Шкура

      Ты возвращаешься в лагерь и быстрым шагом идешь к вашей со Стэнами палатке.       — Стэн, подъем, — ты залезаешь внутрь и трясешь спящего за плечо, не дожидаясь, когда тот окончательно проснется, кидаешь ему сумки, — собирай вещи, я разбужу детей.       Ты по пояс залезлаешь к палатку детей, спихиваешь свинью с одеяла и роешься в груде одежды.       — Приятель? — с беспокойством бубнит Мэйбл.       — Просыпайтесь, дети, — велишь ты, доставая пустые пакеты и накидывая их на предплечье, — собирайте вещи, быстро.       Стэнли уже оделся и вышел.       — Что происходит? — спрашивает он.       — Полиция приехала.       — Горячие Бельгийские вафли, — сердито морщит он нос и кидается собирать оборудование.       Из темноты показывается силуэт, и ты рефлекторно напрягаешься и готовишься дать отпор, недоумевая, как незваные гости так быстро прибыли, но на поляну вбегает чуть запыхавшийся Форд.       — У меня есть хорошая новость и плохая, — говорит он, — хорошая – это не полиция. Плохая – это члены культа.       Черт побери. Дети испуганно ахают.       — Какого еще культа? — не понимает Стэн.       — Помнишь, мы сегодня в гору ходили? Где Приятель и прадядя Форд нашли тайное логово и все такое? — говорит Мэйбл.       — С чего ты взял, что это они? — повернулся Стэн к брату.       — Я наблюдал за ними. Если бы это были обычные патрульные, они бы либо просто проплыли мимо, либо высадились на остров и скрылись за пеленой купола. Но остров впустил их, следовательно, они тут бывали и, судя по уверенной походке и слаженности действий, не раз.       — Что же нам делать?! — боится Мэйсон.       — Без паники. Я знаю обходной путь. Мы дождемся, пока они уйдут, возьмем вещи, пойдем к лодке и… Приятель?       Стэнфорд заметил твой задумчивый взгляд.       — А если нам не нужно уезжать? — предлагаешь ты.       Все смотрят на тебя, как на ополоумевшего.       — Ты с ума сошел?! — кричит Стэн, — нужно сматываться и побыстрее, пока не загребли!       — Или мы можем воспользоваться этим, — возражаешь ты, — кто-то устраивает здесь сатанинские обряды и это вряд ли закончиться хорошо, вы должны это понимать после армагеддона или что это было, — остальные задумываются, — Форд, ты же сам говорил, что этот их предводитель запретил возвращаться? Судя по всему, он давно кони двинул, так может притвориться им и пресечь все это безобразие?       Ученый глубоко задумывается над этим, сдвинув брови.       — Это… неплохая идея, вообще-то, — признается он.       — А как по мне, так идиотская, — Стэнли скрещивает руки, — думаешь они не знают, как он выглядит?       — Я тебя умоляю, прошли столетия, — отмахиваешься ты, — к тому же он волшебник, внешность наколдовать не может?       Стэн кивает, мол, туше.       — Но кто будет Калматом? — спрашивает Мэйсон.       — Раз уж предложил, то выполню, — говоришь ты.       — В этом нет необходимости. Я это сделаю.       — Ты уверен?       — Уверен. Я много знаю о магии и этом острове, и в целом хороший переговорщик.       — Это правда! — восклицает Мэйбл, — он убедил агентов ФСБ, что он главнокомандующий и велел убраться из Хижины под угрозой трибунала!       Стэнфорд рдеется под твоим шокированным взгляда. Какая, черт возьми, жизнь у этого старика?       — Пустяки, — отмахивается он.       — Нет, нет, это правда! — настаивает девочка, — он вышел весь такой крутой, в темных крутецких пиратских шмотках! Ух, был бы ты там, такая крутотень! А еще когда он только-только вышел из пор…       "Пират" кидается вперед и быстро прикрывает племяннице рот рукой.       — Ладно, ладно, ему не интересны подробности, — нервно хмыкает он с кривой улыбкой, и ты щуришься. Его браслет пищит, — они уже подошли к подножью.       — Мы все еще не определились с планом, — говоришь ты.       — У нас нет на это времени, скорее, пока они не добрались до Котла раньше нас! — и бежит в сторону горы.       — Да! Приключения! — кричат дети и кинулись было следом, но их хватают за шкирку.       — Ну уж нет, — говорит Стэн, — никаких культов. Вы двое берете вещи и Приятель отведет вас к лодке, где будете нас ждать. А если все пойдет плохо, то уезжаете сами. На, — он роется в кармане и кидает тебе ключи от лодки и машины. Ты убираешь их в рюкзак.       — Н-Но, прадядя Стэн!..       — Никаких мне "прадядя Стэн"! Приятель, головой за них отвечаешь.       Ты поднимаешь большой палец вверх, и Стэн бежит вслед за братом. Пока вы собираете вещи, дети все бухтят и перешептываются. Вы доходите до причала и видите рядом с лодкой, на которой приехали, пришвартованный патрульный катер, видимо, потомки стали охранниками данной местности. Ты не знаешь, как водить катер, но складываешь вещи туда, он будет быстрее вашего корыта, опередит противника.       — Пять минут хоть потерпите, — не оборачиваясь спокойно говоришь ты и слышишь, как дети спотыкаются в попытке улизнуть.       — Э-э-э, мы просто искали выступ, где можно обойти и, эм… — заикается Мэйсон.       — Сначала сложим вещи, а потом пойдем.       Наступает тишина, и ты оборачиваешься.       — Ты не будешь пытаться нас остановить? — растерялись они, неуверенно забираются на катер и передают тебе сумки с плеч.       — Я мог бы, но зачем? — ты берешь у них вещи и кладешь к остальным, — вы все равно сбежите, лучше уж я буду рядом и смогу в случае чего вас защитить. Но мы идем не с пустыми руками. У вас есть оружие?       Больше всего ты хочешь послушаться Стэнов и силой утащить детей с острова, подальше от опасности, но это ничем хорошим не закончится. Ты достаточно веришь в себя и Стэнов, чтобы пойти на такой риск.       — У меня есть абордажный крюк! — Мэйбл вытаскивает из внутреннего кармана свитера громоздкий инструмент.       Мэйсон выворачивает карманы: только пожеванные колпачки и салфетки. Ты роешься в сумках Стэна: «Настоящий мужчина всегда должен иметь при себе оружие, даже в семейном походе», — нравоучал он. Ты вручаешь ребенку небольшую деревянную биту.       — Вау, — мальчик ахает и встает в боевую стойку, замахивается и бьет невидимого врага. — А у тебя что, Приятель?       Ты показываешь катушку от удочки.       — Леска? Не очень опасно.       — Удавка, — поправляешь ты.       Тебе не очень хочется брать что-то посерьезнее (а есть, ты знаешь Стэнов), ты вряд ли рискнешь перерезать человеку горло, больше никогда, от одной мысли голова кругом, но у лески есть много применений. Единственное, ты боишься за безопасность семейства: если сатанисты окажутся враждебные и стиггерят тебя, то представлять опасность будет не только культ. На секунду ты подумываешь дать детям блестящий, завернутый в майки пистолет, но быстро осознаешь идиотизм идеи. У Форда и так есть, хватит.       Вы сходите с судна и направляетесь в горы. Ты идешь быстро, и дети еле поспевают за твоими широкими шагами, и тебе приходиться замедляться, чтобы они в потемках не забрели куда не надо. С момента разделения прошло полчаса, и ты нервничаешь от незнания того, как там Стэны. В какой-то момент ты просто хватаешь младших подмышки и переходишь на рысцу.       В пещере толпа патрульных, шесть человек, чуть подальше, у алтаря, Форд. Вы прошмыгиваете вдоль стены и прячитесь в каморке. Из-за столба на противоположной стороне выглядывает Стэн, похоже, тоже вас не заметив.       — ...говорю Вам, сэр, мы уже много лет не ходили сюда, это запрещено… — настаивает один из офицеров.       — Ваша работа защищать это место и не пускать сюда никого! — грозно перебивает его Стэнфорд. Он поворачивает туловище и указывает рукой в сторону алтаря, — так почему, скажите на милость, здесь кто-то проводит обряды?       — Исключено! Мы всегда ведем учет посещаемости туристами и никогда не позволяем забредать далеко. Наш сотрудник лично раз в неделю проверяет, все ли в порядке.       — Значит плохо проверяет! — гаркает на бедолагу Форд. Боже, да он прям вжился в роль, он занимался актерским мастерством?       Ты обеспокоенно поворачиваешь голову в сторону двери, услышав чужие шаги и запах, и еле успеваешь затолкать детей себе за спину, прежде чем в помещение врывается другая толпа. Даже сложно по началу понять, что это люди: длинные черные балахоны до пят, тканевые пояса с оберегами, вместо голов светлые маски без вырезов, с рогами с бубнами на концах.       Патрульные вытаскивают фонарики-электрошокеры и выглядят не менее шокированными, новоприбывшие достают деревянные палочки. Вперед выходит предводитель в праче, с самыми широкими рогами и посохом с кокосами и указывает им на Форда.       — Калмат, — рычит он низким голосом, — ты ведь не настолько глуп, чтобы думать, что сможешь спрятать это место от нас.       — Как вы смогли попасть сюда?! — рявкает один из офицеров.       — Спроси у своего “лучшего друга”.       Лицо человека вытягивается, и он в шоке смотрит на приятеля, вопрошая: «Джимми?!». Джимми переходит на сторону врага, не поднимая глаз.       — То, что он сделал с нашим Господином несправедливо! — предатель не опускает оружия, но моляще протягивает руку бывшему другу, — прошу, примкни к нам! Уже скоро настанет Ее господство и мы сможем быть вместе...       Ты чувствуешь, что обстановка начинает стремительно накаляться и оглядываешь толпу. Примечаешь отбившегося от толпы клеврета, осматривающего бочонок с вином и, жестом веля детям ждать, на корточках крадешься к нему со спины. Быстрым движением заключаешь его в хэдлок, бьешь ногой под коленями и волочишь за дверь. Под маской самый обычный человек, ты закатываешь глаза от высокопарного цирка и надеваешь на себя его одежи, а хозяина без сознания связываешь леской по рукам и ногам. Ты протискиваешь в толпу, никто не замечает подмены, есть шанс напасть на предводителя.       — Сорян, но причем тут Калмат-то?       Ты чуть не падаешь, когда среди толпы замечаешь детей, одетых в те же балахоны. Где-то раздобыли комплект (вероятно, тоже на кого-нибудь напали) и встали друг на друга как делают дети, которые хотят попасть на кино для взрослых. Стэны тоже узнают внуков и выглядят так, будто их сейчас удар хватит. Все смотрят на них.       — Простите, сэр, он новенький, — спешишь ты вступиться, глаза Стэнов распахиваются сильнее.       — Чувак, ты серьезно? — растерялся окультист справа, и Мэйбл (дитя сверху она, ты чуешь ее) пожимает плечами.       — Ну да. Типо, он же просто защищает нас всех от духа, которого заточил в озере, — говорит она.       — Так вот, как ты рассказываешь о произошедшем?! — ревет лидер и поворачивается к Форду, — да как ты смеешь?! После того, что натворил с моим отцом?! Братом своим?!       Стэнфорд становится белым, как мел.       — Так, с меня хватит.       Из-за колонны выскакивает Стэнли и прописывает новенькими кастетами лидеру хук с левой. Это служит сигналом действовать, потому что обе стороны кидаются в бой.       Фонари патрульных на деле совсем не шокеры, а замаскированные волшебные палочки, воздух мгновенно пропитывает магией.       Сатанист прыгает на детей, и ты сбиваешь его с ног. Те тоже не отстают и во всю орудуют крюком и битой. Ты стараешься сильно не ранить, но это сложно, когда тебя швыряют в стену, и ты еле успеваешь перехватить рога у своей шеи.       В спарринге с лидером, Стэн заламывает тому руку с посохом, и ты отталкиваешься от себя врага, когда заклинание с грохотом пробивает в стене пещеры огромную дыру.       Бой перемещается вниз холма.       Всюду начинается хаос; залпы заклинаний молниями летят со всех сторон, и, учитывая насколько все цветастое, тебе остается лишь догадываться, что вся поляна искрится всевозможными цветами. Искрилась буквально – взрывы такие яркие, будто наступил день, и глаза разлепить невозможно, а воздух пронзил забористый запах магии, сильный, как никогда в твоей жизни.       Ты видишь, как Стэн с криком "Абра-кадабра!" вонзает офицеру волшебную палочку в глаз. Форд же заклинания знает и вовсю разошелся, создавая природные стихии. Дети тоже отобрали у кого-то палочки и с воплями отстреливаются щенками и ограми.       Ты дерешься рукопашной, уже не жалея силы. А затем начинаешь отбиваться еще и от кусающих щиколотки мелких гремлинов и щенят-мутантов с глазами лазерами.       Небо заволкивает массивными грозовыми тучами, такими низкими, что практически облизывающими верхушку острова. Блестит ослепляющая вспышка, и гремит раскат грома.       Для тебя это слишком.       — Нет-нет-нет… — в панике бормочешь ты, чувствуя, как в груди поднимается ужас, и появляется знакомая боль в теле. Дыхательные упражнения не помогают, перечисления тоже.       Пока ты корчишься на земле и царапаешь руками ребра, пытаясь заземлиться, над тобой нависает безликий и заносит нож.       Остается беспомощно смотреть на дуэт вдалеке, дающий друг другу шесть. _______________       Ты распахиваешь глаза, и тебя встречает глухой темный лес. Не слышно ни единой живой души, даже птицы умолкли. Это неизвестная тебе территория, ничего здесь не пахнет знакомо, и вся местность такая мертвая, что ты практически ощущаешь гниль под лапами.       Ты чувствуешь… страх? Гнев? Все сразу? Как будто ты сражаешься, но врагов нет и осталось лишь гнетущее напряжение.       Ты поднимаешь морду на черное небо, идущее клубками, озаряемое вспышками и треском. Чуешь запах влаги и химозы. Нужно найти убежище.       Ты рвешь на себе оковы и мчишься вдоль леса, по прямой, но быстро тормозишь. Вода. Бежишь в другую сторону. Снова вода. Вода повсюду. Ты чувствуешь себя загнанным в ловушку.       А потом замечаешь на воде странные штуки. Ты медленно крадешься в сторону невиданных тварей, припадая животом к земле и навострив уши. Их трое, двое побольше и один поменьше: выглядят как один, покачивались и спали.       Подойдя вплотную ты понимаешь, что никакие это не звери. Вещицы пахнут влажным деревом и никак не реагируют на твое присутствие. Ты вскарабкиваешься на тот, что посередине и цокаешь когтями по туше.       По носу бьет жирная капля, и ты щелкаешь языком. Следом за ней еще одна, и еще, и вот ты ныкаешься в большом помещение от пришедшей мороси. Ты отряхиваешься, слизываешь с морды дождевую воду и с интересом обнюхиваешь место.       Еды не наблюдается, но вот что привлекает твое внимание, так это куча тряпья в углу. Ты тыкаешь в нее носом, зарываешься пастью и глубоко втягиваешь воздух.       Пахнет знакомо.       Вдруг, на тебя вновь накатывает тревога, и ты озираешься по сторонам и щеришься. Никого. Тогда откуда это чувство? Словно ты должен что-то сделать, драться с кем-то. Быть где-то еще.       Это ощущение зарождается в твоем нутре и поднимается вверх по горлу, и ты беспомощно тявкаешь и рычишь, мол, кому от меня что нужно? Что-то происходит, и с тобой тоже: лапы и тело ужасно ноют, и ты сопротивляешься непонятно чему.       А потом ты снова чуешь знакомый запах, и это кажется… правильным? Нет, необходимым.       Ты подавляешь инстинкты и позволяешь этому нечто одержать над собой верх. ________________       Ты вскакиваешь, задыхаясь.       — Какого… — ты с изумлением смотришь на свои, более чем человеческие, руки. Оглядываешься и изумляешься еще больше, обнаружив, что находишься на катере.       «Что сейчас…».       Не важно. Ты кидаешься к сумкам и впопыхах натягиваешь на себя первую попавшуюся одежду. Выбегаешься на палубу, спрыгиваешь на берег, который мгновенно преображается обратно. Ты лишь надеешься, что не провел в обращении слишком много времени и не опоздал.       Земля под ногами скользкая от дождя, и ты мчишься по влажной траве к полю боя. К облегчению, семейство еще живо, бой в самом разгаре. Ты перепрыгиваешь через клубок щупалец, покрывшие некогда офицера, и бросаешься к Стэнфорду, окруженному неприятелями. Твое приближение замечают.       — Убить Калтмана! — вопит лидер, вскидывая посох.       Ты больше не щадишь врага: переходишь от ударов костяшками к остервенелому рванью клыками и вспарыванию неожиданно выпустившимися когтями. Повсюду и без того творилась чертовщина, потому ты полностью развязываешь себе руки и не беспокоишься о том, что тебя засекут, кроме безопасности в целом уже ничего не волнует. Форд тоже не миндальничает: где бы и с кем бы он не воевал, ты побоялся бы быть его противником.       Кровь течет ручьями, как ваша, так и врагов, вымывается разразившейся бурей, запах железа и грязи въедается в кожу.       — Все, блять, самому делать! — рявкает лидер и вонзает острие посоха в шею последнего полуживого слуги, стоящего на пути к вам.       Человек стоит на возвышенности, восседая темным силуэтом с кривыми рогами и звенящими на ветру бубенцами. Молния вспыхивает и озаряет поляну.       — Уйди с дороги, мне нужен не ты, — перекрикивает он гром и хлопающую прачу.       Ты встаешь с Фордом плечом к плечу.       — Будь по твоему, — говорит он.       Он дважды стучит посохом, и тот превращается в меч.       — СЕГОДНЯ ВЫ УМРЕТЕ! — ревет он и возносит лезвие.       — ЛОЖИСЬ!       Стэнфорд валит тебя на землю, в ближайшую яму и накрывает своим телом. Ты пытаешься отпихнуть его от себя, когда над головой гремит взрыв.       Земля дрожит, и грозовые тучи пронзает столб огня. Через секунду вас окатывает ревущий грохот, такой, что в ушах звенит. От тряски всех валит на спину, деревья накреняются от центра, и в воздух взлетают клочья земли.       А затем еще два взрыва с обратной стороны острова.       Земля разверзается трещинами. От мощных толчков лидер культа спотыкается, приземляется грудью на собственный посох и проваливается внутрь, над ним смыкаются плиты ползущего грунта. Через секунду с неба сыпятся огненные осколки секвой и камней.       Стэнфорд сильнее сжимает тебя, вминает в глинянный окоп, ты не сопротивляешься, завороженный наблюдаешь за громандными поднимающимися и перекатывающимися клубами пламени, дым поднимается на сотни метров, так высоко, как нельзя охватить взглядом. На вас посыпались камни, парочка стукнула по спине Фора и твоей щеке, ты приходишь в себя.       — Нужно найти других и валить! — кричишь ты ему в ухо, хрипишь от окутывающего вас черного дыма, и поднимаешь его на ноги.       Земля под ногами уходит, и ты вскрикиваешь, когда по бедро проваливаешься в грязь. Вода. Глубокие трещины разошлись по всей суше и хлынула озерная вода, остров тонет.       Форд хватает тебя под руки, вытаскивает, и вы бежите. Из-за травмы колена, полученной в бою, он отстает и ты бесцеремонно перекидываешь его через плечо и бежишь туда, где, как ты помнишь, пришвартованы лодки. Ничего не видно, остров завочен пеленой, но ты замечаешь вдалеке силуэт и узнаешь в нем Стэнли, что схватил близнецов и свинью подмышки и мчится в сторону причала.       Лодки на месте, побережье полностью ушло под воду и приходитбся добираться вплавь. Первым восходят дети и зверюга, потом Стэн. Он помогает брату забраться, ты ставишь ногу на корму и собираешься лезть следом, когда кто-то хватает тебя за штанину. Ты смотришь вниз и видишь руку одного из сектантов. На нем больше нет маски, лицо искажает агония.       — П-помоги, — булькает он.       Ты хватаешь его за шиворот и вытаскиваешь на палубу. Вы отыскиваете и вылавливаете еще двоих, Стэн отправляет их в нокаут и укладывает в рубке. Вы заводите мотор, разворачиваетесь и плывете к берегу, остров продолжает тонуть и гореть, заклинание спало и больше не скрывает его.       — Вы видели, как я их?! — отжимает Мэйбл волосы.       — А я использовал заклинание переубеждения! Заставил драться со своими! — хвастается Мэйсон.       Ты задумчиво смотришь на свои руки. Ногти стриженные, забитые грязью, но тупые, совсем не звериные. Как ты это сделал? В тот момент это казалось таким… естественным. Ты сжимаешь и разжимаешь руку, ничего не происходит.       — Откуда ты знал? — ты отрываешься от разглядывания и поворачиваешься к Форду, вытряхивающему землю из ботинок.       Он вопросительно вскидывает голову.       — Знал что?       — Откуда ты знал, что будет взрыв?       Ученый выпрямляется и пожимает плечами.       — Все мои маячки снабжены датчиками слежения, прослушкой, сбором проб и, э… небольшой бомбой...       — ТЫ, БЛЯТЬ, ЕБАНУТЫЙ ЧТО ЛИ?!       Дети зажимают уши руками от твоих ругательств.       — Это была вынужденная мера, — защищается Форд.       Ты всплескиваешь руками.       — А я думаю, что это было мега круто, прадядя Форд, — говорит Мэйбл.       — Спасибо, милая, хоть кто-то оценил.       — Они могли сдетонировать, когда вы с детьми были в Котле? — с недоверием спрашивает Стэн.       — Конечно нет! — Форд кажется оскорбленным, — все исключительно командное и на дистанционном управлении!       Вы добираетесь до берега, берете вещи и оставляете пострадавших в лодке (где их, как вы заверили детей, скоро найдут и вылечат). Когда садитесь в машину, над осторовом уже кружат пожарные вертолеты. Грязь подсохла и неприятной корочкой стягивает кожу, но сил совсем нет, Стэну придется пропылесосить машину. Дрожащие дети умыты, высушены полотенцами и одеты в запасную одежду.       — Кстати, Приятель? — поворачивается с водительского сиденья Стэн, когда вы выезжаете на проезую часть, — ты почему в моей одежде?       Ты смотришь вниз и правда, натянул случайно чужое.       — Постираю, — лениво отмахиваешься ты.       — Все-таки хорошие были выходные, — радостно говорит Мэйбл, будто событий последнего часа и не было, как всегда светлое позитивное дитя. Остальные неоднозначно мычат.