Письмена

      Обучение Грогу проходило сложнее, чем предполагалось. Он часто отвлекался и ведёт себя как ребёнок, не понимая всю серьёзность знаний, что пытался вложить в него Люк. Хотя он и является ребёнком, что тосковал по отцу.       Они сидели вдвоём на высоком склоне, под ветвями старой ивы. Рядом тихонько шелестел камыш и квакали лягушки, на которых Грогу постоянно отвлекался. Медитация требовала сосредоточения и полной концентрации на своих мыслях, а вернее — на их отсутствии. Скайуокер мог сидеть так часами, сосредоточенный на единении с Силой.       Эта планета отлично подходила для обучения, потому что, кроме животных и флоры, что раскинулась по всей поверхности влажной зеленью, здесь не было никого. Именно здесь Люк решил построить школу, в которой Грогу был бы первым и пока что единственным учеником.       Из своеобразного транса его выводит истошное кваканье, которое издаёт бедная лягушка, когда Грогу запрокидывает её вверх ногами и уже метит ею себе в рот. После чего взгляд мужчины цепляется за космический корабль, что садится вдалеке. Малыш его не замечает, но на замечания учителя недовольно фыркает, роняя лягушку обратно в пруд.       Люк знает, что это мандалорец, но всё же решает, что после наступления темноты стоит проследить за ним и убедиться. А пока отвлекаться не стоит.       — Грогу, — мягко обращается он к малышу, и тот сразу выпучивает глазки, услышав своё имя. — Я знаю, что ты хорошо управляешь Силой, но тебе стоит быть внимательнее. Ты можешь научиться владеть ею ещё лучше, чем сейчас, не останавливаясь на достигнутом.       Скайуокер прикрывает глаза, глубоко вдыхая свежий воздух и поднимая руку, сосредотачивается на единении. Малыш тихо угукает, непонимающе наблюдая за учителем, когда через пару секунд все лягушки в округе поднимаются в воздух. Грогу тянется то к одной, то к другой. Его завораживает это зрелище. Люк смотрит на ребёнка, улыбаясь, после чего медленно опускает руку, роняя их обратно в воду.       Порой джедай ловил себя на мысли, что не обучает Грогу, а лишь помогает ему вспомнить. Потому что как только малыш обращается к Силе, он вспоминает всё то, чему его обучали джедаи долгие годы. И он уже во многом был хорош. Но ему нужна была практика и дисциплина, так что Люк старался закрывать этот пробел.

***

      К вечеру Грогу уже заметно устал. Скайуокер взял его на руки, и малыш моментально заснул по дороге домой. Пока тучи тёмным куполом накрывали планету, грозно гремя раскатами грома и предвещая дождь.       В небольшом каменном доме, где Люк коротал ночи, он выделил комнату для малыша и прямо сейчас укладывал его спать в мягкую кроватку.       Асока стояла под навесом, наблюдая за надвигающейся непогодой. Скайуокер сел рядом, нарушив тишину первым:       — Прилетал мандалорец? — зачем-то спрашивает он, и так зная ответ.       — Он передал подарок для дитя, — женщина достаёт из кармана пёстрый свёрток, протягивая его Люку.       Мужчина берёт его и продолжает наблюдать, не разворачивая подарок.       — Порой мне кажется, что Грогу не хочет быть моим учеником, и пусть у него хорошо получается, но ему это не в радость. — Скайуокер не решается сказать, отчего-то чувствуя вину, но всё же продолжает: — Я слышу, как он плачет ночами. Может, это была ошибка — разлучать их?       — Когда я впервые встретила их на Корвусе, то сразу поняла, что они слишком сильно привязаны друг к другу.       — Ребёнок очень способный и может стать великим джедаем, но стоит ли оно того, если это будет насильно? — ответ очевиден, и Асока лишь отводит взгляд на горизонт, оставляя Люка в своих мыслях. В то время как потихоньку начинает накрапывать дождь.       — R2-D2 засёк его корабль. Он всё ещё здесь. Хотя мне казалось, что он сразу же покинет планету, — женщина всё же садится рядом.       — Я хотел проследить за ним после наступления темноты. Не думал, что он найдёт нас раньше…       — Неудивительно, он ведь охотник за головами.       После слов Асоки Скайуокеру становится не по себе, и он всё же решает навестить мандалорца.       — Будь с Грогу.       Люк скрывается из виду, по пути невольно погружаясь в свои мысли и рассуждая, как продолжить обучение дитя и почему мандалорец остался здесь, получив отказ. Скайуокер был согласен с Асокой на счёт привязанности, но всё же не полностью… Его отец вступил на тёмную сторону из-за этих чувств, но из-за них же и отказался от тёмного пути. Это всё было настолько сложно и индивидуально, что Люк считал неправильным равнять абсолютно всех.       Хотя признать это было тяжело. Казалось, что раз есть это условие, значит, его должны соблюдать все и оно будет выступать основополагающим. Но увы, это было не так.       Сейчас эти двое абсолютно не вписывались в рамки. Мандалорец-убийца и малыш-джедай, что путешествовал с ним по Галактике. Кто и как его спас, и как он выжил, не утратив способности. Слишком много вопросов.       К тому времени, когда он добрался до корабля, уже начало темнеть. Дождь не прекращался, капли стучали по капюшону и плащу, стекая ручьями на землю. Истребитель N-1 встретил его в гордом одиночестве. Пустующую кабину раз за разом озаряли молнии, и Люк продолжил поиски, прислушиваясь к звукам вокруг.       Следы на земле привели его к скале, а из пещеры исходил свет.       Скайуокер решил, что нет надобности в неожиданном появлении, поэтому тихо направился ко входу, заглядывая внутрь. Мандалорец лежал на спине возле костра, неподвижно, и было непонятно, спал он или нет.       Неожиданно он двинулся, подкидывая пару веток в огонь, и Люк проскользнул внутрь, сразу снимая капюшон, чтобы избежать «тёплой» встречи и не стать противником.       Он посчитал, что может присесть к костру, так что опустился напротив, наблюдая за Джарином. Тот молчал.       — Здравствуй, — голос джедая эхом раздался в пещере, но ответа не последовало.       Становилось неловко, не по себе. И в какой-то момент Люк поймал себя на мысли, что не знал, зачем пришёл сюда. Он помнил, как выглядел мандалорец. Помнил эти грустные глаза, сдерживающие слёзы, и тёплую улыбку, с которой он провожал сына. Ему хотелось узнать его лучше, но говорить было не о чем, так что джедай решил начать с единственного, что их связывало.       — Грогу — хороший ученик, у него много что получается, правда над дисциплиной нужно поработать, — с улыбкой произнёс Люк, разбавляя тишину своим бархатистым голосом.       Дин лишь поднялся, садясь напротив, просто потому что счёл неуважением лежать, когда с тобой разговаривают. Правда, называть это разговором было ещё рано. Ему нечего ответить. Он знал, что его мальчик — самый удивительный малыш и способен на всё.       — Он очень скучает по тебе, — продолжил джедай, заглядывая в визор напротив.       — Достаточно. Что тебе нужно? — мандалорец с раздражением посмотрел на Люка, потому что слова о сыне больно заскреблись в грудине.       — Он плачет по ночам и постоянно прячет от меня кулон, что ты дал ему. Мифозавр, верно? Грогу мог бы стать хорошим джедаем, но… я думаю, семья для него важнее. Я могу тренировать его, чтобы он смог защитить себя. Но его место рядом с тобой, — Люк замолчал и даже не подозревал, что человек напротив него еле сдерживал слёзы, не веря словам.       Голос Дина предательски задрожал, но он не мог не задать этот вопрос:       — То есть я смогу увидеть его?       — Да. Думаю, ты сможешь прилетать к нему, когда захочешь. Я не против, чтобы ты оставался здесь, если нужно. И могу отпускать Грогу с тобой. Но ненадолго, хорошо? В обучении важна постоянность, — джедай мягко улыбнулся, впервые внушая доверие.       — Но ведь… Асока Тано не позволила мне встретиться с ним, — Дин нервничал, он боялся, что его могут обмануть, дав ложную надежду.       — Наши взгляды с Асокой отличаются. С одной стороны она поступила правильно, но я больше не могу держать вас на расстоянии. Это мешает Грогу обучаться. Да и тебе, думаю, нелегко.       — Могу я сейчас увидеться с ним? — мандалорец прервал джедая, напряжённо сжав руки в кулаки.       Люк лишь кивнул, поднимаясь с земли.       — Да, конечно. Он сейчас спит, но ты будешь гостем в моём доме, так что можешь остаться.       Путь до дома они проделывали в тишине, когда уже почти на подходе Люк подал голос:       — Ох, совсем забыл, я ведь даже не представился. Меня зовут Люк Скайуокер. А как твоё имя?       Называть его «Мандо» джедай не хотел и очень надеялся, что это не является огромной тайной.       — Дин Джарин, — ответил мандалорец.       Они вошли в дом. И на наёмника накатило волнение, когда джедай повёл его в дальнюю комнату. Люк улыбнулся, пропуская Дина к двери, и тихонько открыл, позволяя войти.       — Это спальня Грогу, на стойке в углу сможешь высушить свои вещи. Вас не будут беспокоить, а если вы мне понадобитесь, я постучу.       Дверь за ним закрылась, оставляя Дина во мраке комнаты.