Лего

Они уже неделю в пути и добрались только до Портленда. А все потому, что Николь на референдуме была избрана на роль негласного концертного менеджера, который, по мнению всех теперешних попутчиков, включая водителя, умеет искать точки в городах, где ждут выступления его группы, согласны на их условия, готовы платить и содействовать. Ники не была против, хотя и очень сомневалась в своих силах, ранее не знакомая даже с десятой долей мира звёздности и раскруток. Ей предоставили лэптоп, дали возможность выбрать нужный телефон, посвятили во все важные пункты контракта, его тонкости, и она взялась за дело. Скрипя сердце, очень боясь, но взялась. Деньги, взятые у Дориана в «займы» таяли, а значит, подзаработать лишним сейчас не будет. В Канаде нужно суметь снять жилье, а стало быть – за него заплатить. В некоторых городах договор заключали на месте. С ней почему-то шли на контакт охотнее, чем с сальноволосым, будто из могилы вынутым Яковом. «С женщинами проще работать,» - заключил Боб, и все его единогласно поддержали. "Особенно мужскому населению, что составляет почти 90%". Хоть и бывали двусмысленные взгляды, неоднозначные приглашения -  концерты за поцелуй не предлагались, и Слава Богу. Все согласно деловому регламенту и серьезному подходу. Трудности возникли с двумя первыми точками, когда Николь еще не особо знала, как работать, на что давить и о чем разговаривать. А потом… Поиск подходящих мест через интернет, прямой звонок или письмо на электронку и вуаля. Даже удалось уговорить принять их два клуба с весьма высоким рейтингом. Группа тогда вопила на весь отель и обнимала Остин так, что кости трещали. Вот и сейчас в Портленде остановка на целых три дня. А значит, три концерта в трех разных клубах, где благодаря упорному и настойчивому новому менеджеру еще до приезда успели разместить рекламу и собрать кассу. Пусть не такую значительную, как хотелось бы, но все же это великолепное улучшение и продвижение вверх, в мир звёздности и состоятельности. Николь все больше ощущала себя в своей тарелке, привыкала к коллективу и новому имени. Ей очень нравились шутки Ериса. Он скрашивал компанию, когда все остальные отправлялись на репетицию, а Ники оставалась в номере работать и искать новые сцены для выступлений. Интересно было послушать Луизу, та в свои 33 объездила пол планеты до того, как попала в группу. Боб мастерски разбирался в живописи, а значит, становился поистине интересным собеседником, когда все напивались и расползались по своим кроватям или вырубались в креслах автобуса. Яков, Арнольд и Дитрих – научили играть в карты, ну а Финн… Финн просто оставался Финном. В нем не было ничего особенного, и вообще Николь старалась сторониться этого человека. Его странных взглядов, пугающих улыбок и подмигиваний, недвусмысленных комплементов. Ближе всего Остин оставалась Кэми и теперь еще Лиза, что первую невообразимо бесило. Ее губы поначалу становились размером с сосиски, когда те общались, когда Николь смеялась над шутками или подколами, когда что-то говорили на ухо. Но после серьезного разговора и откровенного намека о границах личного пространства Кэмерон сдалась и немного смягчилась, переставая ревновать так яростно.  Разве что в душе. А Лизе было наплевать на реакцию еще не зрелой одногруппницы. Она с легкостью тащила Николь за собой, если находила что-то поистине достойное в городах следования, угощала чаем на заправках и давала советы по некоторым вопросам, касающиеся их общего дела. Так сказать, втягивала в мир, где они спокойно могли наслаждаться своим возрастным равенством и все, что с ним связанно. - Ты же останешься на автопати? Лиза крутится у зеркала в номере Николь, укладывая свои рваные темные волосы, и не скупится на крепкие слова при этом.  На ее губах красуется синяя помада, подобранная в тон кожаным штанам. Через пару часов они уже должны быть на сцене. Значит, пришло время соответствовать образу рок-солистке. А Ники собрана. Она уже ездила в клуб, встречалась лично с его хозяином и подписывала нужные документы. Сейчас ее взгляд прикован к ноутбуку с целью продолжения своей работы. Ответственность – залог удачи во многих начинаниях.  Вчера в автобусе ей на глаза попалась юридическая статья. Ее автор – девушка с холодным взглядом, прямой спиной и в строгом синем костюме. Память невольно провела ассоциации, а пальцы, не согласовав с разумом, вбили в поиск знакомое уже больше двух месяцев имя. И тут же получили ответ: Александра Соло - основатель юридической компании «BlackHell» Нью-Йорк… Николь с неким любопытством прочла несколько статей о той самой, что сейчас осталась злая и раздраженная где-то там, в ее прошлом. Посмотрела фотографии, что соединялись меж собой в одно большое черное пятно, видео с открытых громких процессов и короткое интервью после них. Даже стало не по себе, когда в одном из последних темные глаза устремлялись в объектив камеры снимающего ее оператора. В них виделся, чувствовался и отбивался в поджилках вселенский холод и высокомерие. Соло и нарциссизм – синонимы. Однокоренные слова. Единое целое. У журналистки, берущей интервью, даже несколько раз дрогнул голос, когда на нее, не отрываясь и изучая, Алекс переводила немигающий взгляд. Ники знала этот взгляд. Заинтересованный. Именно таким черная поступь смотрела на нее в «Добром пути». Мурашки, как громогласный отзвук, сразу же побежали по коже. В тот момент еще и Лиза напугала, подкравшись сзади и наклонившись к уху с фразой «Пойдем?» Николь тогда громко всхлипнула, подпрыгнула на месте, остановила видео, вынула наушник из уха и только потом поняла, что автобус сделал остановку и можно выйти на улицу. - Эл? – Лиза поворачивается, пытаясь дозваться задумчивую девушку на кровати, что, хмурясь, изучает важную не для нее одной информацию на экране ноутбука. Остин тут же вздергивает подбородок. - Что? - Я говорю: ты останешься на автопати? - Эмм… Не знаю. А должна? – Вечеринку устраивает для них клуб, чего раньше не делал ни один другой. Это уже говорит, что планка приема сдвинута с места и поднята выше. - Ну конечно! Бесплатное бухло и танцы. Будет весело. - Будто после каждого выступления такого не бывает. – Бывает. И после каждого. Пьют, танцуют. Так сказать, отдыхают.  - Да, но с ограничениями по выпивке. А тут все включено.  Никто, как бы он не хотел, как следует не напивался ввиду высоких ценников на не перемешанный алкоголь. Слишком низок доход, чтобы бездумно просаживать его на отдых и разгульность. Даже Финн это понимал. Да ему и дешевого пойла, что стоит меньше десятки, с лихвой хватало. Он пьет в огромных количествах, так же, как Соло. Но та почти не напивается, а этот после бутылки очищает желудок, проваливается на пару часов в сон и берется за новую, только настроив полусонное сознание. Николь не большой любитель подобных тусовок. Не любит отрываться, пить и танцевать. Но за неделю ей не дали уйти ни разу. Просили, останавливали. Она соглашалась, чтобы не обидеть. Если дальше так пойдет, до Торонто она доедет в статусе алкоголика. - Посмотрим. Я не очень хорошо себя чувствую. – Вранье, но зато будет повод уйти по раньше. Довольно махнув своему отражению, Лиза в секунду забирается на кровать и усаживается напротив  Ники, скрестив ноги. - Как раз там и подлечишься. – Она хватает с таких же скрещенных ног Остин ноутбук и откладывает его в сторону, не позволяя той даже возразить. – Хватит работать. Нам через полчаса выезжать. Николь с возмущением во взгляде тянется, чтобы вернуть девайс, но Лиза упорно убирает ее руки, отпихивая или сжимая, при этом широко улыбаясь и заставляя улыбаться от веселящей абсурдности/ребятничества девушку напротив, что оказывает не очень яростное сопротивление. - У меня кое-что есть. –Из тесного кармана синих штанов и вынимается маленькие белые продолговатые капсулки. – Это «хорошее настроение». Попробуешь? И ежу понятно, а тем более бывшему медику, что это за «хорошее настроение». Тем более в прошлом Николь имела с ним дело, пытаясь хоть на мгновение отрешиться от мирского существования. Действительно сильная вещь. Уводящая. Особенно хороша, когда ты на грани и вот-вот сорвешься в крик или истерию. - Нет. Спасибо.  – Уж лучше алкоголь. Не большое отличие. Особенно в привязанности, но все же. - Ну и зря. Одна таблетка с ладони пропадает во рту Лизы, а вторая вновь отправляется в карманную тюрьму. В дверь стучат. Это Боб. Сообщает, что нужно выдвигаться через пять минут, чтобы успеть немного по репетировать злачное и непокорное место в одной из новых песен, придуманных на ходу. Девушки согласно ему кивают, и важное звено в лице солистки, улыбнувшись и подмигнув Николь, вдруг резко наклоняется к ней и звонко целует прямо в губы. Спрыгивает с кровати и исчезает за дверью, не став дожидаться шокированную Остин, а намеренно улизнув от вопросительного взгляда и неловкого вопроса: «Какого …?» И действительно, «Какого хрена?» Николь не шевелится. Ее рот приоткрыт, а мозг судорожно проводит анализ, что к чему. Вывод один: действие таблетки. И такое действие Ники не нравится. Нарушение личностного пространства. Безсогласие и неожиданность. Соло бы… Да почему? Ну почему все и сейчас сводится к этой ведьме? Какая разница теперь, что бы она подумала и как бы отреагировала? Но разуму, видимо разница есть. Он постоянно к ней возвращается. Постоянно пытается предугадать, «что бы было, как бы поступила…» Но Алекс Соло – это прошлое. Это другой временной отрезок. Зачем ее и сейчас пускать к себе в жизнь? Или стоит признаться, что где-то в подсознании Николь таится мысль о том, что они еще обязательно встретятся? Что это было их не последнее пересечение? Что она еще вне гласно имеет на себе статут «принадлежу»? Бред! Надо избавляться от этого. Выступление вышло, как и всегда на оценку «отлично». Пакуя свой инвентарь и инструменты, группа жужжит, обсуждая свой успех, как улей. Ники тоже улыбается. Это и ее заслуга! Можно гордиться. Теперь в пору расслабиться, оторваться и ни о чем не думать. Еще одна зеленая галочка в новом свершении. Vip-стол, все за счет заведения, веселье по венам и кураж. Кэми тянет Ники освежиться в туалет. - Ну, как тебе? – Конечно. Ритуал после каждого концерта. - На высоте! Блестяще отыграла. Я заслушалась. – Как же мотивируют подобные фразы. Это видно по довольному лицу, и Николь никогда не скупится на похвалу. Тем более, что она является правдой. Истиной, что может быть видна ввиду обстоятельств не всем. Кэмерон заходит в освободившуюся кабинку, а Ники сосредоточенно моет руки у заляпанного каплями зеркала, когда является Лиза. И нет на ее лице ни следа неловкости или растерянности. Она пристраивается к Остин под единый кран, намыливает ладони и через отражение дарит ей белоснежную улыбку. - Ну что, принцесса Элли, готова выглушить сегодня половину бара? Может и правильный подход. Просто отпустить данную ситуацию и продолжить дальше вариться в едином котле. Не для всех соприкосновение губ является столь важным жизненным шагом. - О нет. Это не про меня. Я уж лучше потяну бокальчик-другой, а парни выпьют все остальное. Лиза громко смеется и толкает Остин бедром. - Если ты не поторопишься, то и двух бокальчиков тебе не достанется. Николь еще в самом начале отметила, что у солистки группы довольно-таки приятный голос. Не высокий, с едва ощутимой хрипотцой. Она великолепно поет. И именно эту правду – заслушивалась в любимых моментах бархатными звуками Лизы – Ники умалчивает, когда Кэми интересуется о концертных впечатлениях. - Ты сегодня звучала как никогда превосходно, – вылетает, будто само собой. Но разум быстро ретируется: - Вот что бывает, когда аппаратура качественная. Жаль, что не во всех местах такую могут предоставить. Последнее слово прозвучало очень тихо, сбивчиво, под действием пристального взгляда и неоднозначной ухмылки. Лиза, не мигая, смотрит ей в глаза, а потом медленно подается вперед. Николь входит в оцепенение. «Ну действуй же ты, давай! Отстраняйся!» - нет. Тело натягивается и замирает. Остаются миллиметры, прежде чем ее губы вновь накроют чужие. Но момент рушит громко хлопающая дверка туалетной кабинки, и Ники, резко всхлипнув, отступает, будто возвращённая в реальность громким пугающим звуком. Кэми пялится. Прищуривается, пыхтит. На лице Лизы появляется разочарование, а потом презрение, когда она поворачивает голову к покрасневшей рыжеволосой девушке, что так же, не двигаясь с места, метает огненные молнии. - Ладно. Жду за столиком. Там, наверное, уже половину выхлебали. Доделывай дела и приходи. Я сохраню твою ПАРУ стаканчиков.  Подмигивает Николь, еще раз презренно окидывает взглядом Кэми и выходит. И сейчас самое время подготовиться. Уже спина чувствует, как на ней оставляют ожоги яростные зеленые глаза. Жизнь – тот еще насмешник. Постоянно позволяет кому-то присваивать Остин как трофей, собственность, имущество. Это так надоело. Хочется просто быть рядом с кем-то, но всегда делать то, что важно самой себе. Без оправданий! Без неловкости за собственные поступки. Говорить, если есть желание или не говорить вовсе, при этом встречая понимание, а не осуждение. - Вы хотели поцеловаться, правильно я понимаю? – Старт дан, и Николь нервно и громко выдыхает. - Кэми, не начинай, пожалуйста. Никто ничего не хотел. - А что тогда это, мать его, было сейчас? - Рыжеволосой смерч вылетает из кабинки, становится позади девушки, к которой сейчас в голове рождается один за другим миллион вопросов и претензий. Воздух пропитывается яростью и напряжением. Ники не хочет. Не хочет ссориться. Она знает, как Кэми ее ценит, дорожит новой дружбой. Видит, что та чуть перегибает, но это все ввиду своего возраста и так понятно. Все это очевидно, но усталость берет свое. Надоело. - Так. Давай мы сейчас успокоимся. Обе. – Руки, что есть мочи сжимают край раковины, а сердце гулко долбит по ребрам. – И не станем разводить ссору на ровном месте. Хорошо? Хорошо? Хорошо ли? Остин и сама не в восторге от ТАКОГО внимания Лизы, но терпеть чьи-то поучения – выше имеющихся сил. Больно их поистрепали за 27 лет. - Ты только недавно еле выбралась из тирании и теперь так сразу хочешь в новую? Да еще и с девушкой??? Ты че, мать твою, сбре… - Кэми, хватит! – Струна лопнула. Николь резко разворачивается и вперивается почти черными глазами в зеленые. – Я сама разберусь со своей личной жизнью! Не нужно меня пасти, как овцу! У меня есть мозг, память и ум! Поэтому я НАСТОЯТЕЛЬНО тебя прошу: если ты хочешь, чтобы наши отношения оставались такими же дружескими -  НЕ. СТОИТ. МЕНЯ. ЛЕЧИТЬ! – «Я этого уже наглоталась сполна». Схватив с тумбы свой телефон, Ники почти вылетает из уборной, оставляя рыжую шокированную девушку в гордом одиночестве. За столиком уже во всю льётся веселье, звучат тосты. Лиза заняла место для Николь рядом с собой, ни на йоту не допуская возможность, что та усядется где-то в другом месте. Она видит это взвинченное, граничащее с обычным и привычным для всех состояние. «Мелкая заноза все же успела выбесить. Вот противная зараза». - Забей! – Как по волшебству перед Остин появляется стакан с текилой и кусочек лайма, не оставляя возможности сказать и слова. Отлично. Через долю секунды пятьдесят грамм живительной влаги скрывается в желудке, приятно горяча изнутри. Самое нужное средство для спокойствия. Николь нервно стучит по столу, будто по клавишам, а нога дергается в ощутимой дрожи. Как-то сильнее жахнула ревность и собственичество Кэми, чем в прошлые разы. Ощутимее что ли. Напоминает тот день в клубе с Соло. Тело покрывается не приятными мурашками, стоит вспомнить: постель, срыв одежды, боль. Это дьявольское шипение у самых губ. Унижение. И укус. Кстати, след от него все еще остался, хоть и не так уж заметен. Просто белые прерывистые линии от зубов полумесяцами, будто азбука Морзе над правой ключицей. В кончиках пальце концентрируется омерзение. «Больная черная дура! С какой стати вообще она вздумала меня присвоить? Потом вообще потащила на ярмарку, делая вид, что нормальная.» - Еще одна порция текилы внутри. «На эти тупые скачки… Нет! Только не эти воспоминания! Только не он!» -  Почему вообще такие мысли сейчас в свободной, но не осознавшей все полностью голове? Этот голос… Надменный мужской бас, что недовольно возмущался о том недоразумении… Ники считала себя уже мертвой в ту секунду. И если бы не… Алекс? Рука, твердо прижимающая к себе. Фразы с высокомерной грубостью, что поставили его в тупик…Тогда, казалось, что она врежет. Затопчет ногами. Да что говорить: она почти подорвалась с места, если бы… - Лиза, дай ту таблетку, что ты предлагала в номере. – Сама от себя не ожидала подобного. Но не важно. Надо затуманить разум и рассеять эти дурацкие мысли. Все до одной.  Проглотила, запила текилой. Теперь нужно немного подождать. Приходит в себя на танцполе: на лбу и шее ощущается пот, глаза заволокло экстазом. Об нее трутся. Прижимаются теснее. А в голове пустота. Пустота и спокойствие. То, что доктор прописал. И имя ему «Остин». Ее касаются, гладят по плечам, сжимают талию. Зрачки сужаются под действием ярких вспышек. Кто-то дышит, уткнувшись в затылок. Кто-то знакомый, но разум расфокусирован. Он не может сообразить, кто это. Чувствуется, как вытаскивается из светлых слоучей белая кофта, живот ощущает прикосновение чьих-то горячих ладоней, но в душе по-прежнему россыпью белых лепестков расстилается эйфория. Очередная вспышка - и губы ощущают прикосновение. Еще одна -  призывает отдаться воле и расслабиться. Еще – во рту привкус лимона, принесенный чужим языком. Нижнюю губу берут в плен. Нежно посасывают, и Ники не сдерживает блаженный стон, не смея поднять расслабленные веки. Что-то твердое ощущает спина. Ее с силой вжимают в стену. Вспышка и…

Ххх

Трудно и больно, но глаза, едва шевелясь, распахиваются. Темно. «Где это я?» - Все, что может выдать нестабильно работающий мозг. Голова трещит так, будто на нее недавно надевали огромную кастрюлю и лупили по ней чем-то металлическим. Кое-как хватает сил пошевелить рукой, что безвольно лежит на боку под тонкой простынью. Стоп. Кончики пальцев еще раз играют в тактильный перебор на бедре. «Я, что…» - Николь резким рваным движением все же заставляет свою руку поднять укрывающую ткань, чтобы можно было заглянуть, а потом нервно и истерично сглотнуть. «Голая?» Голая. Полностью. Хочется вскочить, но тело ватное. Оно не слушается. Несдержанное хныканье. Как можно было до такой степени не контролировать себя? Как??? Рядом чувствуется шевеление, и у Остин внутри все обрывается. Она явно не одна. И явно с ней рядом тот, кто… Позволил ей быть голой. Тот, кто голой ее сделал… Земля все-таки разверзается, и теперь физическая боль по праву переплетается с моральной. Повернуться и взглянуть на того, кто сейчас посапывает рядом… Выше всяких остаточных сил… Приехали.