Второй шанс Династии

Дорнийский климат нестерпимо напоминает Эссос, в котором она оказалась в начале этой жизни. Тори это совсем не нравится и поначалу даже отпугивает. Ужасная жара и пустынная сухость едва не заставляют ее повернуть обратно. Останавливают, как ни странно, люди. Местное общество не похоже ни на одно из тех, с кем ей доводилось сталкиваться. Свободолюбивые и воинственные, дорнийцы не размениваются на условности, оставаясь людьми порывистыми и честными с собой. Превыше всего оценивая собственные чувства и получая удовольствие от жизни, они по большему счету избавлены от ненужных рамок. Тори находит это очаровательным. И пока весь Вестерос старательно тонет в двуличии и лицемерии, трясясь над своим нравственным обликом, Виктория находит отдушину в этих раскрепощенных малолюдных землях. В Дорне городов немного и все они далеки от звания гигантов, но ее вполне устраивает. Выбирая крупнейший из имеющихся, Тори останавливается в Дощатом городе и начинает поиски работы, находя нужное в рекордные сроки. Обустраиваясь в доме богатого купца, Виктория готовится выполнять свои обязанности и знакомится с его детьми. Двое мальчишек погодок и совсем ещё крошка дочь вызывают умильную улыбку и воодушевление. У этой семьи нет благородного статуса и фамилии, что не позволяет им пригласить мейстера, но отец семейства очень хочет обеспечить детям образование. И он совсем не против видеть учителем женщину. Замечательно. *** Виктория проводит в Дорне несколько счастливых и обеспеченных лет, наконец восстанавливая свое душевное спокойствие. Ей нравится учить детей, чего она никак не ожидала. Делясь множеством своих знаний и разъясняя им непонятные моменты, Тори вспоминает собственное детство в прежнем мире и родную школу. Боль впервые притупляется, оставаясь в сердце скребущей тоской. Девушка наслаждается сочными фруктами, которых тут всегда в достатке и находит свою прелесть даже в постоянной жаре, закутываясь легкими и воздушными, яркими тканями. Вечерами после занятий она ведет неспешные беседы с главой семейства и именно от мужчины впервые узнает о ней. Он говорит без остановки и в словах его такое восхищение, что Тори невольно ощущает интерес. А после этот краткий интерес заменяет собой любопытство столь отчаянное, что проходится дрожью в пальцах и искрами во вспыхнувших глазах. Из множества титулов, что копятся с невообразимой скоростью, Тори замечает лишь один – Матерь Драконов. И он не оставляет ее мыслей ни на миг. Она встречала их упоминания прежде, среди бесчисленных книг, прочтенных в Цитадели. Но тогда рядом стояла пометка «вымерли», потому ей было не так интересно. Теперь перед ней сидел живой свидетель их существования, узревший драконов наяву и это разом перевернуло все мысли в голове. Спокойствия как не бывало. Пытаясь отстраниться от услышанного, Виктория терпит сокрушительное поражение. Полученные в столице навыки никуда не пропадают, а сейчас особенно обостряются, забивая голову гулом чужих голосов. Невольно, она собирает слухи один за другим, в мыслях восстанавливая едва ли не весь путь удивительной девушки. Информация льется непрерывным потоком и Тори не понимает, как упустила ее из виду, не обратила внимания раньше. Дейнерис Таргариен на слуху едва ли не чаще столичных скандалов, история ее полнится подробностями, но отношение у людей неоднозначное. Тори не удивлена. В глазах народа иностранная захватчица более всего похожа на бомбу замедленного действия, готовую разорваться в любой миг, грозясь разнести все на тысячи километров вокруг и погрести Вестерос под тяжелым слоем ядерного пепла. Пугающие перспективы. Но Виктория видит все в другом свете. Непредсказуемая женщина не вызывает у нее должных опасений, вместо них пуская по коже мурашки предвкушения. В голове у Тори история прошлого и бесчисленное количество ассоциаций. Дейнерис Таргариен имеет все шансы встать на одну ступень с великими полководцами ее родного мира, знакомыми каждому по учебникам и фильмам. Люди, оставшиеся в памяти на века и тысячелетия. (Господи, остановите ее кто-нибудь) Тори держится совсем недолго. Она пытается обуздать плещущийся в крови азарт, но стоит новости об отплытии Королевы пронестись по Вестеросу, бездумно срывается в путь. Весь ее рационализм пропадает по щелчку, на смену ему приходит истинно женское любопытство и поистине ребячливое желание коснуться сказки. Воображение рисует в голове драконов, пока нога покачивается в такт повозке. Мурлыкая под нос незатейливую песенку, Виктория готовится войти в историю… *** Щурясь в сторону покачивающихся на воде кораблей, Тори тщетно пытается их сосчитать, чуть сбиваясь и начиная вновь. Холодный ветер забирается под одежду, заставляя зябко ежиться и переминаться с ноги на ногу. В руке привычно лежит трубка, на конце которой медленно тлеет огонек. Пуская в воздух дым, она ждет. В голове лениво ворочаются мысли, а тело охватывает расслабленность. Безмолвное ожидание прерывается шелестом позади. Чувствуя, как напрягаются мышцы и подскакивает пульс, Виктория замирает в оцепенении и слышит тяжелое движение за спиной. Волосы на затылке шевелятся от чьего-то горячего дыхания, контраст температур пускает вдоль позвоночника мурашки и Тори крепко закрывает глаза, жмурясь. Делая дрожащий, судорожный вздох, она наконец находит в себе силы обернуться. Медленно, без резких движений, она поворачивает свое тело и распахивает глаза. Вплотную сталкиваясь с огромной головой и пастью, полной бесчисленного количества острейших зубов. Сердце пропускает удар. От прежнего хладнокровия и умиротворения не остается ни следа, в голове разом становится пусто, а охваченные судорогой конечности перестают слушаться. Эмоции обращаются в хаос, борясь между собой и пытаясь удержать верховенство. Тори правда не знает, чего в ней больше: ликования и восторга или все же ледяного ужаса? В золотистых глазах хищника плещется вопрос. Взгляд у него такой осознанный, что сомнений в разумности не остается. Создание перед ней будто срывается со страниц фантастических книг, являя собой существо величественное и умное. От этого дыхание перехватывает и руки движутся сами собой. Не понимая, что делает и не в силах остановиться, Виктория тянется к нему дрожащей ладонью и несмело касается горячей чешуи. Дракон замирает на мгновение, позволяя человечке это скромное прикосновение, а после встряхивается, отстраняясь. Когда зверь перед ней вновь приходит в движение, Виктория крупно вздрагивает и едва успевает вернуть самообладание, что бы не отшатнуться. Рисковать и провоцировать его не хочется, потому Тори терпеливо ждет, когда зубастое чудовище вытягивается во весь рост, возвышаясь на несколько метров, и громко вопит. Ей не с чем сравнить этот звук, но он пробирает ее до глубины души и запоминается на долгие годы. Довольный собой, дракон получает ответ от своих собратьев откуда-то с неба и резко взмахивает крыльями, поднимаясь в высь. Викторию воздушной волной едва не сносит, а поднятая пыль и каменная крошка забивает глаза и нос, отдаваясь кашлем и вынуждая тереть лицо широкими рукавами. Тихо шикая себе под нос, она вскидывает голову и с трепетом провожает взглядом их полет. Чешуя блестит в свете солнца, пока трое ящеров танцуют среди облаков и картина эта такая завораживающая, что дыхание перехватывает. Сейчас, когда ее оставили, не тронув, Тори наконец определяется с эмоциями. Все ее существо охватывает возбуждение, отдаваясь дрожью в кончиках пальцев и огненной бурей в ребрах. Пульс зашкаливает, а кровь шумит в ушах так громко, что перебивает звук шагов. Когда за спиной раздается приятный женский голос, она дергается от внезапности. - Это Визерион. Похоже, вы ему понравились. Резко оборачиваясь, Тори едва успевает удержать равновесие. Ноги после эмоциональной встряски кажутся ватными и путаются меж собой, заставляя лицо стыдливо вспыхнуть. Да, не так ей представлялась встреча. Девушка напротив мягко улыбается и жестом приказывает охране опустить оружие. Соблюдая рамки приличия, Тори вскользь разглядывает ее лицо, удивляясь, насколько молодо та выглядит. Ей что-то около двадцати, а за плечами хрупкой красавицы уже находится три чертовых дракона, армия Безупречных и тысячи дотракийцев, которые ее, кажется, боготворят. Что ж, Македонский тоже был юн. Виктория впечатлена, но о цели своей помнит. Возвращая прежнюю невозмутимость, она слегка склоняется в вежливом поклоне и растягивает губы в легкой улыбке. - Добро пожаловать домой, Моя Королева. В сиреневых глазах напротив вспыхивает радость, и эмоция эта кажется столь искренней, что даже неловко. Королева быстро возвращает самообладание, но Тори все уже увидела и забывать не станет. Дейнерис Таргариен, на самом деле, искренне надеялась, что ее ждут. Поставив цель и стремясь к ней, она верила в свою идею и даже циничный Тирион не сумел охладить ее пыл. В мечтах, Вестерос встречал ее с распростёртыми объятиями, когда на деле девушку ждало лишь недоверие и предрассудки. Естественно, нельзя быть столь наивной, Дени. - Мы не были представлены. Вы…? - Виктория. К сожалению, у меня нет громкой и знатной фамилии, по которой можно узнать. Но менее полезной я от этого не становлюсь. Я опальный мейстер и пришла сюда служить вам. На лице Тори легкая усмешка, а в глазах королевы заинтересованность. Дейнерис оглядывает ее вновь, с головы до ног и взгляд на этот раз оценивающий, внимательный. Подобравшись, она цепко всматривается в ее лицо и значительно похолодевшим голосом обличает во лжи. - Насколько мне известно, женщин не обучают в Цитадели. Ранее я никогда не слышала, чтобы делали исключения. - Я слышал. Вперед выступает карлик и Тори безошибочно определяет его, как Тириона Ланнистера. Мужчина смотрит хмуро и настороженно, что-то ему в ней не нравится и он спешит поделиться сведениями. - Громкий скандал в мейстерских кругах. Помню, Пицель долго бубнил проклятия и возмущался. – он осмотрел ее недоуменно и спросил откровенно, – Вас должны были казнить. Как вы выжили? - Меня выручил наш общий лысый знакомый. Успел прямо перед вашим побегом. Виктория щурится, недовольная припоминанием прошлого, и нервно вдыхает дым. Трубка в руках сжимается до тихого треска древесины, но от вопросов никуда не деться. Отправляясь сюда, она понимала на что идет. - Значит, вы преступница? - Мое главное преступление в том, что я рождена женщиной, моя Королева. - Вот как? Смерть великого мейстера от своих рук вы оцениваете не столь высоко? Ланнистер ведет допрос дотошно, вытаскивая на свет всю грязь ее прошлого, демонстрируя ее во всей красе и все больше отворачивает от нее Мать Драконов. От прежнего благодушия на лице Дейнерис не остается ни следа, теперь лишь арктический холод и жесткость отражаются в слегка потемневших глазах. Тори чувствует, как ситуация выходит из под контроля и ощущает маленький укол страха. - Я солгу, если скажу, что сожалею о его смерти. Он зажал меня в угол и пытался надругаться, я сделала это в попытках сохранить свой пол в тайне, зная, что наказанием будет смерть. А я привнесла в этот мир ещё слишком мало, что бы умирать так бесславно. - Чего вы хотите от меня? - Хочу увидеть вас на троне. Быстрый и четкий ответ был отдан без раздумий. Слова сорвались сами собой, честностью своей поставив диалог в тупик. Повисшее в воздухе безмолвие сопровождалось прямым зрительным контактом. Тори смотрела честно и открыто, не скрываясь, готовая ко всему. В глазах же королевы видны были раздумья. Что-то для себя решив, она задала тихий вопрос, собираясь действовать в зависимости от ответа. - Почему именно меня? - Вы достаточно сильны, что бы восстановить в Вестеросе покой и мир. Я узнавала о ваших решениях в проливе работорговцев, и как человек, что сталкивался с этим лично, благодарна за вашу смелость. Разрушить многовековой строй многого стоит. Вы громкая, спорная личность, что войдёт в историю не просто упоминанием, а целой главой, перевернувшей все вверх дном и повлекшей за собой множество изменений. Не знаю, будут ли они к лучшему или же наоборот, главное сам факт. Мне, честно, давно хотелось коснуться великого, слишком долго я пробыла среди книг и свитков, посвященных чужим свершениям. Желание стать хотя бы малой частью этой истории засело в сердце очень глубоко и вы – мой шанс на исполнение мечты. Самая влиятельная и интересная фигура нынешнего времени. Виктория никогда не искала себе кумиров и не возводила идолов. Люди вокруг всего лишь люди. Даже самые влиятельные и известные ровно такие же смертные, как она сама. Умнее и успешнее, талантливее и лучше, но все ещё люди. Дейнерис Таргариен тоже просто человек. Тот, от чьих решений зависят тысячи жизней, тот, кто вершит судьбу. Виктория не благоговеет перед ней, как перед человеком, но чувствует трепет по отношению к ее титулам и значению в мире. И это видно по глазам. - Вы считаете, мне нужна помощь? - Я считаю, помощь лишней не бывает и требуется даже кому-то, вроде вас. Клянусь, моя Королева, я никогда вас не предам. Дейнерис вглядывается пристально, тщательно пытаясь отыскать хоть каплю лжи в чужих словах. Но ее нет. Девушка напротив выдает все свои честолюбивые планы, как на духу, не скрываясь. Королева могла бы возмутиться таким отношением, насквозь расчетливым, но оно ей почему-то льстит. Она принимает решение. Всем ее сторонникам остается лишь довериться чутью своей королевы, продолжая верно следовать за ней и не смея подвергать сомнению приказы. Вступая в замок своих предков рука об руку с близкими людьми, Дейнерис готовится действовать. Виктория рядом осматривает пыльные коридоры, пытаясь оценить масштаб проблемы и тихонько вздыхает. Что ж, их ждут великие свершения. Она действительно никогда не отвернется от Дейнерис. На предательство идут люди, разочарованные в чужих решениях. Тори это не грозит. Чтобы разочароваться нужны ожидания, а их у нее нет. Виктория приходит не из-за идеологической близости, а из любви к масштабным переменам, на волне которых всегда хотела оказаться…