Маскировка

— С тобой ни минуты покоя, — ворчит девушка, лениво потягивая коктейль, сидя на крыше одного из самых высоких небоскребов города, — так скажешь, зачем ты меня позвала? Мы не общались больше года.

— Почему ты думаешь, что есть причина? — Сюзи подставляет лицо навстречу заходящим лучам солнца. — Может, я соскучилась по своей дорогой Ённи?

Девушка не улыбается в ответ, сдерживается, чтобы не закатить глаза под тонкой оправой очков:

— Не ври, только Мин могла скучать по мне, но она уже давно не с нами.

Сюзи ожесточается, как было всегда при упоминании роковых событий с Минён, она делает большой глоток вина и, наконец, опускает маску:

— Я хочу заполучить одну девушку, и для этого мне нужна твоя помощь.

— Ах, теперь ты говоришь правду. С чего ты решила, что я тебе помогу? — Бэ знаком этот лукавый взгляд напротив.

Но Суджи продумала всё до мелочей – к тому же, она хорошо знает, как манипулировать людьми.

— Ты обещала Минён присмотреть за мной, ты обещала позаботиться о моём счастье. Настало время, когда ты действительно можешь быть полезной, Чжу Ён.

Чжу Ён усмехается, с тоской оглядывает Сюзи, которая теперь так сильно отличалась от той Сюзи, встреченной еще несколько лет назад. Конечно, не то чтобы сама Чжу Ён была ангелом во плоти, но иногда напор Суджи пугал её.

Как и сейчас.

— Это не сделает тебя счастливой. Подумай еще раз.

Суджи не нравится это преднамеренное давление, она понижает тон, её клыки становятся чуть больше:

— Я подумала. Розанна нужна мне, нужна больше всего на свете, — по мнению Чжу Ён, Бэ смахивает на одержимую. — Она слишком хороша, чтобы достаться каким-то слабым альфачкам.

— Насильно мил не будешь, — отстраненно подмечает Чжу Ён.

— Это будут уже мои проблемы, так ты поможешь мне?

Чжу Ён вздыхает, задумчиво смотрит на Суджи, вспоминает наставления Минён. Возможно, её помощь правда сделает девушку спокойной и счастливой.

— И что от меня нужно?

Сюзи не может сдержать по-настоящему радостный вскрик, который, на удивление, трогает даже каменное сердце Ён.

— Сначала нужно вернуть тебя к должности менеджера.

***

Воздух сгущается от напряжения. Чеён очень старается сохранить невозмутимое выражение лица, когда слышит своё настоящее имя. Имя, которое Ян Хён Сок не должен знать. — О чём вы? Моё имя – Пак Розанна, — девушка заставляет себя смеяться. — Это странная шутка, сонбэним. Мужчина улыбается – скалится – и указывает рукой на стул, приглашая Розанну присесть. Девушка знает, что это уловка, что это сделает её положение только хуже. Она отказывается: — Я бы хотела продолжить разговор стоя. — Думаешь, что сможешь убежать, жалкая омега? — Надменно протягивает Хён Сок. — Тебе стоит делать всё, что я от тебя хочу. Во имя твоей же безопасности. Горло Розанны дрожит, феромоны альфы давят на её хрупкую сущность, но её учили никогда не показывать ни страха, ни слабости. Чеён не садится. Мужчина поднимается из-за стола, он снимает кепку и бросает её в сторону Розанны – девушка ошарашено отшвыривает её и инстинктивно зажмуривается – в следующую секунду её запястья оказываются в больших руках. Хён Сок не тратит времени и сил зря, за мгновения приблизившись от своего места к девушке, он сжимает нежные руки до синевы так, что у Розанны немеет всё от плеча; она даже не пытается выдернуться. Мужчина ногой разворачивает стул и швыряет на него Розанну, которая больно ударяется всем телом и не успевает даже закрыться от следующей пощёчины. Из её глаз брызжут слёзы, в голове вспыхивает раскалённый огонь боли, а смелый голос умирает где-то внутри рёбер. — Теперь ты меня понимаешь, не так ли? — Альфа не смеётся, он спокоен, его черты лица напоминают медведя перед тем, как он вкусит плоть пойманной им жертвы. — Мне необходимо, чтобы ты была честна, отвечая на все мои вопросы. В этот раз Розанна кивает, не думает о том, чтобы попытаться обернуть ситуацию в свою сторону. Её лицо ноет, под кожей болезненно пульсирует кровь и нервы. Девушка лишь сжимает крепче пальцы в кулаках, чувствуя как кольцо, подаренное её девочками пару лет назад, хладит ладонь. Мы всегда будем любить тебя — Как давно ты являешься омегой? — Мужчина нависает над ней, начиная свой допрос. — С самого рождения, — Чеён покрывается стыдом, покрывается страхом. Эта ситуация так сильно похожа на её конец. Она прокручивает кольцо на пальце. Мы всегда будем любить тебя — Кто знает об этом, кроме тебя и, очевидно, меня? — Альфа почти вжимает её в стул, его руки опускаются на спинку, его пальцы гладят её волосы. Розанне знакомы эти прикосновения. — Бэ Суджи, — отвечает она, встречаясь с ним глазами и надеясь, что его душа обожжется об её. — Врёшь, — он видит её насквозь, слышит, как пустеет её голос во лжи. — Как же наши ненаглядные девочки? Розанна собирает в себе крупицы растоптанной уверенности, строит из себя слабую и хрупкую; на щеке начинает зреть синяк. — Они не м-могут знать, я прячусь от них, — Розанна быстро тараторит, создавая видимость паники, — каста знает ещё, кровная семья, тот человек, который мне таблетки продаёт, ч-честно. Альфа прищуривается, смотрит хмуро, но верит – если девчонке удалось водить столько лет за нос его самого, то и остальные легко могли попасться на эти уловки. Его пальцы с волос спускаются на шею отодвигают края тонкого свитера, Розанна стискивает зубы, её парализуют воспоминания из прошлого. — Меток нет, — после проверки решает Хён Сок, — возможно, ты говоришь правду. — Что со мной будет? — Тихо спрашивает девушка и так же тихо выдыхает, когда мужчина возвращается на своё место. — В группу найдут новую солистку, — голос альфы становится привычно размеренным, хотя Розанна не может прийти в себя до сих пор после его ударов, — остальным будет сказано, что ты променяла карьеру на замужество. Компании не нужен скандал с уголовницей, хотя, — он садится на своё место и смотрит на неё, — такие омеги, как ты, достойны тюрьмы. Розанна не может найти слов – внутри неё всё мечется от тревоги: — Замужества? — Она вспоминает историю Суджи о Минён и подрывается с места под тяжелый взгляд альфы. — Но я не хочу! — Ты, видимо, еще не поняла, в какой ситуации находишься, — альфа больше не тратит на неё собственных сил, он нажимает одну из множества кнопок на столе, и в кабинет через несколько секунд входят охранники, мужчина и женщина. Они приближаются к Розанне. Мы всегда будем любить тебя Розанна пятится от них, надеясь выбежать в коридор – глупые мысли. Её хватают за руки и шею, давят на свежие синяки и заставляют наклониться; в воздухе шлейфом удушают феромоны Хён Сока, и Розанна начинает терять связь с реальностью – этот трюк подавления невозможно перебороть. — Хорошо, что ты приняла блокаторы, — издевается мужчина, пока охранники выводят борющуюся омегу, — может быть, ты сможешь избежать теплого приветствия моих альф. Розанна лишь слабо рычит в ответ. — А может они успеют познакомиться с тобой поближе до прихода твоего будущего суженного. Розанна не хочет. Розанна понимает, о чем речь. Розанна, скорее, умрёт. Она кусает руку женщины, но та бьёт её в живот, и Розанна почти повисает на охранниках. В коридоре одинокая статная фигура провожает девушку взглядом. — Ч-Чжу Ён, — Розанна сквозь пелену видит силуэт, менеджеру едва удаётся не выдать своего ужаса от вида ослабленной избитой девушки, — помоги. — Закрой рот, шлюха, — один из охранников хватает Розанну за волосы и грубо тянет вперед, от чего девушка не сдерживает крик. Спустя пару минут Чжу Ён теряет её вид в коридоре, слыша только непрекращающиеся всхлипывания. Ещё никогда ей не было так тошно от самой себя.

***

— Быстрее! Нам срочно нужно к сонбэ! — Джису на грани, и, будь её воля, она бы бежала на своих собственных ногах – Лисе удалось затолкать резко запаниковавшую онни в машину и крепко держать. Сопровождавший их менеджер быстро вырулил с парковки. У Джису сердце ноет, инстинкт кричит об опасности уже около десяти минут, и она не прекращает торопить менеджера. — Он не может ехать еще быстрее, Су, — нога Дженни беспокойно трясется, её голос больше похож на одичалый вой. — Рози будет в порядке, не- — Она уже не в порядке! — Взрывается Джису и зло рычит. — Какого черта она поехала одна в офис? Они не сразу увидели сообщение от девушки – были слишком увлечены подарком для неё, но стоило Дженни прочитать сообщение, как альфы трёх девушек обезумели от тревоги. Джису было хуже всего, и она знала, что их тревоги не напрасны. Менеджер косится на них, не до конца понимая о чём идет речь, зато он точно знает, что не может отвезти их в офис ни при каких обстоятельствах. Парень просто надеется, что они не заметят, как он вместо дороги к YG выбрал путь к их апартаментам. Удивительно, как приказ начальства совпал с просьбой девушек вести их к компании. — У неё не было выбора, — негромко говорит подавленная Лиса, — если за ней приехала Чжу Ён, куда она могла еще деться? Джису разочарованно сжимает кулаки и смотрит в окно, пытаясь понять, сколько им ещё осталось, но дорога почему-то не кажется ей правильной: — Куда мы едем?.. Лиса, посмотри. Лиса тянется к телефону, включает навигатор и показывает его онни: — Они везут нас домой, — шепчет Лиса, Дженни сразу порывается ругаться с менеджером, но Джису призывает к тишине. — Чеён у них, они всё знают. Ужас захватывает трёх девушек, они испуганно переглядываются друг с другом, их феромоны становятся ярче. Блядство Чеён у них, и сейчас они не могут сделать почти ничего. Джису хватается за голову, пальцами вырывая пряди – она должна была предусмотреть это, она должна была остаться дома, чтобы защитить Чеён, она должна была поставить метку, наречь всему миру Чеён своей. — Су, — Лиса кладет ладонь на плечо девушки, — мы ничего не могли сделать. — Могли!.. — Шипит Джису, но сбавляет тон, когда видит сильно опечаленное лицо Лисы. — Почему мы не поставили метку? Лиса пытается прекратить сокрушения Джису и вразумить девушку: — Она не хотела этого, было еще слишком рано, помнишь? У Джису дрожат зрачки, она потеряна в собственных мыслях, и Лиса крепче прижимает онни к себе, успокаивая её своими феромонами. Дженни сосредотачивается на дальнейших действиях, заглушает отчаяние рационализацией. Сейчас им троим нужно быть предельно осторожными. Сейчас от их решений зависит судьба Чеён.

______

В апартаментах пусто и тихо, они не сопротивляются, когда им говорят идти в квартиру и ждать приезда сонбэ. Дженни хмуро проходит на кухню, старательно игнорирует накрытый Чеён для них ужин, находит бутылёк с омежьими блокаторами и под озадаченные взгляды Джису и Лисы несет их в комнату Чеён, прячет ей их в наволочку. Она не ждёт, пока её спросят: — Они будут обыскивать квартиру, — Дженни забирает свой плед, который давала Чеён, — Рози наверняка сказала, что мы ничего не знаем. Мы должны убедить сонбэ, что это так. Мы должны казаться невинными, как можно дольше, чтобы иметь возможность спасти Рози, узнать, что они с ней сделали. Лиса первой приходит в себя и принимается помогать Дженни: лезет в мусорку, вытаскивает упаковки таблеток и выкидывает их в окно, она прячет феромонные духи таким образом, каким бы скрывала их Чеён. Джису же замирает у накрытого стола, под одной из тарелок она находит три маленьких письма. Очевидно, для них. Очевидно, Чеён предусмотрела это на случай, если слова подведут её; Джису ослабшими руками разворачивает украшенную бумагу:

Если ты читаешь это письмо, то знай, что я люблю тебя. Ты была одной из тех, кто показал мне, что такое любовь, безопасность и дом :3

С тобой я не боюсь быть слабой, не боюсь быть собой, и я хочу, чтобы ты тоже не боялась быть собой. Быть альфой.

Я полюбила тебя не только , как альфу, но именно эту дикую сторону ты и девочки до сих пор прячете от меня. Я понимаю, почему, а теперь, мне кажется, что я, наконец, готова дать шанс.

Шанс тебе, себе и нашим отношениям :)

Пожалуйста, позаботься обо мне, а я, в свою очередь, обещаю всегда заботиться о вас ♡

Люблю очень-очень сильно!

Твоя Чеён

У Джису нет сил плакать, у неё есть сила только злиться, испытывать ярость к тем, кто отнял у неё её девушку. Джису прячет эти письма под свою одежду, она не отдаст их Лисе и Дженни – она дождётся, когда Чеён скажет им это лично. Иначе и быть не может.

***

— Чеён, вставай, — родной голос пробуждает девушку, — сколько можно спать?

— Столько же, сколько вы не давали мне спать эту ночь, — ворчит девушка, прячась под подушкой. В последнее время ей снились такие яркие сны, что она совсем не хотела просыпаться.

Горячие руки Лисы обнимают её со спины, Чеён вся льнёт к этому теплу:

— Ладно, джагия, — мурчит Лиса и гладит её талию, — ещё пять минут, а потом пойдем будить онни.

Хорошо

Ещё пять минут

Пять минут

Чеён открывает глаза – в виски ударяет тупая боль – над ней тусклая длинная лампа и обшарпанный потолок. Чеён пытается вдохнуть полной грудью, но в её лёгкие проникает лишь воздух, полный затхлости и гнили. Руки и ноги привязаны к ножкам кровати джутовыми веревками, натирая покрасневшую кожу. Чеён едва удаётся оглядеться – её шея ноет от ушибов – в комнате нет никого, перед ней лишь железная дверь, много камер и пауков по углам. Чеён проверяет путы и вырывается, но делает только хуже, ярость и отчаяние заставляют её кричать от бессилия. Девушка бьётся головой о матрас, раздирает кожу в кровь, но не получает ничего. Слёзы почти мгновенно душат девушку – она плачет от боли, от осознания того, что её жизни настал конец, от осознания того, что она всё-таки проиграла и теперь не сможет жить, как полноценный член общества. Она больше не сможет увидеть Джису, Дженни и Лису. Она вообще не сможет выбраться отсюда невредимой, помня угрозы сонбэнима. Её крики, конечно, привлекают хищников.

(///)

— Поглядите-ка, — скрипучая дверь пропускает внутрь уже знакомых ей альф, тех, которые и привели её сюда, — омежка проснулась. Я уже заждался попробовать её на вкус. — Угомонись, — женщина пихает насмехающегося мужчину локтём, — совсем не знаешь, как нужно общаться с дамами. Особенно, с этой нетронутой девочкой. Розанна плачет сильнее: они даже не воспринимают её как человека; она вещь, всего лишь очередное развлечение в их глазах. Они не тратят времени зря, встают по обе стороны от кровати, и женщина кладёт руку ей на живот. Ей не спастись: здесь не будет её касты и её дяди. Розанна рычит, вырывается под самодовольными взглядами. Женщина задирает свитер, проводит ногтями по её торсу и облизывается: — Вкусная. Ей не спастись: её глаза упираются в мигающую лампу, сознание отключается от тела. Мужчина стягивает с неё джинсы, сильнее раздвигает ноги, ладонями грубо ведёт по бёдрам: — Не волнуйся, детка, — его улыбка полна острых зубов и душевной гнили, от него пахнет спиртом и обещанием боли, — я буду нежен. Женщина лишь смеётся, задирая чашки лифчика, и Розанна молится всем богам, чтобы её смерть была быстрой. Ей не спастись: до её слуха доносится звук расстёгивающегося ремня, на её коже остаются болезненные укусы, прошлые синяки становятся глубже под грубостью этих альф. Судьбы не избежать – с самого рождения она омега, которая должна была ещё тогда, на улицах, познать свою жизнь. Жизнь игрушки, способа удовлетворения. Почему она вообще думала, что сможет обхитрить систему? Почему она вообще думала, что она правда сможет любить в безопасности? Чеён чувствует феромоны женщины, готовой поставить ей клятвенный укус. Чеён чувствует мужские руки на своём нижнем белье.

(\\\)

Она прокручивает кольцо на пальце. Мы всегда будем любить тебя — Бегом отошли от неё! — Страшный дикий рык настигает Розанну сквозь пелену боли и слёз. Она туманно замечает, как двух альф вышвыривает прочь кто-то более сильный, кто-то очень разъярённый тем, что увидел. — Вы можете считать, что уже мертвы! Этот кто-то бережно одевает её. От этого кого-то пахнет, как от Джису, но не совсем. Отдалённо похоже. — Чжу Ён, развяжи её, — голос яркий, знакомый, — уроды, блять. Куда смотрел Ян?! Её руки и ноги оказываются освобождены, и девушка тут же сворачивается в глубочек, не сдерживая истерики: её трясёт, словно осенний лист на сильном ветру. — Найди покрывало или плед, — Чеён может ощущать, что этот кто-то действительно заботится о ней. — Сейчас, Рози, сейчас я заберу тебя отсюда. Розанна приоткрывает глаза, прямо перед ней на коленях стоит девушка, и на её лице читается сильная обеспокоенность, а её клыки до сих пор заметны. Лилейные феромоны успокаивают её немного, эта девушка осторожно протягивает ей ладонь. — Су-джи? — Хрипит Чеён, её сознание всё ещё пребывает в паническом состоянии, в её голове всё ещё ощущаются фантомные прикосновения альф. — Да, милая, это я, — Суджи улыбается, Розанна замечает на её щеках слёзы. — Прости меня, я чуть не опоздала. Прости меня. Чеён не находит слов, она не понимает, почему Суджи извиняется перед ней, она не понимает, почему девушка здесь. — П-почему т-ты... — жесткий озноб не даёт Чеён связать и двух слов, она заикается, снова плачет, снова проглатывает слёзы. Чжу Ён, наконец, возвращается с пледом и укрывает девушку. — Почему я здесь? — Суджи говорит непривычно тихо и сломлено, она давно не ощущала столько страха и гнева. — Потому что я пришла за тобой. Я забираю тебя отсюда, Рози. Теперь ты будешь в безопасности. Розанна вспоминает, как раньше, когда-то давно, слышала эти обещания безопасности от Сюзи, как отвергла это тогда. Ей не хочется идти с ней, ей хочется вернуться домой, вернуться в объятия девочек, вернуться к тем, кто по-настоящему смог понять и полюбить её. Суджи замечает метания девушки, её альфа тоже осязает эту отстранённость, поэтому девушке приходится надавить: — Либо я, либо эти твари, Рози, — у Суджи внутри скребут кошки от печального, разбитого взгляда, который посылает ей девушка, — мне кажется, выбор очевиден, не так ли? Розанна судорожно вздыхает, закрывает лицо израненными руками и утопает в боли, её душа словно разорвана на миллионы частиц, каждая из которых пылает огнём под рёбрами. Суджи позволяет ей эти минуты слабости, отныне она будет позволять Розанне многое, она будет с ней предельно осторожной и нежной. Ведь именно так принято обращаться со своей невестой. — Идём, Рози, — Суджи осторожно опускает ладонь на макушку Чеён поглаживая; она старается не думать о том, что было бы, если бы она не успела. — Пора домой. Розанна воет раненным зверем, слёзы, не прекращаясь, льются из её глаз. Она не хочет ничего, она хочет проснуться от этого кошмара.

— Ну что, проснулась, наконец? — На этот раз это Дженни, с милыми надутыми щёчками и следами шоколада на губах. — Лиса уже встала, а ты всё спишь.

Чеён улыбается, чувствуя себя отдохнувшей. Она потягивается и обвивает руки вокруг склонившейся над ней Дженни, притягивая к себе для поцелуя.

Мягкое касание губ встречается положительным стоном и нежностью, но Дженни слишком быстро отстраняется:

— Я люблю тебя, но тебе нужно почистить зубы и поторопиться, — до девушек доносится смех с кухни, — а то Лиса и Су сейчас разнесут кухню, пытаясь приготовить блины с шоколадом.

Чеён тоже смеётся, она бодро подскакивает с кровати; счастье переполняет её душу, её сердце и разум.

Хоть бы это счастье продлилось вечно.

А, может, и пять минут.

Ей было бы достаточно ещё пять минут.