Just friends

Музыка оглушала. Мерцающего света не было, однако в помещении стоял полумрак, из-за которого не было видно ничего дальше вытянутой руки. Только бар и небольшая сцена были освещены так, чтобы посетители видели выступающих артистов и молодого парня, каждую секунду разливающего алкоголь. Людей было не очень много, потому двигаться на танцполе ничего не мешало. Песни, льющиеся со всех сторон из колонок, юноша не знал, однако ритм призывал к тому, чтобы энергично размахивать руками, трясти головой изо всех сил и подпрыгивать на месте. Блондин соблазнительно двигал бёдрами в разные стороны, касался своих волос, поднимая руки над головой, вертелся, поворачиваясь спиной к барной стойке, и выгибался, явно желая привлечь к себе внимание всех собравшихся здесь. Иногда к нему и правда кто-то подходил, даже пытался прикоснуться или, нагло ухмыляясь, приглашал в более уединённое место, чтобы развлечься по-настоящему, но юноша всякий раз с силой отталкивал незваных гостей, смотрел грозно и скалился, указывая куда-то в сторону и отвечая на все предложения тем, что сейчас его парень переломает каждую косточку подошедшему к нему ублюдку. Реакция была настолько красочной, что Тэ от охватывавшей его злорадности широко ухмылялся и продолжал привлекать к себе внимание. На самом деле, ему вовсе не нужны были все эти приглашения и зазывания. Его охватывал восторг от мысли, что на него, такого разгорячённого, сексуального и игривого прямо сейчас неотрывно смотрит Чонгук. Что брюнет скрипит зубами, понимая, как другие сально смотрят на того, кто принадлежит ему полностью. Тэхён не желал драк или ссор, однако отгонять от себя воздыхателей упоминанием своего парня ему безумно нравилось. Тэ танцевал не для самого себя, не для окружающих его людей, а только для брюнета, сидящего у бара. Несмотря на скудное освещение, Ким знал, что Гук высматривает его силуэт, и потому почти не двигался с места, чтобы Чон не потерял его из виду. Сам Чонгук и правда злился. Он сжимал кулаки от досады, что пошёл на такую уступку, глотал какие-то коктейли из длинных стаканов почти залпом и гневно прожигал взглядом всякого, кто оказывался возле его парня слишком близко. Конечно, он мог подойти к нему, но танцевать брюнет не любил. Ему вообще не нравились такие места, присущая им атмосфера и эти огромные, пьяные толпы. Желание увести блондина отсюда с каждой секундой возрастало, но юноша продолжал сидеть и злиться, бессильно и почти жалостливо рыча себе под нос. — Бывший? Голос пробрался сквозь музыку, и Гук удивлённо вскинул брови, поворачивая голову направо. Рядом с ним находился какой-то молодой парень, по виду одного с ним возраста. Неизвестный сидел, опёршись о стойку локтями и держа в руках стакан с чем-то янтарным и несколькими кусочками льда, звонко потрескивающими о стекло при неловком движении. Чонгук ничего не ответил, подумав, что говорили не с ним, и снова повернулся к толпе. Тогда голос снова заговорил: — Понимаю, я тоже следил за своим первое время. — Что? — немного раздражённо спросил Гук и вновь посмотрел на незнакомца. Тот же обернулся к нему и грустно усмехнулся, взмахивая стаканом и как-то пренебрежительно поясняя. — За бывшим следишь? — Тебе какое дело? — Чон не собирался ничего никому объяснять, а чужое любопытство ему совсем не нравилось. Парень повернулся на стуле к нему полностью, и его ухмылка стала чуть шире. — Да себя вспомнил, как на тебя посмотрел. — Не сравнивай нас, — обозлённо выдохнул Гук и, решив прекратить разговор, показательно отвернулся к танцполу. Он стал глазами искать Тэхёна, однако его белые джинсы и ярко-жёлтую майку рассмотреть не смог, и потому принялся в панике взглядом бегать по разношёрстной и постоянно суетящейся толпе. Ким никак не находился, Чонгук встал с места, ставя стакан на стойку, и намеревался уже отправиться на поиски пропавшего, как вдруг его схватили за руку и сильно сжали кисть. Гук гневно выдохнул и дёрнул конечностью, но её и без того почти сразу же выпустили, и неизвестный серьёзно, но чуть пьяно посмотрел на него. — Поверь, ничем хорошим для тебя это не закончится. — Да отъебись ты от меня! — выкрикнул брюнет и развернулся спиной к приставшему к нему пьянице, но тот, похоже, сдаваться не собирался, и заговорил уже гораздо громче. — Думаешь, он нагуляется и к тебе придёт? Ошибаешься. Эти слова заставили Гука замереть на месте. Он всё же обернулся на парня, и тот, словно потеряв всякий интерес к разговору, уставился на стенд со множеством бутылок перед ним и сделал неспешный и маленький глоток. Чонгук прищурился, внимательно разглядывая собеседника, и после настороженно, чуть грубо спросил: — С чего ты взял, что я вообще на кого-то смотрел? Я толпу разглядывал. — Не заливай, — с усмешкой ответил неизвестный и махнул рукой на стул, намекая, чтобы брюнет вернулся на место. Только когда Гук нерешительно сел, парень продолжил. — Я точно так же сидел и смотрел, как мой парень вертит задом в толпе. И у меня было такое же лицо. — Какое ещё лицо? — сердито выпалил Чон, испытывая смесь заинтересованности и раздражения. — Такое, словно ты вот-вот сорвёшься и перебьёшь тут всех. Чонгук поджал губы, снова посмотрел на толпу и на этот раз узрел мельтешащие белые штаны. Тэхён продолжал вертеться, а вокруг него собралось несколько парней. Эта картина вызвала у брюнета приступ ярости, и Чон отвернулся, боясь, как бы и впрямь не сорваться с места. Собеседник, наблюдая за ним, понимающе хмыкнул и протянул парню ладонь. — Намджун. Гук скорее машинально ответил на рукопожатие и глухо отозвался, произнося своё имя. Джун кивнул и сделал ещё один глоток, опустошая стакан наполовину. — Как давно расстались? — Не расстались ещё, — бездумно произнёс Чон и испугался. Это мерзкое «ещё» само вырвалось, и юноша вздрогнул, не понимая, откуда оно вообще взялось в его голове. Намджун вскинул брови, но после нахмурился и цокнул языком. — А давно он по клубам шастает? — Первый раз, — Гук поднял на парня растерянный взгляд и спросил: — Ты говорил, что так же сидел? — Да, пару месяцев назад, — угрюмо подтвердил Джун и вздохнул, опуская глаза на лёд в своём стакане. — Извини, что пристал, просто увидел в тебе себя и захотелось поговорить. — Почему вы расстались? — проигнорировав последнюю фразу, задал вопрос Чон и внимательно посмотрел на знакомого. Намджун же горько усмехнулся и, поджав губы, поставил стакан на стойку. Чон в свою очередь так же повернулся к нему всем телом, уже полностью поглощённый разговором. — Ему хотелось приключений, — коротко ответил собеседник и замолк. Чонгук свёл брови и задумчиво провёл языком по кольцу в губе. — Изменил тебе? — даже не стараясь проявить тактичность, прямо спросил Гук. Намджун кивнул, слизал оставшийся на губах алкоголь и посмотрел на Чона. — Я его в клубе встретил, почти таком же. Мы познакомились, разговорились, потом выпили слишком много и переспали, — Джун снова растянул уголки губ в едкой усмешки на самого себя и медленно покачал головой в разные стороны. — Мне он понравился, и я предложил ему продолжить наше общение. Он сначала отказывался, но я не отступал, и в итоге мы начали встречаться. Первое время всё было хорошо, но потом… — Ему не хватало общения с другими? — подсказал брюнет, и Джун кивнул, отводя взгляд в сторону. — Да, он говорил, что хочет просто танцевать. Ходить по клубам, веселиться. Я был с ним, сидел у бара или за столиком и смотрел, как он флиртует со всеми подряд. Но он убеждал, что это ничего не значит, что он просто хочет почувствовать себя красивым и соблазнительным. Потом стал упрашивать меня оставаться дома, обещал не заходить слишком далеко. А я ему верил. Думал, что он меня любит. — И что потом? — заворожённо спросил Чонгук, ощущая себя так, словно сейчас Намджун расскажет ему не свою историю, а его собственное будущее. Сходство между ними и правда было, и это ошеломило брюнета. А ещё сильно напугало, ведь, раз Джун со своим парнем расстался, значит, то же самое ждёт и их с Тэхёном. Собеседник понял причину внезапно проявленного к нему интереса и не стал медлить, вместо этого смотрел на парня открытым, затуманенным алкоголем взглядом и продолжал говорить. — Потом… Потом он начал возвращаться ко мне с каждой вечеринки таким возбуждённым, что набрасывался на меня сразу же. Повезло, что я жил один. Меня это напрягало, но я считал всё это последствиями алкоголя и его флирта, да и что плохого, если он всегда возвращается ко мне? Но однажды он вернулся не таким, каким был всегда. — Не дотерпел? — Чонгук не смог скрыть презрения в своём голосе, а может и вовсе не хотел этого делать, и Джун его услышал. Парень скривился от неприязни и боли и прошипел: — Хуже. Понял, что не хочет больше ограничиваться только мной. Что любить кого-то одного слишком скучно. — Так он любил тебя? — осторожно спросил Гук, чувствуя, как разговор вызывает в его собеседнике всё больше злости. Намджун засмеялся горько и почти истерически, а после посмотрел на брюнета полными безумного огня глазами и яростно заговорил. — Любил или нет, какая, нахуй, разница. Он любил свою свободу, а я был идиотом, что поверил, будто он изменится и перестанет бегать за кем-то ещё. Чонгук отвернулся от него, не в силах выдержать этот полный бессильной злобы и тоски взор. Он понимал, что, должно быть, иногда и у него такое же отчаянное выражение на лице. Брюнет слушал, как парень продолжает рассказывать ему дальнейшие события, происходившие с ним, и сердце тревожно сжималось. Возможно, и их с Тэ ждёт то же самое. Ведь Тэхёну тоже стало скучно, он так же вновь привлекает к себе внимание, и, не смотря на его слова, явно наслаждается чужими заигрываниями. Может, однажды и он попросит Чона остаться дома, а после придёт к нему, как в тот день, и признается в ещё одной измене. Брюнет понимал, что не выдержит этого. Он просто окончательно сломается, раз и навсегда. Не сможет пережить ещё одного удара. Намджун, заметив, как Гук погрузился в себя и уже не слышит его, прикоснулся к плечу парня и чуть потряс его. Чон вздрогнул, отстранился и испуганно, непонимающе посмотрел на знакомого. Тот же грустно улыбнулся, отсалютовал юноше уже опустевшим стаканом и встал с места. Его чуть шатало, но Намджун упорно шёл куда-то вперёд, явно с целью добраться до чего-то конкретного. Чонгук проследил за ним взглядом, а после посмотрел перед собой. Впереди маячили тускло освещённые тела, на место ушедшего юноши сел кто-то другой, заказывая какой-то коктейль, но Гук ничего не мог разобрать, полностью сосредоточенный на своих тяжёлых и тревожных мыслях. Кто-то громко засмеялся возле него, и это вывело брюнета из транса. Чон вскинул взгляд в сторону источника звука и увидел веселящихся парней, которые толкались, старались как-то поддеть друг друга и явно наслаждались этим вечером. Чонгук по привычке стал искать глазами Тэхёна, но тот снова куда-то исчез. Гук поднялся с места и сделал шаг по направлению к толпе, чтобы вблизи рассмотреть собравшихся там, но его снова остановила чья-то рука. На этот раз Чонгук увидел возле себя не Намджуна и не кого-то незнакомого, а Кима. Тэ сидел на соседнем стуле и смотрел на него с обеспокоенной и слабой улыбкой. Брюнет облегчённо выдохнул, увидев своего парня, и подошёл к нему, не желая снова садиться. Ему срочно нужно было покинуть это место, и он поспешно выпалил: — Ты ещё не хочешь домой? — Хочу, — ответил блондин и встал на ноги. Он обнял старшего за шею, прижался к нему и поцеловал его в щёку. — Извини, что заставил тебя ждать. Поехали отсюда? — Тэ, знаешь, я… — неуверенно начал Гук, но замолк, теряясь и не зная, стоит ли говорить дальше. Ким посмотрел на него доверчиво и нежно, а после кивнул, трепетно улыбаясь. — Знаю, малыш. Спасибо, что дал мне немного времени, но больше мне не надо. Хочу вернуться домой, залезть с тобой в ванну и долго-долго обниматься. — Как думаешь, — всё же решился спросить Чон, когда они уже стояли на улице и ждали такси. Тэ был укутан в тёплую тёмно-бордовую куртку и плотные перчатки, чтобы была возможность держать Чонгука за руку. Гук же этой частью гардероба пренебрегал, но на холод никогда не жаловался. Тэхён, услышав голос любимого, повернулся к нему, сжал его ладонь и спокойно посмотрел в тёмные, взволнованные глаза, ожидая продолжения фразы. — Тебе часто захочется так развлекаться? Ким несколько секунд всматривался в обеспокоенное лицо брюнета. Он не стал говорить Гуку, что слышал часть его разговора с тем парнем. Но даже этого небольшого кусочка хватило на то, чтобы понять, о чём шла речь. Тэ опустил голову на чужое плечо, потёрся щекой о холодную ткань куртки, обнял старшего за талию и уверенно, тихо ответил. — Нет, знаешь, я подумал, что не хочу раскачивать лодку, в которой мы сидим. У нас всё замечательно, а я занимаюсь тем, что сам себе создаю проблемы. Ещё и тебя заставляю постоянно переживать. Обещаю, это был последний раз. — Тэ, не страшно, если тебе хочется так проводить вечера, — Чонгук старался говорить спокойно, видя уверенность на лице младшего, но всё же беспокойство слышалось в тоне его голоса, что огорчало Кима. — Иногда, может быть, — неуверенно улыбнулся Тэ и отвёл глаза в сторону. Его брови свелись, и юноша встревоженно воскликнул: — Эй, а там не тот парень? Гук повернул голову в указанную блондином сторону и заметил, как Намджун почти свисал с рук какого-то высокого и крепкого на вид парня. Недавнего собеседника Чона посадили на заднее сидение такси, и приведший его юноша в каком-то странном костюме, состоящем из строгого жакета чёрного цвета и узких брюках отряхнул руки с видом человека, только что разгрузившего фуру с мешками. Верхней одежды на незнакомце не было, и это дало паре понимание, что этот человек не собирался никуда уезжать. Тем не менее, он, не смотря на жуткий холод, продолжал переговариваться через опущенное стекло на пассажирском месте с водителем. Разговора Чонгук не слышал, и всё же некоторое беспокойство залегло в нём ещё тогда, когда он увидел неподдельное страдание на лице Намджуна в клубе. Гук взглянул на Тэ и, кивнув в сторону машины, пошёл вместе с ним к говорившим. При виде новеньких собеседников, высокий парень с растрёпанными во все стороны тёмными волосами выпрямился и вопросительно взглянул на них. Его лицо было красным от мороза, а руки спрятаны в карманы жакета, которые, впрочем, явно мало помогали. Брюнет не стал тянуть время и спросил: — В чём дело? С ним всё нормально? — он мотнул головой на автомобиль. Незнакомец прищурился, расправил плечи и строго, даже с подозрением посмотрел на пару. — А вам какое дело? Вы его знаете? — Да, немного, — не соврал Чонгук и выгнул одну бровь. Тэхён решил помалкивать и стоял чуть позади Чона, вцепившись в его плечо одной рукой, и сжимая ладонь другой. — Эй, Джин, ну так куда его девать?! — раздался усталый и раздражённый голос из машины. Названный юноша цокнул языком и дёрнул плечом, глядя на Чонгука. — Раз знаете, может, скажете его адрес? Он вырубился в туалете. — Мы с ним не настолько знакомы, — осторожно произнёс брюнет, опасаясь, что его неправильно поймут. Однако Джин лишь кивнул и вновь склонился к окну. — Вези к Ра, пусть проспится, завтра разберёмся с ним. — Должен будешь, — недовольно выкрикнули в ответ, на что темноволосый только скривился и стукнул по шине носком ботинка. Он отошёл от машины, и парни последовали его примеру. Когда такси тронулось, выезжая из двора, Джин обратился к Чонгуку. — Давно его знаете? — Не особо, — почему-то Чон не решился рассказать, что знает этого парня всего пару минут. Тэхён бросил на него удивлённый взгляд, но ничего не сказал, продолжая молча следить за развитием событий. Джин вздохнул, потопал на месте и провёл взором компанию из трёх человек. Они спокойно зашли внутрь, но юноша смотрел на них так, словно ждал каких-то действий от них — напряжённо и грозно. Тэ прищурился и подумал, что, должно быть, этот парень работает здесь охранником. — В любом случае, если знакомы с ним, то следите за его состоянием. Он последние месяца два только и делает, что напивается здесь. Раньше хотя бы своим ходом уходил, а сегодня только до туалета дойти сумел. — Он расставание никак не переживёт, — бездумно сказал Чон, пытаясь по какой-то непонятной ему причине оправдать Намджуна в чужих глазах. Джин покачал головой, явно недовольный таким объяснением, но вздохнул, произнося: — Понимаю. — Гук, — тихо сказал Тэ, привлекая к себе внимание брюнета и слабо пожимая его руку. Чон обернулся на парня и услышал шёпот. — Пойдём? — Ладно, если увидите его, скажите, путь хоть адрес свой нам оставит, всё равно приходит, как домой, сюда. В голосе Джина послышались нотки раздражения, и он, не дожидаясь никакого ответа, быстрым шагом прошёл мимо пары, скрываясь в клубе вместе с постоянно прибывающими людьми. Гук проводил его широкую спину задумчивым взглядом, но Тэхён вновь отвлёк его, говоря, что их такси, наверное, уже подъехало. В машине они молчали, но продолжали держаться за руки. Водитель не обращал на них никакого внимания, да и сами парни не пытались разговаривать или даже перешёптываться. В квартире было холодно, и Тэ первым же делом, стянув ботинки, прошёл к обогревателю и включил его, кладя холодные ладони на медленно нагревающуюся поверхность. Чонгук улыбнулся, наблюдая за тем, как блондин подпрыгивает на месте и ругается на плохо работающую технику, и, повесив куртку на крючок на стене, прильнул к младшему со спины, обнял его и поцеловал в затылок. Тэ хихикнул и слегка повернул голову в сторону. — Можешь набрать ванну? Я напишу Юнги, вдруг ответит. — Может, стоило всё-таки съездить к нему? — обеспокоенно спросил Чон, нехотя отрываясь от парня и подходя к двери в упомянутое ранее место. Тэхён промычал что-то неразборчивое, отнял ладони от обогревателя, который пока так и не стал тёплым, и достал из кармана свой мобильный. Он принялся быстро печатать сообщение другу, слыша, как поток воды вырывается из крана в ванной. Гук настроил температуру, которая придётся по вкусу им обоим, и, вытерев руки о брюки, снова оказался в единственной комнате. Тэ грустно вздохнул, увидев, как и его сообщение сразу же прочитали, но ответ, похоже, писать Мин не собирался. Он весь день не отвечал ни на смс, ни на звонки, и Ким не был уверен, что им стоит тревожить шатена своим присутствием. Может, это было неправильным решением, но раз Юнги хочет побыть один, разве они не должны уважать его желание? Тэ надеялся, что юноша придёт завтра в университет, потому что начинается семестр, и старался не думать о плохом. Если Мин не явится на занятия, тогда Тэхён точно придёт к нему в комнату и попытается что-то сделать. Пока же блондин дал другу время прийти в себя и обдумать всё произошедшее с ним вчера. Чон снова обнял младшего за талию и, касаясь губами чужого плеча, заглянул в экран его телефона. — Он читает, значит, всё не так плохо. — Не понимаю, как они могут так поступать с ним, — негодующе сказал Тэ и удручённо поджал губы. — Ладно бы Юнги был плохим человеком, но он же такой хороший. Неужели у них совсем совести нет? — Я мог бы сказать, что с самого начала был против всего этого, но… промолчу. Гук неловко улыбнулся, а Ким хмуро и недовольно посмотрел на него. Брюнет примирительно склонил голову вниз и заискивающе, ласково вымолвил: — Идём греться. А после я подниму тебе настроение. — Секс? — засмеялся Тэхён, не в силах сдержаться от вида такого снисходительного и явно подхалимного старшего. Чонгук сделал вид, будто сильно оскорблён таким грубым предположением и, гордо вздёрнув подбородок, ответил уверенно и чётко. — Да. Ким снова хихикнул, прикусил губу и позволил увести себя в ванную, перед этим оставив телефон на диване и бросая на него последний, сочувствующий взгляд.

❦ ════ •⊰❂⊱• ════ ❦

На следующее утро Тэхён для начала поверил свой телефон. Будильник заставил его подскочить с кровати под недовольный стон Чонгука. Выключив звук и поцеловав брюнета в щёку, блондин прихватил с собой мобильный и отправился в ванную. Он быстро сходил в туалет, ополоснул лицо и, вытерев одну руку, во вторую взял зубную щётку и открыл диалог с другом. Сообщений от Юнги по-прежнему не было, и Ким, увидев, что последний раз юноша в сеть выходил сегодня ночью около 3 часов, парень решил всё же написать ещё одно сообщение. «Мы заедем за тобой, окей?» И, отложив телефон на край раковины, стал энергично чистить зубы. В этот момент к нему зашёл Гук. Брюнет протирал глаза, зевал и бубнил о том, как он ненавидит весь этот мир и того падлу, который придумал вставать в такую рань. Тэхён, уже давно привыкший к этому милому лепету старшего, только посмеивался и игриво поглядывал на спину стоящего возле туалета Чона. Юнги стоял возле дороги, скрытый в тени деревьев, и бездумным, поникшими взглядом смотрел на дорогу. Машины безостановочно проезжали мимо него, даже не догадываясь о том, какая буря эмоций и противоречий одолевает парня сейчас. Весь прошедший день юноша не покидал свою комнату. У него болела голова, всё тело ломило, а желание жить постепенно угасало. Боль от разбитого сердца нисколько не заглушалась болезнью, напротив, только чувствовалась ещё отчётливее. Мину было очень одиноко, ему казалось, словно он остался один во всём мире, что больше не было ни одного человека на этой планете, и хотелось заснуть раз и навсегда, чтобы больше никогда не испытывать таких страданий. Он получал сообщения от Тэхёна, но в тот момент ему хотелось чувствовать себя самым несчастным и брошенным всеми. Сегодня утром, проснувшись уже более бодрым и немного успокоившись, Юнги стыдился вчерашнего себя. Он ни за что не признается в своей слабости и малодушии друзьям, скажет только, что плохо себя чувствовал и спал весь день. Конечно, они вряд ли поверят, ведь глаза шатена до сих пор были очень красными от непрекращающихся слёз, лицо бледным, и даже живот требовательно и мучительно урчал, ведь юноша так ничего и не ел. Вспомнив о заказанной в ту ночь еде, Мин очень пожалел, что сбежал, не дождавшись курьера и не прихватив с собой что-нибудь. Юнги хмыкнул от этой мысли и с досадой покачал головой. Какой же он глупый и жалкий. Так мучиться из-за кого-то. Нужно радоваться, что теперь у него не будет никаких проблем. Останется только учёба, как это было и всегда, а ещё у него есть два замечательных друга, которые вот-вот приедут за ним на такси, а он тут стоит, как зомби, и даже дышать не может нормально от того, что сердце предательски ноет. Мин ведь так и не узнал, чем закончился разговор парней. Хороший друг, ничего не скажешь. Шатен тяжко вздохнул, поджал губы и ощутил желание заплакать. Ему до этих выходных не было известно о том, как много он может выплакать за такой короткий период. Теперь же юноша недоумевал, откуда в нём вообще столько воды. Глупые мысли помогали отвлекаться от тех тревог, что никак не могли покинуть его разум. Чимин с Хосоком приходили к нему один раз, стучались в дверь и говорили, что хотят поговорить, но у Мина не было желания и сил видеть их лица. Ничего знать и обсуждать он не хотел. Тогда голова так раскалывалась, что даже стук в дверь ощущался, как пытка. Лекарства он так и не принял, и, к счастью, боль утихла ближе к вечеру после нескольких коротких урывков сна. После шатен кое-как поднялся с помятой и мокрой постели, машинально побросал в сумку вещи и, выпив несколько стаканов воды залпом, снова забылся в беспокойном сне, который продлился вплоть до утра. Машина с парнями подъехала к тротуару, и Мин увидел, как Тэ с улыбкой машет ему рукой в окне заднего сидения. Чонгук расположился спереди, чтобы места позади было достаточно для них двоих, и юноша юркнул к Киму. Блондин встретил его с добродушным видом, а Чон бегло поздоровался. Юнги ощутил новый приступ вины за то, что игнорировал их вчера весь день. Во время пути Гук и Тэ продолжали какую-то свою мирную беседу, в смысл которой Мин не пытался вникнуть. Он слушал их голоса, но не понимал слов. Его мозг словно отключился, а слух специально воспринимал болтовню, как шум. Тэ не пытался включить его в их разговор, видя отрешённое лицо друга, и иногда только успокаивающе улыбался ему. По дороге из машины, пока они шли в сторону университета, Юнги постоянно бегал глазами по окружению и искал Чимина с Хосоком взглядом. Он боялся их увидеть, боялся, что парни остановят его и начнут с ним говорить, и Мин не знал, как им отвечать, с каким лицом на них смотреть и сможет ли он сдержаться, чтобы не заплакать от обиды. Тэхён держал его за руку, попутно отвлекая своего возлюбленного бессмысленным разговором. Чонгук тоже настороженно оглядывался, готовый в любую минуту настигнуть обидчиков друга и устроить им показательную казнь. К счастью и сожалению, в котором Мин не решался признаться даже самому себе, но парней они так и не встретили. На занятиях юноша сосредоточенно слушал преподавателей, старался концентрироваться только на учёбе и не думать ни о чём постороннем. Тэхён поглядывал на друга с беспокойством. Его очень тревожил вид шатена: болезненный взгляд, постоянные нервные вздохи и судорожные движения ладонями. Юнги без конца щёлкал ручкой, стучал ею по парте или грыз. Весь образ парня говорил о том, какая тяжёлая борьба проходит внутри него. Лицо юноши выдавало его тревогу и апатию, красные глаза слезились, но Мин упорно сдерживал слёзы. Как бы сильно он ни старался не думать о произошедшем, мысли сами собой всё же возвращались к этому горю. В те редкие минуты тишины в аудитории, когда преподаватель ожидал выполнения студентами задания или подготавливал оборудование, юноша сглатывал, теребил листы тетради и начинал думать. Иногда он представлял, каким будет их разговор. Что ему скажут, как оправдаются, каковы были причины для их поступка? Возможно ли вообще что-то с этим сделать? Какое расстояние от Сеула до Таиланда? В каком городе они будут жить? Бангкоке? Юнги взглянул на преподавателя, убедился, что тот занят изучением компьютерного монитора, и полез в сумку за телефоном. Достав мобильный, юноша разблокировал его, открыл поисковую страницу и, замявшись на секунду и закусив нижнюю губу, принялся печатать запрос. Добраться самолётом до столицы Королевства можно было всего за три часа, но цена… Парень задумчиво стал прикидывать, сможет ли потянуть такую дорогу. И что он скажет родителям? Правда, посещать пару Мин сможет по выходным, если появятся деньги, лететь не так долго. В каникулы ему придётся возвращаться домой, ведь мама с отцом не поймут его намерений остаться в Сеуле, потому что истину об отъезде шатен никогда сказать им не сможет. Остаётся главная проблема — хотят ли вообще они, чтобы он навещал их? Ведь если бы хотели, не стали скрывать такое от него. А вдруг Чимин с Хосоком на самом деле не собирались заводить с ним серьёзные отношения? Да и можно ли считать такие отношения по-настоящему серьёзными? Чон с Паком явно любят друг друга гораздо сильнее, чем его. Может, они вообще планировали там встретить кого-то ещё? А Мин прицепился к ним, не понимая, что это просто игра. Юноша тяжело вздохнул, блокируя телефон и укладывая голову на руки. Тэ всё это время наблюдал за ним. Он видел, какую информацию ищет его друг, и ему становилось больно за него. Тэхён ничего не мог сделать здесь, кроме как просто поддержать любое решение парня. Он осторожно положил ладонь на чужое плечо. Юнги вздрогнул, повернул к нему голову и тоскливо взглянул на Кима. Тот ответил ему ободряющей улыбкой. — Всё будет хорошо, — прошептал одними губами блондин. Юнги хмыкнул, но кивнул, закрывая глаза и ощущая боль в висках.