По ту сторону любви.

- Никлаус, что это за бред!.. – ворвался в комнату старший Сальваторе, - Елене нужна помощь доктора!.. - Я знаю, - спокойно ответил герцог. - Тогда почему я узнаю, что ты не позволяешь послать за ним?! - Успокойся, Деймон!.. Я сам уже давно отправил за ним человека, он скоро будет здесь. Просто об этом никто не должен знать. - Почему? - Я хочу проучить нашу безрассудную гордячку, чтобы впредь она думала о последствиях. Пусть попереживает, - с легкой холодной улыбкой ответил лорд Майклсон. - Хм… Понятно. Укрощение строптивой, - ухмыльнулся итальянец. «Тебя не тошнит от себя самого? Ты принуждаешь девушку отдаться тебе, угрожая жизни дорогим ей людям! Какой же ты рыцарь? Ты давал обет защищать слабых!» - подъедала его совесть. Нет, он просто хочет преподать ей небольшой урок! Он все равно женится на ней!.. - Мне даже не у кого спросить, как это… это очень больно, Бонни? – блондинка нервно теребила мокрый локон, сидя с железной бадье, полной горячей воды. Служанка добавила в ванну настой из трав и лепестков роз. - Некоторые говорят, что да, а другие – что совсем не почувствовали боли… думаю, это зависит от мужчины, миледи. - Если так, то эта ночь будет для меня адом – Клаус жесток и мстителен, - девушка судорожно сжала жестяной край. - Откажитесь, миледи, откажитесь пока не поздно! – умоляюще произнесла мулатка, - вы жертвуете самым дорогим и важным, что есть у девушки! - Нет, Бонни, - Керолайн упрямо покачала головой, борясь с наворачивающимися слезами, - самое дорогое – жизнь моей сестры, спасение отца и брата. Вот что самое важное. И я готова заплатить за это любую цену!.. Прислужница закусила губу, стараясь не заплакать. Она понимала, что другого выхода у ее госпожи нет, и та должна быть сильной, поэтому она не может расстраивать Керолайн еще больше. «Тайлер… мы никогда не поженимся. Я разорву помолвку, я не смогу обманывать его…» - думала Кер. Одев девушку после купания, Бонни невольно залюбовалась своей госпожой. Платье из светло-голубого бархата подчеркивало цвет глаз и придавало облику Керолайн какую-то воздушность, светлые волосы, слегка собранные гребнем сзади, локонами струились по спине и плечам, только лицо было бледным и напряженным. - Я принесла вам кувшин вина, - мулатка налила немного в кубок и подала хозяйке, - выпейте, это немного успокоит вас. Блондинка в несколько глотков осушила бокал. - Это должна была быть брачная ночь с… - Керолайн сделала над собой усилие, чтобы голос не дрожал, - …Тайлером. Она посмотрела на себя в зеркало – от вина появился легкий румянец, глаза блестели – само совершенство! - Иди, Бонни, оставь меня одну. - Миледи!.. - Пора! Он скоро придет. Девушка стояла у окна, потеряв счет времени, думая об отце, Елене, Джереми… о Тайлере и о Клаусе Майклсоне. Она даже не услышала, как дверь отворилась, и кто-то тихо вошел в комнату. Клаус вначале тихо постучал, но, не услышав ответа и шагов, бесшумно отворил дверь. Керолайн стояла у окна, глядя в ночь и видя что-то известное лишь ей. Мужчина почти физически почувствовал волну отчаяния и безысходности, исходящую от девушки. Все его заготовленные фразы рассыпались, оставляя лишь желание обнять блондинку, успокоить и никогда не отпускать… Внезапно она обернулась к нему, в глазах промелькнул страх, который тут же сменился вызовом. Блондинка вскинула голову и попыталась уверенно улыбнуться. - Я пришел сообщить вам, леди Керолайн, что врач уже в покоях вашей сестры и его прогнозы благоприятные, - Майклсон просто пожирал ее глазами, - вопросом вашего отца и брата я занимаюсь, и я сдержу свое слово. - Благодарю, милорд. Вина? Гость утвердительно кивнул. - И давайте побыстрее закончим с моей частью сделки, – блондинка пыталась держаться смело и дерзко, но ее руки, наливая напиток, дрожали. Мужчина принял кубок, перехватил руку блондинки и поднес к губам, ощущая дрожь ледяных пальчиков. - За хозяйку Эрандела! Сделав несколько глотков, он отставил бокал и привлек девушку к себе. Почти невесомо поцеловал в губы, затем спустился ниже, целуя шею, ключицы, открытые декольте плечи… Затем взглянул на Керолайн. Ее глаза были широко открыты, выражая испуг и недоумение: - Что… Что вы делаете?.. - Вас никто так не целовал, миледи? – глаза Клауса смотрели насмешливо, - ваш мальчишка-жених не делал так? Затем он приблизил свои губы к ее ушку, поцеловал мочку: - или так… - нежно прикусил ее, лаская языком, - или так?.. Девушка отскочила от него, ее голос срывался от волнения и возмущения: - Вы!.. Вы!.. Что вы делаете?.. Прекратите немедленно!.. - Прекратить что, моя леди? – Майклсон все так же насмешливо смотрел на пунцовую от смущения блондинку. - Прекратите издеваться!.. Вы пришли за… - она запнулась, - в общем, делайте то, зачем пришли и уходите!.. Никлаус расхохотался. - Я и делаю то, зачем пришел. Или вы думали, что я сразу наброшусь на вас и тут же испарюсь?.. Растерянный вид девушки говорил ему, что она вообще слабо представляла, что должно было происходить. Парень перестал усмехаться. Приблизившись, он взял руки Керолайн в свои, поднес к губам, согревая своим дыханием. - Керолайн, вы не знаете ничего о любви, поэтому позвольте показать вам. Любовь – это искусство, это целый мир наслаждений, а вы достойны самого лучшего. Я покажу вам этот мир… Он привлек блондинку к себе, медленно и нежно поцеловал нижнюю губку, затем верхнюю, осторожно проник языком в рот, почувствовав, как она робко отвечает на поцелуй. Одновременно он распустил шнуровку платья на спине, заставляя декольте сползти еще ниже. Отстранившись, он увидел, что глаза девушки закрыты, ее руки обнимают его плечи. Целуя, Клаус спускал платье все ниже, пока грудь Керолайн не обнажилась полностью. Он гладил ее белоснежные грудки руками, выписывая узоры языком и чувствуя, как бешено колотится сердце девушки. Никлаус нежно засосал розовый сосочек, играя с ним губами и языком, и услышал тихий стон Керолайн. Когда он переключился на второй сосок, стон стал громче. Ослабив еще завязки, парень вынудил платье упасть к ногам девушки. На несколько мгновений он застыл, смотря на прекрасное женское тело перед ним. Керолайн открыла глаза, вынырнув из блаженства, и попыталась прикрыться руками, однако парень обнял ее, лаская спину, бедра, руки девушки: - Я не видел ничего прекрасней, тебе не нужно стыдиться… Подхватив блондинку на руки, он опустил ее на кровать. Клаус навис над девушкой, покрывая ее тело поцелуями и одновременно освобождаясь от своей одежды. Его опытные руки дарили прежде неизвестные ей ощущения. Глаза Керолайн были полуприкрыты, инстинктивно она обхватила плечи мужчины, притягивая ближе к себе: - Никлаус… - непроизвольно вырвалось у нее. - Ник…зови меня Ник… - срывающимся шепотом ответил мужчина, сходя с ума от близости такого желанного тела, от ее запаха, в котором угадывались ноты полевых цветов, от ее стонов, которые заводили его еще больше… Скользнув рукой в самое сокровенное места, Клаус почувствовал, как там влажно и горячо. Когда его палец коснулся клитора и начал нежно ласкать его, девушка выгнулась навстречу, раскрываясь. Медленно и осторожно мужчина начал входить в нее. Почувствовав преграду, он прошептал: - Потерпи, милая, обещаю, это единственная боль, что я тебе причиню… Девушка вскрикнула, и ее глаза широко открылись, наполняясь слезами. Никлаус перестал двигаться, чтобы она могла привыкнуть к его размеру, зашептал успокаивающе: - Тише, тише… больно больше не будет, клянусь… Языком подхватив скатившуюся слезинку, мужчина целовал губы и шею девушки, одновременно нежно лаская рукой ее внизу. Клаус услышал, как она опять учащенно задышала, почувствовал ее руки, бессознательно исследующие его грудь, и начал медленно двигаться в ней. Керолайн застонала – наслаждение, смешанное с легкой болью, сводило с ума, и она не знала, чего она желает больше: чтобы это прекратилось или длилось бесконечно… Постепенно нарастающее удовольствие заглушило боль, девушка обхватила плечи Клауса, заставляя ускориться. Майклсон сам был на грани. Наконец, он ощутил, как она сокращается внутри, услышал ее полустон-полувсхлип: - Ник!.. И сам почувствовал, как его накрывает волна оргазма. - Керолайн… - выдохнул парень, ощущая, как их сердца бьются в унисон с бешенной скоростью, как ее руки все еще обнимают его изо всех сил, как она все еще повторяет его имя… Придя в себя, Керолайн высвободилась из объятий мужчины и отодвинулась на самый край постели, кутаясь в одеяло. - Керолайн, я… - начал было Клаус, намереваясь сказать «я люблю тебя», но был остановлен ледяным тоном девушки: - Лорд Никлаус, покиньте мои покои. Ее голубые глаза, которые еще пару мгновений назад были затуманены нежностью и страстью, смотрели холодно и обвиняюще. Мужчина потянулся к блондинке, желая обнять ее, но это заставило Керолайн вскрикнуть: - Уйдите, прошу вас, просто уйдите!.. Против воли ее глаза наполнились слезами, она повторяла шепотом, как заклинание: «Уйдите, пожалуйста!» Одевшись за пару мгновений, парень покинул комнату. Уже за дверью он услышал сдавленные рыдания Керолайн. Клаус понимал, что ничем не может ее утешить, но уйти он также не мог, поэтому просто стоял и слушал, как она плачет.