Мой путь в мире чакры

Под покровом тьмы, среди густых лесов, по ветвям деревьев, бесшумно двигались четыре тени. Одна большая и три поменьше. Они направлялись к месторасположению базы одной банды, замеченной возвращающимися с задания оперативниками. Идеальная цель, как одна из первых миссий для подрастающих шиноби. У входа в бывшую небольшую деревушку тени остановились. Ведший своих учеников показал знаками «Внимание» и «Наблюдение», указав на двойку охранников в дозоре. – Да, удачно они сходили. – отозвался на реплику товарища неопрятный мужчина тридцати лет. Среднее телосложение, средний рост. Подбородок был покрыт щетиной, волосы не были ухожены, одежда представляла из себя старьё. – Они не только деньжат заработали, но и девок притащили. – продолжал разговор второй парень. Примерно двадцать пять лет, худощавое телосложение, средний рост. Лицо пересекал отвратительный шрам, который просто некому было обработать, и его оставили заживать так. Одежда не особо отличалась от того, что было у первого, такое же старьё. Эти двое явно были не на вершине, и даже не в середине иерархии банды. Потому они часто выполняли отвратительную, тяжёлую или просто нудную работу. – Паршиво, что мы доберёмся до них только днём. К тому моменту мы будем далеко не первые… – раздосадовано протянул бандит. – Это да… – товарищ скривил лицо, его очень не устраивало такое положение вещей, но ничего поделать он не мог. Свой шрам он получил как раз когда возразил группе более старших в иерархии, за что был проучен. Возникла пауза. Прячущийся в тени показал знакам «Действовать» вместе со знаком «Тихо». Две тени исчезли со своих мест, заходя к своим целям с боков, делая небольшие крюки. Один из бандитов спокойно набирал в грудь воздуха чтобы что-то сказать, не подозревая об опасности для своей жизни, как внезапно его голова повернулась на сто восемьдесят градусов с тихим щелчком-хрустом. Второй успел лишь осмыслить, что произошло и заметить тень позади товарища, но не успел закричать. На его шее сомкнулись чьи-то руки. Через мгновение послышался тихий хруст. Два тела были утащены в сторону и спрятаны, чтобы раньше времени никто случайно не нашёл их. Снова старший масочник показал своим подопечным знаки «Движение», «Тихо». Все четверо двинулись вглубь заброшенного поселения, в котором недавно обосновалась целая банда. Первый дом. Разрушенное здание с отсутствующей частью крыши. Внутри трое человек разожгли костёр и о чём-то говорили. Они были одни из тех немногих, кто не спал. Из почти сотни бандитов, на ногах были человек тридцать, включая главаря, но это было не столь важно. Три тени метнулись к целям через дыру в крыше. Бандиты успели лишь заметить, что к ним кто-то проник. Но в тот же момент, когда группа даже не успела встать со своих мест, уже валялись со свёрнутыми шеями. Одному из масочников пришлось сперва вырубить цель, так как тот был чуть дальше и было неудобно заходить за спину. После, конечно же, и его шейные позвонки разошлись. Следующий дом, семь тел, все спят. Тихо несколько теней проникли внутрь, а через минуту уже вышли. Минус семь человек. И так дом за домом. Группа за группой. Часть не спящих, снова группа, но уже из пяти человек. Один из масочников показал знаками «Три» «На мне» и сложил руками ещё один знак. С тихим хлопком, не слышимым в ночи, появилось две точные копии. Парень в плаще и маске, что был чуть выше своих товарищей, показал «На позиции». Когда же все заняли свои места и были готовы, последовал Знак «Действие». Секунда и пять людей оседают безжизненными телами. Упасть им не дают те же, кто и убил их, а после утаскивают в чуть более укромное место, чем открытое пространство, на котором те расселись. Главное здание. Внутри горит свет. Банда, а точнее самые главные в иерархии, празднуют успешное дело. Десяток человек в просторном помещении. Двое это девушки, внешность которых можно было бы назвать красивой несколько часов назад. Сейчас они напоминали безжизненных кукол. Мёртвый взгляд, отсутствие движений. Их обоих сейчас пользовали ублюдки, даже не обращая внимание на своих товарищей. Все они пьяны и не особо заботятся хоть о каком-то приличии. Босс банды в другой комнате. Принято решение сперва разобраться с главарём. Тихо, один из тройки пробирается по залу, скрывая своё присутствие, к двери в другую комнату. Его даже не заметили, настолько он растворялся в восприятии пьяных ублюдков. Внутри небольшой комнаты была целая кровать, на которой крупный мускулистый мужчина, в данный момент пользующий третью девушку, самую красивую, которую они нашли в разграбленной деревушке. Главарь бандитов был повёрнут спиной к двери. Парень прошёл к нему неслышимыми шагами и одним резким движением свернул шею, как сворачивал другим людям сегодня. Девушка в данный момент не отличающаяся от других жертв, заметила как её мучитель умер. За ним стоял человек в тёмном плаще и маске. Мёртвый взгляд оживился на самую малость. Наконец тварь, что убила её родителей и младшего брата, мертва. Жаль лишь, что отделалась так просто. – Прошу, убей меня. – тихим голосом произнесла она. – Мне больше не зачем жить. – ей некуда было идти, сломленная, не имеющая дома, лишившаяся всей семьи. Её воля слишком слаба, чтобы попытаться вернуться к прежней жизни. Полностью сломленная. Шиноби кивнул и в момент оказался рядом с ней, после чего одним слитым движением лишил девушку жизни. С оставшейся группой троица шиноби решила разобраться уже особо не прячась. Восемь человек осталось от банды, и часть из них была слишком занята своим делом. Часть валялась, уже не в силах продолжать празднование. Один из них заметил, как несколько его коллег осели на пол, и стоящих возле них масочников. От понимания и испытываемого ужаса организм начал стремительно трезветь, но это ему не помогло. Уже через пару секунд он так же был мёртв. Три человека вырезали… хотя нет, истребили, целую банду, состоящую почти из сотни человек, затратив при этом всего минут двадцать. Они даже не особо торопились. Все трупы бандитов были стащены в одну кучу и преданы огню. А тела трёх девушек, ни одна из которых не смогла бы оправиться от случившегося, с помощью техник земли похоронили в наспех созданных могилах. Четверо людей, четверо шиноби, сложили руки в молитвенном жесте, прося богов проводить души невинных в Чистый Мир. Даже Одиннадцатый, будучи человеком, способным легко по приказу убить даже невинных, не остался безучастным. Его руки давно были по локоть в крови, но маленькая частица сострадания и человечности, заставляла молиться за души умерших. Неважно, коллеги по организации, шиноби других деревень или обычные люди, ставшие жертвами разборок ниндзя. За души всех он молился. Это то немногое, что он мог сделать.

***

Первая наша миссия была простой, без каких-либо непредвиденных обстоятельств. Устранение банды преступников. Ничего сложного. Если не считать, что это были наши первые убийства. На счёт Шина не в курсе, но я и Сай точно впервые убили сегодня. И далось мне это… относительно легко, как ни странно. Во-первых, я знал, что рано или поздно это придётся сделать, потому настраивал себя на нужный лад ещё давно, чуть ли не с начала тренировок в Корне. Во-вторых, убивали мы не совсем людей. Вернее сказать, моя мораль, и так начавшая изменяться, не протестовала против очистки мира от таких мразей. Правда небольшая дрожь в моих руках всё-таки была, когда я впервые убил человека. Свернув шею одному из преступников на посту, я почувствовал нечто странное. Мне было с одной стороны плевать на того, кого я убил, но в то же время я понимал, что теперь уже пройдена та грань, когда меня можно было считать нормальным по меркам моего прошлого мира. Или нет? Что для меня сейчас есть норма? Если считать мораль и законы прошлого мира за норму, то да, я поступил так себе, ведь неизвестно, какие преступления за плечами конкретных личностей, вдруг они не успели ещё совершить что-то ужасное. По законодательству моего прошлого мира, всех надо было изловить и сдать властям, чтобы те назначили соответствующее по закону наказание. Но если бы мы так поступили, то скорее вызвали бы недоумение у стражей порядка. Шиноби не убившие обычных бандитов, а заморочившиеся с их транспортировкой к властям, это что-то выбивающееся из привычной картины представления у людей о шиноби. По понятиям этого мира мы поступили не то что правильно, а даже замечательно. К тому же, в таком раннем возрасте уже начать гробить вражин и не особо переживать об этом. Для некоторых кланов подобное даже гордость. Можно сказать частично вступил во взрослую жизнь до получения протектора. Жалость и сострадание нередко являются ошибкой. Так я поступил нормально или не совсем? Как я старый отнёсся бы к этому? Наверное негативно, как в принципе отнёсся бы к тому, что здесь с детства взращивают убийц. Но в этом мире всё иначе. Я сам теперь малолетний убийца. Без этого никак, убивать придётся по любому, причём делать это ещё не раз. И действительно наверное лучше, что я прохожу этот этап сейчас, а не позже. Мало ли чего могло случиться и как бы моё сознание могло отреагировать. Больше нет старого меня. Принципы и взгляды меняются. Новая жизнь, в которой стоит забыть устои прошлой. Стоит следовать морали этого мира, пускай она местами уступает убеждениям моего прошлого. К тому же, начиная мыслить понятиями шиноби, при воспоминаниях о прошлом мире, могу сказать, что в какой-то степени люди двадцать первого века глупы, и придумывают много лишнего в духе бесценности человеческой жизни. Вот как по мне нелогично, по меньшей мере. Чья жизнь ценнее? Какого-нибудь богача филантропа или серийного убийцы маньяка? На таком контрасте легко можно понять, что первый явно больше сделал для общества, а второй лишь «вредитель». И при этом люди говорят, что все жизни одинаково важны и ценны? Сейчас у меня появляются сомнения в здравомыслии таких личностей.

***

Намикадзе Минато в данный момент времени наблюдал за своим сыном. По крайней мере Четвёртый Хокаге так думал. Ещё утром он сбросил дела деревни на своего верного помощника Шикаку Нара. Представитель клана теневиков очень не вовремя решил зайти с утра к своему лидеру. Нара желал поскорее закончить с работой, которой у него в этот день было не много, а всё оставшееся время придаваться праздности, но не тут то было. Минато, ничего толком не объяснив, сгрузил немногочисленные дела деревни на Шикаку, переместился с помощью своей коронной техники Летящего Бога Грома. Самый ленивый человек всея Конохи издал полный вселенской скорби вздох, и всё же принялся за работу. Не смотря на свою огромную лень, Нара не были бездельниками, пускай и старались выкроить лишнюю минутку для праздности. Минато тем временем снарядился в свою личную форму АНБУ старого образца, надел маску с схематичным рисунком филина на ней, и отправился следить. Кушина сказала, что собиралась сходить к своей подруге Микото, а потому Намикадзе придётся одному посмотреть на их сына. В академии Наруто по большей части скучал. Точнее оперативник под маскировкой изображал скуку. Его работа вообще была не столь сложна. Личностью Узумаки Наруто был по большей части одинокой. Лишь несколько знакомых в классе и одна подружка, но та уже выпустилась, так что тут проблем не было вовсе. Единственное, что напрягало, это вероятность проявления несправедливого отношения со стороны классного учителя. И нет, не обязанность устроить пакости напрягала. Аналитики Корня, будучи серьёзными людьми даже в таком вопросе, разработали несколько сценариев, как можно действовать и какую подлянку устроить. Напрягала возможность после проделанной шалости попасть на разговор к директору академии, коим является Сарутоби Хирузен, Третий Хокаге, получивший прозвище Профессор за свою коллекцию знаний о техниках, методиках и прочем, собираемую на протяжении многих лет. Конечно маскировка была довольно качественной и должна выдержать не первичную проверку, подделывая даже ауру чакры по образцам, но если решат провести углублённую проверку, то будет плохо. Впрочем, даже вариант того, что Сарутоби решит прислушаться к своим сенсорным ощущениям, проверяя чакру мальчишки, был мал. Конечно Третий Хокаге на самом деле будучи тем ещё параноиком, даже сортир на наличие ловушек мог начать проверять, и обыгрывает его в величине паранойи только Шимура Данзо. Но даже так, находиться рядом с таким человеком, притворяясь официальным джинчурики деревни было испытанием для молодого, пускай и старше личности, под которую он маскируется, но смышлёного оперативника. Прошлые несколько дней всё было тихо, приходилось разве что отстаивать место перед одноклассницами, которым так хотелось посидеть рядом с их обожаемым наследником Учиха. - Глупые. Как будто у них есть шанс привлечь внимание этого высокомерного, не без причины, парня. Ничего особо из себя не представляя у них просто нет вариантов. К тому же, своим навязчивым поведением они лишь уменьшают свои шансы. - размышлял в те моменты оперативник. Впрочем, это были не заботы «Наруто». Главное - это прийти пораньше и успеть занять своё место. Иначе придётся сидеть на другом месте, куда так же перебазируется Учиха, спасаясь от своего фан-клуба. – Итак, класс, сегодня я решил вас немного удивить. Как иногда раньше происходило, сегодня мы так же разбавим учебный процесс. Предлагаю вам написать на выданных листках о том, чего вы желаете больше всего. Все листы будут собраны и сохранены академией до вашего шестнадцатилетия. Потом посмотрите, смогли ли вы добиться того, чего желали ещё будучи в академии. Такой подлянки оперативник не ожидал. Но паниковать даже мысленно не спешил. Такие внезапные уроки, бывающие раз в два-три месяца, где задаётся несложная цель, дабы отвлечь от скучного процесса обучения детей, не должны вызывать у подготовленного агента проблем. Времени было много. О чём мог мечтать парень одиннадцати лет, являясь сиротой? Самый очевидный вариант - это наличие родителей, по крайней мере до момента, когда парень сможет смириться с действительностью. Второе – это стать сильным и прославленным шиноби, как учат преподаватели, Воля Огня, и другая пропаганда. На этом стоило остановиться. Расписать о желании иметь любящих родителей и становлении достойным шиноби было делом быстрым. И сейчас оперативник просто отдыхал. Тем временем Сарутоби Хирузен, находясь в своём кабинете, почувствовал неладное. Кто-то достаточно сильный был вблизи академии и очень хорошо это скрывал. Не подавая вида, директор открыл окно, якобы чтобы была возможность проветрить помещение и покурить трубку. Одновременно с этим бывший Третий Хокаге осматривал округу и прислушивался к своим ощущениям. - что впрочем вряд ли заглушило паранойю потенциального противника. Любое движение вблизи такого человека как Третий Хокаге, точно будет настораживать, но в случае чего Хирузен смог бы с реагировать на действия неизвестного. Минато следящий за аудиторией своих детей, по большей сути скучал, так как ничего интересного не случалось. Как внезапно Намикадзе почувствовал на себе пристальный взгляд. Обратив внимание в ту сторону, откуда чувствовалось наблюдение, Минато столкнулся с подозрительным сощуренным взглядом Сарутоби Хирузена, курящего трубку, прямо таки ощущающего Желтую Молнию, пускай и не видел того полностью. Теперь придётся объясняться. Блеснул кунай, брошенный Четвёртым в сторону открытого окна, отражая солнечный свет. Хирузен успел сместиться с траектории полёта трёхлезвийного куная. Тот, ещё не успев попасть в стену, был перехвачен Минато, появившимся в кабинете по средством использования своей излюбленной техники. – Здравствуйте, Третий-сама. Как ваши дела. – снимая маску АНБУ, добродушно поинтересовался блондин. – И тебе привет. Что ты вообще здесь делал? – у старика были теории, но убедиться окончательно в них он только после разговора. – Да так, за детьми понаблюдать пришёл. Хоть как-то развеяться хотелось, а то всё дела да дела. – сказал правду Минато. – За детьми значит… – протянул Сарутоби, уже успев разместиться за своим столом, заменяя табак в трубке. Тут в дверь постучали. Минато сразу метнул кунай в мишень на стене, присутствующую здесь больше для красоты, после чего переместился Хирайшином. – Войдите. – никак не отреагировав на действия Намикадзе, сказал Сарутоби. – Третий-сама я провёл тот урок. Вот бланки, мне их запечатать и отнести в специальный архив? – Умино Ирука сообщил о проведении небольшой традиции, имевшейся в академии. Сам Хирузен считал традицию немного грустной, ведь не факт, что все из учеников доживут до своего шестнадцатилетия. – Оставь, я сам этим займусь чуть позже. Умино положил стопку листов на стол и удалился, не придав значения приметному кунаю в центре настенной мишени. Через две секунды после закрытия двери в кабинете появился Минато, что лишний раз не хотел показываться на глаза другим, тем более будучи одетым в свою экипировку АНБУ старого образца. – Хм… неужели уже пора? – Минато знал о проводимой традиции, пускай той в его время обучения не было. – Разрешите посмотреть, чего там желают мои детишки? – могло показаться, что Намикадзе поступал не очень красиво, но в этих письмах подрастающие шиноби почти никогда не писали о своих сокровенных желаниях, чаще избирая вариант со становлением достойными шиноби своих кланов и деревни или желали чего-то незначительного, о чём не стесняясь могли рассказать кому угодно. Третий не стал возражать, зная, что вряд ли там будет что-то, о чём лучше было бы не знать. В будущем эти тексты должны будут стать напоминанием о беззаботном времени в академии для уже взрослых шиноби. Намикадзе перебирал листы, ища нужные имена. Ами и Аки желали стать Хокаге, это основная тема их письма самим себе в будущее. А письмо Наруто повествовало о желании иметь любящих родителей, ну и по стандарту стать сильным шиноби. У Намикадзе, лишь быстро пробежавшего глазами по тексту, уловив суть написанного, кольнуло сердце, и тот еле сдержался, чтобы не сжать руки в кулаки, и тем самым помять листы бумаги. Как же он жалел о своём решении. – Жалеешь о своём выборе? – Сарутоби был очень проницателен и заметил мелькнувшее во взгляде мужчины сожаление. – Вы не представляете насколько. – сложив листы бумаги на стол, Минато с усталым видом присел на диван, так же имевшийся в кабинете директора. – В последнее время я всё чаще вспоминаю ту ночь и свой поступок. Как я жалею, что не смог тогда наплевать на осторожность и мнение кланов. Наруто растёт один. А ему хочется иметь любящих отца и мать. – глянул в сторону стопки бумаги Минато. – Эх… такова доля Хокаге. Джинчурики в первую очередь должен быть лоялен деревне, а уже во вторую Хокаге, чтобы носитель после ухода лидера не был тому лояльным. Носители демона в первую очередь являются оружием деревни, как это не прискорбно. – Не думал, что когда займу пост, мне придётся идти на подобные вещи. – невесело отозвался Намикадзе. – А я на посту Хокаге сколько лет был? Поверь, я знаю, каково это, поступать так, как надо, а не так, как будет правильно. Повисла пауза. Разговор зашёл не туда. Но по итогу Минато решил поговорить о том, зачем он собственно и пришёл. – Можете рассказать мне про него? – Хм… он похож на тебя. Умный, достаточно смышлёный, но в отличии от твоих первенцов, имеет немного другое видение мира. Не намерен просто так прощать и обязательно ответит на агрессию. Он не имеет мечты стать Хокаге, а потому не старается заслужить чьё-либо доверие или дружбу. А так же скрывает свой настоящий уровень сил. Мне с моим опытом это понять было не так сложно. Минато слушал очень внимательно, но последнее его смутило. – Он скрывает свой потенциал? Зачем? – Без понятия, может рационализм и паранойя, недоверие. Последнее вероятно, так как он ни с кем особо не общается, а так же некоторые люди относятся к нему предвзято. - выразился Хирузен, так же не особо следящий за слухами в деревне. Единственное, что он знал, это об непонятно как случившейся утечке информации. – Я заметил. – Намикадзе обратил внимание на отсутствие контактов и обособленность Наруто в классе. В отличие от Минато, что всегда был душой компании, как и Аки с Ами сейчас, Наруто выделяется своим нежеланием заводить много знакомств. Ранее тот вроде общался с одной девочкой, что была на год старше, но Намикадзе со своей работой постоянно откладывал момент, для того, чтобы лично понаблюдать, довольствуясь рассказами Кушины, что с недавних пор стала периодически следить за сыном. Как итог – просто упустил момент. – Думаю… нет, знаю, в будущем твой младший сын нас ещё удивит. – Охотно верю. – улыбнулся блондин, он с нетерпением будет ждать момента, когда каждый из его детей себя проявят.