Desert Song

      Двери автомобиля хлопнули с болезненным скрежетом. Встав в один ряд, четверо наблюдали за темным холодным домом издалека. Двухэтажное серое здание, окруженное рабицей, казалось запущенным и брошенным: вся территория заросла травой, окна были заколочены, а фасад покрылся трещинами. Мужчины, плечом к плечу, доставали бластеры, закрепляли на шее банданы и натягивали перчатки. Когда Кид получил долгожданное сообщение по рации, все были готовы.       Они вошли в здание бесшумно, крадясь. Джет быстро справился с хилым замком задней двери, и они проникли внутрь, привыкая к темноте помещения. В здании пахло сыростью, пылью и растворителем. Они сразу оказались в запущенной кухне с бегающими там крысами. Их писк заставил Пойзона вздрогнуть, и, наверное, в более подходящей ситуации Фрэнк бы над ним подшутил.       Было так тихо, словно дом был необитаем. Они вышли в сквозной коридор, под ногами иногда хрустело стекло. Арка вела в большой пустой холл с входной дверью, попав туда, мужчины оглядывались, направляя бластеры в темноту, но встречали только паутину и старую разбитую мебель. Когда все четверо оказались в центре, со стороны арки послышались шаги. Фрэнк обернулся, целясь в знакомый силуэт. Злоба нахлынула на него, словно морская волна: беспощадная и невинная.       — Здравствуйте, господа. Рад, что вы почтили нас своим присутствием, — оскалился мужчина, заводя руки за спину. Его белый воротник светился в темноте комнаты, — джентльмены, будьте добры, включите освещение, не хочется принимать гостей в сумраке, словно каких-то распутных девиц.       Над головами Киллджоев замерцала лампочка, и тусклый холодный свет наполнил гостиную. Они стояли в ряд напротив безоружного Корса, ничуть этим фактом не смущенного.       — Как же без дешевый драмы, — прошептал Пойзон. Корс улыбнулся, обнажая желтоватые зубы. Затем театрально вздохнул, пожимая плечами и сделал два шага вперед. Кид и Джет вытянули руки, давая предупреждение.       — Простите мне мою тягу к символизму. Но вы так мило пытались попасть сюда незамеченными, что я не смог удержаться, — он склонил голову, заглядывая Гоулу в глаза, — рад вас видеть, мистер Айеро. Как поживаете?       Айеро поднял подбородок, прикладывая усилия, чтобы разжать свои челюсти:       — Кончай трепаться. От твоего голоса вянут уши, — Корс холодно рассмеялся.       — Признаться, не ожидал увидеть вас всех в одной компании. Теперь заводим друзей, а? В любом случае, эти игрушки, направленные мне в лицо, немного портят атмосферу, вам не кажется? — он обвел четверых взглядом, — это показатель дурного тона.       — Мы не собираемся болтать с тобой о хороших манерах, урод. Одна из этих игрушек легко прожжет твой мозг, — улыбнулся Джет. Корс изобразил разочарование.       — Вот как. Не очень-то искусно, я ожидал от вас большего. Даже, прямо скажем, скучно. Но, признаться, я тоже вас подвел, молодые люди, — он помахал на лестницу позади себя, ведущую на второй этаж. Кобра быстро направил туда бластер, — не мог оказаться тут без компании.       Киллджои переглянулись, Кобра и Джет медленно развернулись, изучая пространство и находя затаившихся Дракулоидов глазами. Они теперь стояли спина к спине, образовывая круг, и целились на окруживших их врагов.       — Шесть, — тихо озвучил Кид.       — Окажись ты тут один, все еще был бы таким же нахальным? — продолжил Фрэнк. Корс приподнял уголки губ, держа руки сомкнутыми за спиной. Его напускное спокойствие и снисходительность раздражали Фрэнка, готового взорваться в любую минуту. Но он сдерживал себя, как мог, и тянул разговором время.       — Ты удивительно живучий, Фрэнк. Ничего, что на ты? — Корс продолжил ходить перед ними, поглаживая пальцами стены здания, — умудрился сбежать из города, каким-то удивительным образом избежал пожара. Я, честно говоря, ставил на то, что ты сгниешь в первый же год. Но посмотрите-ка! Плоть и кровь, прямо передо мной. Ах, очень жаль. Ты ведь был таким прилежным сотрудником, подавал большие надежды. Ловко ж ведь расправлялся с теми преступниками, да? — подтрунивал он, — в тебе было столько характера! Думаю, сейчас бы уже дослужился до работы с Директором напрямую. Может, уже бы убил этих неоновых пони. Вдруг еще все можно изменить, как считаешь?       Айеро сглотнул, слыша стук крови в висках. Он шумно выдохнул через нос, успокаиваясь:       — Я никогда не прощу тебя за то, что ты сделал. Ты будешь гореть за это в аду.       — Да-да, мне жаль твою жену, поверь! Совершенно искренне жаль. Она практически ни в чем не виновата, могла обойтись простым тюремным сроком. А может даже помилованием, если бы ты хорошо поработал. Ну, понимаешь, ошибки случаются, — Корс устремил хищный взгляд на Пойзона, — некоторым из вас это хорошо известно, так? Ответь мне, Фрэнк. Насколько лицемерно с твоей стороны направлять бластер мне в лицо, когда по одну руку с тобой стоит тот, кто несет как минимум половину этой тяжелой ответственности?       Фрэнк обратил внимание на Красноволосого, которого любовал взглядом Истребитель. Его кадык гулял под бледной кожей, а взгляд был острым, как острие ножа. Аейро нахмурился:       — Я уже отомстил всем, кто был виновен. Кроме тебя.       — Помню, — легкомысленно махнул рукой Корс, — тот сопляк. Как же его… Волюм? Ты допустил такую большую ошибку, Фрэнки, нелепую ошибку! Ведь я пытался тебе объяснить: преступники, такие как он, не заслуживают милосердия. Ну, посмотри-ка. Ты решил показать ему свою любовь, а что сделал он? Воткнул тебе в спину кинжал, как только смог встать на ноги, — Корс пожал плечами, — побежал доносить нам, где тебя найти. Именно так поступают Киллджои, видишь, чего они стоят?       — Заткнись, — вмешался Джет, — даже не пытайся запудрить нам мозги своей чушью.       — Я разговаривал не с вами, молодой человек, — Корс сделал шаг вперед к Пойзону, тот отступил назад, подняв подбородок. Корс гадко улыбнулся, — Пати Пойзон. Здравствуй. Мы много раз виделись, но не было шанса представиться. Жаль одну из ваших, ту, темненькую. Впрочем, вы сами навлекли на себя эту беду. К тому же убили мою подопечную, что было нехорошо.       Кид прочистил горло, Айеро начал мысленный отсчет.       — В любом случае, последний год она сдавала позиции и от нее нужно было избавиться. Не могла выполнить, казалось бы, такую простую задачу — убить одного низкорослого идиота.       Истребитель засмеялся, отходя от них и поворачиваясь спиной. Фрэнк едва слышно прошептал Киллджоям: «На счет три».       Он начал отсчет: раз. Два. Каждый прицелился ровно в свою мишень.       Корс усмехнулся:       — Два человека, убивших твою семью. В одном помещении, а? Что скажешь, Пати Пойзон? Теперь, когда и твоя любимая умерла, не жалеешь о том, что сделал?       Фрэнк резко выдохнул, так и не произнеся цифру. Джет и Кобра на секунду потеряли сосредоточенность, переглядываясь. Фрэнк повернулся к Пати. Тот был натянут, как струна.       — Есть кое-что, о чем я точно не пожалею, — негромко отозвался он чужим, низким голосом.       — Что? — бросил Фрэнк в пустоту.       Корс невинно обернулся, проигнорировал Красноволосого:       — О нет, ты что, действительно считал, что Волюм додумался до всего этого сам? А, не хочу портить интригу. Спроси у него сам, Фрэнк. Давай же. Спроси.       Шанса спросить у Фрэнка уже не оказалось. В помещение, шурша, вкатились банки с вьющимся дымом. Комнату ослепили искры бластеров, лампа разбилась и погасла. Над самым его ухом раздался выстрел. Фрэнк, все еще оглушенный и бесполезный, услышал крик Кобры, призывающий надеть банданы. Дым в комнате уплотнялся, шум в голове тоже. Кола появился в арке, из-за маски-противогаза его слова звучали искаженно:       — Где Корс? Где он?       Фрэнк обернулся к Киллджоям, бросился к Джету, схватившемуся за свою ногу. Он подхватил его под плечо, помогая скорее уйти из плотного тумана, лишавшего возможности видеть ниже колен хоть что-то. Кид тем временем пытался встряхнуть Пойзона, который казался заледеневшим, и вывезти его из здания.       Они выползли на улицу, едва не теряя сознания, надышавшись ядом. Фрэнк осел на землю, придерживая Джета, его голова кружилась, он слабо справлялся с тем, чтобы держать глаза открытыми. Он слышал, как Киллджои препирались, Кола скинул противогаз в песок.       — Твою ж мать, мы должны были взять его в плен! В плен! Что вы наделали! Все шло строго по плану!       — Блять…       — Ты видел его? — хрипя, уточнил Джет. Он хватался за свое окровавленное бедро, похожее цветом на сырое мясо. Кид бросился осматривать Джета, снял футболку и приложил ее к ране.       — Да! Он лежит там на чертовом полу! Кто, черт возьми, умудрился его убить?       Фрэнк закашлялся, сплевывая мокроту в сухоцветы. Кола, вздыхая, передал ему маску, аккуратно закрепляя ее на затылке. Айеро всегда страдал от проблем с легкими.       — Надо осмотреть его. Он может быть жив. Вы же понимаете, насколько плох тот факт, что он сдох? Но ещё хуже, если выживет и сбежит.       Айеро держал рукой маску, пригвоздив взглядом Пойзона. Тот сидел на земле, смотря прямо перед собой.       — Это был ты, — просто произнес Айеро. Пати перевел взгляд на него сквозь опущенные ресницы. Тишина затянулась, грозясь стать неловкой. Кид растер глаза пальцами.       — Нога плохая. Нужно ехать домой, накладывать швы, а не рассматривать мертвых уебков! — рявкнул он.       — Нужно удостовериться, что он мертв, Кобра, — возвращал себе самообладание Кола, — мы обязательно довезем Джета, но быстрая проверка необходима. Пойдем втроем. Ты останься с Джетом.       Кобра пошевелил желваками, но промолчал. Свет фонарей осветил еще покрытое дымкой помещение. Фрэнк поглядывал на Пати, шедшего по левую от него руку. Тот был замкнутым, но не нервным. На полу среди стекла и щепок лежали белые обгоревшие тела Дракулоидов, грязные тряпки, обломки мебели.       Фрэнк остановился у серых ботинок. Сглотнув, он постарался унять злость, страх, ненависть. Ногой перевернул, как мешок, набитый рисом, тело. Глаза неподвижно глядели куда-то в пустоту, половина лица багровела стекающей кровью. Фрэнк сжал руки в кулаки, разжал, рвано выдохнул, едва держа себя в руках. Мысленно повторил себе: «Мертв, он мертв». Пойзон поравнялся с ним, безжизненно уставившись на тело. Повернулся к Гоулу, заглянул ему в глаза, с таким утверждением во взгляде, мол, да, видишь, я убил его, но ты ведь именно этого и хотел.       А после ушел, оставив после себя эхом хлопок двери.       У машины их встретил Кид. Джет стал очень плох. Жар овладевал им, он потерял много крови, жгут едва помогал. Они выехали, гадая, успеют ли добраться до убежища. Фрэнк придерживал его голову, смачивал лицо мокрым куском ткани. Когда тот перестал реагировать на встряхивание, твердо заявил:       — Припаркуйся у станции, которая попадется. Не доедем.       Мотоцикл Колы подъехал следом. Киллджои вытащили мужчину на своих плечах, отяжелевшего и угловатого. Фрэнк придержал двери, нашел старое тряпье, чтобы постелить на столе. Черри и Пати поместили его на поверхность.       — Я могу зашить, — выдохнул Кола, держа кисти рук на бедрах.       — Я зашивал себя несколько раз, так что подсоблю тебе. Поищу лекарства, бинты, — кивнул Фрэнк.       Джету оказали помощь, настолько, насколько могли, вкололи в ногу лидокаин, прежде чем сшивать, дали проглотить антибиотик и решили не тревожить его хотя бы до утра. Когда Черри вышел из магазина, Кид взялся за ужин: искал более свежие консервы и не самые заплесневевшие сухари. Пати притащил с заднего двора бак, с грохотом опустил его посередине комнаты. Собрал пожелтевшие журналы, газеты да книги, скидывая их на дно жестяного цилиндра.       — Надеюсь, ты не собираешься разводить костер прямо здесь, — с ударением произнес Кид.       — Ну, если ты можешь провести сюда электричество вместо огня, дерзай.       Кобра закатил глаза, показательно ушел в другой угол комнаты, а потом вернулся и, вздыхая, помог брату разобрать стул на дрова. Кола бесшумно появился у бака, словно никуда и не уходил, устало выдохнул:       — Доктор Ди… разочарован. Мягко говоря, разочарован, — он показательно задержал взгляд на Пойзоне, пока тот кидал в бак древесину, — никак не может понять, как можно было умудриться направить пушку и выстрелить, вместо того, чтобы просто направить чертову пушку и заставить его встать на колени.       Пати ухмыльнулся, бросая спичку в бак. Пламя окрасило его лицо охристым оттенком, в глазах заискрились огоньки. Внутри Фрэнка что-то шевельнулось. Кобра прошелся мимо Киллджоев, раздавая им еду. Подошел к Джету, приложил ладонь ко лбу, измерил пульс на шее. Замер на несколько секунд, стукнул банкой по столешнице, разворачиваясь к Коле:       — То, что он мертв, это настоящий пиздец.       — Спасибо, — кивнул Кола.       — Воу. То есть он не был уебком, которого мы хотели бы убить? Я что-то, может быть, пропустил, пока был в запое, мы теперь, оказывается, за плохишей?       — Нет, Пойзон, — спокойно начал Черри, — теперь у нас горизонт планирования несколько шире, чем первое пришедшее в голову решение. Это называется тактикой.       — О, извини, это значит, что ты у нас за главного?       — Не он. Я, — Кид расковырял вилкой мясо и независимо отправил кусочек в рот. Пойзон залился в смехе, неестественном и металлическом.       — Передача престола от старшего младшему. Мило. Но теперь я возвращаюсь к делам, отпуск окончен. Разве ты не рад, братик? — Красноволосый оскалился и упал на пол, прислонившись к полкам. Привычное когда-то напряжение витало в воздухе, как назойливая мошкара.       — Пати, это не игрушки. Мы с Доктором спланировали эту поездку не просто так. Дождаться дня, когда он появится в Зонах, выгадать нужный момент, отследить его местоположение — думаешь, все это было просто?! На это ушло так много времени и работы, и все это происходило, пока ты отлеживался в канавах! Зачем мы вообще взяли тебя… — Кола всплеснул руками, — если бы мы доставили его в Убежище, победа практически была бы у нас в кармане. Ты в состоянии это понять?       Кид скривился, выбросил едва тронутую банку в огонь, отчего пламя возвысилось практически до потолка.       — Кола, не перегибай.       Черри хотел было возразить, но вместо этого кивнул и сухо извинился. Пойзон поднялся на ноги, медленно подошел к Коле.       — Даже не думай ставить мне это в укор. Ты нихера не знаешь, через что я прошел, и не благодаря тебе я сейчас стою здесь, рассматривая твою рожу. Ты думаешь, я забыл, из-за кого Линз нет в живых? Забыл ту ночь, когда рядом с ней должен был быть ты?       — Не я был ее мужем, — холодно отозвался Кола. Пати замахнулся, бросаясь на него, но Кобра удержал брата в руках.       — Не знаю, чего ты добиваешься, Кола, — вырываясь из хватки прорычал Пати, — но можешь передать Доктору, что я пристрелил этого сукиного сына, потому что эта сволочь этого заслужила! Эта тварь заслужила смерти, а вы не имеете никакого права указывать мне, что делать.       Пойзон отмахнул от себя Кобру, пнул ногой банку, та с грохотом покатилась по шершавой плитке. Указал пальцем на Фрэнка.       — А если бы он выстрелил? У него тоже не было бы мотивов, а? Напомню, у нас был с ним уговор. Он работает с нами, а мы помогаем ему отомстить. Слышишь, Гоул? Я отомстил за тебя!       Пойзон вышел из помещения, задевая дверью маленький колокольчик. В тишине слышно было бормотание Кида, отчетливо ругательное. Он смочил водой тряпку, чтобы протереть Джета, видно, хотелось занять чем-то руки. Фрэнку физически стало необходимо выйти следом из магазина.       Пати нигде не было видно, местность вокруг пустовала. Достав мятую, порванную пачку, Айеро вытащил одну из последних сигарет и всунул ее в рот, сплевывая прилипший к фильтру табак. В голове чувствовалось жжение, переходящее в боль, какое бывает, если много времени провести за работой. Мужчина растер пальцами виски.        Почему никогда, никогда не получается придерживаться плана? Почему ничего не идет так, как задумано? Они планировали привезти его в убежище, выведать информацию, держать в качестве козырной карты, но все обломалось. Теперь Фрэнк никогда не узнает о детях, он буквально проигрывает в войне, участником которой даже не хотел становиться. Для чего это все? Для чего он здесь, среди этих людей, почему доверяет им, следует их приказам, помогает, работает на них? Дети были единственной причиной, по которой он мог рисковать всем, что у него есть, но даже эту причину у него отобрали. Фрэнк сел на землю, мыча. Но признайся, прозвучал внутренний голос. Признайся, ты ведь хотел, чтобы эта мразь погибла.       Почему Пати убил его? Почему? Фрэнку никогда не следовало помогать Красноволосому. Вот она, благодарность. И о чем говорил Корс, в чем таком обвинял Пойзона? Пустословил? Какое Пати вообще имеет отношение к его личным разборкам? Он и о пожаре-то не знал. Бред.       Но почему чертов Пати Пойзон убил Корса?       Дверь тихо открылась, заливая землю теплым светом огня. Фрэнк выпрямился, выдавливая из себя улыбку. Кола встал напротив него, заглянул ему в лицо:       — Гоул? Ты в порядке?       Фрэнк потеребил пластмассовую зажигалку в пальцах и всмотрелся в горизонт.       — Эй, — прошептал мужчина, поглаживая его подбородок пальцами, — извини, что сорвался.       Фрэнк поднял голову, нашел на лице Колы искреннее беспокойство, привычную эмоцию, за которую можно было зацепиться.       — Теперь я никогда не найду ответы, да? Всё бессмысленно. Что бы мы ни делали, всё впустую. Хотя даже так Пойзон прав. Не уверен, что смог бы сдержаться и не убить его, даже осознавая, что стоит на кону. Я слишком ненавидел его.       — Думаешь, если бы ты убил его сам, всё бы было иначе?       — Не знаю, — Айеро пожал плечами, — и теперь уже не выясню. Что-то не складывается. Как будто я что-то упускаю.       Кола провел большим пальцем по его щеке, тепло улыбнулся. Фрэнк подался вперед, потерся щекой о руку, аккуратно клюнул мужчину в губы. Остался, не отстранился, вновь поцеловал, уже глубже, но все еще медленно. Кола выдохнул ему в губы, притянул к себе, будто страдал от жажды, а теперь наконец смог напиться.       — Я… скучал, — прошептал Кола. Фрэнк вновь поцеловал его, стараясь забыться, стереть мысли из головы.       — Мне показалось, ты обижаешься, — пробормотал он, хватаясь за футболку Колы.       — На тебя невозможно обижаться, если быть честным.       Они отстранились друг от друга чуть позже, тяжело дыша и улыбаясь. Кола обхватил его шею руками, облизал губы, будто хотел ещё что-то сказать.       Песок зашуршал от шагов, так что Фрэнк сделал шаг назад. Рука Колы медленно спустилась по телу, ладонью остановившись на груди у мужчины. Пойзон прошел мимо них, задержавшись. Не успел Фрэнк раскрыть рта, как тот скрылся в стенах станции, словно его и не было.       — Эй, спишь?       Фрэнк заглянул в дверную щель, крадучись влез в трейлер, озираясь. Джет засмеялся и приподнялся на локтях с больничной койки. Айеро усмехнулся, присаживаясь рядом на стул:       — Не хотел тут же получить медицинской сталью по голове. Но Чимп тут нет, так что, кажется, обошлось. Смотри, что принёс!       Фрэнк достал из кармана горстку леденцов и разложил их на простыне, подмигивая.       — В этот раз без привкуса пыли. Наверное. А это я стащил у Ви. Э-э, не спрашивай.       Джет взял бутылочку с неизвестным содержанием, открутил крышку и понюхал — в комнате раскрылся аромат мяты, лаванды и лимона. Он засмеялся:       — Спасибо. Наверняка, это полезная штука.       — Сомневаюсь. Хотя вроде как помогает расслабиться. Как ты?       — Что ж, сегодня я узнал, что вроде как буду ходить и всё такое. У Чимп позитивный настрой. Мышца была задета, так что, — он смущенно почесал голову, распушая кудри, — придется восстанавливаться.       — Хей. Тогда как насчет утренней зарядки перед завтраком? Будем разминать мышцы вместе. Мои, по ощущением, тоже уже отмирают. Только выберешься из этой тюрьмы, сразу начнём.       — Отличная идея, друг. Спасибо, — он похлопал Фрэнка по руке, — только чур оба с костылями.       — По рукам. Ну что, конфетку?       — Фан Гоул!       — Черт, прячь-прячь!       — Сказала, с чертовым сахаром сразу на выход!       Фрэнк запихнул леденцы под простынь, лучезарно улыбаясь вошедшей Чимп. За врачиней в комнату поднялась растрепанная, но веселая Мисси с книгами в руках.       — Его организму нужно гребанное спокойствие и сраные витамины, полезные углеводы, идиот ты. Сахар не даст этому обалдую спать, а сон сейчас — лучшее лекарство. Ну-ка, скажешь почему, детка?       — Потому что сахар поднимает уровень кортизола, а этот гормон не дает уснуть! — важно ответила Мисси.       — Чимп, а у тебя точно есть образование в этой сфере или… ай!       — В этот раз был планшет. В следующий раз будет бутыль, — Фрэнк уязвленно потер затылок, наблюдая, как Чимп доставала ампулы. Мисси радостно обняла Гоула, поцеловала Джета в щеку и упорхнула ассистировать Чимп. С недавних пор она проводила с ней много времени, стремясь научиться медицине. Девочка поставила всех перед фактом — спасение жизни ее исключительный долг, как человека и Киллджоя. Мисси едва не визжала от восхищения, когда видела Чимп в работе.       — Завтра уже буду у себя дома. Туда можно нести сколько угодно сахара, — заговорщически поддержал друга Джет.       — Да!       — А теперь я ставлю пациенту укол. Хочешь тоже?       — Морфий? — ухмыльнулся парень.       — Толперизон.       — Э-э, ладно, Джет, поправляйся. Завтра мы с тобой оттянемся! Чимп, ты как всегда прекрасно выглядишь!       — Я уже готовлю на тебя шприц.       — Пока, Мисси!       Фрэнк практически выбежал из трейлера, посылая воздушные поцелуи смеющейся девочке. Он был совершенно счастлив видеть ее вновь цветущей и полной решимости. Она не в пример была стойким, ярким ребенком, и в окружении любящих людей быстро возвращалась к жизни, даже когда та поворачивалась к ней спиной.       Насвистывая легкий мотив, Айеро поднялся в свое жилище, захватив по пути развешанные белье. Он придерживал подбородком гору вещей, стараясь без вреда для здоровья потянуть дверь на себя.       — Санни, я развесил эти вещи еще до отъезда! Почему всегда надо напоминать о чертовом белье… Ты дома? О, черт.       Фрэнк ввалился в трейлер, но замер, обнаружив на своем диване вместо подруги-блондинки красноволосого парня. Тот полулежал на подушках, словно у себя дома, и улыбался одним краешком губ. Черная футболка с широким горлом съехала с тела, открывая кусочек талии и плечо. Фрэнк бросил вещи на стул, осматривая помещение, будто кто-то ещё мог притаиться в углах, но нет, они были вдвоем. Какого черта они были тут вдвоем?       — Где Ви? Нет, погоди. Какого хрена ты здесь забыл? Это частная собственность. Территория. Трейлер.       — Технически, мы живем в общине. Здесь всё общее.       — Технически, ты сидел на моем диване, когда меня самого здесь не было. И ты всё еще на нем сидишь, — сложил руки Фрэнк.       — Ага, — Пойзон проскользнул взглядом по комнате, будто только в ней оказался, скептически помотал головой, — тут как-то пустовато, не считаешь? Пора бы уже и обжиться.       — Обжиться эгоистичным и самодовольным болваном? Нет, спасибо.       Айеро прошел к кухне, доставая из ящика припрятанное Ви пиво, просто чтобы занять чем-то руки. Он не хотел пить, но дискомфорт нужно было чем-то унять. Пати встал, покачивая бедрами, умостился по другую сторону барной стойки, опираясь на нее локтями. Приподнял одну бровь.       — Угостишь гостя?       Фрэнк смущенно уставился на банку, потом протянул ее. Пати моргнул.       — Что? — пожал плечами Гоул, — больше нет. Угощаю.       Пойзон медленно растянул губы в улыбке, словно кот, обнаруживший добычу. Не теряя зрительный контакт, отпил. Протянул банку обратно. Фрэнк тоже сделал глоток, касаясь губами жестянки. Теперь она имела привкус мяты.       — И зачем же ты пришел? — хрипло поинтересовался мужчина. Пойзон, несколько теряясь, промычал. Потом провел пятерней по волосам, будто сам не знал, что сказать.       — Вообще-то я прячусь от Кобры. Этот змееныш переворошит весь город, но тут он вряд ли станет меня искать, понимаешь.       — То есть ты отсиживаешься в моем доме, потому что это последнее место, в котором бы ты оказался? Как мило.       Фрэнк фыркнул и прошел мимо парня, принимаясь складывать свежее белье. Он отделял одежду Ви от своей, полотенца и постельное отложил в третью стопку. Пойзон наблюдал с интересом.       — К тому же, — продолжил Фрэнк, — тебе будет полезно поговорить с братом после того, как ты напортачил с заданием.       Пати пожал плечами:       — Все портачат. Кола, например.       Фрэнк поправил свои каштановые волосы, заводя пряди за ухо. Щеки приобрели розоватый оттенок.       — Кола был такой же жертвой ситуации, как и мы все. А вот ты убил Корса сознательно.       Пойзон всматривался в лицо Фрэнка с нечитаемой эмоцией, пока в конце концов не натянул прежнюю полуулыбку на губы, возвращая глазам прищур:       — Кажется, вы с ним неплохо спелись, — Фрэнк замер.       — А вот это тебя не касается, — ответил он. Пати подошел, едва сохраняя дистанцию. Смотря ему в глаза, вытащил топик из стопки, покрутил его на пальце.       — Сомневаюсь, что это твое. Я, конечно, легко вижу тебя в нём, но размер не совсем подходящий, — и переложил в другую стопку, к вещам Ви. Фрэнк приоткрыл рот, но почему-то не подобрал слов для ответа. Красноволосый наклонился к его уху:       — Думаю, Кобра уже успокоился. Еще увидимся, Фрэнки.       Айеро не заметил, как нежданный гость исчез за дверью. Обнаружил, что пальцы, схватившие джинсы, мелко подрагивают от волнения. Почувствовав непреодолимое желание увидеть Колу, он вышел из трейлера и вихрем пронесся сквозь чужие дома на пути к жилищу Черри.