Любовные утехи и другие приключения Джовакина.

Джон присел на корточки и вгляделся во влажную траву. На мокрой земле следы от конских копыт будут хорошо видны даже спустя несколько дней. Ситуацию улучшало и то, что периодически им попадались и следы крови на траве. А с таким следопытами, как гончие собаки дело должно было пойти гораздо быстрее. Хмурая погода и лёгкий туман не помешали отряду выискивать следы на сырой траве. Благо, земля спокойно это позволяла, а люди в отряде были намерены исправить свою оплошность. Так, по крайней мере, думал Домерик, но в реальности они уже четыре часа шли по следам беглеца, который умудрился сбежать неожиданно для всех, но вполне предсказуемым образом. Как вскоре выяснилось, наёмник, которому промыли и перевязали раны и которого вечером заперли в хлеву, умудрился сбежать в час совы, после того как он вырубил охранника, зашедшего его проведать и выкрал лошадь. Шатры гвардейцев находились слишком далеко и люди не могли услышать и увидеть как происходил побег. Рамси был вне себя от злости и даже не пытался скрывать это перед лицом Джона и Домерика. Хуже всего было и то, что на протяжении всего пути он постоянно ругался и злобно ехидничал, из-за чего даже у Джона возникало желание врезать ему. Однако, вскоре даже он прекратил раздражать Джона и затих, потому что следы беглеца стали свежее и всем вскоре стало ясно, что их поиски близятся к завершению. Они вышли на холм, откуда заметили как вдалеке виднелся дым. Стало ясно что дело оборачивается скверно. Однако куда более скверным оказалось то, что дым исходит от деревни, которую разорили наёмники. Повсюду валялись трупы убитых жителей. Женщин и мужчин, стариков и детей. Домерик наблюдал за этим с шоком, а вот Рамси выглядел скучающим. Однако, помимо этого, Джон заметил что вся живность из деревни исчезла. Коровы, куры, свиньи и овцы. Даже лошади. Особенно лошади. Хлева были полностью пусты. — Такое вряд ли мог сделать один человек. Значит мы найдем беглеца и его отряд быстрее чем рассчитывали, — вслух рассуждал Домерик. — Отряд мы найдем, несомненно. А вот беглеца мы найдем быстрее, чем ты думаешь! — сказал Джон, находясь чуть дальше. — Ты это о чём? Вместо ответа Джон кивнул Домерику и отряду на дерево, которое стояло недалеко. Рядом с ним, с перерезанным горлом, лежал один из наемников. Домерику пришлось подойти, чтобы отчётливо увидеть, кто перед ними лежал. — Пекло! — в сердцах воскликнул наследник Дредфорта. Перед ними лежал их сбежавший пленник. — Его, видимо, убили примерно пару часов назад. Его следы были относительно свежими, — сказал Джон. — Значит ублюдки недалеко ушли, — тихо подытожил Домерик. — Наверняка. В путь, — скомандовал Джон. Они пустились в погоню, и на этот раз им не пришлось долго выискивать свою цель. Наёмники, видимо, не ожидали преследования, так как они не стремились петлять или как-то запутать отряд Домерика. Это привело к тому что уже через час Джон и Домерик увидели в стекло мирийской трубы пять голов скота, которых подгоняли трое всадников. Впереди них был отряд из двух десятков человек, которые шли к опушке леса, и Джон понял где заночует отряд грабителей. — Нужно напасть на них прямо сейчас, пока они не скрылись в лесу, — предложил Рамси спустя час наблюдения за отрядом наемников. — Нет. — возразил Джон. — Если мы на них нападем прямо сейчас, многие из них погибнут. Они укрылись за крупным оврагом, который был в двух лигах от леса. Наёмники медленно двигались к лесу, явно не опасаясь того что их будут преследовать. — Но Джон, они ведь должны погибнуть, — согласился с братом Домерик. — Не раньше, чем мы их допросим. — А о чем их допрашивать?! Сколько деревень они собирались сжечь?! — воскликнул Домерик таким тоном словно хотел показать Джону глупость его решения. — И это тоже. Но самое главное, о чем я хочу знать — кто стоит за этими нападениями. Пират или кто-то из высокородных. — А какая разница? — Очень значительная разница, Домерик. Очень… По взглядам Домерика и членов отряда было заметно, что они ничего не поняли. — Моему отцу уже приходилось ловить пиратов. Как правило контрабандисты и пираты в разграблении деревень могут принимать личное участие или же могут ожидать в относительной близости от места проведения разбоя. Если это так, то… — Мы сможем выйти на их главаря, — подытожил Домерик — Именно, — кивнул Джон. — Неплохой такой улов будет у нас, — усмехнулся Домерик, — но Джон, а что если это высокородный? — Тогда всё куда сложней. Ни один лорд не будет ждать отряд грабителей поблизости. Он как правило оплатит грабеж или через посредника получит награбленное. Домерик ещё раз глянул на виднеющиеся вдали очертания отряда грабителей и спросил: — Твои предположения… — Лорд. Наверняка. Обычная банда пиратов редко идёт грабить так далеко от берега. Притом их тут так мало. И одеты они не как пираты. — Значит кто-то из соседей моего отца посягает на его земли? — кровожадно проговорил Рамси. — Необязательно. Болтоны соседствуют с Карстарками, Хорнвудами и Вдовьим Дозором. Карстарки на севере, Хорнвуды и Флинты на юге. Если бы это были они, то этому отряду было бы куда проще отправиться туда сразу же после грабежа, и уже сегодня они были бы на их землях. — Мы могли бы обвинить этого лорда в преступлении… — И тогда он стал бы «убирать следы», — перебил Домерика Джон. Болтон задумался. Слова Джона звучали весьма убедительно. Однако Домерик не стал дальше с ним спорить. Он понимал, что Джон найдет и другие аргументы, которые будут звучать куда правдоподобнее. Да и спорить с ним дальше было глупо само по себе. С другой стороны советы Джона не были лишены смысла, а потому они решили встать на привал.

***

Вопреки предположению Джона, разбойничий отряд решил заночевать не глубоко в лесу, а практически у чащи. Стадо коров кучкой лежало на траве, чуть дальше от них стояли и сидели охранники. Это могло стать хорошим ориентиром для его отряда. Сам Джон в этот момент сидел совсем близко к их лагерю, в тени деревьев и кустарника. Ночная темнота хорошо помогала ему быть скрытным, даже перед взором ночных стражников, которых выставили дежурить над стадом и лагерем. Однако Джон хотел подслушать хоть какую-то информацию и поэтому он готов был в любой момент использовать заклинание невидимости. Вскоре ему представилась такая возможность. Сидя в кустарнике, он заметил, как у самого костра расположились двое: один был загорелым, с седыми волосами и повреждённым правым глазом, а другой высокий с короткими темными волосами и утонченным лицом. — У Алесса слишком сильная паранойя. Ты же сам это понимаешь, — беспечно упрекнул собеседника темноволосый. — Может и так, — хриплым тоном ответил седовласый собеседник, — Однако, на всякий случай, я велел людям удвоить дозор и следить за живностью. Если подозрения Алесса верны, то патрули уже вышли на наш след. Придется ускорить темп. — И как ты себе это представляешь? Твои меры предосторожности могут сильно измотать наших парней. Как бы они потом носом не клевали, — снова упрекнул брюнет. — Надо думать, погоня сильно их взбодрит, — мрачно усмехнулся седовласый собеседник. Однако по взгляду его соседа он понял, что шутка не удалась. — К утру мы выйдем к берегу реки. Так мы сократим путь, и до кораблей будет недалеко, — с усталым вздохом проговорил седовласый собеседник, явно намереваясь успокоить друга. — Хорошо! Иначе мои люди явно не будут довольны, что мы и так задержались тут. Клиент, между прочем, тоже. От Джона не ускользнула фраза «мои люди». — Какое нам дело до настроения этого лорденыша? Он, похоже, ни разу за всю жизнь так и не вылезал со своих вонючих островов. А что до настроения в отряде, так иди и успокой их, иначе они могут себе другого главаря найти, — без интереса сказал загорелый старик. — Пока что я остаюсь главой этого отряда, — с нажимом проговорил брюнет. — И, я надеюсь, не только «пока что». Собеседник оставил главаря одного и отправился к своей лежанке. Главарь немного посидел, находясь в раздумьях, а потом тоже отправился спать. Джон дождался, когда все утихнет и осторожно покинул лагерь, уходя глубоко в лес. То что отряд не собирается уходить глубоко в лес, вдвойне радовало Джона. Это означало что он был прав насчёт их намерений. К тому же поймать их у реки было бы идеальной возможностью. Однако ему нужно было чтобы они встретились с заказчиком. Это можно было бы устроить. Вот только их преследование с того момента перестает быть скрытным делом для них. Земли вокруг Дредфорта и вдоль реки Рыдальницы не балуют изобилием холмов, гор, лесов и каким-либо иным ландшафтом. Здесь преимущественно равнина. Поэтому его отряд, даже если и будет держаться как можно дальше, рискует быть замеченным. Надо как-то решить этот вопрос. Он ходил вдоль железностволов, совершенно не беспокоясь о своей безопасности, прекрасно зная, что ему в радиусе одной лиги ничего не угрожает. Вся та живность, которая может его окружать, либо крайне безобидна для него, либо, завидев его, сбежит в первую очередь. Он имел поразительный слух и услышал как в двадцати шагах от него прошуршал в кустах заяц. После Джон услышал, как пролетела сова, а затем очень громко каркнул ворон. Слишком громко. Он посмотрел наверх и увидел как на ветке сидел ворон, который снова громко каркнул. Ворон не смотрел на него и был на дереве совсем один. Вороны умные и довольно наблюдательные создания. Неспроста мейстеры используют их для передачи своих писем. Он пристально посмотрел на него. К его лёгкому удивлению, ворон молча посмотрел на него в ответ. Внезапно он почувствовал, что между ними установилась связь, которую он не понимает. Словно он понимает мысли птицы или даже может их читать. Взор перед его глазами помутнел и стал более сфокусирован так, словно мир вокруг него стал… округлым? Джон не сразу догадался, что он смотрел на мир глазами птицы. Понял он это только когда увидел самого себя. Он подумал над тем, что было бы неплохо пролететь над лесом и посмотреть, какой он большой. И тут же ворон вспорхнул с ветки и взмыл ввысь. Он пролетал над хвойными ветками деревьев несколько минут, пока не увидел поляну со стелющимся над травой туманом. На поляне лежал огромный валун, почти полностью покрытый травой и мхом, а его края опутывали лианы. Джон, не зная почему, почувствовал, что ворону внезапно захотелось приблизиться к этой поляне. Он спланировал над травой и, взмахнув крыльями, уселся на вершину камня. Ворон поднял клюв, увидел худые белые стволы дерева и только сейчас узнал в нем ветви чардрева. — А я-то уж подумал, что ты никогда сюда не явишься, — внезапно послышался за его спиной чей-то голос. От испуга ворон подпрыгнул и даже немного вспорхнул и повернул клюв в сторону голоса. Там где на поляне минуту назад клубился туман, сейчас витал чей-то неясный силуэт молочного оттенка. — Рад видеть тебя, старый друг! — воскликнул силуэт. — Ты кто? — воскликнул Джон, но из клюва вылетело лишь карканье. Однако незнакомый силуэт, похоже, всё-таки понял, что Джон хотел сказать. — Ты не узнал меня, охотник?! — И фигура приняла более заметные очертания большого белого лютоволка.