Good girl

Охеренно ужасно. Вот как я себя почувствовала, когда проснулась. Но было Рождество, и это должно что-то значить, верно? Приняв душ и переодевшись в новый свитер от миссис Уизли, я отправилась на поиски Роджера, который, к моему удивлению, уже был одет и сидел в общей комнате. Когда я зашла, его голова оторвалась от книги, которую он читал, и он нерешительно улыбнулся мне, закрывая книгу. — Счастливого Рождества, — сказал он, — ты уже чувствуешь себя старше? — Если чувствовать себя старше, значит чувствовать себя дерьмово, — ответила я, потирая ноющий лоб, — тогда я чувствую себя на годы старше. Роджер ухмыльнулся, и я не смогла не улыбнуться в ответ, когда села рядом с ним на диван, положила голову ему на плечо и закрыла глаза. Я глубоко вздохнула. — Что произошло прошлой ночью? — спросила я, — Я мало что помню после того, как пришла тебя найти. Когда Джордж ушел, я помню, как вытерла слезы и направилась вниз, чтобы найти Роджера, который был с Флер. Мне было неловко прерывать их разговор, но, учитывая, что им обоим было ясно, что у меня проблемы, Роджер предложил принести мне еще выпить, и когда он это сделал, я случайно излила свое сердце Флер, которая слушала внимательно, убирая мои волосы назад от лица. Я помню, как она говорила мне, что я слишком красива, чтобы плакать из-за такого мальчика, но если я действительно так забочусь о нем, мне нужно пойти и показать ему, что он упускает. Роджер сообщил мне, что после этого я ушла с Фредом и Ли, и с широкой ухмылкой сказал мне, что не знает, чем я занималась до конца ночи, потому что он ушел целоваться с Флер. Я посмотрела на него. — Ты этого не сделал. — О, еще как, — ответил он, — это было потрясающе. Типа, я думал, что умер и попал на небеса ненадолго. Я сказала ему, что горжусь им, не обращая внимания на укол зависти по поводу того, насколько лучше прошла ночь Роджера. Я думаю, он это заметил, потому что его улыбка слегка потускнела, и он взъерошил мне волосы. — Пойдем, хочешь позавтракать? Я помогу тебе собраться на Бал позже, если хочешь. Сегодня я к твоим услугам. — Он отдал мне честь, я улыбнулась и закатила глаза. — Ты придурок, — сказала я ему, — но да, пожалуйста. Я думаю, что начну собираться после обеда. Одни мои волосы, вероятно, займут несколько часов. — Несколько часов? — сказал Роджер, и я не смогла не рассмеяться из-за его недоверчивого тона. — Мерлин. — Эй, — сказала я, следуя его примеру, когда он встал, чтобы мы пошли на завтрак, — не легко быть такой красивой. Не то чтобы я ожидала, что ты поймешь. Роджер уставился на меня, а я продолжила смеяться. Знаете что? Я буду веселиться сегодня вечером с Фредом, Роджером, Флер, Ли и Алисией. Флер права. Мне просто нужно показать Джорджу, что он теряет, а потом может быть, когда ему, наконец, захочется поговорить со мной, он расскажет мне, что, черт возьми, с ним происходит. Может быть. Когда мы добрались до Большого зала, у меня свело желудок, когда я заметила, что из нашей группы не хватало двух человек. — Где Джордж? — как можно небрежнее спросила я, садясь рядом с Фредом. Я посмотрела вдоль стола на Алисию и Анджелину и на пустое место рядом с ними. Он с ней? — Похоже, он ушел куда-то дуться, — встрял Ли, и я бросила на него благодарный взгляд, зная, что он знает, о чем я думаю, — Проснулся сегодня утром и почти не разговаривал ни с одним из нас, а потом исчез. Часть меня хотела найти его, но я знала, что не должна. Не после прошлой ночи. Но почему я всегда гоняюсь за ним? Почему он так сильно от меня отгородился, что единственная причина, по которой мы разговариваем, это то, что я пытаюсь чего-то от него добиться? Разве не должно быть наоборот, учитывая, как сильно он меня обижал в последнее время? Но даже так, это Джордж. Он моя слабость. Я слишком сильно люблю его, чтобы так с ним поступить. Тогда почему он так поступает со мной? — Предвкушаешь сегодняшний вечер? — Фред подтолкнул мою ногу своей, улыбаясь мне, когда я взглянула на него. Я слегка улыбнулась ему в ответ. У меня были смешанные чувства по поводу сегодняшнего вечера, я не буду лгать, но я не собиралась позволить себе хандрить и портить ночь Фреду. Хотя я знала, что он не сможет по-настоящему повеселиться, не тогда, когда он беспокоится о Джордже. — Да, — призналась я, тихо разговаривая с ним, пока Алисия и Анджелина рассказывали Ли и Роджеру, что на них будет сегодня надето, — но если ты наступишь мне на ноги, я тебя убью. Фред рассмеялся. Я вспомнила прошлую ночь и подумала, знает ли он, что мы с Джорджем поссорились. Он, вероятно, знает, но держу пари, он просто не поднимает эту тему ради меня. — Не могу ничего обещать, Кристал. Лучше просто держи свои ноги подальше от моих. Я закатила глаза, а он усмехнулся и снова толкнул меня ногой, прежде чем вернуться к еде. — Какое у тебя платье, Кэти? — спросила Алисия, наклоняясь вперед и подперев подбородок рукой. Я улыбнулась ей. — Это сюрприз, — сказала я, и она, и Анджелина застонали. Я подумала о других чемпионах. Флер, конечно же, пойдет с Роджером, и я узнала за последние несколько дней, что Гарри пригласил Парвати Патил. Я не могла не задаться вопросом, кого позвал Виктор, потому что я ничего об этом не слышала, но ожидала, что девушка, которую он позвал, будет этим хвастаться. Полагаю, я увижу сегодня вечером. — У Белл очень красивое платье, — сказала Алисия, — этот темно-синий цвет ей идет. Она сказала, что Джорджу не очень-то было интересно об этом слушать. Я сопротивлялась желанию ухмыльнуться, не сводя глаз с тарелки и отламывая уголок тоста. — Я люблю его до смерти, но, — сказал Ли, — в последнее время Джордж не очень заинтересован в том, чтобы вообще хоть что-то слушать. Я посмотрела на Фреда — учитывая, что он был странно тихий — и увидела на его лице несколько болезненное выражение. Холодное отношение Джорджа ранило его больше, чем он показывал, и, честно говоря, я чувствовала себя немного виноватой. Я была настолько поглощена своими чувствами по этому поводу, что почти не думала о том, как это влияет на Фреда. Они двое были обычно ближе, чем я с любым из них, так что это определенно сказывалось на Фреде. Я потянулась под столом и взяла его руку, нежно сжимая ее. Он удивленно посмотрел на меня, его взгляд смягчился, когда я нежно улыбнулась ему. — Мы повеселимся сегодня вечером, хорошо? — сказала я, и он, кажется, понял все, что я пыталась этим сказать, потому что он кивнул и сжал мою руку в ответ. Остаток утра и начало дня прошли быстро, но Джорджа не было видно. Я попыталась отодвинуть эти мысли на задний план, когда начала готовиться к Балу, но не могла не думать о нем, и только о нем. Что он собирается надеть? Что он имел в виду прошлой ночью? Что он думает, что видит? Потому что, что бы это ни было, он неправ, потому что я хочу именно его. И все же я поймала себя на том, что цепляюсь за шанс, что он ответит на мои чувства. Но почему? — спросила я себя, застегивая молнию на платье. Моя комната, к счастью, была пуста, потому что я услышала, как Мариетта громко говорила с другими нашими соседками по комнате о том, что они собираются наряжаться в одной из комнат своих друзей из Пуффендуя, так что у меня было место для себя. Было много парней, которые хотели меня, один из них — его родной брат, которого я очень люблю. Но никто из них не он. Ни один из них не заставляет меня чувствовать так, как он это делает даже простым взглядом или прикосновением. Может быть, мне стоит просто сказать ему, как я и планировала той ночью. Тогда, по крайней мере, я бы получила определенный отказ. Я вздохнула, надевая серьги: последний штрих. Я выглядела невероятно, этого нельзя было отрицать. Вместо своих обычных тугих локонов я уложила волосы так, чтобы они мягкими волнами ниспадали по моей спине, и убрала пару прядок от лица. Я посмотрела на себя в зеркало, убеждаясь, что мой макияж был именно такой, как я хотела, прежде чем, наконец, проверить время. Фред сказал, что встретит меня возле моей гостиной, чтобы проводить в Большой зал, и ему как раз пора было быть здесь. Но сначала — Роджер. Когда я спустилась по лестнице из своей комнаты, в гостиной были и другие люди, в том числе и Роджер, окруженный своими соседями по комнате, которые, несомненно, расспрашивали его о Флер. Он выглядел очень красиво в своей черно-белой парадной мантии, а его губы изогнулись в благоговейной улыбке, когда мы встретились взглядами. — Вот, дерьмо, — сказал он, и остальные тоже повернулись, чтобы посмотреть на меня, — Ты только взгляни на себя. Я улыбнулась в ответ, не сводя с него глаз, даже когда заметила, что другие глазеют на меня краем глаза. — Готов пойти найти наших партнеров? Роджер кивнул и сделал шаг вперед, предлагая мне руку. — Да, мэм. Флер убьет меня, если я опоздаю. Мы оба быстро попрощались с его соседями по комнате, прежде чем выйти из гостиной, держась за руки. Мои глаза сразу же нашли Фреда, и я почувствовала, как мои губы изгибаются в улыбке. Он выглядел великолепно, и в тот момент, когда его глаза встретились с моими, они немного расширились. — Я пойду встречусь с Флер. Увидимся позже. — Роджер похлопал Фреда по руке, когда тот проходил мимо, прежде чем убежать и завернуть за угол, оставив меня наедине с Фредом. Я выжидающе смотрела на него, но он молчал, его взгляд скользил вверх по моему телу, вглядываясь в каждый дюйм. Когда он смотрит на меня, чувствует ли он то же, что и я, когда смотрю на Джорджа? — Не думаю, что когда-либо видела, как у тебя пропадает дар речи, Уизли, — поддразнила я его, и он, наконец, улыбнулся ослепляющей улыбкой, встречаясь со мной взглядом. — Это не моя вина, — сказал он, — ты выглядишь чертовски красиво. Я улыбнулась ему в ответ, несмотря на то, что мое сердце чувствовало, как будто кто-то сжимает его. Джордж смотрит сейчас на Кэти Белл и думает о том же? — Спасибо, — сказала я, беря его протянутую руку. Мы вместе шли по коридорам, получая взгляды прохожих, которые, скорее всего, отправились на встречу со своими друзьями или парами — одним из них оказался Седрик. — Сед! — воскликнула я, и он выглядел удивленным, словно я застала его врасплох. Но удивление на его лице быстро сменилось на яркую улыбку, и я не могла не заметить, как быстро он окинул меня взглядом. — О, вау, Кэти, я сначала едва узнал тебя. Ты выглядишь потрясающе, — сказал он, прежде чем перевести взгляд на Фреда, которому он кивнул в знак приветствия, — Мне нравится твоя парадная мантия, Фред. Фред пробормотал «спасибо», и я толкнула его локтем в бок. — Спасибо, Диггори, — сказал он чуть громче, и Седрик снова улыбнулся мне. — Я иду на встречу с Чжоу. Увидимся. Я попрощалась с ним перед тем, как он ушел. Я посмотрела на Фреда, который скорчил кислую мину, потирая бок. — О, так ты можешь сбить меня с метлы, но я не могу толкнуть тебя локтем, чтобы ты был мил с моим другом? — сказала я, ссылаясь на инцидент, произошедший летом, и надутое лицо Фреда быстро превратилось в ухмылку. — Во-первых, — сказал он, — это был несчастный случай, но я бы держал все бладжеры подальше от тебя, если бы знал, что ты будешь использовать это против меня до конца моей жизни. — Я хихикнула над его преувеличением, и он продолжил, — Во-вторых, я был милым. Я сказал спасибо. Я мог бы проигнорировать его. Как я буду танцевать с тобой, когда мне больно? — Заткнись, — рассмеялась я, отводя взгляд от Фреда, когда мы повернули за угол ко входу в Большой зал, где я заметила, что мы прибыли не первыми. Мой взгляд остановился на Роджере, который был бок о бок с Флер, одетой в красивое блестящее серебристое платье, которое ей идеально шло. Ее длинные волосы были собраны в низкий пучок, а губы изгибались в мягкой улыбке, когда мы встретились взглядами. Затем я заметила Гарри, который хорошо выглядел в своей парадной мантии, несмотря на то, как неуклюже он смотрелся, переминаясь с ноги на ногу и явно игнорируя Парвати, которая тоже нервничала. У нее отвисла челюсть, когда она посмотрела на меня, и я улыбнулась ей, ободряюще поднимая большой палец вверх, чтобы она знала, что она хорошо выглядит. Следующим я увидела Крама, стоявшего рядом с девушкой в красивом голубом платье, ее волосы были гладкие и блестящие, но я не могла точно сказать, кто это был, пока она не обернулась, и… — Гермиона? — Фред вторил моим мыслям, и когда мы приблизились, она нервно улыбнулась нам. Гермиона? Вот кого Виктор Крам пригласил на Бал? Гермиону Грейнджер? Ну, я полагаю, это к лучшему. Но я надеюсь, она знает, что у меня определенно будут к ней вопросы позже. И я не могла не задаться вопросом, как к этому отнесся Рон. — Хорошо, вы двое здесь. В очередь все. Уже почти пора начинать Бал. Голос исходил от МакГонагалл, которая выстраивала нас в шеренгу, Фред и я оказались впереди, Виктор и Гермиона позади нас, Флер и Роджер позади них, а Гарри и Парвати завершали цепочку. Я оглянулась через плечо на Гермиону, улыбаясь ей, пока мы ждали нашего выхода. — Как ты себя чувствуешь? — спросила я, и она наклонилась ко мне так, чтобы ни Фред, ни Крам не смогли подслушать. — Как будто меня стошнит прямо на ботинки Виктора. Я фыркнула, а она нервно рассмеялась. — Если ты это сделаешь, то лучше раньше. Это отвлечет их от того, что Фред неизбежно испортит танец. — Я услышал это, — сказал Фред, когда МакГонагалл предупреждающе прошипела его имя. Я выпрямилась, повернулась лицом вперед, мое сердце начало колотиться. Дело было даже не в танце, или в том, что все взгляды будут прикованы ко мне — дело в том, что взгляд одного конкретного человека будет прикован ко мне. По крайней мере, я надеюсь, что будет. Большие двери начали открываться сами по себе, и Фреду практически пришлось тянуть меня вперед, чтобы я начала идти вместе с ним. Я улыбалась тем, кого проходила, нашла лица одноклассников и младших школьников. Я заметила Невилла Долгопупса с Джинни, которая взволнованно махала мне рукой. Я искала в толпе Джорджа, которого не так уж сложно было увидеть, учитывая, что он был выше шести футов ростом и рыжий, но, кажется, у меня не получилось его найти. Или Ли, если уж на то пошло, так что я предположила, что они вместе. Если Джордж решил, что хочет снова разговорить с нами, конечно. Первый танец был предназначен только для чемпионов, так что мы с Фредом заняли свое место, его рука нащупала мою талию, а другая сжала мою руку. Я положила другую ему на плечо, и он притянул меня немного ближе, поднимая брови, пока мы ждали начала музыки. — Не облажайся, — прошептал он, — все смотрят. — Да пошел ты, — ответила я, и он усмехнулся, как только зазвучала музыка. Мы попадали в шаги, которые практиковали бесчисленное количество раз — которые я практиковала бесчисленное количество раз, — и я не сводила глаз с него, просто сосредоточившись на нем и на музыке. Вот так песня закончилась, и люди начали подтягиваться, как только прозвучала другая песня, большинство подходило к Чемпионам и начинало с нами болтать. Я искала глазами Джорджа, но все еще не могла его найти. Он намеренно избегает меня? А может он опаздывает? — Как твои ноги? Я повернулась, чтобы посмотреть на Роджера, руку которого сжимала Флер. — На удивление невредимы. Как вы двое справились? Говоря это, я бросила взгляд на Фреда, но он, кажется, не обращал внимания. Его подбородок был вздернут, глаза изучали толпу, и у меня возникло ощущение, что он делает то же самое, что и я. — Роджер справился очень хорошо, — сказала Флер, — то есть для студента Хогвартса. — Эй, — запротестовал Роджер, и Флер рассмеялась, я улыбнулась им двоим, прежде чем схватить Фреда за руку, главным образом для того, чтобы вернуть его к разговору. — Вы двое развлекайтесь, хорошо? — Я подмигнула Роджеру, — Думаю, мы с Фредом найдем остальных. Улыбка Роджера немного спала, и он кивнул, словно понимая, что я говорю в основном о Джордже. — Если я тебе понадоблюсь, просто найди меня, ладно? Я поняла истинное значение слов Роджера и кивнула ему. Я посмотрела на Фреда, который снова смотрел куда-то вдаль. — Пойдем, — сказала я, дергая его за рукав, — давай потанцуем. Он поколебался, но через мгновение кивнул, позволяя мне подтащить его ближе к танцующим людям. Там было так людно и так громко, что трудно было уследить, кто здоровается со мной, когда я проходила мимо. Мы нашли Седрика и Чжоу, а сразу за ними Ли и Алисию, которые дико прыгали под музыку. — Вот вы двое где! — прокричал Ли, заключая меня в объятия. Я улыбнулась ему, но, видимо, он видел невысказанный вопрос в моих глазах, потому что он наклонился, чтобы сказать мне на ухо, — Он здесь. Хотя не уверен, где. И он не выглядел особенно счастливым. Он слегка отстранился, чтобы посмотреть на меня, и я посмотрела на Алисию и Фреда, которые разговаривали. Алисия была в фиолетовом платье, ее волосы были собраны в упругие локоны. Я видела, как она улыбается Фреду, этот знакомый взгляд в ее глазах говорил мне, что она все еще определенно не считала его просто другом. — Ты должна поговорить с ним, — сказал Ли, но я покачала головой, не сводя глаз с Фреда и Алисии. — Я хочу, — призналась я, — но он явно не хочет со мной разговаривать. Я не видел его со вчерашнего вечера, когда мы поссорились. — Тем больше причин для разговора, — сказал Ли, и я встретилась с ним взглядом, — отругать его за то, что он был мудаком с тобой в твой день рождения. Он это заслужил. Я изо всех сил старалась отвечать на улыбку Ли, хотя чувствовала, что мое сердце вот-вот выскочит из груди. Может быть, он прав. Может быть, мне следует найти Джорджа и излить ему свою душу. Может быть, тогда он расскажет мне, что с ним происходит. Даже если он этого не сделает, по крайней мере, он будет знать мое видение, и он сможет понять, что он хочет делать с этим, даже если в конце концов выберет Белл. Мне просто нужно знать. Я позволила себе немного потанцевать с Ли, Алисией и Фредом, а затем и с Энджи, которая через некоторое время присоединилась к нам. Я поймала на ней взгляд Фреда, потому что, в конце концов, она выглядела великолепно. Но я не могла сосредоточиться на том, чтобы повеселиться и потанцевать с ними, меня так отвлекали мысли о Джордже, даже когда Ли достал из кармана пиджака фляжку и пустил ее по кругу. Я пренебрежительно отмахнулась от Фреда, когда он предложил ее мне. — Я не очень хорошо себя чувствую, — соврала я, — думаю, мне нужно подышать свежим воздухом. — Хочешь, я пойду с тобой? — предложил Фред, но я покачала головой. Мне нужно найти Джорджа, и мне нужно сделать это одной. Я знала, что если я скажу Фреду, чем я на самом деле займусь, он будет настаивать на том, чтобы пойти со мной. Поэтому, хоть я и чувствовала себя виноватой за то, что солгала ему, я знала, что это то, что мне нужно сделать. — Нет, нет. Я буду в порядке. Скоро вернусь. Я протиснулась сквозь толпу, снова ища глазами Джорджа, но вместо этого нашла Роджера и устремилась к нему. Он потягивал пунш, его глаза были прикованы к Флер, которая кружилась в такт музыке. Он не заметил меня, даже когда я остановилась прямо рядом с ним. — Роджер, — позвала я. Кажется, он вышел из оцепенения и взглянул на меня, и Флер тоже ярко улыбаясь мне. — Кэти, дорогая! — воскликнула она, — Потанцуй со мной! — Извини, — ответила я, — я правда кое-кого ищу. Я посмотрела на Роджера. — Ты не видел Джорджа? — Твой рыжий мальчик? Разве ты не была с ним? — спросила Флер, и уголки рта Роджера приподнялись, когда он взглянул на нее. — Нет, это Фред, — объяснил он, — другой — Джордж. — Он повернулся ко мне, его улыбка исчезла. — Но да, на самом деле, я видел, как он уходил. Один, — уточнил он, заметив перемену в моем лице. — Белл вон там. Я взглянула туда, куда он кивнул, и увидела Белл, скрестившую руки на груди, пока она разговаривала со своими гриффиндорскими одноклассницами, явно расстроенная. Я пыталась не обращать внимания на чувство удовлетворения и вместо этого повернулась к Роджеру, который ободряюще кивнул мне, словно понимая, что я собираюсь сделать. — Ли принес фляжку огневиски. Я бы на твоем месте пошла попробовала, пока она не закончилась. Роджер усмехнулся. — Будет сделано. Удачи, Золотая девочка. — Заткнись, — сказала я ему, улыбаясь, — и, пожалуйста, не говори им, что я пошла за Джорджем. Мне нужно сделать это одной. Роджер, кажется, понял, потому что торжественно кивнул мне. — Держи меня в курсе, хорошо? — Хорошо. — Я повернулась к Флер. — Ты прекрасно выглядишь, кстати. Она широко улыбнулась, как и Роджер, наблюдая за ней, но в выражении его лица было что-то странное. Может быть, мне просто показалось. — Как и ты, — ответила она, — теперь иди за своим мужчиной. Я не могла не улыбнуться ей, прежде чем отвернуться, чтобы сделать именно это. А может и нет. Судя по тому, как он вел себя в последнее время, трудно сказать, хочет ли он вообще быть моим другом. Как только я вышла из Большого зала, мои ноги понесли меня именно туда, куда мне нужно было идти, даже не задумываясь об этом, потому что я точно знала, где будет Джордж, несмотря на то, что на улице уже было темно и снежно. И действительно, я заметила его на поле для квиддича и, изо всех сил стараясь не обращать внимания на пронизывающий холод, скрещивая руки на груди, пошла к нему по полю, мои пятки утопали в снегу. Здесь было чертовски холодно, но по-настоящему я замерзла, когда увидела Джорджа впервые почти за двадцать четыре часа. Сначала он меня не замечал, и я смотрела, как он подбрасывает бладжер, размахивается своей битой и с треском ударяет. Его черная мантия валялась на снегу, оставив его в белой классической рубашке с расстегнутыми верхними пуговицами и закатанными до локтей рукавами, в черных классических брюках и блестящих классических туфлях. Его грудь быстро вздымалась и опускалась, когда он повернулся, чтобы посмотреть на меня, позволяя бите выскользнуть из его пальцев и упасть в снег рядом с его ногами. Его брови были нахмурены, но слегка приподняты, его глаза расширились, когда он посмотрел на меня. Но этот взгляд быстро исчез, когда он снова сжал зубы, наклонился, чтобы поднять биту, вытер с нее снег и явно отводил глаза от меня. — Джордж, — сказала я. — Кэти, — ответил он, но это не звучало сердито. — Тебе следует вернуться внутрь. — Тебе тоже, — возразила я, — у тебя будет гипотермия. — Я уверен, что у Помфри найдется что-то для этого, — пренебрежительно ответил он, и я почувствовала, как вспыхивает мой гнев. Он не разговаривал со мной в течение суток после ссоры, а теперь вел себя так, как будто ничего не произошло, и отмахивался от моих опасений за него? — Я уверен, что Фред ждет тебя, — добавил он. — Прекрати нести чушь, Джордж, — рявкнула я, и он взглянул на меня с явным удивлением, но я продолжила, прежде чем он успел сказать что-то еще, — Ты весь последний месяц злишься на меня? Даже когда мы якобы помирились перед Первым заданием, что было чушью, потому что ты снова ведешь себя как мудак по отношению ко мне и игнорируешь меня после того, как Фред пригласил меня на Бал, так что не говори мне ту же ерунду, которую ты скармливал мне прошлой ночью о «не беспокойся об этом». Что я сделала, Джордж? Глаза Джорджа вспыхнули гневом, и я знала, что наконец-то что-то в нем задела. Хорошо. Может быть, теперь я получу гребаный ответ. — Ты сказала да, Кэти! Вот что! — Джордж повысил голос, теперь полностью поворачиваясь ко мне лицом и отбрасывая биту в сторону. — Почему это- — Потому что я собирался пригласить тебя, понятно? У меня не было даже секунды, чтобы порадоваться, испытать облегчение или шок от того, что он признался, что на самом деле хотел позвать меня, потому что это все еще не имело никакого чертового смысла, а я была слишком зла, чтобы мыслить трезво. — Ну, Джордж, тогда ты должен был сделать это раньше! У тебя был чертов месяц! Ты знаешь, скольким людям я отказала, потому что ждала тебя? — Я продолжила, не обращая внимания на его удивление, которое на долю секунды прорезалось сквозь гнев, — Я отказала Седрику и множеству других парней, и все потому, что ждала тебя, как идиотка! А потом Фред позвал меня, и это было уже так близко к Балу, что я уже и не надеялась, что ты спросишь меня, а он мой лучший друг, поэтому я сказала «да»! А потом угадай, что, Джордж? Ты идешь и приглашаешь Белл! Как, ты считаешь, это заставило меня себя чувствовать? — Она была единственной из нас, кто остался! И к тому же она должна быть нашим другом, и я точно знаю, что ты бы не беспокоились, если бы я позвал Алисию или Анджелину, так что… — Потому что ты не сосался с Алисией или Анджелиной! Джордж замолк, и я почувствовала, как мои щеки пылают. Я дрожала от холодного ветра, мои волосы падали с плеч, и я нетерпеливо убирала их с лица, ожидая, что он что-нибудь скажет, хоть что-нибудь. Хотела бы я знать, что сейчас происходит в его голове. Я уже сказала слишком много, а он ничего не отвечал, и я хотела пойти внутрь, запереться в своей комнате и никогда больше ни с кем не видеться. — Какое это имеет отношение хоть к чему-нибудь? — спросил он уже мягче, но я проигнорировала его, сглатывая ком в горле. Глупые, невнимательные мальчики. — Ты сказал прошлой ночью, что много всякого видел, — сказала я, — объясни, что это значит? Но когда Джордж покачал головой, я почувствовала, как во мне снова вспыхивает злость и разочарование. Я получу от него ответы, даже если это означает, что к концу ночи у нас обоих будет переохлаждение. — Джордж- — Помнишь тот день, когда мы делали это любовное зелье? И оно должно пахнуть тем, что тебя привлекает? — Ага… — сказала я, но Джордж перебил меня прежде, чем я успела сказать что-то еще. — Фред учуял тебя, не так ли? Я глубоко покраснела. — Да, но- — Я знаю это, потому что узнал запахи. И тогда я понял, что все кончено. Сейчас у него был суровый взгляд, но было что-то еще, чего я не могла точно определить. Отчаяние? Грусть? — Всю свою жизнь я делился с Фредом всем, от игрушек до одежды, своей комнаты и лучших друзей, и у меня никогда не было с этим проблем, потому что я люблю Фреда больше всего на свете, и ты знаешь это, все это знают. — В его тоне звучала незнакомая горечь, но я не смела его прерывать, гадая, к чему он ведет. — И я никогда не понимал, что ты ему нравишься, пока он не унюхал тебя в своей Амортенции. Но я полагаю, что должен был. — Он издал короткий, лишенный юмора смешок. — Ты — это ты. Все хотят тебя. Я молчала, наблюдая, как Джордж смотрит мимо меня, в сторону замка, где все танцуют и веселятся, не обращая внимания на то, что мы находимся здесь и ведем этот разговор. — И все всегда предпочитали Фреда. У меня никогда и с этим не было проблем. Мне никогда не нужно было быть в центре внимания так сильно, как тебе и ему. Но ты… — Он поднял глаза, чтобы снова встретиться со мной взглядом, и у меня перехватило дыхание от интенсивности зрительного контакта. — Я всегда надеялся, что однажды ты станешь единственной частью, которую мне не придется с ним делиться. Я до сих пор помню тот день, когда мы встретились, когда ты постучала в дверь нашего купе в поезде и попросила сесть с нами, и я подумал, что ты такая красивая. А когда ты открыла рот, я понял, что ты еще и забавная. — Джордж, — выдохнула я, не зная, к чему он клонит, не зная, как это объясняет, почему он приударил за Белл, но, тем не менее, позволяя каждому слову дойти до меня. Его челюсть сжалась. — Когда ты поцеловала его во время «Правды или действия» прошлым летом, я отмахнулся от этого, потому что ты сделала это только из-за действия, независимо от того, насколько меня убивало то, что это происходит. Я не осознавал на самом деле до дня, когда мы готовили Амортенцию, когда я узнал его запахи, потому что я тоже учуял твой запах в своем зелье. Я ощутила, как мое сердце звенит в ушах, и я изо всех сил старалась не подойти к нему и не поцеловать его прямо здесь и сейчас. Он чувствовал то же самое. Твою мать. — Так что, я понял, что не могу так обидеть Фреда, что я оставлю тебя ему, и что так вы оба будете счастливее. — В голосе Джорджа все еще звучала горечь, но я также чувствовала там поражение — такое же поражение, которое я почувствовала, когда он поцеловал Белл. — Итак, когда мне загадали поцеловать самую красивую девушку в комнате той ночью… — Мое сердце сжалось при воспоминании, но я оставалась спокойной и неподвижной, — Я поцеловал Белл. Потому что я знал, что если Фред узнает, что у меня тоже есть чувства к тебе, он захочет, чтобы я был с тобой, и пожертвует своим счастьем, и я не мог позволить ему сделать это, поэтому я поцеловал Белл, хотя ты самая красивая девушка, которую я когда-либо видел в моем жизнь. Я с трудом сглотнула, застряв где-то между шоком, желанием плакать и прыгать от радости. — И как бы сильно я ни хотел пригласить тебя на Бал, я ждал. Я ждал, что может быть, просто может быть, Фред пригласит кого-нибудь еще, и тогда я смогу пригласить тебя. Но я этого не сделал. И это все меня так разозлило, хотя твое и Фреда счастье значит для меня больше всего на свете. Я был эгоистом, потому что так сильно хотел тебя. Последние пять лет. Пять лет. Мерлин, я влюблена в этого мальчика. Даже если он хреновый коммуникатор. Я даже не знала, что сказать. Он просто пытался быть хорошим братом для Фреда. Он сделал это самым худшим для меня способом, но это было все, что он пытался сделать. Он не хочет ее. Он хочет меня. — И я знаю, что причинил тебе боль, и мне очень жаль. Я как-нибудь заглажу эту вину перед тобой. Я знаю, что заставил тебя плакать прошлой ночью, и это одна из самых дерьмовых вещей, которые я когда-либо мог сделать, прости меня. Прошу прощения за весь прошлый месяц, и… — Джордж. — Пожалуйста, только не говори Фреду. Я не хочу, чтобы он чувствовал себя виноватым… — Джордж. — Я все исправлю, обещаю, я просто… Он не осознает? Пока он продолжал игнорировать меня, я сократила разделявшее нас расстояние, не обращая внимания на то, что не чувствовала ни пальцев рук, ни ног, ни носа, а лишь сильно колотившееся сердце. Выражение лица Джорджа слегка изменилось, в его глазах возник вопрос, и последним, что он произнес, было мое имя, как раз перед тем, как я схватила его за воротник рубашки и прижалась губами к его губам.