Carpe Diem

            Свадебное путешествие Микихиса и его супруга отложили: нужно сначала накопить деньги на очередную статью расходов. Отправиться решили во Францию, как мечтала Асаноха. Микихиса, всё ещё находящийся под действием чар молодой жены, стремился ей угодить во всём и едва ли не на руках её носил.       А мне сулила жизнь с дядей Силвой, который всегда был желанным гостем в нашем доме. Бабушка и дедушка, бывало, месяцами не видели единственного сына: Силва постоянно путешествовал по миру, отчего каждый его приезд становился ещё более долгожданным.       Я любил истории про его приключения в других странах гораздо больше, чем рассказы про культуру или обычаи людей в далёких уголках планеты. Конечно, слушать про немыслимые различия с кем-нибудь, было весьма увлекательно и любопытно, временами даже удивительно. Тем более, что Силва не только много путешествовал, но и был сведущ в истории других государств, что позволяло дяде объяснять ту или иную особенность других культур.       Дедушка сообщил о приезде дяди Силвы в Японию через два дня после свадьбы, и пообещал забрать его из аэропорта, чтобы привезти домой.       Если я оставался с Силвой и со мной всё было понятно, то куда дели Хао, я точно не знал, но предполагал, что его постигла та же участь, что и меня: я не исключал, что его так же могли оставить под надзором кого-то из родственников. Я помнил со свадьбы, что у Асанохи, так же, как у моей мамы, был брат —Йокэн. Однако, даже если Хао, действительно, с Йокэном-саном, мне это никак не поможет с ним связаться при необходимости: я не знал, где находится дом семьи Аоки.

      ***

      Через несколько дней дедушка отправился в аэропорт за Силвой. Весь остаток дня я не мог сидеть спокойно от нетерпения; я походил на маленького капризного ребёнка, изнывающего от безделья и нетерпения. В таком состоянии я постоянно дёргал бабушку:        — Ну, где они?! — ныл я.        — Йо, найди себе дело и хватит ходить за мной! Если совсем скучно, поиграй в шахматы с Тамао! — отвечала мне Кино, уставая от моих расспросов.        — Йо, я здесь с тобой, и знаю ровно столько, сколько и ты! Или ты думаешь, что я телепат, и могу знать, где они? — злилась бабушка.        — Нет, я понимаю, прости меня, пожалуйста…       Пришли долгожданные члены семьи только после обеда. Бабушка сразу кинулась обнимать Силву. Я же просто стоял в сторонке, считая, что не имею права перетягивать на себя внимание дяди, которого [внимания] хотели все в доме.        — Йо! Ничего себе, каким красавцем ты вымахал! Я видел тебя, когда ты ещё в школу ходил?        — Да, в девятый класс, а потом ты умотал в Африку, вроде, —улыбнулся я.        — Ну, что ты мне расскажешь? Ты уже, небось, в институте учишься? — спросил дядя.       — Да, вроде того… — я не хотел говорить, что пока не учусь из-за недавнего попадания в больницу: не хотел пугать и расстраивать дядю, тем более, что теперь ничего исправить нельзя.        — Может, ты расскажешь, как съездил в Россию? Твои истории гораздо занимательнее моих! — попытался сменить тему.        — Да, я помню, когда ты был маленьким, я не мог от тебя отделаться, если ты приставал с просьбой рассказать тебе историю, — глубоким красивым смехом рассмеялся Силва. Я засмеялся вслед за ним.        — Значит, историю о России?        — Россия — огромная сторона, в которой очень много красивых мест и интересных обычаев. Сейчас это страна христианская, но когда-то населявшие её славянские племена поклонялись многим божествам и так же, как и мы, считали Природу живым существом.       Из той глубокой древности, когда те земли населяли языческие племена, берёт начало такой русский праздник, как Масленица.       Масленица — пора прощания с зимой, олицетворением которой служит чучело из сена и тряпок, которое в конце масленичной недели принято сжигать, как бы прощаясь с зимней порой. Всю неделю, пока идёт Масленица, русские готовят и едят что-то, похожее на привычные нам окономияки, только, в отличие от окономияки у русских это называется «блинами», и может быть как сытным блюдом, так и десертом, если подаётся, например, с джемом или творогом, с шоколадом или сахаром.       Я слушал с интересом; мне безумно нравилось, когда Силва проводил аналогии с нашей культурой, рассказывая об обычаях других стран, как сейчас сравнил русские блины с нашими окономияки.        — Думаю, для первого рассказа о России достаточно, — проговорил Силва, плавно подведя итог.        — Ну Силва! Расскажи ещё что-нибудь, будь человеком! Я не видел тебя столько лет, и ты серьёзно думаешь, что одной истории о…        — О блинах, — подсказал дядя.        — О блинах будет достаточно? Учти, с возрастом я только вреднее! И теперь так просто ты не отделаешься от меня! — коварно улыбнулся я.       По итогу Силва пообещал рассказать ещё одну историю только завтра, чтобы дозированно подавать нам информацию и, таким образом, растягивать для нас удовольствие.