will u be my sun?

«Ревность — остроумнейшая страсть и, тем не менее, всё ещё величайшая глупость. — Фридрих Ницше.»

Гарри прошел вглубь библиотеки спокойным шагом. Время близилось к закрытию, и мало кого можно было встретить в пятницу в таком закадычном месте. Редкие студенты сидели за столиками ближе к источникам света в лице ламп и тихо, но бурно что-то обсуждали, а Гарри же направлялся в дальную секцию за Гражданским Кодексом, чтобы решить задачку, что была дана доселе. Будучи очень уставшим от нахлынувших как снег на голову работ, Поттер просто хотел забрать книгу и вернуться домой, чтобы как можно быстрее взяться за дело, все сделать и со спокойной душой хоть один день отдохнуть. Парень чувствовал на себе взгляд, но игнорировал его, потому что прекрасно знал обладателя. Фыркнув, он прошел в самый угол комнаты и в потемках искал Кодекс. Гарри думал, что какой идиот поставил книгу так далеко да и в неприметном месте — почти каждый второй студент юриспруденции чуть ли не библией ее считал. Стараясь не раздражаться, Гарри упорно искал книгу и нагнулся, чтобы поискать ее в нижних рядах. Тут Поттер почувствовал на бедрах сильные руки, что сжимали ткань его толстовки. Тихо рассмеявшись, Гарри повернул голову и шепотом спросил: — Вроде в обязанности стажера по библиотеке не входит тесный контакт с ее посетителями. — Только если это не парень стажера, который уже несколько дней как его игнорирует, — ответил Седрик, сильнее сжимая бедра. Гарри чувствовал, что, истосковавшись по такому самоуверенному парню, ощущал жар по всему телу, который пошел от его прикосновений. — Извини, я думал это — в порядке вещей, ведь этот стажер буквально недавно так мило болтал с какой-то девушкой и даже обедал с ней. Вот и подумал — зачем тогда вести себя подобающе, — спокойно сказал Гарри, стараясь встать, чтобы не оставаться в такой компроментирующей позе, но Диггори сильнее притянул его ягодицы к своему паху. Тихо ойкнув, Поттер повернул голову и зло посмотрел на парня. «Что он себе такое позволяет — думает Гарри. — Мы посреди чертовой библиотеки, и я хочу нормально поговорить!» — В порядке вещей — спрашивать, если что-то хочешь узнать, а не делать выводы тогда, когда нет фактов. Это была моя двоюродная сестра, которую я не видел несколько лет, а она приехала в город по делам. Но тебе намного проще искать поводы для того, чтобы сомневаться в моей любви, — наклонившись над Гарри, произнес в ухо Седрик, отчего у первого пошли мурашки по спине. Да, они совсем недолго вместе, но Поттер успел по уши влюбиться в такого очаровательного красавца, который почему-то выбрал его, хотя многие с разных курсов бегают за каплей его внимания. И конечно, он сомневается, что такой, как Седрик — очаровательный, добрый, нежный, просто невероятный — его. Целиком и полностью. Да, Гарри уже понимает, что поступил глупо, но и отступать не собирается. — Тебе нужно доказать, что я тебя люблю? — Было бы славно, но для начала отпусти меня, — произнес твердо Гарри, стараясь вырваться из крепкой хватки. — Теперь уже точно нет, солнце, — сказал Седрик и потянулся руками к ширинке парня. Не успел Поттер сделать и вздоха, как его оставили без штанов с трусами. Залившись краской смущения с ног до головы, он тяжело задышал. — Ты что творишь?! — Показываю парню, что очень его люблю, — спокойно ответил Седрик, смотря на Гарри так, словно он – восьмое чудо света. Сердце парня забилось в бешеном ритме и больно колотилось об грудь. Опустившись вниз, стажер мягко укусил кожу ягодицы, которая покрылась мурашками от контраста тепла тела и холода библиотеки. — А если кто… — не успев договорить, Гарри закрыл рот, чтобы протяжно не застонать от таких правильных и умеренных движений руки парня на члене. — Почти никого не осталось, мы в самом темном углу библиотеки, и я должен показать своему ревнивому парню, что люблю его, так что заткнись и наслаждайся, — твердо сказал Седрик и развел пальцами ягодицы Поттера. Тот хотел еще что-то добавить, как минимум, чтобы не сбавлять темпы их спора, но резко закрыл одной рукой рот, а второй — ухватился за полку. Ведь именно в этот момент Диггори наклонился и провел языком по анусу. Он утыкается носом между двух половинок и делает такие вещи, от которых у Гарри просто снесло голову: раз за разом проводит языком по сокращающейся дырочке, проталкивает внутрь язык, медленно трахая; то вынимает, то с тихим пошлым звуком снова входит; опускается ниже и лижет яйца, покусывая нежную кожу; вновь возвращается к анусу и круговыми движениями вылизывает его. Поттер весь дрожит и еле держится на двух ногах. Диггори проводит свои манипуляции из раза в раз, от чего парень уже сам поддается его движениям навстречу бедрами и тяжело дышит. С опаской он отводит руку от лица и хочет прикоснуться к себе, потому что возбуждение уже так бьет в голову, что уже все равно — где и кто рядом, но руку Гарри заламывают за спину. – Ты не притронешься к себе сегодня, сладкий, — приказал Седрик, оставляя дорожку из поцелуев по шее. Он мягко ввел два пальца в мокрую и жаждущую внимания дырочку, начиная растягивать парня, что уже и думать забыл о гражданском кодексе. Диггори просто изводил Гарри: с каждым толчком и движением пальцев то покусывал нежную белую кожу шеи, то оставлял влажные поцелуи на загривок, опаляя ее горячим дыханием. В его руках Поттер плавился и утопал в своем желании как можно скорее почувствовать внутри такого желанного и любимого парня. — Уже не сомневаешься во мне? — вводя еще один палец, тихо спросил на ухо стажер библиотеки, который был уже на грани увольнения, но его это абсолютно не волновало. Если один придурок что-то себе надумал, нужно клин клином вышибать, как говорится. Гарри уже плавился в его руках и тихо постанывал, ощущая, как пот стекает по лицу. Седрик уверенно разводил пальцы и, задев простату, твердо произнес: — Отвечай. — Да! — чуть вскрикнув, ответил Гарри и резко закусил до крови губу, чтобы не закричать в голос. Он чувствовал себя ужасно пошло от всей картины, что развернулась в библиотеке, но ничего не мог сделать с желанием, что охватило все его тело. Диггори продолжал давить на простату, ускоряя движения пальцами, чуть ли не расстрахивая парня. Хлюпающие звуки тихо разносились по помещению, но никто не обращал на них внимание, занятые бурным обсуждением проектов между собой. Гарри же весь дрожал и от каждого движения выгибался дугой, насаживаясь сильнее на пальцы. Седрик тяжело дышал ему в ухо, сам изнывая от представленной картины, и спросил: — Теперь больше не будешь меня игнорировать? — Да! — чуть ли в голос не простонав, ответил Гарри и молил всех богов, чтобы Седрик как можно скорее вошел в него. Тот, словно прочитав его мысли, быстро вынул пальцы и почти до упора вошел. Поттер схватился обеими руками за полку и прогнулся в спине, стараясь привыкнуть к ощущениям наполненности. Диггори жестко схватил парня за бедра, стараясь сохранить крупицы разумности и не начать вытрахивать его. Чуть подождав, Гарри чуть кивнул и сильнее сжал стенками член внутри. Стажер не стал ждать и стал насаживать изнывающего от желания ревнивца, впиваясь до синяков пальцами в нежную кожу. Движения стали резче и развязнее, стойка с книгами стукалась об стену, а парни от переизбытка ощущений чувствовали, как ходят по грани между явью и оргазмом. Седрик наклонился, зубами впился в спину Гарри, чтобы самому не застонать в голос, и вбивался сильнее, попадая по простате. Гарри же со слезами на глазах и словно в бреду с усилием насаживал себя на любимый член, стараясь как можно быстрее кончить. Прошло пару минут, и Поттер излился прямо на Гражданский кодекс, который так искал, а Седрик — в него. Когда парень вышел, он задрожал и опустился на пол ягодицами кверху, не имея сил пока что-то с этим сделать. Тяжело дыша, Гарри пытался понять нелегкую задачку — как, прийдя за книгой, он оказался в таком ужасно пошлом положении посреди библиотеки? — Пойдем, солнце, домой, — устало выдохнул Седрик, стирая пот со лба и помогая парню натянуть одежду. Последний лишь кивнул и захватил книгу. — Теперь я не смогу нормально смотреть на Гражданский кодекс.