Маскировка

— Ты слышала? Сегодня к нам в группу добавят ещё одного рэпера, — Дженни, лежащая на коленях Джису, задумчиво водит пальцами по предплечью старшей девушки и глубоко вдыхает аромат летних трав, смешанный с морским ароматом Джису.

— Боишься конкуренции? — Джису наклоняется ниже, козырёк её кепки создаёт тень от полуденного солнца, её пухлые губы растягиваются в улыбке, и Дженни резко хочется целоваться.

— Нет, просто... — Дженни поднимает руку, и Джису облокачивается лицом на её ладонь, — у меня странное предчувствие. Я видела эту новенькую, и она выглядит опасно.

Джису тихо смеётся, прищуривает глаза, наклоняется ещё ниже:

— Опасно, джагия? Может, ты всё-таки боишься.

Дженни возмущённо надувает щёки и складывает руки на груди, притворно обижаясь.

— Ну, всё-всё, я знаю, что ты самый лучший рэпер у нас в компании, — Джису мягко улыбается, счастливо вдыхает феромоны сладкой клубники, — а знаешь, что полагается самым лучшим?

Румянец на лице Дженни выдаёт её, но она с небольшим волнением в голосе вступает в эту игру:

— И что же?

Губы Джису тут же прижимаются к её губам, мягкое но настойчиво прикосновение будоражит кровь Дженни, и она рвётся глубже, дальше, ближе. В эти дни она не может насытиться Джису, насытиться её присутствием в своей жизни.

Мысли о новом стажёре выходят у Дженни из головы. Особенно когда тонкие пальцы Джису проникают под её майку.

***

— Повтори ещё раз, — челюсти Лисы крепко сомкнуты, внутри неё закипает ярость, — что ты только что сказала? У Дженни трясутся колени, холодный пот выступает на лбу; она очень старается не заплакать, но дрожащий голос выдаёт её: — М-мне жаль, — Дженни проглатывает оправдания и старается быть уверенной, — я должна, и это всего лишь слух, Лиса, пойми, я- — Слух?! — Лиса не даёт даже секунды дать другой девушке закончить и подрывается с места, на что Дженни немного вздрагивает. — И по-твоему я должна радоваться, что необыкновенная Дженни Ким встречается с таким же необыкновенным Каем? — Лиса, успокойся, — вмешивается Джису, вставая рядом с Лисой, и предупреждающе кладёт ладонь на её плечо. — Не смей успокаивать меня, Джису. Не смей говорить мне, что ты согласишься с этим, — Лиса шипит, и жгучий феромон перца становится явно ощутимым. Лиса и Джису вступают в молчаливый вызов, и теперь любой человек в этой комнате мог бы почувствовать борьбу их альфа-феромонов. Дженни боится вмешиваться, боится сейчас говорить хоть что-то в своём положении – Розанна медленно поднимается и, игнорируя двух девушек, подходит к Дженни и раскрывает руки для объятий. — Р-рози, — щеки Дженни горят от сдерживаемого стыда и благодарности, — мне правда жаль. — Иди сюда, — сердце Розанны беспокойно бьётся: она тоже не в восторге от этой новости, но она никогда бы не хотела, чтобы кто-то из её девочек чувствовал себя брошенным, чувствовал себя одиноким. Как она сама когда-то. Дженни почти полностью прячется в её объятьях, Розанна слышит прерывистые вздохи своей онни и низкое рычание за своей спиной. Она крепче прижимает к себе Дженни и надеется, что этого будет достаточно. Давление от феромонов становится тяжёлым, и Розанна едва сдерживает раздражение: — Прекратите обе, — девушка направляет нахмуренный взгляд через плечо на двух немного удивлённых альф. — Не смотрите так на меня, вы не делаете лучше. Джису первая берёт себя в руки и напоследок клацает клыками в сторону Лисы, выражая своё недовольство. Старшая девушка несколько секунд изучает маленькую фигуру Дженни в руках более высокой Розанны и, что-то решая для себя, присоединяется к объятьям. — Вы серьёзно? — Лиса выглядит по-настоящему преданной. — Вы готовы мириться с этим? — Лиса ярко видит перед собой совсем не радостные картины. — Дженни и Кай вместе ходят на свидания, Дженни и Кай – пара года, Дженни и Кай полюбили друг друга с первого взгляда?! — Лисе не хватает воздуха, она трёт шею, её горло болит, потому что она даже не пытается вести себя тихо. — Так работает индустрия, — осторожно произносит Джису, стараясь загасить в себе печаль от правдивости всего произнесённого Лисой. Этот слух станет пыткой и может стать их концом. Лиса замирает, словно статуя, Джису и Дженни чувствуют её сильную, яркую боль. Напряжение в воздухе становится режущим. Дженни скулит, надеясь помочь Лисе успокоиться, но та лишь рычит в ответ. — Я не смирюсь с этим, я против, — говорит макне и вытирает предплечьем наворачивающиеся на глаза слёзы обиды. Ей хватает пары секунд, чтобы покинуть кухню. Хлопок двери в её комнату заставляет сжаться троих девушек. Розанна переглядывается с Джису – Дженни совсем слабеет в их руках, Лиса в уязвимом состоянии остаётся одна. — Иди к ней, — решает Джису, — сейчас мы нужны им. Розанна кивает, переживания за Лису занимают место с переживаниями за Дженни; она медленно высвобождается из объятий и, прежде чем уйти, наклоняется к лицу Дженни. От младшей Ким веет мятой, тоской, отчаянием и страхом; Розанна нежно обнимает ладонями её щёки и сцеловывает мокрые дорожки слёз. — Всё будет хорошо, онни, — Дженни смотрит на неё с непередаваемой благодарностью и даже немного улыбается. — Напомни Лисе, что я люблю её, — шепчет девушка, и тогда Розанна позволяет себе смешок. — Она знает это, милая. Розанна ещё раз получает одобрение Джису оставить Дженни и оставляет по лёгкому поцелую каждой девушке. Ей не требуется много времени, чтобы добраться до Лисы и постучаться в её комнату. Некоторое время проходит в тишине, а после Лиса сама открывает ей дверь и пускает внутрь. Лиса, уже переодетая, скручивается на кровати; Розанна сбрасывает одежду до нижнего белья и ложится рядом. Сегодня Лиса не включает ни одного ночника. — Зачем ты пришла? — С неожиданной печалью спрашивает Лиса. — Наверняка ведь думаешь, что я веду себя как ребёнок. Розанна тщательно подбирает слова, чтобы не расстраивать Лису сильнее. На самом деле, она не видит в поведении Лисы чего-то необоснованного: помимо очевидной стайной альфа-связи, Лиса, Дженни и Джису по-настоящему любят друг друга, и это чувство так легко ранить. — Я понимаю тебя, — Розанна поворачивается на бок и медленно придвигается к Лисе со спины, давая ей шанс отказаться от физического контакта. — Я понимаю и Дженни. Непроизнесённые слова о ситуации с Сюзи пару лет назад повисают в воздухе, но Розанне кажется, что Лиса вспоминает об этом, когда бормочет "точно" себе под нос. — Сейчас для меня всё ещё серьёзнее, — в итоге делится Лиса, хватая Розанну за запястья и оборачивая их вокруг своей талии. — Это давно перестало быть увлечением. — Я знаю. — Я так сильно люблю её, — Розанна отчётливо слышит, как Лиса начинает плакать. — Я знаю. — Я не смогу пережить этот слух. Мне страшно, — признаётся Лиса, и у другой девушки сводит внутри от глубокого сочувствия. Розанна сама успела так сильно привязаться к ним троим, а ведь на ней даже нет ни одной метки – Лиса носит сразу две, и Лиса примирилась со своими чувствами гораздо раньше, позволяя им расти и крепнуть. Поэтому Розанне удаётся представить эту боль в душе Лисы, и ей становится жаль, что она никак не связана с девушкой, чтобы помочь облегчить этот груз. — Я буду рядом, — Розанна располагает голову Лисы на своей груди и тянется за тонким одеялом, чтобы укрыть их. — Дженни просила передать, что любит тебя. Лиса громко всхлипывает и поворачивается к Розанне лицом, чтобы найти больше утешения. — Я знаю.

***

Следующее утро выдаётся для Дженни, мягко говоря, непростым. Она просыпается в постели Джису, окружённая теплом её тела, и один этот факт уже готов довести её до слёз. Она так боялась отвержения, но с принятием тяжело оказалось лишь Лисе – Чу и Рози не осудили её (по крайней мере, не так сильно, как Лиса). Тяжесть её решения пойти на поводу у YG давит на грудь, но Дженни убеждает себя в правильности происходящего. Она сможет вынести ответственность и все вытекающие последствия, это лучше, чем- — Ты слишком громко думаешь, — ворчит Джису, не открывая глаз. — Спи. Дженни позволяет себе расслабиться и усмехнуться, несмотря на тиски, сжимающие её сердце: — Ким Джису-я, как бы наши блинки не прозвали тебя главной засоней. Джису закатывает глаза – привычка, перенятая от Дженни – и обманчиво нежно гладит бока девушки расслабленными пальцами. — Не смей, — протягивает Дженни, поворачиваясь так, чтобы быть лицом к лицу с онни. Джису не отвечает, совершает еще несколько плавных движений и резко принимается за щекотку. — Суя! — Дженни змейкой извивается в одеяле, пытается перехватить инициативу, но проигрывает. — Всё-всё! Ну хватит! Только когда Джису убеждается, что на лице Дженни смех, а её феромоны больше не источают острую мяту, она отпускает девушку. Ночью Дженни пролила слишком много горьких слёз, и Джису не хочет, чтобы её утро начиналось с тоски, которая прожжёнными лучами исходила от неё несколько минут назад. Джису мысленно благодарит Судьбу за то, что её инстинкты и метки позволяют чувствовать девочек на таком глубоком уровне. — Ты злодейка, — надувает губы Дженни и игриво отворачивается. Джису замечает высохшее пятно от слёз на её подушке. — Зато я твоя любимая злодейка, — Джису сгребает в охапку Дженни, спрятавшуюся в одеяла и целует, целует, целует, куда только получится. Это была непростая ночь. — Идём, джагия, — Джису тащит рыдающую девушку в свою комнату, пытается не злиться на сопротивление. — Но Лиса! О-она... мне нужно объясниться! — Дженни хочет рассказать обо всём, а особенно о том, что всё это не было её инициативой или желанием. Джису удается затащить Дженни в комнату и закрыться. Она кладет ладони на плечи девушки и строго просит: — Объяснись сначала мне. Дженни широко раскрывает покрасневшие глаза, закусывает губу и обнимает саму себя за плечи, поражено опуская голову: — Это должна была быть Рози, сонбэ хотел её. Он позвал меня и спросил: я или она... — Дженни затихает всё больше и больше, у Джису что-то болезненно перемыкает под ребрами. — Я не могла иначе, Су, пойми, прошу, пойми... Дженни прерывается вновь нахлынувшими рыданиями, и Джису крепко прижимает её к себе, осознавая, как тяжело всё-таки будет им вчетвером сейчас. Ей тоже тяжело – она любит Дженни, свою когда-то первую и единственную, – но ей придется сделать вид, будто её это не ранит: она самая старшая, она вожак, она не имеет права на слабости. Хотя, как и Лисе, ей так хочется возмутиться этой несправедливости, которая косвенно может отнять у них всех Дженни. К сожалению, она прекрасно понимает, почему Дженни согласилась. Они бы не пережили еще одного слуха с Розанной. — Кажется, не одна я слишком громко думаю, — осторожно улыбается Дженни. — Кое-кто, видимо, хочет лечебной щекотки. — О нет, — только и успевает выдохнуть Джису, когда подвергается пытливым пальцам. Она смеётся, громко и чуть хрипло, ощущает, как светлеют эмоции Дженни, и поддаётся еще больше. Пусть проблемы пытаются расстроить её девочек – она сделает всё, чтобы их переживания сошли к нулю.

***

До начала тура остаётся две недели и подготовка становится невыносимой: Лиса устраивает бойкот Джису и Дженни и держится одной лишь Розанны. Обида макне сильна, и, как бы Розанна ни старалась успокоить девушку, Лиса всё равно придерживалась своего неприятия: — Понимаешь, Рози, я думаю, что даже смогу понять Дженни, но Джису? Как она может соглашаться с этим? Розанна делает глоток из бутылки и вытирает полотенцем лицо – сейчас Дженни и Джису репетируют свои сольные номера, поэтому они с Лисой ждут своей очереди на диванчиках в зале ожидания. — Ты же в курсе, что я тоже готова принять этот слух? — Напоминает девушка и протягивает руку, чтобы поправить растрепавшуюся чёлку Лисы. — Чем тогда отличается позиция Джису? Лиса молчит, обдумывает что-то в течение ощутимого периода времени. — Я не очень хочу говорить тебе почему так, — взгляд Лисы необычайно серьёзен, у Розанны на мгновение ёкает в груди, — мне бы не хотелось тебя расстраивать. — Ты не расстроишь, — Розанна берёт ладонь Лисы в свою и доверительно укладывает голову на её плечо: девушка прячется от зрительного контакта, но всё ещё хочет слышать ответ. Они сидят в тишине ещё какое-то время – до них доносится мелодия Соло – Розанна чувствует, как Лиса применяет на ней медовые феромоны, видимо, чтобы смягчить восприятие. — На тебе нет метки, — начинает Лиса, — ты не была моей первой влюблённостью, ты не была... моим первым сексуальным опытом, — Лиса решает не увиливать и выдаёт накопившиеся за долгое время мысли одна за одной, — ты всё ещё прячешься от меня... от нас, ты всё ещё ни разу не призналась никому из нас в любви, — Розанна зажмуривается, пока другая девушка продолжает. — Джису – другое дело. Она мой мир, моя душа и моё сердце. Она наш с Дженни вожак, и поэтому я совсем не могу понять, как она может позволить ей подобное. Неужели мы для неё не так важны? Неужели она не хочет защитить нас? Лисе не удаётся сдержать тоскливые эмоции, как и не удаётся сдержать перец в своём запахе. Розанна чуть кривится из-за резкости, чувствует внутри неё открывшуюся снова пустоту после признания Лисы. Возможно, если бы они сейчас были в безопасности стен своей общей квартиры, Розанна позволила бы себе запереться в комнате, спрятаться от слов Лисы и вновь задуматься над тем, как ей поступить с ними и своим секретом, но пока Розанна откладывает очередной сеанс самоанализа и сосредотачивается на Лисе. — Всё как раз наоборот, — Розанна оглаживает длинные пальцы макне, — если бы вы были не важны для неё, она бы держала обиду на Дженни, и, возможно, на тебя за то, что ты решила игнорировать их существование, — Лиса фырчит, но Розанна не позволит ей обманывать саму себя. — Джису та, кто уже который день пытается заговорить с тобой. — Это не отменяет её желания поддержать гнусный слух, — бормочет Лиса, но Розанна знает, что её слова дошли до девушки. Она верит, что всё будет хорошо. Они не смогут быть слишком долго в такой ссоре, а Розанна постарается убедиться в этом. Дженни и Джису совсем скоро выходят из студии, держась за руки. Лиса отводит взгляд, а Розанна слышит тихий зов Дженни, который Лиса в который раз игнорирует. Розанна переглядывается с Джису, но та сурово смотрит на Лису, ожидая, когда упрямая альфа перестанет игнорировать их с Дженни. — В туре тоже будешь так себя вести? — Несдержанно бросает Джису; Лиса скалится и напрягается, и Розанне приходится усилить свою хватку на ней. — Мы ждем тебя сегодня за ужином. Прекращай эту бессмысленную войну. С этими словами Джису уводит погрустневшую Дженни в сторону выхода. Лиса вся мелко дрожит и с усилием сдерживает рычание. — Они правда скучают по тебе, — мягко произносит Розанна, — я знаю, что ты тоже. Лиса только замыкается еще больше – её эмоции почему-то в последнее время становятся всё более неконтролируемыми. Розанна предполагает, что это из-за стресса перед туром и ситуации со старшими девушками. В любом случае, она будет с Лисой так долго, как ей это потребуется.

***

Перед туром оставалось уже несколько дней, и Розанне только сейчас вспомнилось одно важное дело, из-за которого она даже попросила освободить расписание. Глупо было бы отправляться в другие страны, забыв самое главное. — Здравствуйте! — Улыбчивый продавец приветствует Розанну, когда она входит в магазин. — Могу я Вам помочь? — Перестань придуриваться, Тим, — Розанна по-доброму закатывает глаза и приобнимает мужчину, ловким движением заправляя ему за пояс брюк набитый конверт. — Мне нужна коллекция Шанель №37. Тим ухмыляется, поправляет ремень на бёдрах и кивает своей свежевыкрашенной синей головой, слегка удивлённо спрашивая: — Зачем тебе такая старая коллекция? Есть те, которые стоят в несколько раз дешевле. — Мы отправляемся в мировой тур, — Розанна нервно оглядывается, по привычке проверяя назойливых папарацци и менеджеров, хотя знает, что здесь, наверняка, одно из самых безопасных мест в Сеуле, а сотрудники ждут её снаружи. — Мне понадобится всё возможное, чтобы быть самой лучшей альфой на сцене. Разумеется, они говорят далеко не о духах. Тим окидывает её взглядом и машет рукой на диван: — Придётся подождать около получаса, нужно залезть в запасы. Розанна раздасованно выдыхает, достаёт телефон из кармана своего кардигана и безманерно садится на диван. На сообщение о задержке её менеджеру Джоан уходит около минуты, оставшееся время Розанна решает провести в чате с девочками: Дженни шлёт фотографии своих нарядов с примерки, Джису, которую загнали в музыкальную студию для записи бэк-вокала, восхищённо хвалила фото, печатая с ошибками, а Лиса присылала только стикеры, так и не решившись разговаривать с Джису или Дженни. Хотя она стала разделять с ними приёмы пищи, и это был прогресс. Розанна решает попереписываться с Лисой и не замечает, как пролетает время. ... [Лиса-пуп] Это движение действительно выглядит глупо, мы долго спорили

[Рози-пуп]

И тебе пришлось согласиться, да?..

[Лиса-пуп] Не-е-еа мне разрешили изменить хореографию :) уже еду домой!!!

[Рози-пуп]

Буду примерно через час, посмотрим ту дораму с Пак Мин Ён?

— Тоже нравится Мин Ён? — Раздаётся знакомый женский голос за спиной Розанны, и девушка чуть не бросает телефон из-за неожиданности. — Онни прекрасно играет. Хитрая улыбка, те же тёмные прямые волосы до лопаток, тот же прищур и аромат. — Что ты забыла здесь, Суджи? — У Розанны сердце от волнения стучит где-то в горле. — Менеджеры не должны были тебя пустить. Сюзи, такая же плавная и изящная, как всегда, занимает место на диване рядом с Розанной и разворачивается полубоком; Пак старается заставит себя не бежать и расслабиться, ведь здесь Сюзи ничего не может сделать. — Попросила Тима сообщить мне, когда ты придёшь, — Розанна чувствует себя немного преданной, но вспоминает, что Тим и Суджи были знакомы задолго до неё, — я скучала. А твои менеджеры и не должны быть против того, чтобы ты встретила свою девушку. — Бывшую и ненастоящую, — Розанна трогает кольцо на своём пальце, стараясь не быть агрессивной. — Слух распался более года назад. Сюзи наигранно вздыхает: — И столько же я не видела тебя вживую. Твой холод ранит меня, Рози, — Суджи принюхивается, — хотя твои феромоны удачно перестроились, поздравляю! Розанна отодвигается ещё немного дальше, смотрит на стойку, за которой до сих пор нет Тима, – к сожалению, она не может уйти без таблеток. — Не называй меня так, — взгляд, которым награждает Розанна Сюзи, острее заточенного ножа, но альфу это только забавляет. — Могу называть тебя омегой, — хихикает девушка, — это было бы более предпочтительно? Тим, наконец, выходит из подсобки, его шум отвлекает Розанну, и она ловит его стыдливый взгляд, когда забирает флакон духов, напичканный таблетками на тридцать семь недель. Девушка ничего не говорит, кланяется в знак уважения ему и Суджи и поскорее торопится уйти. — Слышала, вы отправляетесь в тур, — бросает Сюзи вдогонку, — будь осторожна: ты ведь им так и не рассказала? — Розанна жалеет, что у неё нет с собой шумоподавляющих наушников, а Суджи лишь уверенно продолжает. — И помни: ты всегда можешь на меня рассчитывать. Розанна вылетает из магазина, Джоан подхватывает её где-то спустя две минуты на выходе из торгового центра. Розанна предпочла бы, чтобы такой ситуации, где ей бы пригодилась помощь Сюзи, никогда не возникло. Ни в этой жизни, ни в какой-либо другой.