Swanheart

      Хенджин летел в небе над городом. Он знал, что позади него на земле были пять фигур людей, с которыми он разговаривал. Он знал, что они, вероятно, были очень смущены событиями этого утра; он надеялся, что они помогут Минхо и Феликсу, потому что Хенджин не был уверен, что сможет это сделать после того трюка, который он только что выкинул.       Несмотря на слова Минхо о том, что Чонин - волшебник и, вероятно, сможет помочь Хенджину, лебедь знал это лучше. Однажды он вломился в дом Ульрика, когда тот ушел на целый день; он нашел заклинание, с помощью которого тот превратил его в лебедя, и прочитал внизу страницы предупреждение: "это проклятие может снять только тот, кто его произнес". Одна эта фраза убила что-то внутри Хенджина; она погасила яркое пламя надежды на то, что кто-нибудь однажды придет и спасет его. На смену этому чувству пришло чувство бессилия, которое едва не захлестнуло молодого человека. По сей день Хенджин все еще боролся с осознанием того, что только Ульрик может освободить его от этого проклятия и что этот человек никогда не отпустит его, если он не согласится связать себя с ним на всю жизнь.       Лебедь еще не до конца осознал, насколько необратимой была его ситуация, он пытался примириться со своим положением, но он был мечтателем – коим всегда был – и поэтому его сердце не могло не трепетать при мысли о том, что однажды добрая душа придет и освободит его о своем порабощении.              Пролетая над золотистыми кукурузными полями, Хенджин пытался подавить свою глупую мечту о спасении, о том, чтобы влюбиться и быть любимым в ответ, и беспокоился о том, как он объяснит это Ульрику в доме волшебника. Он очень хорошо знал - что бы он ни сказал, этот человек будет в ярости, и Хенджин, как всегда, примет на себя основную тяжесть его гнева.       Лететь обратно оказалось намного быстрее, чем идти пешком, и было еще утро, когда Хенджин заметил землю волшебника. Лебедь медленно начал снижаться; он намеревался приземлиться в маленьком пруду – подальше от дома Ульрика. Конечно, мужчина почувствовал это, когда Хенджин ушел, и знал о его возвращении, но не было необходимости демонстрировать это. Может быть, на этот раз Ульрик оставит все как есть?       Остаток дня лебедь спокойно ел и спал в своем крошечном илистом пруду; он боялся наступления вечера больше обычного. Когда солнце начало садиться, он услышал, как Ульрик выкрикивает его имя; Хенджин нервно опустил голову и захлопал крыльями, поскольку уровень его стресса возрос. Неуклюже лебедь добрался до озера и переплыл его, как обычно. Когда он добрался до берега, Ульрик уже стоял рядом с ним, выпрямившись во весь рост: “А теперь встань в круг, Хенджин”, - и лебедь понял, что так просто это не пройдет; волшебник выглядел сердитым. Хенджин, низко опустив голову, подошел к кругу и с опаской сел в центре. Он не поднимал глаз, чтобы посмотреть, смотрят ли на него Минхо и Феликс, он надеялся, что они этого не делают, потому что у него было предчувствие, что скоро ему будет больно, и он предпочел бы, чтобы не было свидетелей постыдных событий, которые вот-вот развернутся.       Яркий свет окружил его, и Хенджин снова стал человеком; он поднял голову и встретился взглядом с темными холодными глазами Ульрика. Мужчина кипел, но пытался сдержать свой гнев… Надолго ли? Хенджин не знал.       “Где ты был?” - нетерпеливо спросил он.       “Я ходил навестить могилу своих родителей”, - уклончиво ответил Хенджин; именно это он сказал Ульрику, когда уезжал в прошлый раз. Его покойные родители были единственными людьми, которые были у него в жизни. Когда они ушли, Хенджин почувствовал себя невероятно одиноким и изолированным. По крайней мере, вернувшись в город, он обрел свою галерею и картины, которые делали его счастливым и самореализованным. Однако с тех пор, как Ульрик поработил его, у Хенджина не было никого и ничего, что заставляло бы его чувствовать себя живым, давало надежду или повод встретить этот день лицом к лицу.       Иногда это чувство становилось таким тяжелым, что он задыхался; как будто Ульрик медленно стирал его из памяти и не оставлял после себя ничего, кроме белых невесомых перьев, развевающихся на ветру.       Ульрик глубоко вздохнул; его нетерпение было очевидным; “Мы говорили об этом раньше, Хенджин, я не хочу, чтобы ты так нагло сбегал”, - сказал он резким голосом, - “там опасно, есть охотники, лисы и койоты, которые могут причинить тебе вред, дорогой”.       Хенджин мог сказать, что за маской заботы этого человека на самом деле не волновали окружающие опасности; в основном его волновало, что Хенджин делает что-то, что волшебник не может контролировать. Он ненавидел это.       “Я был осторожен”, - ответил он, зная, что это бессмысленно. Мужчина схватил Хенджина за предплечье и потянул его к дому: “Заходи внутрь, мне нужно поговорить с тобой так, чтобы эти две крысы на нас не смотрели”, - резко произнес он, наклонив голову в сторону старой башни. Хенджин быстро оглянулся и увидел сквозь решетку два бледных лица; Минхо и Феликс наблюдали за происходящим.        - Кроме того, - сурово продолжил волшебник, - тебя нужно наказать за то дерьмо, которое ты устроил.       Сердце Хенджина упало, а зубы застучали от страха, когда мужчина грубо затащил его в дом. Как только дверь закрылась, Хенджин стал свидетелем преображения – оно произошло мгновенно. Ульрик был в ярости, его глаза метали в него кинжалы, губы скривились в усмешке.       - Ты помогал этим крысам сбежать? - спросил он спокойным голосом, который, как знал Хенджин, предшествовал буре. Он покачал головой, глядя прямо в глаза Ульрику.       - Я не был там, - повторил он тихим голосом. - Я ходил навестить могилу своих родителей.       Ульрик резко бросился вперед, напугав Хенджина, который отступил назад и ударился о стену позади себя. Молодой человек закричал от ужаса, когда волшебник с силой ударил кулаком в стену прямо рядом с головой Хенджина.       “ТЫ ПОМОГАЛ ИМ?” - прокричал он прямо в лицо Хенджину. Молодой человек закрыл глаза и повернул голову в сторону, когда капли слюны упали ему на лицо.       “Я.. нет, я не помогал”, - дрожащим голосом ответил он, стараясь говорить как можно меньше в надежде, что так противостояние прекратится быстрее. Все его тело дрожало; ему хотелось свернуться калачиком и исчезнуть. Волшебник схватил его за волосы и тянул до тех пор, пока Хенджин снова не оказался лицом к нему:       “Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю!” - злобно сказал он. Молодой человек поднял руки, чтобы попытаться свести к минимуму повреждения кожи головы; он сжал челюсти, чтобы не закричать, когда его снова потянули за волосы. Это было то же самое место, что и раньше, и оно все еще болело.       “Ты же знаешь, что я не могу оставить это безнаказанным”, - прорычал Ульрик. - “Очевидно, ты соскучился по времени, проведенному в подвале”, - сказал он с притворным энтузиазмом. Левой рукой волшебник указал на люк в середине деревянного кухонного пола. Люк открылся сам по себе, и Хенджин увидел темное подвальное помещение с хрупкой деревянной лестницей, которая вела под дом волшебника. Все еще держа его за волосы, Ульрик направил Хенджина к лестнице и грубо столкнул его вниз.       “Несколько дней там, внизу, дадут тебе время подумать”, - удовлетворенно сказал он; затем громко захлопнул и запер люк, не удостоив потрясенного молодого человека даже взглядом.