Тебя больше нет (с)

Когда я был совсем маленький и впервые простудился, дедушка отвёл меня в больницу. Там у меня брали кровь. Ну, чтобы узнать, что со мной. Тетенька попросила меня несколько раз сжать кулачок, потом взяла меня за безымянный палец, протёрла его ваткой со спиртом, и проколола. И, видимо, попала в какой-то сосуд. Потому что кровь брызнула ей прямо в лицо. Она явно этого не ожидала. А я хохотал. Боже, как мне было весело! Из моего пальца фонтаном хлестала кровь, а я лыбился, как придурок, провожая струйку, стекающую по моей руке, восхищённым взглядом. Это было, правда, потрясно. Я даже не знаю, что именно мне так понравилось тогда - тупое удивление на лице медсестры, то, что сосуд в моём пальце так внезапно и красочно взорвался или контраст её белого халата и моей красной крови. Так или иначе, с тех пор я просто обожал вид крови. Особенно меня порадовало, когда я в начальной школе подрался с одноклассником. Он сильно толкнул меня, и я ударился головой о край стола. Отключился. А когда темнота отступила, открыл глаза и увидел свою кровь на полу, я... Ну, озверел немного, что ли... Все перепугались, в скорую уже звонить хотели, а я встал! Встал и ответно толкнул этого козла. И он тоже ударился. Правда, гораздо серьёзнее. И именно тогда я понял, что мне нравится вид не только своей, но и чужой крови. Нравится так, что дыхание перехватывает. И с тех пор понеслась: вечные драки, чтобы костяшки в кровь. Чтобы противники блевали кровью. Чтобы больше, краснее. Я сам себе напоминал какого-то психа. Пока не встретил тебя. Конечно, продемонстрировать свои способности в драке старшему мальчику необходимо. Конечно, ведь никогда не хочется показаться слабаком. Тем более, дед сказал, что этот “старший мальчик” будет моим братом. И как, скажите, перед ним не выпендриться?! Хотя ты всегда был намного сильнее. И в первую же встречу уделал меня. А я был жутким плаксой. Разрыдался сразу же, на что ты фыркнул, окинув меня презрительным взглядом, и ушёл, не оборачиваясь. А я, рыдая, поднёс руку к расцарапанной щеке, стёр чуть-чуть крови, посмотрел на свою окровавленную руку и улыбнулся. Именно тогда я решил во что бы то ни стало подружиться с тобой. Завоевать твоё внимание, даже если ради этого придётся за тобой по пятам ходить. Даже если придётся терпеть твои избиения. Вид моей собственной крови будто толкал меня к более безумным вещам, чтобы заинтересовать тебя. Сначала я думал, что дело в крови. Чем больше крови прольётся, тем ближе ты станешь ко мне. Я даже намеренно попадал в передряги, чтобы ты волновался за меня. Чтобы ты думал обо мне. А когда мы уже были вместе. Когда кровать одна на двоих. Когда любовь-страсть. Когда можно в твою спину вцепиться, раздирая в порыве. Когда красные дорожки струятся по твоей спине. Я, смотря в твои глаза, облизываю пальцы, перепачканные в твоей крови. И ты судорожно дышишь, не отрывая безумного взгляда. Твои зрачки расширяются, и ты наклоняешься, жадно целуешь, до крови прикусывая губы. И это так здорово. Ты не понимаешь моей этой тяги к виду крови, но всё равно возбуждаешься каждый раз, когда я проделываю нечто подобное. Я люблю кровь. Свою. Чужую. И твою особенно. Она какая-то сладковатая на вкус, будто ты конфета какая-то, правда. И она какая-то особенная. Не знаю... Её запах мне крышу срывает. Срывал... Я любил вид твоей крови. Особенно вперемешку с моей собственной. Ровно до того дня, когда тебя не стало... До сих пор я не могу забыть это. Множество огнестрельных ранений. Множество пуль, прошедших навылет. Множество красных струек на твоей белой рубашке... Ты на коленях, истекающий кровью. Ты шепчешь мне что-то важное окровавленными губами, но я не слышу. Мой слух заглушает шум крови в ушах. Я обнимаю тебя, чувствуя, как твоя кровь горячим потоком стекает по моей груди, рукам. Слышу, как она падает на асфальт, будто в совершенной тишине вода из-под крана. Ты прислоняешься к моему лбу своим окровавленным лбом. Твои-мои слёзы вперемешку с твоей кровью. Глаза в глаза и твои окровавленные губы на моих губах. И я задыхаюсь, касаясь твоей щеки, окровавленной рукой. И ты закрываешь глаза, искренне улыбаясь мне в самый последний раз... И мои руки по локоть в твоей крови. И кровь. Везде твоя кровь. Повсюду. На асфальте, на мне, на одежде. И перед глазами кровавая дымка. И меня трясёт, будто у меня приступ эпилепсии. Я поднимаю свои окровавленные руки к лицу, смотрю сначала на них, потом фокусирую взгляд на твоей бело-красной рубашке; опять дрожащие руки и мой красный адский фетиш на них. И я кричу так громко, так долго. Кричу даже когда голоса уже нет. Кричу так, что до крови царапаю горло. Теперь я не переношу вид крови...