falling like the stars

Стив еле волочит ноги, идя от машины к квартире. Утреннюю изматывающую тренировку сменила затянувшаяся смена в художественном магазине, и всё это выжало из него последние силы. Сейчас ему хочется только одного — рухнуть и больше не двигаться до конца вечера. Открыв дверь, он заходит в квартиру и замирает. В воздухе витает слабый аромат, которого не было утром, — что-то сладкое, фруктовое, прячется под более пряным запахом Баки и собственным свежим, чистым. Ему не требуется много времени, чтобы понять, откуда он. — Эм… привет, — говорит Стив человеку, свернувшемуся на диване. Тот резко поднимает голову на звук голоса. У омеги тёмные, широко распахнутые глаза, высокие скулы и полные губы, а каштановые волосы выбились из аккуратной укладки и вьются. Первая мысль Стива — что это, пожалуй, один из самых красивых омег, которых он когда-либо видел. Вторая — что в нём есть что-то знакомое. И тут его осеняет. — Ты брат Баки, да? Тони? — Привет. Да. А ты — Стив? — Он самый. А где Бак? — Наташа позвонила, и он поехал за ней. Ушёл пару минут назад. Стив кивает. Несколько секунд повисает неловкая тишина, которую разбавляет телевизор. В итоге её нарушает Тони: — В кухне есть пицца, если хочешь. Баки взял одну без ананасов специально для тебя. — Ты тоже ананасовый еретик? Тони ухмыляется: — Да, и очень этим горжусь. Люди, которым не нравится ананас, просто недоразвиты. — Ты сейчас назвал меня недоразвитым? — Стив смеётся. — Именно так. В выражении лица Тони есть вызов — будто он нарочно провоцирует Стива возразить. Стиву это неожиданно нравится, и он всё ещё улыбается, когда идёт на кухню. Он возвращается с коробкой и ставит её на кофейный столик. Тони немного подвигается — явное приглашение присесть рядом, и Стив принимает его. Открыв коробку, он берёт кусок и откидывается на подушки как раз в тот момент, когда на экране кого-то закалывают. — Что смотришь? — «Мыслить как преступник», но можешь переключить, если хочешь. До ухода Баки включал игру «Ред Сокс». Тони кивает в сторону пульта, лежащего между ними, но Стив не тянется за ним. — С кем играют? — С «Метс». Стив морщится: — К чёрту их обоих. Тони смеётся — и это очень приятный звук. — Баки говорил, что у тебя отвратительный вкус в бейсбольных командах. — Это у него вкус отвратительный. Сколько чемпионств у «Сокс» по сравнению с «Янкиз»? Тони поднимает руки в жесте капитуляции. — Эй, я вообще не в теме. Я даже не скажу тебе, кто выиграл в прошлом году. — «Нэшионалс», — автоматически отвечает Стив. — Я забуду это уже завтра, — улыбается Тони. — Я вообще знаю что-то о бейсболе только потому, что побывал на куче игр Баки. Стив доедает кусок и берёт второй. — Баки сказал, что ты не особо по спорту, но вроде как гений? В MIT ведь сложно поступить. — Какого-то рода, — отвечает Тони, и уголок его губ приподнимается в кривой улыбке. После этого разговор стихает. Стив ест пиццу и смотрит сериал почти в тишине. Почти — потому что Тони периодически комментирует происходящее, шутит над диалогами и сомнительной криминалистикой. В первый раз он явно не осознаёт, что делает это вслух — потому что вздрагивает, когда Стив смеётся. Потом же это становится намеренным, и Стив смеётся всё чаще, пока запах довольной омеги заполняет комнату. Стив ловит себя на том, что всё время поглядывает на Тони краем глаза. Он не специально. Сначала. Просто автоматически смотрит, когда тот смеётся или когда Стив замечает движение. Тони ловит его взгляд и хмурится: — Что? — А, эм… прости, — Стив краснеет. — Просто… вы с Баки не очень похожи. Тони пожимает плечами, снова поворачиваясь к экрану: — Мы сводные братья. Я больше в отца, а он, видимо, в своего биологического. Я его никогда не видел, но, думаю, потому что Баки тоже не особо похож на нашу маму. — Подожди, вы сводные? — Да. Он тебе не говорил? Стив качает головой: — Не приходилось к слову, наверное. Он никогда не упоминал другого отца. — Его, по сути, и нет. Он никогда с ним не встречался, — говорит Тони. — Тот ушёл, когда мама забеременела, а потом она встретила моего отца. Мой папа всегда был папой и для Баки тоже. — А как они познакомились? Твои родители? — Мама работала секретарём у одного из маркетинговых директоров SI. Она там давно была, но они раньше не пересекались — он редко заходил в их отдел. А потом однажды зашёл, встретил её, и… если верить их версии, это была любовь с первого взгляда. Самая слащавая история на свете. Прямо уровень ромкома, особенно в моменте, где она сказала ему, что беременна ребёнком от другого. Стив смеётся: — Похоже, он был хорошим человеком. Принять чужого ребёнка — это многое говорит. Тони кивает: — Он и правда такой. Никогда не делал между нами различий. Думаю, он гордился бейсбольной стипендией Баки так же, как тем, что я поступил в MIT. Он делает паузу, а потом добавляет: — Хотя я не уверен, что вообще должен тебе это рассказывать. Если Баки сам не говорил… может, не стоит выкладывать его жизнь его друзьям. — Это так же твоя история, как и его, — пожимает плечами Стив. — Но я понимаю. Я не буду упоминать. Тони улыбается: — Да и всплывает это редко. Думаю, многие даже не знают, что мы сводные. Если кто-то замечает, что мы не похожи, просто думают, что пошли в разных родителей. Технически так и есть. Стив не успевает ответить — входная дверь открывается, и в квартиру заходят Баки с Наташей. Тони тут же поднимает голову и улыбается: — Привет, Нат. Наташа моментально светлеет — Стив никогда раньше не видел у неё такого выражения — и буквально перелетает через комнату. Она усаживается между Тони и подлокотником дивана и почти утаскивает его к себе на колени, крепко обнимая. — Мой любимый Старк наконец-то здесь. — Вау, спасибо, — язвительно говорит Баки. — Я чувствую себя очень любимым. — Он симпатичнее тебя, и ты это знаешь, — поддразнивает она. — Зато я всё ещё любимчик Стива. Стив издаёт неопределённый звук: — Возможно, уже ненадолго. Он действительно симпатичнее. Баки театрально хватается за грудь: — Ты обязан так ранить меня в моём собственном доме, Стиви? — Вообще-то, он наш. — Ты мой любимый, — говорит Тони Баки, всё ещё обнимая Наташу и уткнувшись головой ей в плечо. — Тебе полегчало? — Любимый по умолчанию, но я приму это, — улыбается Баки. Он подходит ближе: — Подвинься, ты занял моего партнёра. Тони вздыхает, Наташа целует его в щёку, и они размыкают объятия. Баки и Наташа устраиваются с одной стороны дивана — он в углу, она прижимается к его боку. Тони оказывается прямо рядом со Стивом, почти вплотную. Так близко Стив может лучше различить его запах: сладкая ваниль, миндаль и какой-то фрукт, который он никак не может определить. Он вдыхает глубже — и всё равно не понимает, что это. Баки смотрит на Стива: — Извини, что не был тут, чтобы вас познакомить, но, похоже, и без меня всё прошло отлично — раз он уже твой новый любимчик. — Он не пытался доказать, что «Ред Сокс» — хорошая команда, — отвечает Стив, прекрасно понимая, что сейчас начнёт новый спор. — Как он может не быть моим любимчиком? Баки смотрит на Тони с ужасом: — Ты позволил ему сказать, что «Янкиз» лучше?! — Насколько я слышал, объективно так и есть, — ухмыляется Тони и подмигивает Стиву. — Вон из моего дома. — Это и дом Стива тоже, и он хочет, чтобы я здесь был. — Я был прав, — вздыхает Баки, печально качая головой. — Не стоило оставлять вас двоих в одной комнате. — О чём ты? — спрашивает Стив. — Он думает, что мы слишком похожи и устроим кучу проблем, — поясняет Тони. — И он, наверное, прав. — Вы не так уж похожи, — говорит Стив, — но у вас обоих напрочь отсутствует инстинкт самосохранения. — О, — кивает Стив. — Да, понимаю. — То есть ты признаёшь, что у тебя его нет? — Баки приподнимает бровь. — Я признаю, что ты так считаешь, — ухмыляется Стив. — Но больше ничего. — О боже, — стонет Баки. — Что я натворил. Тони кладёт руку Стиву на плечо, и его запах усиливается в десятки раз. Он дурманящий, сильнее любого, что Стив когда-либо ощущал, настолько отвлекающий, что он с трудом слышит, как Тони говорит: — Да ладно тебе. Эти лица похожи на лица людей, которые специально будут создавать тебе проблемы? — Да, — невозмутимо отвечает Баки. — Это ровно те лица двух человек, которые сведут меня в могилу от стресса раньше времени. — Ты такой драматичный. — Сказал король драмы. — А как ты думаешь, у кого я этому научился? — У мамы, скорее всего. Тони смеётся: — Да, но и ты тоже. Всё это время Тони не убирает руку с плеча Стива, и Стив изо всех сил старается об этом не думать. Из всех возможных людей мгновенно влюбиться в младшего брата лучшего друга — точно худший вариант. Стив наклоняется, подбирая пульт, упавший на пол, и специально сдвигается так, чтобы рука Тони соскользнула. Тони, кажется, едва это замечает, просто складывает руки на коленях. — Не против, если я снова включу игру? — спрашивает Стив, глядя на Тони. — А как же «к чёрту их обоих»? — дразнит тот. Стив пожимает плечами: — «Ред Сокс» наверняка проиграют, а смотреть, как Баки злится, — весело. — Они не проиграют. Когда я уходил, они вели на пять ранов. — Посмотрим. Стив переключает канал — и тут же заливается смехом, пока Баки ругается. «Сокс» проигрывают с разницей в три рана в начале восьмого иннинга. — Какого чёрта?! Как это вообще произошло?! — Я же говорил. Тони наклоняется ближе, так, что только Стив может его услышать: — Так… мы болеем за «Метс», да? Я не совсем понимаю, кого мне ненавидеть сильнее. Стив смотрит на него. Глаза Тони сияют весельем и озорством. О да. Он определённо плохо скажется на здоровье Стива. Если так пойдёт дальше, Баки будет не единственным, кто рано отправится в могилу. — Ты не на стороне Баки? Тони улыбается: — Неа. Смотреть, как он злится, — весело. Думаю, завтра куплю себе кепку «Янкиз». — Эй! — вмешивается Баки, сверля Тони взглядом. — Я это слышал. — У меня есть одна, можешь одолжить, — ухмыляется Стив. Баки переводит взгляд на него, и Стив добавляет: — И джерси тоже. Тебе пойдёт полоска. Тони хихикает: — Думаю, да. — Клянусь Богом, Тони, если я увижу тебя в форме «Янкиз», я отрекусь от тебя как от брата, — угрожает Баки. — Я серьёзно. — Сколько у тебя их, Стив? — интересуется Наташа. — Хочу посмотреть, взорвётся ли он, если мы все их наденем. — Дом, полный предателей.