Мой ангел

У каждого из нас есть Ангел свой, Оберегает и спасает, Он родной, За шагом шаг Он ходит за тобой, Не спит, совсем не ведает покой!!! У каждого есть Ангел … за спиной, Не сделай так, чтоб плакал за тобой, Чтобы ходил с поникшей головой, Чтобы ломал Он крылья под Луной! У каждого из нас есть Ангел свой, Везде и всюду Он всегда с тобой, В тебя Он верит, за тебя горой, Не обижай его, ведь Он тебе родной!!! Angeloc.Anzhelika

Проснулся Дин уже поздним днём. Голова от вчерашней попойки дико болела, практически раскалывалась, хотя это чувство Винчестеру было очень знакомо - всё-таки, не первый раз напивается. Кое-как поднявшись на кровати и оглядев комнату ещё сонными глазами, Дин впал в недоумение: всё вокруг блистало чистотой, не было ни пустых бутылок из-под пива, ни бумаг, разбросанных по всей комнате, никаких признаков вчерашней посиделки Дина с самим собой. Нервно потерев глаза, охотник снова уставился на комнату, не понимая, какого чёрта здесь произошло. Неожиданно до Дина дошёл ещё один неприятный факт – он лежит не в своей кровати, а в кровати младшего брата. Как только старший Винчестер подумал о брате, входная дверь тут же распахнулась, и в комнату ввалился Сэм с двумя пакетами еды. Младший, мило улыбнувшись, захлопнул за собой дверь, а затем прошёл в глубь комнаты. - Ну… Как ты себя чувствуешь? Был повод? – Сэм говорил мягко, без доли упрёка и злости. Хах, даже странно: не возмущается, не обвиняет во всех смертных грехах, не кричит на весь мотель, что Дин его заколебал своими выходками – прям брат года. - Эээ, да отлично, вот только голова гудит, – Дин усмехнулся, пытаясь не довести до той части, где младший братишка будет его отчитывать, но, видимо, не получилось, потому что Сэм заговорил вновь. - Дин, слушай… Я не знаю, что с тобой опять происходит, но, давай, мы с тобой договоримся: один ты больше не пьёшь, хорошо? Я сегодня замучился с утра убирать комнату, ты вроде пил один, а бардак такой, словно тут группа подростков гуляла целую неделю, пока предки не вернулись, - продолжая разговаривать спокойным голосом, Сэм подошёл к брату и сел рядом с ним на кровать. – А, Дин, и ещё: что вчера произошло? Старший Винчестер вопросительно посмотрел на парня, не понимая, к чему тот ведёт. Ведь Сэм, вроде бы, и сам уже в курсе, что Дин вчера, скажем так, не хило погулял, так что он ещё хочет услышать? - Я о крови, Дин! – Сэм смотрел в глаза брата и прекрасно понимал, что тот даже не понимает, о чём он сейчас ему говорит. - На твоей кровати была кровь, я тебя поэтому и перенёс на свою. - А! Кровь! – Дин глубоко вздохнул, изображая ироничную улыбку. Откуда на его кровати была кровь, он даже представить не мог, неужели он кого-то грохнул? – А много её было? - Да нет. Ладно, надеюсь, ты ничего не натворил! – после этого Сэм, поднявшись с кровати, направился к столу доставать из пакетов купленную еду. – Ты, может быть, в душ сходишь? – в том, что брат не расколется, а будет упорно молчать, Сэм не сомневался, поэтому и решил не доставать ещё не протрезвевшего брата вопросами. - А, да, точно. Надо в душ, – быстро выпутавшись из одеяла, охотник рванул в ванную, захлопывая дверь за собой так, что та чуть не слетела с петель. После недавнего разговора с братом Дин уже практически полностью протрезвел, сейчас его волновал только один вопрос: откуда взялась эта кровь? Глубоко вздохнув, охотник включил воду. Холодная жидкость, ударившая в лицо, хорошо освежает и приводит в норму. Закончив умываться, парень посмотрел на себя в зеркало. «Что же вчера произошло, что?» - повторял Дин про себя, мысленно надеясь, что сумеет вспомнить хоть что-нибудь. «Так, ладно, начнём по порядку: Сэм вчера ушёл, я сидел за ноутом, искал информацию, потом… а, да, точно, в соседнем номере кто-то начал трахаться и я… я подумал о Касе! Блин, Кас!» - осознание того, что вчера охотник натворил, повергло Дина в ярость. - Твою мать! – Дин заорал, расшибая зеркало на стене, к чертям собачьим. Злость бушевала. Ноги уже сами подкашивались от воспоминаний, от тех криков и слёз. Дин закричал снова, повалившись на пол, слёзы сами потекли из глаз горячими каплями. Дин даже не пытался смахнуть их рукой, в этом не было необходимости, они всё равно не помогут. - Эй, Дин, всё в порядке? Открой дверь, слышишь? Открой! – Сэм, не выдержав, начал сперва просто дёргать ручку, а потом и вовсе колотить дверь, как сумасшедший, но Дин не открывал, так и продолжая сидеть на полу и захлёбываться слезами от чувства вины. В конечном итоге Сэм вышиб дверь. - Эй-эй-эй, ты чего? Посмотри на меня, давай! Что произошло, Дин? Ну! – Сэм, убрав руки с лица брата, был малость ошарашен: Дин никогда не позволял себе вот так вот плакать. Взглянув на разбитое зеркало, охотник тут же вновь схватил руки брата, проверяя, не поранился ли тот. – Ты так и будешь рыдать, как девчонка, или всё же расскажешь, что произошло? Дин, посмотрев на Сэма красными глазами, произнёс сквозь слабое рыдание: - Ты Каса сегодня не видел? - Нет, а что? Эй! – хорошенько стряхнув брата, когда тот снова принялся заливаться слезами, Сэм глубоко вздохнул, прижимая Дина к себе. – О, Господи, ну чего у вас опять произошло? Поругались, что ли, вчера? - Сэм… я… я вчера такое натворил! – Дин выдохнул, пытаясь успокоиться, прийти в себя. – В общем, Кас вчера прилетал, ну я и не выдержал! - Не-не выдержал? В смысле? – Сэм уставился на парня, как на умалишённого. - Ну, я его… как бы это сказать, в общем изнасиловал. – После последнего слова Дин опустив голову, вытирая с лица, снова выступившие слёзы. - Ааа… Так, ладно, успокойся! Просто попытайся его вызвать, хорошо. Давай, поднимайся! – кое-как подняв брата с пола, Сэм тут же вывел его из ванной, буквально неся на себе, и бросил на свою кровать. Дин выглядел разбитым и подавленным, практически сломленным, от былого засранца ничего не осталось. – Да успокойся ты. Дин, он любит тебя, тем более что ты это не специально, считай, что пьяные люди ответственности за себя не несут. Снова прижав брата к себе, охотник закрыл глаза. Сэму казалось, что он сейчас и сам заплачет от того, что видит: смотреть на сломленного брата, понимать, как тому больно, и ничего не смочь для него сделать, вот это для Сэма настоящая боль, которая будет посильней физической. - Всё, хватит! Давай, попробуй его позвать, ну же! – охотник снова хорошенько встряхнул брата, наблюдая, как губы того открываются и Дин впервые произносит имя любимого человека с болью в груди: - Кааас! – Дин тут же сглотнул очередной комок слёз, - Кас, ты слышишь меня? Я не хотел, прости! – и на этом всё закончилось, Винчестер, уткнувшись в рубашку брата, затих, больше не произнося ни слова. - Кас, это Сэм. Слушай, я знаю, что ты сейчас чувствуешь, но послушай: Дин не виноват, ты же сам прекрасно знаешь, как он тебя любит, пожалуйста, просто приди сюда и выслушай, мы тебе всё объясним. Прошу, Кас! – но ответа на мольбы Сэма не последовало, хотя младший Винчестер и не удивился: хоть Кастиэль и ангел, но чувства у него тоже есть, а значит, он не придёт, как не зови. - Дин, всё будет хорошо. Я сейчас Бобби позвоню, ладно? Мы вместе придумаем, что делать, не переживай, – вскочив с кровати, охотник метнулся к телефону, быстро пытаясь набрать номер старика. Дин тем временем немного придя в себя, тут же схватил куртку и направился к выходу. - Эй, ты куда? – Сэм обеспокоенно посмотрел на брата, отложив в сторону телефон. - Сэм, мне проветриться надо, – после чего Дин вышел за дверь и сразу же прямиком отправился к выходу. Идя по коридору, Дин столкнулся с недавней парой, которая и отвлекла вчера охотника от поиска инфы своими брачными играми. - Ооо, так это ты? А мы вчера с Робом тебе даже завидовали: у нас уже всё кончалось, а у вас только началось. Ну, ты, конечно, даёшь, мне бы такого парня! – темноволосая девчонка, которая еле держалась на ногах, несла всё подряд, даже не обращая внимания на своего бойфренда. Грубо оттолкнув её, Дин пулей пролетел по коридору, старая погасить снова нарастающую злость. То, что эта сучка говорила о вчерашнем изнасиловании Каса Дином, охотник понял сразу. Хотелось прямо там грохнуть, эту грёбаную парочку, ведь, теоретически, они виноваты в этом, из-за них Дин напился, потому что у них с ангелом сексом и не пахло, а эти трахались там вовсю… Дин глубоко вздохнул, подходя к автомату с алкогольными напитками. Кого он обманывает – эти люди не виноваты в том, что Дин сам натворил, это он не устоял, он не удержался. Засовывая пару купюр и получая вместо них холодную бутылку пива, охотник, тут же открыв её, начинает жадно глотать пенный напиток, обжигающий сухое горло. Да, сушняк по утрам - второе поганое последствие пьянки после головной боли. Допивая пиво, Дин снова вспомнил об ангеле. Картинки прошлой ночи так и вертятся перед глазами, не давая Дину даже возможности подумать здраво, что теперь делать. Охотник потерял самое дорогое, что у него было – ангела, своего маленького несмышленого ангела, который теперь на него обижен, очень обижен. Сейчас Винчестеру просто хочется, чтобы это крылатое чудо к нему вернулось, просто хочется его обнять, прижать к себе и уже никуда не отпускать, и похрен на охоту и на всех этих монстров… Сжав кулаки, Дин со всего размаху кидает недопитую бутылку спиртного на асфальт, наблюдая, как тёмное стекло начинает переливаться под лучами жаркого солнца, а жёлтая жидкость растекается, неприятно шипя. Дин закрывает глаза, пытаясь успокоится. Кто, ну вот кто в этом во всё виноват: Сэм, которой свалил в тот вечер, эта парочка, у которой медовый месяц, алкоголь, Кас, не подпускающий к себе никогда, или всё-таки сам Дин?.. Здесь все виноваты и невиновны одновременно, и Винчестер это понимает. Понимает, что во всё виноваты только люди: это они создали эту бездну жестокости и насилия, они отравили всё, чем должны были дорожить, во всё виноваты только они. А Кас?! Он здесь ни при чём. Охотник вернёт его любой ценой, ведь без него Дин никто, без него жизнь слишком скучная и жестокая, слишком… Глядя и щурясь от солнца, Дин невольно улыбается. «Ну, Кас, если я только смогу тебя вернуть, хрена-с два, ты у меня вернёшься на небеса. Будешь дома пироги готовить и с детьми сидеть!» - думает Дин, настраиваясь всё же найти любимого любыми способами, а потом Винчестер неожиданно начинает смеяться: «Ах, да, у нас же нет никаких детей!»