Я жалок, но я всё, что у тебя есть.
Вернувшись после небольшой посиделки с друзьями, Мими обнаружила на кровати несколько исписанных листов бумаги. Красивый почерк с закорючками на каждой букве принадлежал полукровке, игрушкой которого её назначила Чума.
С некоторой долей волнения Мими прочла адресованное ей послание:
Мне было 15 лет, когда я впервые увидел тебя. Твой отец, Мамон, приехал на приём к Сатане, и весь район оцепила стража. В тот день матушка строго настрого запретила нам с братом покидать убогий подвал, бывший тогда нашим домом, но моё любопытство и подростковое бунтарство пересилило страх перед наказанием.
Отец говорил, что сложнее всего увидеть то, что лежит прямо перед носом, поэтому мы с детства были убеждены: чем наглее и безрассудней ложь, тем охотнее в неё поверят.
Так что мы жили прятались прямо во дворце, а родители наши были простыми слугами, до которых никому не было дела. Простая чёрная краска и нехитрые изощрения магического толка скрывали истинную суть родителя-ангела, придавая внешнее сходство с демоном.
Отец брил меня налысо, а крылья подвергались тем же манипуляциям с цветом, так что меня вполне можно было принять за маленького демонёнка. Только глаза выдавали мою суть, но я научился прятать их под длинным капюшоном.
Я забрался на колонну с барельефом, что было достаточно высоко даже для взрослого бессмертного, и прождал около часа твоего появления.
Конечно, тогда я и понятия не имел, что у Мамона есть дочь, и она всюду сопровождает своего отца.
Я никогда не видел ангелов, но ты была одной из них для меня, тогда, в далёком времени моего незрелого юношества. Одетая в роскошные шелка, ты озаряла лучезарной улыбкой мрачные чёрные залы дворца — моей темницы, обители моего одиночества и бесчестия.
Ты стала для меня воплощением всего, чего я был лишён, только потому что появился на свет не от тех питомцев Шепфы. Как порченное потомство собак, чьих щенков топят в реке.
Я завидовал тебе, по-детски ненавидел. У тебя было всё, чего мне страстно хотелось: свобода, почёт, статус, богатство, любовь создателя.
В голове у меня твёрдо засела навязчивая, маниакальная идея о том, что если однажды я заполучу тебя, вместе с тобой я обрету и всё недосягаемое ранее.
Я взрослел, но мысли и мечты о будущем не покидали меня. В каждой из них присутствовала ты, незримая спутница моих надежд на лучшую жизнь.
Порой мне казалось, что ты не более, чем видение, мираж, агония моей жаждущей справедливости души. Не раз, просыпаясь по ночам, я ловил себя на мысли: а не придумал ли я тебя? И ты не более, чем химера воспалённого сознания, фантазия безумца, теряющего рассудок в своём заточении?
Я оплакивал твою смерть. В день, когда тебя не стало, часть меня была утрачена навеки, а моё сердце истлело от боли. Никто не заслуживал жизни больше, чем ты.
Когда Чума возродила тебя, достала из Небытия, как фокусник кролика из шляпы, ты можешь себе вообразить тот восторг, с которым я встретил это известие?
Теперь, когда судьба дала мне шанс насладиться свободой в полной мере, не скрываясь более в тени, я хочу быть честен с тобой.
Милая, прекрасная Мими!
Это я выпросил тебя у Чумы, я был тем, кто умолял её на коленях отпустить тебя.
Я жалок, я слаб, я тщедушен и ни на что не годен.
За душой у меня нет ничего, кроме сердца, полного надежд и нежной любви к тебе.
Но я обещаю, нет, я клянусь тебе — моей решимости, закалённой суровой жизнью воли, хитрости и навыков хватит, чтобы найти способ выжить любой ценой и сделать так, чтобы жила ты.
Да, это будет не сразу, и я не всегда смогу быть рядом, чтобы защитить тебя от Чумы и её безумной семейки.
Я не могу обещать тебе спасения, только бесконечную верность и всего себя, целиком, без компромиссов и оговорок.
Кристофер.
