Луна светит ярко

      Ни на какую сходку он блять не пошёл. Вечером, в тот же день после ухода Тимура, пришла мать и нехило так бомбанула. Оказывается, ей звонили из колледжа и спрашивали, почему Марк уже вторую неделю не появляется на парах. Крысы ебанные, у него вообще-то было плохое моральное состояние и причин доебов, брюнет не видел. А вот мамка видела. Наорала на него, дав подзатыльника и теперь парень сидит на скучной матеше, водя ручкой по бумаге и рисуя каракули. Сейчас он поступил на дизайнерский, потому что слышал, что будет халява, да хуй там. Восемь номеров по математике, они ебу дали? Но Марк всё равно ничего не делает и систематически прогуливает. В десятый класс он, слава курседу, не пошёл. Они вместе с Артёмом хотели поступить в один колледж, но в последний момент Тема передумал и сообщил, что остаётся до одиннадцатого, оно и к лучшему. Марку даже думать не хотелось, как бы он существовал в одном помещении с этим человеком.       Жужжание телефона в кармане оповещает о пришедшем сообщении. Парень достаёт телефон и видит кружочек от Тимура, что тоже сидел на паре, только в универе. Как ни странно, блондин смог поступить в достаточно престижный университета на лингвиста. Марк, конечно, не сомневался в познаниях парня, но иногда его тупость заставляла брюнета задаваться вопросом, как он поступил на бюджетку? Он печатает сообщение, пока преподаватель гневно не прикрикивает на него.       — Марк, быстро телефон убрал! — парень на это только вздыхает, откладывая мобильник, но, когда снова приходит сообщение, руки сами тянутся к нему. Спустя ещё пару замечаний препод не выдерживает.       — Вон из аудитории! Сил моих больше нет! Докладная и родителей в колледж! — училка надрывает связки, Марк быстро всё спихивает в рюкзак и выходит из аудитории, хмыкая. На докладную плевать, а мамке вообще кристаллически поебать.       — Так что похуй, похуй, по-о-ху-уй, — Брюнет напевает себе под нос, шаркая ногами по пустому коридору и подходя к автоматам с едой и кофе, доставая банковскую карту.       Взяв себе пачку сухариков и воду со вкусом малины, Марк поднимается на второй этаж и заходит в небольшой зал рядом с библиотекой, усаживаясь за стол. Он берёт телефон, просматривая сообщения Тимура, у которого максимально заебавшееся ебало в кружке, а на фоне слышится разговор на непонятном Марку языке, наверное, английском. Брюнет поправляет чёлку и записывает кружок.       — А меня выгнали из класса, препод такой душнила, что аж плохо стало, — парень переключает камеру и показывает стол, хвастаясь сухариками с хреном и сладкой водичкой. Его сообщение сразу читается, а следом летят грустные смайлики, и просьба не дразнить голодного блондина.

***

      Следующие четыре дня тянулись очень долго. Марку приходилось вставать в семь утра и ехать в этот грёбаный колледж и сидеть там шесть мучительных часов. С Тимуром они не виделись, только переписывались и слали друг другу тупые кружки в телеграмме. Обычная пятница, ничего необычного до момента, пока не заходит куратор и не объявляет о двухнедельной поездке в Питер. Девчонки визжат от радости, но куратор прерывает их.       — Вы едете не просто так. Это массовый сбор студентов из институтов и колледжей лингвистического и дизайнерского направлений, — Марк развесил уши на слове "лингвистического". — Это будет рабочая встреча. Люди приедут из других стран. Это всё направленно на знакомство с историей и традицией других культур. В начале недели вам дадут задание для проекта, которое нужно будет представить в конце поездки. Лингвисты будут помогать вам с переводом. Надеюсь, вы и от них чему-нибудь хорошему научитесь, не подведите меня, — куратор заканчивает и уходит, оставляя после себя возбуждённый кавардак. Марк сразу идёт писать Тимуру о поездке и спрашивать, не говорили ли им об этом. Как оказалось, Тимур тоже там будет, что сильно обрадовало парня.

***

      Сбор студентов был назначен на девять утра в воскресенье. Марк с рюкзаком на плече, тихо стоит в стороне, пока его одногруппники взбудоражено обсуждают кто с кем сядет и кто с кем будет жить. Натянув капюшон, Марк смотрит на время. В животе тянет от долгого ожидания. Нервно стуча пальцем по экрану телефона, брюнет не замечает, как к нему подкрадываются и нападают из-за спины. С Марка стягивают капюшон под весёлый смех и ерошат волосы, пока юноша кряхтит, выбираясь.       — Тимур? Привет, ты че тут делаешь? — черноволосый отходит, поправляя причёску и удивлённо пялится на возникшего парня. Тимур всё так же одет в спортивную куртку, только теперь она плотнее и слава богу не от адидаса. Чёрные штаны от пумы и кроссовки. Блондинистые волосы торчали из-под чёрной шапки, а на лице красовалась всё такая же широкая улыбка.       — Как что? Тоже что и ты.       — Но вы же должны были вроде вечером ехать, нет?       — Не, это другие две группы, мы с вами едем, — блондин поправляет спортивную сумку, висевшую у него на плече. Марк слышит позади себя восторженный шёпот девочек, насчёт блондинистого красавчика, и моментально вскипает. Объявляется посадка на рейс до Санкт-Петербурга, и контролёры начинают по двое запускать в вагон.       — Сядем вместе? — спрашивает Тимур.       — Го.       Марк осматривается, изучая вагон изнутри. Это был скоростной поезд "Ласточка", так что до Питера доедут они за часов пять. Тимур заходит следом, укладывая руку на плечо парня и подталкивая, чтобы не задерживать очередь. Какая-то девочка обращается к нему с предложением сидеть вместе, за что получает убийственный взгляд Марка. Брюнет хватает оффника за руку и тащит к их местам, занимая место рядом с окном. Блондин не возражает, скидывает сумку с плеча и засовывает её на верхнюю полку.       — Давай сюда рюкзак, закину, — Тимур любезно убирает рюкзак, протянутый парнем.       — Какой джентльмен, я поражен, — Марк устраивается поудобнее, наблюдая за фыркающим парнем. — Достаточно необычно, что мы вместе едем в другой город, — паук облокачивается о стекло, подпирая подбородок рукой.       — Если только немного. Наш универ часто ездит на какие-то мероприятия.       — Вы типа как переводчики работаете? — слышится приглушенное угуканье, пока Тимур возится на сиденье, пытаясь поудобнее вытянуть свои длинные ноги. — И на скольких языках ты шпрехаешь? — Марк переводит заинтересованный взгляд на парня.       — Эм, ну... Английский хорошо знаю, французский и немного латынь, совсем чуть-чуть немецкого, — блондин задумчиво прикрывает глаза вспоминая, ничего ли он не упустил.       — Да ладно, — челюсть у брюнета отвисает. Знать четыре языка, это же ахуеть как круто, он на русском-то базарит плохо, а тут целых четыре.       — В трусах прохладно, я просто не прогуливаю месяцами универ, как некоторые, — язвит парень, получая от Марка пинок коленом.       Поезд медленно трогается, Марк вновь уставился взглядом в окно. Тимур рядом с ним достаёт телефон и включает какие-то стрелялки. Паук смотрит краем глаза на светловолосого, хочется поговорить о чем-то, но в голову ничего не лезет.       — Бляха-муха, почему нахуй во всех транспортах делают мало места между сидениями, — спустя два с половиной часа Тимур не выдерживает, пиная кресло впереди себя и обращая возмущённый взгляд какой-то женщины.       — А вот нехуй дылдой такой быть, — Марк скептически смотрит и хлопает парня по плечу, пытаясь успокоить.       — Заткнись, полторашка. Ноги затекли пизда, надо прогуляться что ль, — с этими словами, Тимур раздражённо встаёт и уходит куда-то, оставляя брюнета одного. Воткнув наушник в ухо и включая нью эру курседа, которую он заслушал до дыр, парень прикрывает глаза, пока его не дёргают за прядь волос сзади. Парень раздраженно оборачивается и поднимает голову, смотря на свою однокурсницу.       — Маркус, можно вопрос? — девушка стеснительно хлопает своими большими, накрашенными карими глазами.       — Какой?       — А что за парень сидит рядом с тобой? Вы друзья? Как его зовут? — вопросы сыпятся на брюнета, пока тот начинает закипать от ревности, хотя она просто интересуется.       — Почему бы тебе не спросить его самого? — черноволосый шипит и отворачивается. Настроение испортилось сразу. Девушка что-то ответила, но парень её даже не слушал.       Двери в их вагон открываются, Тимур вразвалочку идёт с чипсами в руках, останавливаясь возле своего места и с тяжёлым вздохом опять садится. Брюнет на него даже внимания не обратил, сидит себе в наушниках и пялит в окно.       — Марк, ты че? — Тимур кидает пачку черноволосому на колени, ловя мрачный взгляд карих глаз. — Блять, я опять пропустил че-то интересное!?       — Отвянь.       — Ну ахуеть, я ему тот пожрать приношу, сумки помогаю положить, а он "отвянь", — блондин снимает свою шапку и с разочарованием фырчит под вздох Марка.       — Да ничего не случилось, че приебался? Просто настроения нет, — брюнет хватает пачку и агрессивно открывает, закидывая чипсины в рот.       — Да у тебя аж чёлка дыбом встала, — блондин встаёт, доставая из сумки павер банк и садится обратно, продолжая задротить уже в машинки.       Спрятав пустую упаковку в кармашек на спинке кресла, брюнет откидывается и смотрит на Тимура. Чуть склоняется, заглядывая в телефон и не понимая, как можно часами играть в скучные гонки, которые интересны первые десять минут.       — Тебе не надоело? — блондин оборачивается, слыша вопрос.       — Ну а хули нет? Те скучно че ли? Дотку на телефон не скачать, да? Вот печа-аль, — блондин хихикает, а Марк только кривит губы.       — Хочешь ко мне на колени лечь? — спрашивает паук через несколько минут, когда видит, как блондин ерзает. Голубые глаза устремляются на парня. — Не смотри на меня так, не хочешь — не надо, сиди и мучайся, — Марк хмыкает, отворачиваясь.       — Э! Хочу! — блондин не упускает возможность, быстро поднимая подлокотник разделяющий их и ложится на колени, с облегчением вытягивая ноги в проход. Какой-то мужик, что шёл и чуть ли не споткнулся об них, делает замечание, на что Тимур шлёт его нахуй. Ну а хуле, проход пиздец широкий, можно и обойти. Марк на это только смеётся, замечая на себе взгляд голубых глаз и затыкается смущённо. Тимур поднимает телефон, вновь залипая в какую-то игрушку. Редановец смотрит на сосредоточенно нахмуренные брови, острые скулы и заострённую, мощную линию челюсти. Светлые волосы топорщились ёжиком, и Марк неосознанно дотрагивается до них. Не слыша возражений, он запускает пальцы в волосы, удивляясь их жёсткости. Тимур ничего на это не говорит или просто не замечает, увлёкшись очередным раундом. Брюнет вздыхает, ласково перебирая пряди и переводит взгляд на завораживающий пейзаж, мелькающий за окном.       — Все, я заебался, — через час блондин откидывает телефон и трет уставшие глаза, поднимая их на парня, который переводит свои карие с окна на Тимура. Их взгляды ненадолго встречаются, и они молча смотрят друг на друга. — Сколько нам ещё ехать? — Тимур первый отводит взгляд и скрещивает руки на груди. Марк поднимает голову и смотрит на экран, висящий над проходом, где отображалась информация.       — Ещё часа два, плюс-минус там, — Марк берёт свой телефон и убавляет звук в наушниках. Блондин на это ничего не отвечает, прикрывая уставшие глаза.       — Ты если че это, разбуди меня, если я усну.       — Не-а, встану и уйду без тебя, — Марк получает толчок в бок. — У тебя всегда такие белые волосы были? — Марк заинтересованно дёргает за прядку, на что Тимур морщится.       — Да, от бати достались, я тебе сейчас руки оторву, нефор ты ебаный.       — Я не ёбаный. Спи давай.       — Сейчас будешь, — едкое замечание, заставляющее Марка сильно засмущаться, с ним флиртуют? Тимур успокаивается и со вздохом прикрывает глаза. Под нежными ласками брюнета, парень расслабляется и быстро отключается до самого конца поездки.

***

      Толпа студентов собирается на станции. Марк, уставший из-за долгого сидения на одном месте, покачивается и встряхивает затекшие ноги. Рядом с ним стоит сонный Тимур со следом от кофты на щеке, которую Марк подложил ему под голову. Белые волосы топорщатся в разные стороны, делая его похожим на домовенка.       К сожалению, здесь они расстаются, у каждой группы свой автобус, ехать до отеля не так уж и долго, минут двадцать с пробками.

***

      Марк смотрит на маленькую комнатку и две небольшие кровати. Его поселили с бесячим однокурсником, с которым они сразу посрались, когда начали выяснять, где чья кровать будет. У Тимура тоже ситуация обстояла не лучше. Он оказался в комнате с парнем из параллели, с которым они часто пиздились. И вот сейчас этот мудак сказал, как ему жаль оставаться целых две недели с каким-то белобрысым петухом, за что сразу получил по ебалу.       — Я не собираюсь с тобой жить, макака кудрявая, — Тимур скидывает с себя паренька и поднимается, сразу нанося удар.       — Я с тобой тоже, троглодит уродливый.       — Че ты там вякнул?! — в бешенства, блондин сжимает кулаки и смотрит на своего соседа, который кидает на него затравленный взгляд.       В итоге Тимур отстоял комнату и за шкирку потащил парня на выход. Поспрашивав своих кентов, не хотят ли они поменяться комнатами, Тимур только слышал отрицательные ответы. Все были довольны своими соседями. Тогда он решил пойти к Марку.       Постучав в дверь, ему никто не открыл. Слышится вскрик по ту сторону двери и Тимур напрягается, голос точно принадлежал его паучку. Дёргает за ручку на пробу, и та неожиданно поддаётся. Зайдя в комнату, он наблюдает такую картину: Марк лежит на кровати, и пинает парня, что дёргает того за ногу.       — Ты даун?! Я первый её занял!       — Вообще-то я! Ты столкнул меня, я хотел возле окна! — вопит парень, дергая Марка за ногу и стягивая с него носок. Черт, какой же детский сад. Тимур откашливается, привлекая двух замерших парней.       — Марк, бери шмотки и пошли, — брюнет несколько секунд тупит, а потом подскакивает, хватая рюкзак и догоняя парня, довольный тем, что не будет страдать от нежелательной компании.       Зайдя в комнату, редановец мягко говоря ахуел. Тут ураган был или что? Одеяла валялись все скомканные, тумбочка перевёрнута.       — У вас тут бои без правил были че ли? — Марк поднимает одеяло и кидает на кровать, садясь на неё.       — Почти, мы с этим ботаном не ладим.       Парни начинают раскладывать вещи, Марк переодевает свою кофту на толстовку с пауком на спине, под осуждающий взгляд Тимура, и темно-серые штаны. Под вечер их всех созывают в небольшой зал, для объяснения задания. Дизайнерам нужно было сделать какую-то постройку, а потом представить её. Конечно, первому курсу повезло, им разрешили сделать какую-нибудь избушку или что-то фэнтезийное из русских народных сказок, а вот четвёртому целое архитектурное здание, которое считается достопримечательностью Санкт-Петербурга, вот лошпеды.       Было куча иностранных людей, тоже студенты, которые приехали сюда с такой же целью. Их разделили на несколько групп, смешивая с иностранцами. Тимур как-то прибился к Марку, чтобы преподы видели, как они хорошо дружат и поставили в одну группу. Позже их отпустили. К брюнету сразу пристал какой-то итальянец или француз, который пытался заговорить с ним на английском, за что был вежливо послан нахуй Тимуром, с восхитительным французским акцентом.       — Ахуеть, это было пиздатенько, — Марк направляется обратно в комнату, смотря на блондина, что гордо приподнял подбородок.       — Конечно, а ты что думал?       — Почему именно на лингвиста? По тебе не скажешь, что тебе такое нравится.       — Ну... — Тимур задумчиво трет острый подбородок, — в детстве нравилась вся эта хрень с языком. Нравилось изучать его глубже, структуру, понятия и всё такое, а потом английский появился, он мне больше всех нравится, самый лёгкий. Лингвисты, это, кстати, не переводчики и не полиглоты, не путай.       Марк кивает, заходя в комнату и садясь на кровать.       — Уважуха тебе, научишь на французском базарить? — брюнет откидывается на подушку, ловя взгляд голубых глаз.       — Ну думаю, что...       — Я тебя ебну, если ты скажешь, что я безнадёжен, — черноволосый слышит задорный смех.       — Лады, ты уже сам сказал, — Тимур смеётся сильнее, когда в него летит подушка.       Вечер проходит медленно, парни от скуки пинают хуи в своём номере, потом спускаются на ужин, а потом опять в номер.

***

      Марк лежит на кровати и просматривает тг-каналы, чатясь со своими друзьями-редановцами, обсуждая новости. Дверь в ванную открывается и оттуда выходит Тимур. Когда брюнет поднимает взгляд, он давится собственной слюной, замирая. Блять, какой же этот белобрысый был ахуенный. Рельефная грудь, по которой стекают прозрачные капли воды, было самым лучшим и возбуждающим, что когда-либо видел паук. Мощная спина и широкие плечи с, о блядский божий, россыпью бледных веснушек. Тимур вытирает мокрые волосы, взъерошивая их, а потом приглаживая. Марк чувствует, как тело начинает гореть, а внизу живота стягивать. «Блять, я пиздецки гей» — мысленно говорит Марк сам себе и пытается думать о кораблике, мерно покачивающимся на волнах, а не о ахуенном виде, мелькающим перед ним. Глаза будто прилипшие, вновь возвращаются к блондину, что наклоняется за своей сумкой, поднимая её. Редановец наблюдает за плавно перекатывающимися мышцами под кожей и проклинает себя. Он судорожно вздыхает, проглатывая вязкую слюну. Это конец, у него встал на ебанного оффника. Брюнет вылезает из-под одеяла и старается максимально спокойно дойти до ванной. Оказавшись там, он закрывает дверь, скатываясь спиной по ней и тяжело дыша. Лёгкие наполняет знакомый цитрусовый аромат, и парень сдавленно стонет, потирая лицо.       Воду он включает максимально холодную, чтобы охладить горящее тело и смыть всё возбуждения. Нет, ни за что. Дрочить на оффника, который находился буквально за стенкой Марк не будет, фуфуфу.       После душа, успокоившись и набравшись смелости, Марк выходит из ванной. Тимур слава богу надел майку и теперь лежал на кровати, закинув руку за голову. Брюнет тихо ложится на кровать, желая спокойной ночи.       — Ахуеть, так рано? Я думал ты до 5 утра не спишь, ну ладно, сладких, — Тимур накрывается одеялом, всё ещё чекая что-то в телефоне.       Марк открывает глаза, сразу видя перед собой темный силуэт. Он шевелится и делает шаг вперёд, заставляя брюнета распахнуть глаза. Зелёные глаза сверкают.       — Артём? — парень перед ним молчит. Беловолосый смотрит на него пристально, пугающе-отстранённым взглядом. Марк делает шаг назад, страх начинает пронизывать тело парня, когда Артём делает шаг вместе с ним. — Блять, отойди от меня! Что ты тут вообще забыл?! — Марк делает ещё шаг, но врезается во что-то. Его хватают за лицо, притягивая ближе.       — Марк, я люблю тебя, останься со мной, — и опять эти слова, их холодность пробирается под кожу, заставляет брюнета задрожать.       Что-то перекрывает ему доступ к кислороду, и Марк начинает задыхаться, падая на колени и кашляя. На языке чувствуется металлический привкус, но крови нигде не видно.       — Марк, я люблю тебя, пожалуйста... — голос отдаляется, и парень остаётся в тишине, пытаясь вобрать в лёгкие как можно больше ледяного воздуха. Грудную клетку сжимает и юноше кажется, что сейчас она сломается. Рёбра проткнут лёгкие и сердце, заставляя черноволосого мучительно захлёбываться кровью. Периферией, он замечает движение рядом с собой. Подняв голову, он встречается с небесно-голубыми глазами и широкой улыбкой на лице. Тимур. Марк сразу тянется к парню, но замирает, когда взгляд напротив темнеет, а улыбка сходит с лица. Небесно-голубые глаза превращаются в лед.       — Любишь меня? — безэмоциональный голос раздаётся в тишине, и брюнет хочет ответить, но не может, поэтому он просто кивает. Руки начинают дрожать, когда светловолосый кривится.       — Это отвратительно, я тебя ненавижу, не смей трогать меня. — Тимур отходит от парня, когда тот пытается встать. Марк смотрит на него широко открытыми глазами, слезы катятся по щеками, и он хочет окликнуть светловолосого, который развернулся и начал отдаляться от него всё дальше и дальше. Сердце разрывается от горя и печали. Юноша беззвучно плачет, начиная опять задыхаться. Как через толщу воды до него доносится крик, который зовёт его. МаркМаркМарк.       Глаза распахиваются, и юноша подскакивает на кровати. Жадно глотая воздух, он озирается, натыкаясь на испуганный взгляд голубых глаз.       — Марк? Всё норм? — Тимур говорит тихо и обеспокоенно, протягивая руку. Это был сон, просто сон. Майка неприятно прилипала к спине. Брюнет прячет лицо в ладонях, потирая щеки руками.       — Д-да, все хорошо, — он не узнаёт своего хриплого и севшего голоса. Блондин присаживается поближе, протягивая бутылку с водой.       — Я проснулся из-за вскрика, а потом ты задыхаться начал... Я думал, что коньки от страха тут отброшу, уеба, — Тимур мягко толкает его в плечо. Паук игнорирует это, беря бутылку и делая несколько небольших глотков.       — Просто кошмар, забей.       Тимур на это только промолчал, облегченно выдыхая, вот сейчас он реально жёстко очканул, уже думал конец света будет.       — Сколько время? — Марк отдаёт бутылку и потирает ещё дрожащие руки.       — Четыре утра, — блондин поднимается и подходит к рюкзаку, доставая оттуда толстовку и хмурясь. — У тебя маек нету больше? — редановец качает головой. Майки есть, но дома, в основном из гардероба он взял тёплые вещи, для гулянок по холодному Питеру. Тимур цокает и бредёт к своей сумке, доставая оттуда бежевую футболку и кидая её Марку. Юноша смотрит на неё и приподнимает бровь.       — Че смотришь, переодевайся, — блондин подгоняет его, и паук неуверенно снимает свою мокрую майку и надевает чужую, которая раза в три была ему больше: свисала мешком с плеч и была почти чуть ли не до колен.       Спать не хотелось ни капли, особенно после такого пиздеца. Раньше ему тоже снились кошмары, но близкие ему люди там почти не фигурировали.       — Делиться не будешь, да? — блондин присаживается уже на свою кровать, наблюдая как челкастый мотает головой. — Ладно, — Тимур замолкает, смотря на молчаливого брюнета, который неподвижно сидел и пялился в одну точку. Возникло сильное желание подойти и обнять его. Белокурый молчит о том, как юноша выкрикивал сорванным голосом имя какого-то Артёма и его...       — Спать, как я вижу ты не собираешься, давай тогда поиграем?       Марк закачивает себе на телефон любимые Тимуром стрелялки. Блондин укладывается поперёк кровати брюнета, подключаясь к игре.       Так они сидели, пока за окном не начало светать. Тимур отрубился, лёжа головой на бедре Марка. Сам брюнет уснуть так и не смог. Запустив руку в блондинистые волосы, юноша уставился в потолок, вновь возвращаясь мыслями к неприятному сну. Будильник зазвенел ровно в девять утра. В пол десятого они уже должны быть в столовой, чтобы не пропустить завтрак.