестким взглядом, но я еще не закончила с ним. Нет, я даже еще не начинала. Я заслуживала объяснений, и я их получу, даже если это будет последнее, что я сделаю сегодня вечером, даже если мне придется запереть нас вместе в его комнате на всю чертову ночь. — Хорошо. Тогда давай поднимемся в твою комнату, хорошо? — сказала я, пытаясь сохранить ровный тон, несмотря на то, что я разрывалась между желанием вступить с ним в спор и желанием, чтобы он выместил на мне свой гнев совсем, совсем другим способом. Я смотрела на него еще несколько секунд, наблюдая, как его брови хмурятся, а рот сжимается в жесткую линию, прежде чем развернуться на каблуках и пойти к лестнице, ведущей в его комнату. Из-за музыки и болтовни я не слышала, идет ли он за мной, и не смела оглянуться, пока не открыла дверь в его комнату. Я обернулась и скрестила руки на груди, как раз в тот момент, когда он вошел в комнату, закрывая за собой дверь. Может быть, это был алкоголь, может быть, сдерживаемый гнев, разочарование и печаль от того, что я была влюблена в этого мальчика, который явно не отвечал на мои чувства, но все, что я знала, это то, что я была на грани чего-то, и я не могла вполне понять, выльется ли это во вспышку гнева или слезы. — Что с тобой не так? — огрызнулась я, — Пожалуйста, Джордж, просвети меня, что я сделала, чтобы ты игнорировал меня все эти последние несколько дней. И в мой день рождения. — Ничего, Кэти, — огрызнулся он, оставаясь у двери, чтобы быть как можно дальше от меня. Я старалась не обращать внимания на то, как сильно это ранило. — Я просто не понимаю, почему ты думаешь, что должна знать все обо всех все чертово время… — Я не должна! — перебила я, слегка повышая голос, когда моя кровь начала кипеть, — Мерлин упаси, я просто хочу знать, почему мой лучший друг игнорирует меня, но каждый раз, когда я пытаюсь что-то вытянуть из тебя, ты закрываешься, и я знаю, что есть причина, потому что ты никогда не делал так до этого года, но это случилось во второй раз за последний месяц! Так что, пожалуйста, Джордж, просто скажи мне, какого хрена я сделала! Его глаза сузились, и я решила, что если он сам не собирается мне рассказывать — потому что было чертовски похоже, что он не собирался, — то я могу отбросить свои теории. Потому что что произошло прямо перед тем, как он решил начать игнорировать меня и своего самого лучшего друга: его собственного брата-близнеца? — Это из-за Фреда? — спросила я с упреком, — Потому что он пригласил меня на Бал? — Вообще нет, — сказал Джордж слишком быстро, выражение его лица снова стало непроницаемым, — какое мне дело до того, с кем ты пойдешь на Бал? — Вот это мне и интересно, Джордж! — Я снова повысила голос, пытаясь скрыть, как мне больно это слышать. — Но ты даже не посмотрела в мою сторону с тех пор, как он… — Ты лицемерка, Кэти, — перебил он, — ты почти не разговаривала со мной с тех пор, как узнала, что я позвал Белл… — Потому что ты уже не разговаривал со мной! И потому что она ненавидит меня, Джордж! — сказала я, мой тон становился более отчаянным, чем когда-либо еще, и выражение лица Джорджа слегка смягчилось — или, может быть, мне это просто показалось. — Из всех людей, из меня, и Энджи, и Алисии, ты просто должен был выбрать ее. Тебе просто нужно было ждать, пока она не останется последней, когда ты мог бы легко пригласить кого-нибудь другого, если бы у тебя были яйца- — Я думаю, ты просто считаешь, что она хочет достать тебя по какой-то причине… — Нет! Она ненавидит меня, Джордж, и, конечно, я ее тоже не очень люблю, но если бы ты только открыл глаза и увидел хоть раз- — Поверь мне, Кэти, — огрызнулся Джордж, и в его голосе появилась новая ярость, которая меня ошеломила. — Я видел много всякого. Я сделала паузу на мгновение, потому что я просто была не совсем уверена, что я должна сказать на это. Что это значит? Что я сделала? Почему он говорит это дерьмо, отталкивает меня, а потом не говорит мне, почему? — Что, блять, это должно означать? Но Джордж только покачал головой, избегая моего взгляда, и повернул дверную ручку. — Джордж, подожди, — сказала я, но он уже открыл дверь. Он отвернулся, не сказав больше ни слова, и ушел, закрывая за собой дверь, и мой гнев растворился. Мое зрение начало расплываться, но на этот раз из-за слез, и я опустилась на землю, позволяя им свободно стекать по щекам. С охеренным днем рождения меня.