Ад в сердце

Он стоял перед ней сейчас, проникнув под покровом ночи в тайное убежище Сопротивления. Огромный, раза в четыре выше неё, всё с такой же квадратной челюстью. Мальбонте. Её юность, её смерть. Убийца. Как бы поступили другие, будь у них возможность получить второй шанс на жизнь? Отняли бы жизнь у преступника, измаранного в крови по пояс? Она видела его руки, и так хотелось их оторвать, а затем хлестать его по промежности его же кулаками, после чего один из них оказался бы у него в глотке, а второй — в месте прямо противоположном. Только она стояла недвижимо, пряча лицо в тени. Ему было плевать на неё, он даже не помнил её имени, её образа, она была лишь силуэтом, ещё одной ступенькой на пути к восхождению к самому Шепфе. Для Мальбонте среди прочих едва отличалась лишь Вики, красотка, успевшая трахнуть собственного прапрадеда, с огромным гардеробом и тысячью вариаций причёсок. Как диско-шар, Вики привлекала всеобщее внимание на себя, слепя блеском огромных крыльев Чуму, чтобы та не отвлеклась ненароком на остальных. Добрячка Вики, беспомощная и любимая, обожаемая и желанная, пустая внутри, как полый котёл. Кто туда только не изливался. Душой, конечно же, всё в пределах приличия. Суккубского, по крайней мере. Пока происходила драматическая разборка между Чумой, её братьями с одной стороны и Вики с Сопротивлением за спиной — с другой, Кристофер вальяжно подошёл к Мими, прислоняясь плечом к другому концу опорной балки крыльца. — Не полезла в гущу событий? Я удивлён. — Предпочла остаться за кадром. — Я думал, тебе не нравится моя риторика и интерпретация бытия. — Может, любовь к поэзии передалась половым путём? — Надеюсь, вопрос риторический. Улыбка тронула её губы. Кристофер открыл ей новую глубину взаимодействия с другими: словесные баталии и обмен колкостями (дружескими шпильками, как их называл полукровка) доставлял ей больше удовольствия, чем обмен жидкостями при непосредственном участии гениталий. — Кристофер, почему ты ни разу не предложил мне убежать? Сбежали бы вместе, спрятались ото всех. — А почему не предложила ты? — Я бы не смогла остаться в стороне, ждать в страхе, что следующий день окажется последним. — А я поклялся больше никогда не прятаться. Отблески битвы легли красными пятнами на лицо Кристофера. Ангельски безмятежное, безупречно трогательное. Ветер играл его кудрями, рассыпанными по высокому лбу. Хотелось погладить, приласкать. Мими завидовала ветру. Когда-то она такой была. Невесомой, свободной, невидимой. Блаженное ощущение, вот только… Умирать уже не хочется. А за жизнь в новой реальности придётся бороться. — Кристофер, пошли в Сопротивление. — Нет. — Что значит «нет»? Чума ведь монстр! Ты забыл, что она делала со мной?! — Я сделал всё, чтобы избавить тебя от участи рабыни. Ты не оценила. — Я предлагаю тебе защиту. Когда Сопротивление победит… — Этому не бывать, Мими. Сопротивление обречено на провал. Чума меня убьёт, а твои дружки после предполагаемой победы отдадут меня под трибунал. Повесят на бывших приспешников Чумы все злодеяния и полетят наши головы, тю-тю. Мой единственный шанс на спасение — Чума. — А как же «мы»? — Какие ещё «мы», Мими? Ты отвергла моё сердце, променяла его на Сопротивление. Ты ушла. — Я хочу быть с тобой, Кристофер! Как же ты этого не поймёшь! — Так помоги мне победить. Нам победить. — Предлагаешь предать Сопротивление? Кристофер кивнул. — Нет! Ни за что! Кристофер закатил глаза, сложив руки на груди.  Истошный крик Вики заставил их синхронно повернуться в сторону битвы. Мальбонте предал Чуму, Вики поглощала силу нападающих, флиртуя с Голодом. Кристофер снова закатил глаза. В последнее время они вращались так часто, что в пору было бы начать им вырабатывать электричество: хватило бы на освещение огромных неоновых букв: «ХВАТИТ». Он бы разместил их на крыше Академии, над комнатой Уокер. Мими двинулась с места, спеша помочь подруге — Кристофер ударил демоницу по колену, выбивая почву из под её ног. Она приземлилась лицом о землю и проехала на нём пару метров. Встала, выплюнула землю и вытерла разбитую губу кулаком. — Хочешь подраться со мной? Ну давай, покажи, на что способен! — С радостью, любовь моя. Гнев Мими стих, она едва не пропустила удар, успев увернуться в последнюю секунду. Он играл её эмоциями, знал слабости. Во взгляде не осталось тепла, а он ведь назвал её только что любимой! И все его слова, и письмо, и клятвы… Всё было обманом, игрой? Или притворство происходит сейчас? Есть только один способ выяснить. Она замерла, позволив Кристоферу ранить её. Крыло оказалось порвано, сгусток ангельского света прожёг дыру под ребром. — ТЫ! ТЫ МЕНЯ ЧУТЬ НЕ УБИЛ! — Стой смирно и мы избавимся от грустной приставки «чуть». — КАКОГО ХРЕНА, КРИСТОФЕР? ЭТО ИЗ-ЗА ТОГО, ЧТО Я УШЛА?! ТОЖЕ МНЕ ПРИЧИНА! — ТО ЖЕ МНЕ ПРИЧИНА??? ТЫ РАЗБИЛА МОЁ СЕРДЦЕ! А МНЕ НЕ БОЛЬНО? ТЫ УШЛА! Я НИЧЕГО ДЛЯ ТЕБЯ НИКОГДА НЕ ЗНАЧИЛ! ТЫ ТОЛЬКО И ДЕЛАЛА ЧТО ОБЕСЦЕНИВАЛА МОИ СТАРАНИЯ! — ТЫ МЕНЯ ТОЛЬКО ЧТО ЧУТЬ НЕ УБИЛ! ГРЁБАННЫЙ НАСИЛЬНИК! ПРОЖЁГ МНЕ КРЫЛО! — ПРЕДАТЕЛЬНИЦА! Она отползала от него, пытаясь привлечь внимание Дино, занятого борьбой с Войной. Кристофер схватил Мими за ногу и перебросил через себя, размахивая ею, как битой. Она шлёпнулась о землю, выбивая себе дух и прикусив язык. Ещё немного, и Кристофер разорвёт её в клочья. — Прости… — ЧТО? ЧТО ТЫ СКАЗАЛА? Новый удар, и снова тело Мими поднимает столпы пыли, ударяясь о землю. Скоро вокруг Кристофера не останется непримятой травы. — Я говорю… Прости меня, Кристофер. Я люблю тебя. Но не могу… Не могу встать на сторону Чумы! Никогда. Сознание путалось, мысли ускользали. Ей хотелось спать, веки не разлипались, и Мими не могла различить, было то дело в натекшей с разбитой брови крови, или смертельной усталости. Силуэт Кристофера растекался перед глазами, мир превратился в карусель, и больше она не могла отличить реальность ото сна. Кристофер улетал, а она гналась за ним, пыталась словить. Он превращался то в синицу, то в журавля, то в субантру. Наконец она умудрилась ухватиться за его ногу — тогда он пнул её по лицу, и она падала, долго, в тёмную пропасть. Перед глазами проносились кадры будущего, как в киноленте: Кристофер, облачённый в сияющие белые доспехи, стоит во главе войска Чумы. Он генерал её армии, по правую руку от него сам Голод. Слева — Война. А позади — Мать. На нём лежит её благословение, знак отличия, её регалии. Кристофер… Убивает Мальбонте.