Глава 5: Таинственная афера и контрабанда драконов
14 июля 2023 г., 09:00
Примечания:
Не могу поверить, что мы уже на пятой главе! До конца первого года осталось всего две! <3
Школа чародейства и волшебства Хогвартс. Январь 1992 г.
Возвращаясь в школу, Драко чувствовал себя так, словно он вообще никуда не уходил. Замок был по-прежнему огромен, по-прежнему дул сильный ветер и было холодно, и погода по-прежнему была отвратительной. Хрустящий белый снег, покрывавший землю, когда он уезжал на каникулы, превратился в скользкую, грязную жижу, а проливной дождь казался нескончаемым. Обратный путь через Хогсмид тоже стал кошмаром. Студенты дружно застонали, сойдя с Хогвартс-экспресса. На них обрушились ведра ледяного дождя, амулеты, вшитые в их зимние плащи, почти не защищали их от промокания насквозь в эту ужасную погоду. После того как Драко почти соскользнул с крутого грязного холма, ведущего к лодкам, он настоял на том, чтобы Грегори подвёз его на спине остаток пути. Он мог свернуть себе шею, ради Мерлина! В первый день нового семестра Драко проснулся с першением в горле и насморком. — Кажется, я умираю, — хрипло захныкал он Винсенту и Грегори, когда они отдёрнули шторы, недоумевая, почему он ещё не проснулся. — Это всего лишь простуда, — пробормотал Теодор, завязывая шнурки на ботинках. — Иди к мадам Помфри. Драко лишь зарылся с головой под одеяло и застонал. — Я слишком слаб, — заныл он, — идите без меня. Будучи удивительно преданными, Винсент и Грегори вернулись к обеду с тарелкой бутербродов и флаконом перцового зелья. — Мадам Помфри говорит, чтобы ты пришёл в Больничное крыло, когда сможешь, — сказал ему Винсент. Драко лишь застонал в ответ, ещё глубже зарывшись заложенным носом в подушку. Его уши дымились паром от перцового зелья, но он пока не чувствовал эффекта. Ничто не могло вылечить его; он был в этом уверен. — Гарри Поттер спросил нас, где ты, — сказал ему Грегори. Драко резко выпрямился, необъяснимо счастливый. — Серьёзно?! — Мы не понимаем, Драко, — Грегори покачал головой. — Вся эта история с Поттером… — Это действительно очень непохоже на тебя, — Винсент пожал плечами. Драко захотелось огрызнуться на них. Это не их дело. Они его почти не знают! Все они дети друзей его отца… Они собирались вместе на вечеринках, у них были скучные разговоры, они втягивали его в неприятности в полночь, они припрятывали для него печенье и швыряли канапе в его отца, они были такими… На самом деле они были довольно хорошими друзьями, не так ли? Драко молчал, из ушей всё ещё шёл пар. — В общем! — Винсент защебетал, роясь в своей сумке. — Мы подумали, что сможем забрать работу с уроков, которые ты пропустил, а заодно домашнее задание. — Он бросил стопку пергаментов и книг заклинаний на прикроватный столик Драко, отбросив в сторону его вещи и уронив на пол дневник. — Ой! — сказал Винсент, поднимая невзрачную книгу. — Нет! — Драко поспешил вернуть его. — Не смотри! — Почему? Это просто пустая книга. Драко замер. — Не... неужели? Драко пролистал страницы, обнаружив те же каракули и предупреждения. Тайная комната, сюжет на четвёртом курсе, крестражи (какое бы отношение они ни имели к чему-либо), тяжёлое чувство паники и отчаяния, оцепенение. Грегори и Винсент обменялись озадаченными взглядами. — Гм… Мы думали, что ты, возможно, немного преувеличиваешь, — нерешительно сказал Грегори, — но, может, тебе и правда плохо. — Мы… дадим тебе отдохнуть, — сказал Винсент. Мальчики неторопливо вышли из спальни первокурсников, оставив Драко молча задаваться вопросами. Никто больше не мог видеть содержимое Дневника?***
Как только Драко поправился и снова занялся учёбой в библиотеке, его загнали в угол трое беспокойных гриффиндорцев. — Тебе удалось найти что-нибудь о Фламеле? — спросил его Гарри, и в его ярко-зелёных глазах горела надежда. Драко на минутку рассердился. Их даже не волновало, что он был прикован к постели! Он хмыкал и бормотал, заканчивая последние строчки своего эссе «Восстание гоблинов 1654 года». — Извините, кто? — Фламель? Николас Фламель? Волшебник, которого мы должны были искать? — с горестным видом твердила Грейнджер. Драко сделал вид, что думает. — О, точно да… Ну, нет, не совсем… Гриффиндорцы заметно сдулись. — Только то, что он отмеченный наградами алхимик и совершил много великих дел, таких как, например, создание философского камня. — Драко! — крикнул Гарри, заработав резкое «тссс!» от мадам Пинс. — Блестяще! — сказал он шёпотом. Драко почувствовал, как у него потеплели уши, и позволил себе самодовольно улыбнуться. — Не сомневаюсь. — Только… — нахмурился Уизли. — Что такое философский камень? — Боже мой, конечно! — воскликнула Грейнджер, прежде чем броситься прочь. — У неё что, палочка сломалась? — Драко нахмурился. Гарри и Уизли только пожали плечами. — В этом вся Гермиона, — сказал Гарри, и Драко почувствовал, как вспыхнул странный приступ боли, а также внезапное желание сломать перо. — Я и не думала поискать здесь! — прошипела Грейнджер, направляясь к ним с невероятно огромным, пыльным старым томом. Она с глухим стуком уронила его на стол Драко, и его канцелярские принадлежности разлетелись по всему столу. — Эй! — вскрикнул Драко. Грейнджер проигнорировала его возмущение, лихорадочно перелистывая страницы. — Я взяла эту книгу несколько недель назад для лёгкого чтения. — Это лёгкое? — съязвил Уизли. — Посмотрите! Вот он! — она дико ткнула пальцем в страницу. — Камень превратит любой металл в чистое золото. Он также производит Эликсир Жизни… который делает пьющего бессмертным?! — Уизли читал вслух с растущим недоверием. — Единственный существующий камень в настоящее время находится у мистера Николаса Фламеля! — Грейнджер хлопнула в ладоши. — Я знала, что где-то это читала. — Грейнджер? — беспечно спросил Драко. — Да? — Грейнджер фыркнула. — Ты хочешь сказать, что мы читали книги бесчисленное количество часов, теряли время, которое могли бы потратить на учёбу или просто нормальную жизнь одиннадцатилетних подростков… Только для того чтобы выяснить, что ты и так всё это уже знала? — Я… Эм… Ну… — Грейнджер на мгновение опешила, краснея от смущения. — В-в любом случае! Должно быть, именно его охраняет трёхголовый пёс! Вот что под люком. Философский камень. — Камень, который создаёт золото и не даёт тебе умереть? — Гарри покачал головой. — Неудивительно, что Снейп хочет его получить, любой захочет. Драко почти поправил Гарри, но сумел прикусить язык. У него не было ни капли доказательств того, что Квиррелл был настоящим виновником. — И неудивительно, что мы не смогли найти Фламеля в этом «Исследовании современных достижений в волшебстве», — воскликнул Уизли. — Он не совсем современный, если ему шестьсот шестьдесят пять, не так ли? — Интрига нарастает, — заметил Драко с таинственным видом.***
Школа чародейства и волшебства Хогвартс. Апрель 1992 года
Наступила весна. Равноденствие прошло в конце марта, и шотландские полевые цветы начали раскрашивать травянистую территорию замка белыми, жёлтыми и фиолетовыми крапинками. Профессор Стебль ухаживала за цветущими во дворе нарциссами. Птицы сновали в поисках веток и мха для постройки гнёзд, а трудолюбивые пчелы жужжали над каждым цветком, собирая пыльцу. Драко чихнул в шёлковый носовой платок. Пыльца. Он никогда не примирится с этим. — Ключевое. Оценочное. Тестирование, — протянул профессор Снейп, слова сами собой выписывались курсивом на классной доске позади него. — К.О.Т. Это ваши выпускные экзамены, и вы будете сдавать их как в этом году, так и в течение следующих трёх лет вашего обучения… Драко поймал себя на том, что не слушает остальную часть речи Северуса, предпочитая вместо этого по какой-то причине смотреть Гарри в затылок. Это и впрямь копна грязных чёрных прядей? Он вообще знает, что такое расчёска? Это птичьему гнезду она определённо не помешала бы. У отца Драко, вероятно, случился бы апоплексический удар, увидь он эту голову. Он всегда отчитывал Драко, если у него хотя бы один волосок выбивался из причёски. И вот перед нами Гарри Поттер, не стыдясь, постоянно ходит с таким видом, словно в него ударила молния. Молния. Драко фыркнул от иронии. Все мысли о непослушных волосах Гарри Поттера вскоре улетучились, когда началось приготовление зелья, и когда класс, наконец, был отпущен на перемену, Драко собрался вернуться в гостиную Слизерина. Его клонило в сон, и он нуждался в коротком дневном сне после двухчасового вдыхания паров идеального снотворного. По крайней мере, таков был его план, пока его не остановила Гермиона Грейнджер собственной персоной, такая же ясноглазая и с густыми волосами, как всегда, что означало одно: её зелье, очевидно, не было таким же идеальным, как у него, с ликованием отметил Драко. — Ты не пойдёшь, Драко? — спросила она, как будто Драко должен был знать, о чём она говорит. — Э-э… Крэбб и Гойл тоже могут прийти, если захотят, — добавила она, слегка поморщившись. Драко обменялся растерянными взглядами с двумя мальчиками. — Куда? — Драко поднял бровь. Затем он поднёс руку ко рту и прошептал: — Это связано с сами-знаете-чем? Грейнджер только рассмеялась. — Нет! Мы собираемся немедленно приступить к занятиям, не так ли? — сказала она. Гарри и Уизли лишь поморщились, глядя на него из-за её спины. Затем Грейнджер вытащила свиток, который развернулся до самых ног, и гордо протянула ему. — Смотрите сюда, я составила план занятий на следующие десять недель, начиная с сегодняшнего дня. — Нижнее бельё Мерлина с рюшами, Грейнджер! — воскликнул Драко, уставившись на длинный пергамент. — Это же не С.О.В.! — Спасибо! — воскликнул Уизли, воздев руки к небу. — Может быть, ты не так уж и плох, Малфой. — Ну, а чт… — пробормотала Грейнджер, её глаз странно дёрнулся, — что… что ещё мы могли бы делать в это время? — Немного развлечься? — Драко пожал плечами. — На днях я выучил заклинание «Желейные ножки» среди прочих. Время развлечений, знаете ли. — Он взмахнул палочкой для выразительности. — Мои лодыжки до сих пор кажутся странными, — Грегори вздохнул. — Кто знал, что контрзаклятием было просто «Разжелейтесь»? — Вот, смотри, сейчас я тебе покажу, — сказал Драко, ухмыляясь Гарри, прежде чем приложить ладонь ко рту. — Эй, Долгопупс! — крикнул он. Гриффиндорец, которого позвали, обернулся, моргая в замешательстве. —А, да? — «Локомотор Мортис», — легко сказал Драко, лениво размахивая палочкой. Долгопупс издал вопль, размахивая руками, его ноги волшебным образом сомкнулись вместе, словно приклеенные, и он выронил все свои книги заклинаний, когда опрокинулся. Винсент, Грегори и ещё несколько зрителей засмеялись, но Драко не получил ожидаемой реакции от троицы гриффиндорцев. — Невилл! — воскликнули они все разом, Грейнджер подбежала и немедленно наложила быстрый Фините, помогая Долгопупсу подняться на ноги. — Беру свои слова назад, — фыркнул Уизли. — Ты довольно ужасен, Малфой. — О, где ваше чувство юмора! — Драко фыркнул. — Это всего лишь шутка! — Н-ну, это не очень смешно, Малфой, — сказал Долгопупс, вызывающе вздёрнув слегка подрагивающий подбородок. — Может быть для тебя, но не для меня. Драко лишь усмехнулся, переглядываясь с Винсентом и Грегори, убирая палочку. — Извинись перед Невиллом, Драко. Драко в шоке посмотрел на Гарри, внезапно почувствовав себя совершенно не в своей тарелке. — Но… — Ты слышал его, он не нашёл это забавным. — Было что-то почти угрожающее в том, как Гарри сердито смотрел на него, и Драко понял, что отступает. В конце концов, ему нужно было оставаться в его благосклонности, если он собирался изменить свою судьбу. — Я… Ладно тогда, — сказал Драко, шмыгая носом и пытаясь избавиться от жара на лице. Он отказывался смотреть в глаза, слегка кланяясь во время разговора: — Мои извинения, Долгопупс, — выдавил он сквозь ком в горле. — Всё нормально, думаю, — просто ответил Долгопупс, пожимая плечами. — Только не делай так больше, спасибо. — Вот, видишь? — сказала Грейнджер, когда Долгопупс поковылял по коридору. — Поступать правильно не так уж и плохо, не так ли? Драко лишь переглянулся с Грегори и Винсентом. Гриффиндорцы могли быть такими тошнотворно благородными.***
Несмотря на его попытки и сопротивление, Гермионе Грейнджер все же удалось затащить его в их маленький учебный клуб. Дни проходили в манере, очень похожей на охоту за Фламелем. Драко потащат в библиотеку, и они будут учиться, и учиться, и ещё немного учиться. Нелепица! Драко знал, что должен получить отличные оценки, но Грейнджер была неумолима. У Гарри, подумалось Драко, по крайней мере был предлог пропускать собрания — тренировки по квиддичу через вечер. Счастливчик. В те вечера Драко обязательно брал с собой Грегори и Винсента. Он ни за что не собирался оставаться наедине с Уизли и Грейнджер. Кроме того, было забавно понаблюдать, как их глаза выпучились, когда Винсент дал правильный ответ на все вопросы по Трансфигурации. У них явно сложилось впечатление, что ему не хватает мозгов. В один из таких вечеров, когда Грейнджер потащила Гарри и Уизли в библиотеку, Гарри сидел напротив Драко с потрясённым выражением лица. Драко нахмурился, когда тот отвёл глаза, затем бросил вопросительный взгляд на Уизли и Грейнджер. — По какой-то причине Снейп хочет судить следующий матч по квиддичу, — скривившись, объяснил Уизли. — Думаю, я знаю причину, — мрачно сказал Гарри, теребя чернильницу Драко. — Думаешь, он снова попытается сглазить твою метлу? — Уизли нахмурился. Гарри покачал головой, по-прежнему ни с кем не встречаясь взглядом. — Нет, я думаю, он снова попытается убить меня. Драко не мог сдержать насмешливое фырканье, которое вырвалось у него. Гарри, наконец, поднял взгляд, сбитый с толку и обиженный. Драко вздохнул и отложил перо. — Послушай, Поттер, профессор Снейп не собирается снова пытаться убить тебя средь бела дня — это будет выглядеть слишком подозрительно. Гарри открыл рот, чтобы возразить, но Драко поспешил продолжить, прежде чем он успел это сделать. — Знаешь, ходят слухи, что Дамблдор приедет посмотреть матч. И мне трудно поверить, что кто-то посмеет что-то предпринять, когда директор там. — По удивлению и облегчению на лице Гарри Драко понял, что победил. — И если это успокоит тебя, я даже поболею за тебя. Разве это не рассердит профессора Снейпа? — Спасибо, Драко, — ухмыльнулся Гарри, сверкнув зелёными глазами. Именно так Драко обнаружил, что утопает в красном и золотом в день матча, сталкиваясь локтями с Грейнджер, Уизли и Долгопупсом (из всех людей) среди шумных и переполненных трибун Гриффиндора. — Значит, ты был прав насчёт Дамблдора, — сказал Уизли, кивая на учительскую скамью. Профессор Дамблдор действительно появился, его серебристые волосы нельзя было не заметить, а очки-полумесяцы блестели на солнце. — Конечно прав, — усмехнулся Драко. — Я всегда прав. — Начинается! — воскликнула Грейнджер, когда команды Пуффендуя и Гриффиндора вышли на поле, сопровождаемые профессором Снейпом в кожаном костюме для квиддича. — Ой, — сказали все. Игра быстро закрутилась. Драко наблюдал, как Гарри кружит по полю — казалось, у него все в порядке. Снейп уже назначал пенальти. Драко вздохнул. Он не слишком увлекался этой игрой, если быть честным, но его взгляд продолжал притягиваться к пуффендуйскому ловцу, третьекурснику, у которого, как отметил Драко, были взлохмаченные волосы и жемчужно-белая улыбка, и… Драко почувствовал, как его уши немного нагреваются, когда Седрик Диггори проделывает особенно хитрый манёвр, чтобы увернуться от бладжера. Драко покачал головой и отвёл взгляд, несколько сбитый с толку. — Смотрите! — внезапно закричала Грейнджер, хватая Драко и Уизли. Гарри нёсся к земле. Он заметил снитч. Драко вскочил на ноги, Грейнджер и Уизли тоже. Толпа волновалась всё сильнее, аплодируя, пока Гарри набирал скорость. Диггори заметил его и теперь тоже нёсся за ним. Драко наклонился вперёд, когда эти двое помчались всё ближе и ближе к земле в вихре ярко-красного и канареечно-жёлтого — его сердце колотилось, и ему так хотелось летать! Гарри пронёсся мимо Снейпа и поймал снитч. Толпа взорвалась, Драко увлёкся празднованием, когда Грейнджер громко завизжала, обнимая его и Уизли — который стал ярко–красным — и всех, до кого смогла дотянуться. — Мы победили! Мы победили! Гриффиндор лидирует! — радостно воскликнула она, что затем напомнило Драко, что он слизеринец и должен быть недоволен победой Гриффиндора.***
После матча Грейнджер заставила Драко подождать, чтобы встретиться с Гарри, и это было прекрасно. Это было лучше, чем подвергаться допросам со стороны его товарищей-слизеринцев. Гарри немедленно затащил их в пустой класс, прежде чем рассказать им, что он подслушал разговор между профессором Снейпом и Квирреллом. — Значит, мы были правы! — воскликнул Гарри. — Это Философский камень, и Снейп пытается заставить Квиррелла помочь ему пройти мимо Пушка… И он сказал что-то о «фокус-покусе» Квиррелла — я думаю, что есть и другие существа, охраняющие камень, помимо Пушка. Куча чар, наверное, и Квиррелл наложил бы какое-нибудь заклинание против Тёмных Искусств, которое Снейпу нужно преодолеть… — Значит, ты имеешь в виду, что камень в безопасности только до тех пор, пока Квиррелл противостоит Снейпу? — встревоженно спросила Грейнджер. — В следующий вторник его не будет! — Уизли застонал. Драко так сильно прикусил язык, что стало больно. Он не знал, как убедить Гарри, что они должны остановить Квиррелла, а не Снейпа! Он сильно разозлился. Если бы он смог доказать Гарри и остальным, что именно Квиррелл охотился за камнем, тогда он смог бы наставить их на правильный путь, и они могли бы сдать Квиррелла — разоблачить его — добиться его увольнения прежде, чем он смог бы даже попытаться наложить на него руки. Он мог бы помочь Гарри…***
Уже на следующей неделе наступило то, что маглы называли «пасхальными» каникулами. Драко не жаловался, так как это означало, что он получил две недели без занятий. И Драко провёл эти две недели, следуя за Квирреллом, ища любые подсказки, которые может раскрыть заикающийся профессор. Однако к концу каникул Драко узнал, что Квиррелл, если уж на то пошло, невероятно скучный волшебник. На завтрак Квиррелл всегда угощался двумя чашками чая и двумя треугольничками тостов, старательно читая «Ежедневный пророк». Однако перед уходом он, похоже, всегда обменивался серией взглядов с профессором Снейпом. В девять часов Квиррелл непременно садился за свой стол и начинал проверять бумаги. Так продолжалось до обеда. На обед Квиррелл не ходил в Большой зал, вместо этого он предпочитал спуститься на кухню и снова уходил с пакетом, от которого просто разило чесноком. Затем он покидал замок и не возвращался ещё в течение трёх часов. Драко воспользовался этими тремя часами как шансом, чтобы попытаться проникнуть в его кабинет, заставив Грегори и Винсента следить за старостами или профессорами, пока он перепробует все имевшиеся в его распоряжении заклинания для вскрытия замков. Ни одно не сработало, Квиррелл определённо что-то скрывал внутри… Или он был просто параноиком. Или всё вместе. — Зачем ты это делаешь? — спросил его Грегори после очередной неудачной попытки. Драко только загадочно сказал им, что у него есть свои причины. Около четырёх часов Квиррелл отправлялся в теплицы, где поливал и ухаживал за цветами. Однажды Драко удалось застать его за разговором с профессором Стебль. — Что-то, что-то заманивает в ловушку — защищает что-то, что-то, — это всё, что ему удалось уловить, прежде чем профессор Травологии продолжила подрезать растения, а Квиррелл остановился понюхать танцующие нарциссы. Однажды, когда Драко последовал за профессором Защиты обратно в замок, Квиррелл внезапно остановился. В следующий момент по открытому коридору разнёсся громкий чих, но мужчина, похоже, даже не вздрогнул. — Будьте здоровы, — сказал Квиррелл, ни к кому не обращаясь, поправляя свой тюрбан, прежде чем продолжить. Ужин каждый вечер проходил одинаково, Квиррелл сидел и дружелюбно болтал с разными профессорами, со Стебль, Флитвиком, МакГонагалл, иногда даже со Снейпом. И после этого Драко больше ничего не мог делать, потому что его потащат в библиотеку в маленький учебный клуб Грейнджер. Учиться во время праздников — просто смешно! Две недели быстро подошли к концу, занятия снова возобновились, и, честно говоря, Драко был этому рад. Что угодно лучше слежки за сомнительным скучным профессором Квирреллом. Однажды днём, когда он был занят своими делами, направляясь на Чары, он услышал, как шепчут знакомые голоса. — Гермиона, сколько раз в нашей жизни мы увидим, как вылупляется дракон? Драко замер. — У нас уроки, у нас будут неприятности, и это ничто по сравнению с тем, что будет с Хагридом, когда кто-нибудь узнает, что он делает!.. — Замолчи! Драко медленно повернулся на каблуках. Трое идиотов просто уставились на него. — Ты только что сказал «дракон»? — Нет! — воскликнули они все разом. — С какой стати здесь должен быть дракон? Это категорически запрещено, — сказала Грейнджер, через силу рассмеявшись. — Кто сказал «дракон»? Уизли фыркнул: — Мы, очевидно, сказали эм… шмагон! — Серьёзно, Рональд? Со словом «дракон» рифмуется так много слов! — Да неужели? Например?! — Вагон, фургон, э… — Видишь? Не так-то просто, да? Ты… Драко отвлёкся от их пререканий, когда его осенило. «Не доноси о драконе, а то получишь отработку в Запретном лесу.» — О, вот что за дракон, — пробормотал он про себя. — Что ты имеешь в виду? Драко поднял голову и увидел, что Гарри смотрит на него, его зелёные глаза полны любопытства. Драко с трудом отвёл взгляд. Они действительно были совсем зелёными — как трава в жаркий летний день или свежезамаринованная жаба… — …Ничего, кстати, вы все ужасно лжёте, из вас получились бы ужасные слизеринцы, — беззаботно сказал им Драко. — Теперь, как ваш товарищ по расследованию тайн и член учебного клуба, я считаю, будет справедливо, если вы включите меня в это ваше маленькое злоключение. Я хочу увидеть, как вылупится дракон. Все трое обменялись странными взглядами, прежде чем вздохнуть, и Драко понял, что добился своего.***
Драко смотрел, как вылупившаяся рептилия вылезает из панциря. Это действительно было не так… величественно, как он надеялся. Едкая зелёная слизь покрыла его чешую и расплескалась лужицей, когда она плюхнулась на стол Хагрида. Он поднял свою чешуйчатую голову и чихнул, искры выжгли черные отметины на древесине. — Это Норвежский Горбатый, — выдохнул Драко, приближаясь к только что вылупившемуся дракону, насколько осмелился. Тот взъерошил свои перепончатые крылышки, зевнул, обнажив своё крошечное тельце и розовые мясистые десны. — Пф, уже по яйцу можно догадаться, — самодовольно сказал Уизли. Драко, возможно, и нахмурился бы, но отказался отвечать на это. Он был выше этого. — Разве не красавец? — проворковал Хагрид, почёсывая несомненно склизкий подбородок детёныша. Дракон замурлыкал. — Какое чудо. Смотрите, он знает свою мамочку! — Хагрид, — внезапно заговорила Грейнджер, — как быстро растут Норвежские Горбатые? — спросила она странно настороженно. — Ну, э-э, судя по книгам, которые я читал, они растут… — Они удваиваются в размерах с каждым кормлением, — добавил Уизли так же настороженно, как и Грейнджер. — Представьте! — Драко вздохнул, не обращая внимания на растущую панику гриффиндорцев. — Достаточно скоро он станет размером с гору. Можно будет облететь школу на спине дракона. Гигантский огнедышащий зверь, охраняющий замок! — Ты не можешь оставить его себе, Хагрид, — заявил Гарри, к ужасу Драко. — Как и сказал Драко, скоро это будет гигантский огнедышащий зверь. — О, чепуха! — Хагрид расхохотался. — Норберт и мухи не обидит, а? Нет, ты бы не стал… ОЙ! Малыш проголодался. Все споры прекратились, когда Хагрид достал странное приспособление, которое он смастерил из резиновых перчаток и откровенно огромного кружевного лифчика, а затем достал из шкафчика огромную бутылку бренди и большую бутылку чего-то похожего на кровь. Они восприняли это как сигнал уйти. — С какой стати ты хочешь избавиться от дракона?! — спросил Драко, как только они вышли из хижины. — Когда Дамблдор узнает, Хагрид потеряет работу! — объяснил Гарри. — И что? — Драко фыркнул, затем, увидев в ответ свирепый взгляд зелёных глаз, отступил. — Я имею в виду… то есть хочу сказать… аргх, ладно. Трое гриффиндорцев начали строить планы, а Драко дулся. — По крайней мере, может быть, я мог бы купить его у Хагрида? — спросил он через некоторое время. — Как будто это так просто, Малфой, — усмехнулся Уизли. — Ну это же просто! — отрезал Драко. — В отличие от тебя, у моей семьи есть деньги! — О, это было низко! — прорычал Уизли, закатывая рукава и делая угрожающий шаг в сторону Драко. Драко поспешно отступил за пределы досягаемости разъярённого гриффиндорца, протягивая руку к волшебной палочке, готовый выхватить её, когда… — Чарли! — внезапно воскликнул Гарри. — Что? — спросил Уизли, моргая в замешательстве. — Нет, приятель, я Рон. Гарри объяснил, что имел в виду старшего брата Уизли, укротителя драконов, работавшего в Румынии в драконьем заповеднике, и таким образом — к большому неудовольствию Драко — был разработан план.***
Школа чародейства и волшебства Хогвартс. Май 1992 года
Прошло три недели, и Драко только начал возвращаться к обычной рутине занятий, повторений и возни с Винсентом и Грегори, когда его снова втянули во всю… ситуацию с драконом. — Это произойдёт завтра, — сказал ему Гарри, когда они были в библиотеке для проверки. — Нам нужна твоя помощь, — добавила Грейнджер, — Рона укусили, и, как оказалось, укусы норвежского горбатого ядовиты. Драко задавался вопросом, почему последние два дня были блаженно свободны от Уизли, но он не хотел ничего говорить и рисковать сглазить. — У нас есть план, — сказал Гарри, — Чарли и его команда собираются встретиться с нами на вершине Астрономической башни в полночь, мы будем там с Норбертом в ящике, под моей мантией-невидимкой… Это заставило Драко оторваться от работы. — Подождите минутку. Ты только что сказал мантия-невидимка? У тебя есть мантия-невидимка?! — воскликнул он. — Я думал, что это просто сказка! Но, как выяснил Драко, это определённо была не просто сказка. На следующий день без четверти полночь Драко выскользнул из подземелий, чтобы встретиться с Гарри и Грейнджер, и ему было очень трудно сохранять молчание, когда они появились из ниоткуда из-под мерцающей серебристой ткани. Если мантия-невидимка была настоящей, означало ли это, что гуси, несущие золотые яйца, были настоящими? Был ли Прыгающий горшок настоящим?.. А те существа нарглы, о которых рассказывала его чокнутая кузина Полумна — они тоже реальны? Они поспешили вниз, к хижине Хагрида, где великан стоял рядом со здоровенным на вид ящиком и плакал в свой носовой платок в горошек. — У него много крыс и немного бренди в дорогу, — сказал он, прежде чем высморкаться так громко, как в туманный горн. — И я упаковал его плюшевого мишку на случай, если ему станет одиноко! — выдавил он из себя, прежде чем разразиться ещё более отвратительными рыданиями. Он никогда бы не признался в этом вслух, но обратный путь по замку был мучительным испытанием. Драко чувствовал, как его сердце колотится о грудную клетку, когда они поворачивали за каждый угол, мурашки так и бегали по коже. Норберт без конца барахтался в ящике, что усложняло задачу поднять его на несколько лестничных пролётов и увеличивало риск быть пойманным. В какой-то момент мимо них пролетела профессор Макгонагалл, одетая в клетчатый халат и сетку для волос, ворча о «дурацких полтергейстах с дурацкими огурцами!» Когда они наконец добрались до лестницы, ведущей к Астрономической башне, они опустили ящик, пытаясь отдышаться. — Хорошо. Драко, стой на страже и остерегайся профессоров, призраков и вообще кого угодно, — сказал Гарри. — Мы с Гермионой провожаем Норберта. Драко согласился, и когда они исчезли под плащом, он тихо зевнул, привалившись к холодной каменной стене. Прямо сейчас он мог бы счастливо устроиться в постели, читая, занимаясь или даже спя. Но нет, вместо этого он пошёл и ввязался в… это. Как раз в тот момент, когда ему начало надоедать, послышалось движение. Голоса. Драко замер, сосредоточившись на том, чтобы слушать. Дверь рядом с ним щёлкнула, и он выглянул из-за угла как раз в тот момент, когда профессор Квиррелл выходил из своего кабинета, бормоча что-то себе под нос. — …когда мы выясним, как… мальчик Поттер… — бормотал он, и, к удивлению Драко, раздался второй голос, хриплый, но холодный и протяжный. — Да, я знаю, Квиррелл! Я слышу все, что слышите вы… План идёт так хорошо… всё ещё требуется больше крови единорога… Драко прищурился. С кем, во имя Мерлина, он разговаривал?! Вокруг никого не было — разве что они были… невидимыми? Квиррелл и его невидимая компания исчезли в коридоре, и Драко заметил, что тот случайно оставил дверь своего кабинета приоткрытой. Он взглянул на лестницу, ведущую к Астрономической башне, затем обратно на кабинет. Это был его шанс! Драко прокрался в кабинет Квиррелла, дверь слегка скрипнула. Он оглядел комнату. Она казалась довольно обычной, несмотря на то что воняло чесноком, она была очень похожа на собственный кабинет его отца в поместье. Стол со стулом, книжные полки, безделушки, используемые на ЗОТИ. Драко шагнул дальше в комнату, обойдя стол. Там была стопка книг, которые давали Драко неоспоримые доказательства. «Алхимия для начинающих», «Алхимики сквозь время», «Бессмертие и как с ним справиться», «Итак, вы продали свою душу», и… «Гордость и предубеждение»? Драко поднял последнюю, нахмурившись. Кем была Джейн Остин? Он прочитал аннотацию. Это звучало как… история любви? Драко изогнул бровь и снова положил книгу. Затем его внимание привлекло кое-что ещё. Также на столе Квиррелла лежал большой фолиант о мифических существах, который он не считал необычным найти в кабинете профессора Защиты от темных искусств — за исключением того, что теперь он заметил, что он был открыт на странице о единорогах, с кружком красных чернил, нацарапанным вокруг единственного предложения. При употреблении кровь единорога способна дать жизнь, здоровье и силу даже тем, кто находится на грани смерти, но ценой потери человечности, души — или того, что некоторые называют «периодом полураспада». Для Драко это все равно ничего бы не значило, если бы он не услышал, как странный невидимый друг Квиррелла упомянул что-то о крови единорога. Он отложил информацию на потом и уже собирался уйти, когда дверь скрипнула, и Драко вскочил с места Квиррелла, быстро смахнув одну из книг в спешке. — Мяу. Это была миссис Норрис, просунувшая голову в щель в двери, её злые красные глаза сверкали. — Кыш! Уходи! — прошипел Драко, отчаянно отгоняя её. Миссис Норрис снова мяукнула, широко распахнув дверь головой — и кто же должен маячить в дверях, как не Филч? С Грейнджер и Гарри позади него. Они оба выглядели абсолютно подавленными.
