Мой путь в мире чакры

Всё закончилось. Адреналин перестал бить по мозгам, а те в свою очередь сменили приоритет. Вернее, тот просто исчез. Мы выжили и справились с внезапно появившейся задачей. У меня почти начался отходняк, но я частично взял себя в руки, напомнив самому себе, что работы ещё достаточно. Всё равно присутствовало чувство облегчения. А вот Намикадзе реагировали иначе. До них начало доходить осознание произошедшего, и не имея опыта, их реакция была вполне предсказуема. Стоя там, снаружи храма, и оглядывая очень скудно освещённую площадь, думал, что именно темнота останавливает нас от того, чтобы очистить желудок. Я обратил внимание на родственников. Руки, всё ещё держащие оружие, подрагивали, а взгляд неотрывно смотрел очертания на кучи трупов внизу. В глазах отразился страх и неверие, отрицание того, что нечто столь ужасное могло произойти. Зрелище последствий кровавой бойни даже меня пробирает, а ведь я уже убивал и не раз, да и ирьенином работал. И если даже на меня повлияло, то чего уж говорить о близнецах, не имеющих подобной выдержки. Да, в запале боя мы не думали над тем, кто нам противостоит, но теперь… – Дети… я видела детей среди них и… я убила их и не только их. – дрожащим голосом, и такими же подрагивающими веками тихо произнесла Ами. – Наруто, Аки я… – обернулась к нам она. – Ами! – мой громкий голос заставил ту вздрогнуть. – Ты не убивала их. – Но ведь… – попыталась повторить ранее сказанное девушка надломленным голосом и скапливающейся в глазах влагой. Её голова начала разворачиваться обратно к площади. Я положил руки ей на плечи, встряхнул и заставил смотреть лишь на себя. И с полной уверенностью в голосе начал говорить. – Нет! Не смей себя винить в их смерти! Не ты это сделала, а эти грёбаные культисты. Они сделали это с ними, осквернили и изуродовали их тела и души. Они убили их суть. Ты… мы подарили этим людям избавление. – я выдумывал на ходу, не заморачиваясь с тем, правда ли это. Просто требовалось успокоить сестру. Истерика нам тут не нужна. – Ты сделала всё что от тебя требовалось, сделала лучшее, что могла в данной ситуации. – продолжал убеждать её я. – Но что… если был способ исправить. Исправить всё это. – она указала рукой на площадь, ещё не соображая в полной мере о своих словах. – Или предотвратить… – Поздно Ами, смирись. Если в Стране Волн ещё можно было что-то оспорить, попытаться предпринять что-либо. То здесь от нас не зависело ничего. Мы не знали, что готовится что-то. Нашей вины нет ни в чём. Мы лишь защищались. Мы даровали им покой. – Подумай сама, было ли лучше, если бы они осознали впоследствии, что убили своих родных, знакомых, видели их смерть и ничего не могли сделать. Так мы дали им возможность воссоединиться в Чистом Мире. Не мучиться сожалениями. Поверь, это лучшее, что мы можем. – Но если тебе так хочется помочь, то помоги с ранеными. Есть несколько ещё живых шиноби и монахов, есть спасённые гражданские внутри храма. Заботься о живых, о тех, кому в состоянии помочь здесь и сейчас. Я конечно не прирождённый оратор, но мои слова возымели эффект. Девушка успокоилась, взяла себя в руки и с мрачной решимостью во взгляде уже собиралась действовать. – Вот и отлично! Иди внутрь и подготовь места для новых раненых. Мы с Аки приведём их. Ами убежала, а я обратился уже к брату. – Я в порядке… в порядке. – повторился он, а я понял что ни разу он не в порядке. Эх… ну что за непруха? Вообще-то это старшие о младших должны заботиться, а не наоборот. – Аки, я понимаю что ты ощущаешь. – положив руку ему на плечо в подбадривающем жесте, продолжил. – Но если не мы, то кто? Мы шиноби, мы знали на что шли. Возьми себя в руки. Сейчас наша задача помочь тем, кому можем. Но если хочешь, можешь идти внутрь и помочь там. А здесь я сам как-нибудь справлюсь. Вот последняя фраза на удивление подействовала особенно сильно. Была у меня мысль о причине данного поведения, но развить её времени особо не было, нужно заняться делом. Охранение из нескольких АНБУ, среди которых затесался так знакомый мне Учиха Итачи, позволило без опаски вернуться к своему изначальному занятию, а именно лечению пострадавших. Мне в этом деле помогали брат с сестрой. Ирьенинами они не были, а потому максимум что могли сделать, это перевязку. Но даже так, это помогало им отвлечься, сконцентрировавшись на другой задаче. Прошло достаточно времени, прежде чем мы окончательно закончили. Уже взошло солнце, наступило утро. Мы завтракали сух-пайками и только сейчас я вспомнил о Цунаде. Прислушавшись к восприятию, засёк её чакру в пределах храма. Ладно, пускай, позже можно разобраться с ней. Сейчас важнее другая приближающаяся знакомая сигнатура. – Там ведь был Орочимару? Как вообще всё происходило? Чем всё закончилось? – стоило Джи приблизиться к нашей компании, задали мы интересующие нас всех вопросы. Казалось командир что-то хотел сказать, но по итогу махнул рукой, мол, всё потом, и поинтересовался уже у нас о ситуации. Мы кратко поведали о произошедшем тут. Командир сказал, что мы вскоре отправимся назад. Очисткой города от трупов заниматься будем уже не мы. Так же передал сведения от командующего одним из отрядов АНБУ. Оказалось, что далеко не весь город попал под влияние ритуала джашинитов, так что Танзаку в могильник или город призрак не превратился. Коноховский гарнизон довольно быстро справился с обращёнными, не давая пойти устраивать хаос в других частях города. По факту самые большие потери произошли именно что в боях с культистами. Выслушав рассказ, мы направились к той, из-за кого мы в этом городе собственно и оказались. Нужно понять, возвращаемся ли мы с ней или без. В месте дислокации Сенджу обнаружилась и её ученица. Судя по состоянию Цунаде, сидевшей с полупустым взглядом и кружкой в руках, отвар в которой судя по всему давно остыл, можно сделать вывод, что она всё ещё переваривает случившееся. – Цуна, ты как? – подал голос Джирайя, когда на наше появление отреагировала одна лишь Шизуне. Легендарная ирьенин дёрнулась и наконец обратила взгляд на нашу невесёлую компанию. Настроение по понятным причинам у нас было далеко от хорошего. Да и устали мы. Интенсивный бой, а я ещё и почти под ноль чакру истратил, пока лечил пострадавших. – Сложно сказать… – протянула женщина, вернувшись в исходной положение, словно считая, что на этом разговор окончен. – Помогла вам шоковая терапия? Готовы посетить Коноху? – нетерпеливо поинтересовался я о главном, упорно игнорируя неодобрительный взгляд Жабьего Отшельника. Настроения не было от слова совсем. Цунаде уставилась на меня. В её глазах так и читался вопрос – “Ты что, издеваешься?”, или что-то похожее. Но я желал узнать наконец правду. Тем более, что придаваться унынию и невесёлым мыслям, слишком долго, вредно. – Нет. Мне потребуется отойти от произошедшего. – дала Цунаде ответ. Я выпал в осадок, но очень быстро данное состояние прошло, уступив место злости. Почему ей в каноне хватило меньшего? Потому что был стимул? Или что? Чего этой псевдо-легенде ещё нужно, чтобы преодолеть свой страх? Может шоковая терапия не сработала на полную. Появилось нездоровое желание это проверить. Желание дать Сенджу не просто увидеть кровь, но ощутить на своей коже. Однако лёгшая на плечо тяжёлая рука Джирайи и его предостерегающий взгляд останавливал от любых агрессивных действий. Тело прямо таки трясло от гнева, хотелось дать выход чувствам. Появилось ощущение, что через всё это мы прошли зря. Но меня как будто парализовало, придавило самим присутствием рядом нашего командира. Я глянул прямо ему в глаза и увидел лишь сожаление, усталость и немое извинение за то, что ничего нельзя сделать именно сейчас. Пришёл частичный покой. Злоба будто ушла внутрь, и я лишь скрипел зубами. Ощутил как мне на плечо легли ладони Аки и Ами. Они хотели поддержать меня, их взгляды так же были полны сожаления, и молчаливой поддержки, но это помогало слишком слабо. В груди потяжелело, а глаза начало щипать. Я так хотел, так желал привести помощь, но не смог. Что я скажу матери, когда вернусь в Коноху ни с чем? Я злился на Цунаде, которая так и не попыталась побороть свой страх, на Джирайю, не дающего мне дать волю эмоциям. Даже почти всерьёз обозлился на близнецов за то, что поддерживали Джи в этой ситуации, словно растеряв всё своё упорство. Но осознание беспомощности, бесполезности всех действий, сменяло жгучую ненависть на отчаяние. Тело ослабло, мысли сквозили исключительно негативными смыслами, а сознание подкинуло образ матери, тепло улыбающейся мне, заботившейся на протяжении многих лет. Она делал всё, чтобы помочь, уберечь, научить чему-то. Нет! Я не могу так просто сдаться, как эта чёртова Сенджу! Пускай без её помощи, но я помогу маме, отплачу за всю ту заботу и любовь. Есть ещё способы. В голове мелькнула мысль об Орочимару, но я быстро её вымел, слишком опасно. Нужно вернуться в Коноху, поискать ещё инфы, а уже после задумываться о крайних мерах. – Мне нужно побыстрее оказаться в Конохе. – вытирая выступившие слёзы рукавом одежды, твёрдо произношу я. – Наруто… – Я не могу бездействовать, раз один вариант не прокатил, поможет другой. И я должен найти его, для чего поскорее должен добраться до источников знаний. А они по большей части именно в Деревне. Препятствовать Джирайя моему уходу не стал, как и тому, что прямо за мной последовали Ами и Аки. Обратив внимание, увидел их настрой. Они поддерживали меня, пусть и не могли пока что действительно помочь. Не знаю в чём дело, но Джирайя за нами не последовал, возможно ещё дела есть. А может попытается предпринять что-то касательно Цунаде? Я не знал и не задумывался. Больше был полон решимости поскорее добраться до дома, а там видно будет, с чего начать путь к основной моей цели на данный момент. Однако… на тот момент я ещё не знал, что меня, да и моего брата, в Конохе уже ждут новые проблемы, должные если не кардинально, то довольно сильно отразиться на наших жизнях.

***

До Конохи добирались практически в полном молчании. Джирайя нас так и не нагнал по неизвестным причинам. Намикадзе отправились к себе, передохнуть, перекусить нормальной еды, а уже после направиться к Хокаге. Я бы тоже хотел передохнуть с дороги, конечно после того, как навестил бы свою единственную родительницу, но прежде всего пришлось идти в Корень, отчитываться. Отдохнуть в общем-то не удастся. Хотя почему? Создал клона и отправил на доклад в Корень, а сам отправился с визитом в госпиталь. К сожалению, мама отдыхала после процедур, приём гостей запретили. Решил зайти позже, да и пришедшие воспоминания от клона сменили мои планы. Одиннадцатого, моего куратора из Корня, клон не нашёл, хотел отчитаться в специальном отделе. Но там, не успела копия даже о начале миссии начать доклад, не то что подробнее рассказать о начавшемся зомби апокалипсисе в миниатюре, меня с какого-то направили прямо к Шимуре. В чём проблема всё в подробностях рассказать именно им? Я не знал, но делать было нечего. Может быть ему уже всё известно и нужно моё личное присутствие для каких-то дальнейших указаний. Впрочем, это не отменяет того, факта, что можно было поведать клону. Пришёл, подробно всё пересказал, поотвечал на уточняющие вопросы и имел возможность наблюдать сильно хмурого, даже можно сказать недовольного Данзо. Редко когда можно было заметить столь явные изменения в неменяющемся выражении Шимуры. Скорее всего он уже знал о случившемся, но я смог поведать больше подробностей. Глава Корня расписал несколько свитков и поручил своим людям их отнести кому нужно. Меня пока не отпускали и я решил воспользоваться небольшой паузой.

***

– Данзо-сама. Разрешите внести свою идею для вероятных дальнейших действий? Шимура, планирующий некоторые дальнейшие действия, отвлёкся от своих дум и кивнул. – Я считаю, что ситуацию с Орочимару нельзя так просто оставлять. И предлагаю в скором будущем воспользоваться возможностью и внедриться к отступнику. Возможность подобраться к нукенину и получить возможность наконец прижать Змея действительна была неплохой. Данзо после получения информации о вышедшем на контакт с Наруто Орочимару мог бы планировать воспользоваться подвернувшемся случаем. Допустим, можно было, чтобы парень слил часть информации, конкретно о предложении Орочимару, что дошла бы и до самого Четвёртого Хокаге. До этого Наруто мог отыгрывать крайнюю степень озабоченности положением своей родительницы, что впрочем было бы почти чистой правдой, что и стало бы причиной побега из селения под покровительство Змеиного Саннина. Однако в связи с заключённым договором, в котором Наруто имеет значимую роль, подобной схемой воспользоваться не выйдет. По крайней мере придётся идти другим путём и гораздо позже. А это чревато подозрениями Орочимару. Но всё это вообще не имеет смысла. Совсем недавно, всего за день до прибытия Узумаки Наруто, пришли сведения от Шисуи, успешно внедрившегося в Акацуки и уже вызнавшего кое-чего интересного. Конечно, предоставленные Учихой сведения следует проверить и перепроверить, но если те всё же верны, то можно будет забыть о проблеме отступника Орочимару. – Это не имеет смысла. Возможность обеспечить относительно стабильный и безопасный канал связи и постоянно дежурившую группу быстрого реагирования и прикрытия на случай критической ситуации, есть конечно. Но возможные риски слишком велики. – пока Шимура в своих объяснениях ограничился самыми основными причинами, которые могли сместить решения в сторону отказа, не обращаясь к неподтверждённой информации. Наруто был ценной фигурой в планах Шимуры и слишком рисковать парнем у Данзо желания не появлялось. Конечно, глава Корня понимал, что Узумаки преследует и свои цели, желая получить способ полного исцеления своей приёмной матери, а выгода для деревни идёт комплектом. – К тому же, для тебя недавно появилась более важная задача. – сделал паузу старик, настраиваясь на нужный лад. – Как ты знаешь, жизнь шиноби, это самопожертвование. Отказ от личных интересов в случае выбора между селением и собственным благом или благом меньшинства. Данзо понимал, что интерпретировать его слова можно как – “шиноби есть инструмент в руках власть имущих”, с чем многие бы не согласились. С Наруто такое могло не прокатить, так как тот имеет не полное воспитание Корня. Выучку и многие моменты парень запомнил, а так же показал свою надёжность и готовность исполнять приказы даже если они идут вразрез с его мнением, пусть и довольства при этом Узумаки не испытывает. Но даже такой уровень вполне удовлетворял Шимуру. – И иногда долг вынуждает нас поступать так, как будет правильно, а не так, как нам того хотелось бы. Многие считают это несправедливым и лишь самые достойные принимают и приспосабливаются к изменениям в их жизни. Умение смириться или отпустить дорого стоит. И оно в тебе есть, Наруто. Означенный Узумаки слушал вдохновляющую речь своего начальства с нескрываемой опаской перед тем, что же ему ещё придётся сделать. Видно было что настрой юноши после неудачной миссии по приводу Цунаде в селение, подорван. Новые навалившиеся трудности могут просто доконать его, но времени не было. Прознав о прибытии своих отпрысков, Минато разве что даст им день на отдых и уже завтра поведает о сложившейся ситуации. Хокаге лишь оттягивает неизбежное при помощи удобного предлога. Как глупо… А тем временем Шимура продолжал вещать. – Иной раз и вся наша жизнь меняется кардинально и заставляет даже прощаться с личными интересами, и даже принципами. Благо твой случай последнего не предполагает. Данзо сделал паузу, давая тем самым своему подопечному подготовиться. Тот напрягся ещё сильнее, готовый смело встретить очередные свалившиеся на его голову проблемы. Хотя скорее это было от безысходности и невозможности сбежа… тактически отступить из кабинета главы организации, тем самым оттягивая момент. – Как ты знаешь, положение в мире после атаки Суны на Коноху довольно шаткое. Деревня Песка понесла потери и теперь ослабла. Так же Страна Воды начала выходить из изоляции, но Кири слишком ослаблена гражданской войной. Угроза новой мировой войны нависла над континентом и единственный способ избежать нового витка кровопролитных событий, это заключить союз. – Именно так и решили совет Деревни Песка, а так же совет Тумана вместе с их Мизукаге. И для создания не простого союза, а рассчитанного на гораздо более долгий срок, было внесено предложения укрепить новый тройственный союз Стран Огня, Ветра и Воды созданием специальных символов мира путём заключения брачных соглашений. Старик вновь сделал паузу, наблюдая, как одна из бровей парня в удивлении приподнялась. Однако в следующую секунду сбитый с толку Узумаки нахмурился, размышляя, как это связано с ним. И пока догадка в голове парня толком не сформировалась, Шимура наконец выдал заключительную и самую важную часть. – Предложения поступили Минато, и были ориентированы на его сыновей. То есть на Аки Намикадзе и тебя. Твой кровный брат должен будет заключить союз с куноичи Кири, а ты в свою очередь обязан будешь связать свою жизнь с представительницей Суногакуре. Прошла секунда осмысления и Наруто не смог сдержать лицо, в неверии, с каплей мольбы, уставившись на Данзо. – Минато решил спросить вашего мнения, но по факту то лишь формальность. В действительности вероятность отказа никем не рассматривалась. Без этого союза все три страны в ближайшем и не очень будущем ждут глобальные перемены, что не закончатся ничем хорошим. Я знаю, что ты в состоянии осознать положение вещей, а потому, надеюсь, при вопросе о согласии ответишь положительно. Те же старейшины не преминут воспользоваться и методами силы и шантажа, заставив тебя принять предложение. Взгляд парня стал очень красноречивым. Он словно без всякой опаски обращался к Шимуре с вопросом - “Вы, млять, издеваетесь?!”. На что получил от Данзо лишь ожидающий взгляд. Это не было издёвкой или очень плохо шуткой. Всё взаправду и ему теперь с этим жить. Парень пару раз открывал рот, порываясь что-то сказать, но каждый раз останавливал себя. Шимура видел, как тот борется с собой. Взгляд становиться слишком задумчивым, Узумаки будто уже не здесь, а в своих размышлениях. Наруто прогонял слова Данзо раз за разом, и с отчаянием понимал, что его мнение власть имущими учитываться не будет. Всё внутри начало закипать, да настолько, что в пространстве кабинета разливались неоформленные в конкретную форму эманации гнева. Что в принципе хозяина кабинета нисколько не трогало, тот продолжал терпеливо ждать. Но тем временем мозг продолжал анализировать. На кону стоит будущее не только Конохи и Страны Огня, но и как минимум Суны и Страны Ветра. Тем более, он сам отказался от вступления в клан или семью Намикадзе, всё ещё числиться бесклановым, а потому особо выражаться против не может. За ним нет ни влиятельных людей, ни личной силы, чтобы поступать, как того хочется. За него уже всё решили, и Данзо сейчас лишь выступает информатором и проверяет его реакцию. Шимура для перестраховки лично решил проконтролировать реакцию Узумаки, одновременно донося важность поставленной перед аловолосым парнем задачи, без сантиментов и недоговорок. Прошло несколько минут раздумий. Кулаки и зубы Наруто в раздражении сжались. Атмосфера в помещении обычным людям и даже слабым шиноби уровня генина показалась бы гнетущей и удушливой. Опять он становиться заложником обстоятельств, меняющих его жизнь. Это означал конец его только-только начавшихся отношений с Такахаши. А так же нужда связать жизнь с другой. И всё это лишь на благо Страны Огня и Деревни Листа… Узумаки невесело, даже как-то злобно, усмехнулся, подавляя желание рассмеяться от осознания той безысходности, в которой оказался. Он не решает тут ничего. Всё предопределено уже давно. Отказ не предусматривается. – Может быть… меня заменит дублёр, а я сам уйду в подполье? – посетила мысль Наруто. Попытаться стоит, вдруг прокатит. Ответом стало отрицательное покачивание головой. – Тогда… я не имею права отказаться. – неестественная, злобная ухмылка на лице Узумаки стала шире. – Если такова моя задача ради предотвращения войны и создания нового мира между Странами, я сделаю всё возможное для её выполнения. – с дрожью в теле, не то от злобы, не то ещё от чего, проговорил аловолосый. Прошло время, прежде чем парень дал ответ. Он не был способен так просто осознать и принять ту информацию, которую на него вывалили, не мог понять, что жизнь его опять меняется в не самую лучшую сторону. Но ответ требовалось дать уже сейчас. Единственное что он понимал, в данный момент - обстоятельства сильнее. Данзо благосклонно кивнул, удовлетворившись реакцией Наруто, после чего отпустил парня. Тому требовалось пройти через все стадии принятия. Но он справится, Шимура верил в это. Ха! Как будто только верой глава Корня и ограничится? Пара оперативников проследят, чтобы Наруто не наделал глупостей. Ничего нельзя оставлять без контроля.

***

Идя по коридорам подземной базы, Узумаки пытался осознать произошедшее, но выходило плохо, в голове был вакуум. По лицу и не скажешь, но он был в смятении и непонимании, в сознании никак не укладывалась мысль о том, на что он только что согласился, хотя права отказать и не имел. Слишком уж нестандартной и глобальной была новая перемена в его жизни, должна случиться со дня на день. А кто бы смог спокойно принять нечто подобное, принять, как очередное не самое интересное событие в жизни? Разве что те, для кого такое не является значимым жизненным аспектом. Например полноценные оперативники Корня. И кстати о таковых. На встречу Наруто шёл один его знакомый по организации. Состояние некоего беспамятства развеялось, вакуум в голове исчез. Внимание переключилось на иную вещь, отсекая столь важную тему, как осознание новой действительности. – Сай. – кивнул парень в знак приветствия. Взгляд парня дрогнул, и он обратил внимание на окликнувшего его, после чего еле заметно кивнул. Поведение и общий вид не могли заставить Наруто проигнорировать состояние товарища. Сай казалось утратил часть себя, оставшись какой-то бледной тенью, хотя внешне не изменился вовсе. – Что-то произошло? – нахмурившись, вопрошал аловолосый, по факту не давая пройти собеседнику мимо него. – Ничего значимого. – попытался молодой оперативник избежать общения и обойти товарища. Не вышло. Как он поравнялся с Узумаки, тот ухватил того за плечо, останавливая. – Сай. – с требовательной интонацией произнёс Наруто. Прошло несколько тянущихся секунд, прежде чем ему ответили. – На миссии по поимке джинчурики Однохвостого, когда ты был отправлен вперёд, нам пришлось объединиться, чтобы не пропустить дальше шиноби Суны. Они оказались неплохими бойцами, смогли скооперироваться. Бледнолицый парень рассказывал монотонно, но что-то в слушавшем его Узумаки позволяло понять - в глубине души Саю совершенно не всё равно. Происходящее его подкосило, надломило волю. – В один момент куноичи Суны воспользовалась призывом и воссоздала нин-дзюцу фуутона А ранга. Воздушный поток с множеством режущих ветреных лезвий прошлись по большой территории. Укрыться возможности почти не было, всё происходило слишком быстро. – Я стоял на линии удара и должен был погибнуть, но… брат спас меня, в последний момент выдернув из под атаки. Нас снесло последующим воздушным потоком, я отделался несколькими переломами разной тяжести. А Шин… Парень сделал паузу в своём рассказе. Было неприятно вспоминать тот день. – Шин пострадал слишком сильно, но был ещё жив, без сознания. Пересиливая свою боль, я взвалил его на спину и поспешил удалиться с поля боя. Но с оказанием помощи мы опоздали. Парень вновь сделал паузу, прикрыв глаза и медленно глубоко вдохнув и выдохнув, после чего обратил свой взор на всё стоявшего сбоку Узумаки, что за весь рассказ ни разу даже не шелохнулся. На лицо Узумаки, казалось, опустилась тень. Возможно виной тому было скудное освещение коридора и наклон головы слушателя, из-за которого отросшие алые локоны повисли перед лицом, создавая такой вот эффект. – Мой брат умер у меня на руках. Даже не способный сказать последние слова. – завершил наконец парень. На этих словах в глазах Сая наконец проявились скрытые в глубине души эмоции. В них отразилась горечь. Впрочем, Наруто не нужно было их видеть, чтобы понимать состояние товарища. И без этого он ощутил душевную боль сокомандника. Сай заметил, как дрогнуло лицо Узумаки. От него повеяло злобой, но всего через секунду она сменилась отчаянием и безнадёгой. – Сай… – Узумаки крепче сжал плечо товарища. – прости… Наруто понимал, что это он виновен в случившемся. Своим желанием влезть в события, своими действиями он привёл именно к таким итогам. Этого Сай не знал, но было другое. Узумаки провалил миссию, а значит, даже сказать, что смерть Шина была не напрасна, а послужила благу Деревни, никто не мог. – За что? – бесцветным голосом вопрошал Сай, повернув голову обратно. – Обстоятельства были сильнее. Риски оказались больше, чем предполагалось. Это наша задача, как шиноби. Он действительно не был зол, у него просто не было сил и желания на это. Узумаки ослабил хватку и Сай, ощутивший это, наконец отправился дальше. Наруто тоже не остался на том месте, а двинулся на выход с базы, как изначально и хотел. Разве что теперь его эмоциональное состояние опустилось ещё ниже. С этого момента на душе ещё и груз вины лежит, который, судя по всему, он пронесёт до конца жизни, не в силах исправить свои действия. Он даже не мог в стиле истиной сути шиноби своей Деревни оправдаться тем, что смерть Шина была не напрасной. Всё зря. И лишь из-за эгоизма Узумаки и желания изменить что-либо. – Обстоятельства сильнее, да? – со злобой и горечью усмехнулся парень. – Сам загнал себя в рамки, совершаю ошибки, не могу повлиять на ситуацию… Лицо аловолосого исказилось в гримасе ненависти, а вокруг распространилась негативная аура, способная заставить неподготовленных к такому людей лишь упасть на землю и дрожать всем телом, моля всех знакомых Ками о спасении. Сжав до боли кулаки, парень, чуть ли не надрывая голос, с чувством выкрикнул в пустоту… – Как же всё это достало!