Нужно преподать урок

      На дворе ночь, очень тихо. Оффник — Данил — сидит на детской площадке, ждёт, пока нефор — Никита — наконец-то встанет.       Прошёл где-то час после потасовки, когда Никита отключился, злость Данила стала просто бешеной. Он избил этих двоих, так сказать, на раз два. Нефора было жалко, но почему? Тот сам виноват, что постоянно оказывается не в том месте и не в то время, сам носит свои ебаные шмотки, но почему ему так его жалко? Почему пробирает злость из-за того, что его так избили? Он же сам это делал однажды…       Ветер развевает длинные волосы Dead inside, открывается вид на побитое лицо. На нём вновь красовались синяки и кровь из носа. Бритый сводит брови: « Вот бы сейчас влажные салфетки…» — Думает он, смотря на бледного Никиту. Сафронов наконец-то разлепляет тяжёлые веки, морщится от боли в животе и только сейчас обнаруживает, что лежит на коленях у оффника. Пытается приподняться, но его останавливают. — Полежи ещё немного, — произносит парень, смотря на него сверху вниз, без усмешки, без довольной улыбки, как-то совсем по-доброму. Никита оставляет попытки подняться, просто остаётся на коленях того, кто его пару месяцев назад избил. Голова очень болит, как болит и тело. Он морщится от воспоминаний, грязных и брезгливых. Резко поднимается, вновь его тянет блевать… — Чёрт… — тихо произносит нефор и встаёт на ноги, прикрывает рукой рот, из которого вот-вот должна вырваться рвота. Никита подходит к какому-то кусту, и вся рвота вырывается. Он закашливается, становится противно, а ещё больше страшно, ведь тот всё это видит. Вскоре всё что можно выходит из организма, парень поднимается на ватные ноги и возвращается к оффнику. — Сильно мутит? — спрашивает он и поднимается с лавочки. — Так… — отнекивается парень, ощупывает свои карманы, но не находит телефона… — Блядь… — ругается он. — Он у меня. Когда ты в обморок падал, выронил, — говорит спокойно гопник и протягивает ему смартфон.       Темноволосый смотрит на оффника: тот сейчас другой, какой-то слишком добрый, как будто совсем другой человек. Никита замечает ссадины на лице гопника. Берёт из его рук свой телефон, теряется, нужно поблагодарить и свинтить, но уходить почему-то не хочется. Гопник тоже смотрит на него, и у него возникает мысль — он же хотел купить влажные салфетки. — Зайдём в аптеку? — говорит оффник и мягко берёт его за запястье. — Зачем? — спрашивает парень, вздрагивает от прикосновения. — За влажными салфетками, ватными дисками и перекисью, — спокойной отвечает Данил и идёт вперёд, а за ним медленно волочится Никита.       Они приходят в аптеку, покупают всё необходимое, всё это происходит в неописуемой неловкости. Нефор и оффник выходят из здания, опускаются на первую попавшуюся лавочку. Даня достаёт из пакета средства для обработки ран. Берёт в руки влажные салфетки, хочет достать одну, но, как всегда, берёт несколько, хмурится, оставляет лишние салфетки на коленях. Поднимает взгляд к нефору, в темноте почти не видно его лица, его карих глаз… Стоп, почему он запомнил, какого цвета у него глаза?       Бритый касается его волос, слишком мягких и приятных на ощупь, заправляет их за ухо, и только тогда ему открывает вид на красивое лицо Никиты. Берёт его за подбородок, мягко поворачивает лицо вбок и прикасается к нему холодной салфеткой. Аккуратно и медленно стирает с лица грязь и кровь. Нежными, плавными движениями вытирает всё с такого прекрасного лица. Почему движения гопника такие нежные? Почему его шершавые пальцы сейчас настолько аккуратны? Почему он не оставил его там? Почему помогает? Парень терялся в догадках, а ещё больше в вопросах, их было так много, а ответов нет. — Зачем ты помогаешь? — тихо говорит Никита. — Такие, как я, тебя же бесят… — Если я бы сам знал ответ, то непременно бы ответил, но я и сам не знаю, — говорит он и пожимает плечами. Это застаёт врасплох Сафронова, он опускает взгляд, он ничего не понимает, от этого очень грустно. Тем временем оффник полностью протирает лицо нефора, берёт в руки ватный диск и немного выдавливает на него перекиси. — Обычное лицо, зачем ты его прячешь под чёлкой? — спрашивает оффник и прижимает к ссадине диск. Нефор шипит от того, что ссадина болит от прикосновения и отводит взгляд, молчит. Оффник же продолжает спокойно обрабатывать лицо Никиты. — Тебе не понять, — произносит тихо Никита, одним движением руки смахивает всю чёлку на лицо. — Я не закончил, — говорит бритый и поворачивает на себя лицо. — И так пойдёт, — говорит Никита и вырывает голову из рук оффника, отворачивается, смотрит на небо.        На улице где-то около часа ночи, может больше, становится всё холоднее и холоднее, парня окутывает неприятная дрожь даже в своей зипке. Забывшись в холоде, до Никиты доходит не сразу то, что не один он пострадал в потасовке. Юноша поворачивается к оффнику, но тот уже убрал обратно в пакет все средства для обработки, а предложить помощь Никита не решался. Всё тело дрожит от холода, парень с головой укутывается в свою кофту, настолько холодно, что кажется уже подрагивает челюсть. « — Черт» — Разносится в мыслях нефора, к несчастью или наоборот, это замечает парень рядом. — Холодно? — глупо спрашивает он, видя, как парня чуть-ли не трясёт. — Немного, — отвечает Никита. Оффник пару секунд просто сидит, о чём-то размышляя, потом снимает свой свитшот и протягивает его нефору. — Не нужно… — протестует Никита. — Потом ещё заболеешь из-за меня… — добавляет Парень, смотря на бритого. — Пфф, я закалённый, бери, — врёт оффник и протягивает ему кофту. Неформал неуверенно её берет, расстёгивает свою зипхуди, чтобы надеть кофту. Давыдов замечает на тыльной стороне руки какие-то странные шрамы, хватает парня за руку. — Что?.. — тихо спрашивает Никита и смотрит на Данилу. — Что это? — спрашивает гопник, всё так же держа его за локоть. Неформал осторожно вырывает руку и так же осторожно надевает свитшот парня. — Так и будешь молчать? — говорит он и достаёт из кармана сигареты. — Куришь? — Добавляет Данил. Никита кивает, — Просто шрамы… Не бери в голову, — произносит тихо Сафронов. Гопник молчит и протягивает ему пачку сигарет с зажигалкой. Они закуривают и неловко молчат, почему-то до сих пор не расходятся по разным сторонам. — Но они же откуда-то появились, — говорит оффник и выдыхает дым сигареты. — Забей, — говорит парень, выдыхая дым, и замечает, что уж сильно крепкие у оффника сигареты.       Они в тишине курят, наконец-таки решают разойтись. Ну как, Никита попытался отмазаться и сказать, что уже поздно и ему нужно домой, а оффник, как самый добрый человек в мире, предложил его проводить под предлогом "чтобы на него ещё кто-нибудь не напал". Пришлось согласиться. Они наконец-таки доходят до девятиэтажки Никиты. — Ну всё... — говорит тихо парень, смотря на бритого. — Пришли, — добавляет он, подходит к домофону. — А, точно... Кофта... — произносит и собирается её снять. — Оставь, потом отдашь, будет повод наведаться, — произносит оффник. — Как тебя звать то? Парень пару секунд молчит, но всё же решается и отвечает. — Никита. — А я Даня, будем знакомы, — произносит он, протягивая ему руку для рукопожатия. На лице Никиты наконец-то появляется слабая улыбка, он протягивает ладонь. Следом происходит недолгое рукопожатие. Парень достаёт из кармана ключи от квартиры и открывает дверь. — Пока и спасибо... — говорит он тихо и заходит в подъезд.