Лего

Сегодня Саманта опаздывает. Мэри, конечно, ее прикроет. Посетителей много. Микки не успевает отбиваться. Всегда такой интерес к выходным. Для клуба хорошо, а вот для персонала… Задолбали бить посуду и свинячить. К концу смены чертовски кипит голова. Ничего не хочется. Дотянуть бы домой и рухнуть. Хорошо, что их подвозит Эдди. Иначе можно было бы разориться на такси. Слева от входа располагается гардероб и сан. зона. Прямо: два стесненных места отдыха и подиум. Справа: лестница на второй этаж и основная часть. Что бы добраться до бара, нужно пройти по «коридору» между дансингом и столами, что под куполом второго этажа. Обогнуть две декоративные тумбы с искусственной травой. Напротив бара еще шесть зон отдыха с красными диванами и белыми перламутровыми столиками. В углу VIP-место, заметно занимающее пространство. На втором этаже два чилаута по бокам и десять столов в центре. За барной стойкой кухня с подсобкой, общая раздевалка, кабинет Каннели, а сбоку дверь во двор для курящих. Давно нужно заниматься этим местом. Проверять проводку, менять стиль, пересматривать меню. Только кому это надо? Одно название чего стоит. Диваны местам протерты. Где-то есть даже прожженные следы. Наверное, со времен, когда курить можно было везде. В туалете вообще каменный век: плитка облупилась, два крана из трех не работают. О средствах гигиены совсем говорить не приходится. И все равно держится эта «посудина». Хотят сюда. Даже выступает кто-то: читают рэп, визжат, шутят. Зато софиты и стробоскопы натыканы на каждом метре. Как еще никто эпилепсию из сотрудников не заработал. Саманта заносится, попутно распутывая шарф и скидывая пальто. Обычно она не опаздывает, но автобус попал в небольшую аварию. Пока все решилось, пока нашёлся добрый самаритянин, довезший ее сюда… А потом еще и нога предательски подвернулась на пороге. Хорошо, что Микки подстраховал. Мэри машет подруге, и та скрывается в общей комнате. Надо переодеться и начать работать. — Никто не хватился, не переживай. Меган и Кортни работают. — У бара образовалась приличная линия гостей. Они шумно разговаривали и пили, пили, пили. Пусть и пойло не дороже пятерки. К тому же разбавленное. — Верхние чилауты на девчонках, твой VIP внизу. А также пятый, девятый, тринадцатый, восемнадцатый и…. — Мэри напряглась, вспоминая. — Седьмой! Точно! — Все заполнены? — Да. Но пока не мигали. Хотя тринадцатый заедать стал. Периодически нужно туда подниматься. Под полкой сзади Мэри есть датчики вызовов, которые прикреплены к столам. Нажмут там, а тут мигает. Очень удобная штука. Спасибо за нее святому Багу. Каннели бы точно не додумался до такого. А если бы и додумался, то не расщедрился бы. — А, да: в VIPе компания. Шестеро. Я их обслужила. Вообще никак не вкурю, чего такие тут делают. Может потерялись? Саманта жмет плечами, продолжая помогая выполнять подруге заказы. — Там часто друзья Каннели сидят. Может и сейчас тоже? — Я бы и по-дружески не пришла и дружить с таким олухом не стала! — Мэри вдруг ощутимо вздрагивает. — Смотри!!! Он тут. Из гардероба вырисовывается высокий брюнет в байкерских штанах, красной футболке и бутсах. Он быстро обходит танцующую толпу и нависает над барной стойкой. Его короткая, черная, густая борода завораживает Мэри. Та даже не сразу слышит слова. Хорошо, что Сэм рядом. Уже протянула ему Bud Light. Громко сглатывает. — Оо. Ты нашелся наконец-то… — По правую руку от парня материализуется еще один. Саманта когда-то его уже видела. — Стоит заменить навигатор! Пришедший брюнет не добро сводит густые брови. — Лари, че за сарай??? В Rooftop по старинке, не? В полную жопу пришлось тащиться. — Он глотает холодный напиток и шумно ставит бутылку на стойку. Почти швыряет. — Где сидите? Через две секунды они уже двигаются к VIPу в угол. Не вооруженным глазом становится понятно, что этот таинственный принц, которого так ждала Мэри, входит в число тех толстосумов, облюбовавших сейчас VIP-зону. VIP-стол окружен тремя красными кожаными диванами: два, стоящих параллельно друг другу, третий перпендикулярно им у окна. Подход свободный. На диване у стены две девушки: короткостриженая брюнетка в белом платье с глубоким декольте, вторая в топе с накинутым на плечи голубым пиджаком и красными вьющимися волосами. У окна вроде бы тоже двое: блондинка… кажется, на ней что-то вязанное. Серый свитер или это платье. И парень в светлом пиджаке. На третьем диване, по логике, тоже сидят двое. Не видно, потому что высокая спинка закрывает обзор. Тот, которого назвали Лари, проходит как раз вдоль отвернутого дивана и садится. А новопришедший опирается вытянутыми руками о стол и слегка поворачивает голову в право, где скрывается последний член компании. Только и видно, когда помещение заполоняет слишком яркая вспышка света, ногу на ноге в черных невысоких сапогах на грубой тракторной платформе. А еще левую руку в обтянутом черном рукаве, крутящую межпальцев телефон. Видимо у них с опирающимся о столик парнем завязалась оживленная беседа, так как вся компания периодически переводит заинтересованные глаза с одного на второго. Саманта отвлекается, когда сзади вибрирует красная лампочка. К пятому надо. Она огибает Мэри, что, то и дело посматривает на спину у VIP-стола и спешным шагом направляется принимать заказ. Вернувшись, застает подругу косящейся на дверь во двор. — Вышел с девкой. Руками махал, злился. Хоть бы она ему изменила, и они расстаются, — доносится мечтательно. — Знаешь, он на какого-то актера похож, — натираемый под бесконтрольным натиском бокал уже готов треснуть. Она вдруг резко останавливается. — Точно! Стану женой актера-красавчика! Гастроли, СПА, шопинги… Ммм. Саманта не успевает скрыть смешок, как сзади вновь шумит красная лампочка. Теперь тринадцатый… А это второй этаж. Легонько хлопнув замечтавшуюся подругу по плечу, торопится вглубь зала. Там приходится повозиться. Девушка просит помочь вывести ее парня, так как тот практически не стоит на ногах. Спустить его по ступенькам - тот еще квест. Парень два раза путает Сэм со своей возлюбленной и прикладывается губами к ее щеке. Получает затрещину от подлинной избранницы. Айкает. И еще больше заплетается ногами. К бару Саманта возвращается минут через двадцать. Вся продрогшая, со слегка посиневшими губами. Она нервно натягивает на ладони светло-розовые рукава водолазки, пытаясь согреться. Упрямая прядь волос всё таки предательски выбилась из пучка и теперь свисает по правой стороне лица. Остается метр до бара, где на нее, широко раскрыв глаза, загадочно пялится Мэри. Как будто что-то говоря. Сэм обходит стойку и вопросительно вскидывает брови, уставившись на подругу. Та молчит. На другом конце просят повторить. Запыхавшаяся официантка кричит «сейчас!» и тут же встречается с карими глазами напротив нее. Девушка, что чуть не упала во дворе, схватившая ее за предплечье, бесцеремонно трогавшая ее губы. Она грудью опирается о стойку, положив на нее сверху руки с локтями. Ладонь сжимает стакан с чем-то алкогольным. Кажется, это скотч. Рядом, не переставая, тараторит тот самый, на сердце которого хотела бы претендовать Мэри. — … И не надо говорить, что не время. Ты уже в который раз меня тормозишь! То не готова, то нет колес. Сейчас ты, бля, в седле! И опять отмазки… — Парень эмоционирует. Злится, что от него отвернуты. Не слушают, а прожигают дыру в официантке. — Ты слышишь??? – Прослеживает взгляд. — Да ну, не время сейчас баменш клеить! Завязывай! Я с тобой… Он вдруг внезапно замолкает. Отшатывается, когда девушка напротив резко поворачивает голову, обрамленную темными ровными волосами с двух сторон. Ее брови почти встречаются на переносице, а уголки аккуратных губ опускаются. — Дориан, ты идиот? Ты мне весь мозг высушил! Ты сдал! Это хер когда было! Признай уже поражение и затухни! — Но ты сейчас в седле! — Я часто в седле! Но не часто готова к движу! Взгляни, блять, на меня! — девушка отодвигается от стойки. Проводит рукой вдоль своего тела, обтянутого смольной водолазкой. Останавливается на ногах, покоившихся на стуле в черных карго… — Похоже, что я готова и в настроении? Мэри все больше затягивается в беседу, не смотря, но слушая. Сэм понимает: бессмысленно ее сейчас звать, говорить с ней, даже трясти. Лицо девушки напротив кажется официантке бледным, но красноречиво яростным. Между фраз ее желваки ходят, пальцы сжимают то стойку, то стакан, а губы ассиметрично кривятся. Он ее достал. Заговорил с ней сразу, когда пришел. Значит, обсуждения начались еще полчаса назад. Курить ходили — вряд ли замолкал. Теперь тут рядом. У многих бы крыша поехала. Эта еще неплохо держится. — Эй, але? –два щелчка пальцами в сторону Мэри. — Не спать! Пива еще мне! Сэм закатывает глаза от напыщенности самодовольного бородача. Таких любят в этом заведении меньше всего. Иногда их заказы рискуют перемешаться с хорошей порцией слюны. Но сейчас Мэри просто исполняет прихоть эгоцентричного павлина и отдает стеклянную 0,5. Мимо, опять в слезах проносится Кортни. Выбегает во двор. Последнее время та ходит с постоянно опухшими глазами и вечно шмыгает носом. Сэм непременно нужно вновь подставить ей плечо. Но сейчас никак. Люди все прибывают, заказы сыпятся. Полночь, а как будто пять утра. Когда валишься без сил. Хмурая ночь напротив сушит бокалы один за другим. Видно по ней, что к разговору со своим оппонентом она не хочет быть причастна. Да и тот уже не настаивает. Просто сдается и посасывает пиво из бутылки. Затем он роняет нелепую шутку для разрядки. По соседству едва приподнимают левый уголок губ. Взгляд все также уделяет внимание суетящейся Саманте. Глаза оценивающе спускаются от лица к поясу. Той до дикости неловко. Еще и капризная прядь, что выбилась, все время норовит упасть на лицо. Мэри это замечает. Дёргает подругу на себя и осторожно убирает волосы, вплетая их обратно в пучок. У бара появляется еще одна девушка из VIP-компании. Она виснет на плечах, пытается заглянуть в глаза, что исподлобья наблюдают за действиями бармена, опускается к уху и касается кончиком языка мочки. — Пойдем танцевать? Место паршивое, но музыка приемлема. Дориан сам пусть тут торчит! Ворона улыбается, допивает скотч и идет. Ритм отдается в горле, ногах, голове. Толпа дико хрипит. Жарко. Потно и тесно. За столиками нет ни души. Все двигаются и трутся друг о друга. Атмосфера эйфории. Эфемерности. Не спокойствия, но наслаждения. Распущенности. Блуждающие руки, полуголые бедра. Не значимость и пересечение чужих границ. В углу зажаты те, что послабее. По пьянее. По импульсивнее. Плюющие на правила приличия. Пожираемые глазами и губами. Блестящие от крупиц влаги. А музыка все громче, допустимее. И в голове равнодушие. Глаза закрыты. Душа под потолком. Мысли отступают. Крики приземляют, когда на пилоне виснет полуголая блондинка. Огромные каблуки взмывают выше головы. Руки ловко перехватывают стальную жердь. И все заходятся. Любуются. Пищат. Официантки с подносами снуют по пространству. Выводят подышать более поддатых. Просят не курить в помещении. Уворачиваются от рук, затягивающих в толпу. Их взгляды равнодушны. Больше напряжены. Не обходится и от шлепков по обтянутым клетчатым материалом ягодицам. Скалятся, но стараются сдержаться. Короткостриженная Меган на гране двинуть подносом бритоголового нахала, что больно ущипнул ее за бок. Саманта двигается стратегически. У нее уже протоптан путь, где нет возможности попасть ком-то в лапы. Уязвима только на лестнице. Та открыта и толпа к ней близко. Не ощущая последние ступени ногами, ее рука оказывается в крепкой мужской ладони. Красная натянутая футболка на его крепком теле пропитана капельками пота. Волосы тоже влажны. Он прижимает ее. От него пахнет дорогим парфюмом. В глазах веселый туман. Не дает вырваться. Почти на голову выше и раза в два сильнее. Улыбается. Сэм раздувает ноздри. Она в секунде от удара коленом. Его губы в критической близости от ее уха. Борода противно колет скулу. Колено почти дрогнуло. Но исчезновение наглеца заставило притормозить и распахнуть удивленные глаза. Он стоит напротив. Горло зажато крепкой женской рукой. Глаза испуганно бегают. В них читается непонимание. Черная мгла, которой еще недавно он приседал на уши, прищурившись прожигает его темными глазами. Скулы яростно двигаются, а пальцы сильнее сжимаются на крепкой шее. Стоят так секунд десять. И музыка как будто становится тише. Свет ярче. Шум людей глуше. Внезапно раздается смех. Рука сжимавшая шею перемещается на щеку. Похлопывает. Обтянутое тело льнет спиной к упругому прессу и двигается в ритм. Глаза не двусмысленно сверкают. Уже через десять минут платиновая чернь  сидит перед баром. Требует «двойной» и Сэм исполняет, исподтишка рассматривая: волосы теперь собраны в высокий хвост, губы блестят, глаза ясны. Как будто и не было ею выпита треть запасов. -Акс, Акс, А-а-акс, — испуганно тараторит пушистое белое облако из VIP-компании, неожиданно повисая на расслабленной шее. — Дориан ввязался в драку! Ехидная улыбка служит реакцией. — Печально. — Отхерачат, ведь! — Мне пойти заступиться? — Но у него завтра работа! Представь, что будет если он… Черт! Уставшие глаза закатываются. В демоническое нутро проваливается алкогольный глоток. — Пусть. Может, мозги вернутся на место и он перестанет вести себя как мудень?! Откуда-то сверху доносится тихий скулеж. Нервно сжимают пальцами обтянутые черным плечи. Раздраженный вздох. Забирает губами последний глоток со дна стакана. Телом кренится вперёд. Манит пальцем Саманту. — Счет, - почти у самого уха. Через четыре минуты расплачивается и твердым шагом следует в центр собравшейся толпы. Брезгливо расталкивает зевак. Тянет за на себя парня за красную футболку. С силой толкает второго в лоб, что все еще настроен продолжит бой. Движется к выходу, все также сжимая мягкую ткань в руках. И вся честная VIP-компания семенит за ней. Лари уже у дверей. Раздает каждому свою верхнюю одежду, добытую в гардеробе.