falling like the stars

Стив сказал себе в ту же ночь, после знакомства с Тони, что собирается держаться от него подальше — но пока что это оказывается совершенно невозможным. Его самоконтроль просто не существует, когда дело касается Тони. Он каждый раз собирается отказаться, когда Баки спрашивает, не хочет ли он пойти с ними завтракать или поужинать. Собирается сказать, что у него уже есть планы, когда Баки предлагает сходить всей компанией в кино. Но вместо этого он снова и снова оказывается в тёмном зале кинотеатра, с Тони справа от него — с губами, обхватывающими соломинку, так, будто он совершенно не осознаёт, что Стив рядом буквально страдает от этого зрелища. Сколько бы раз Стив ни говорил себе, что пора отпустить это и найти кого-то действительно доступного, это не помогает. Его сердце всё равно срывается с места каждый раз, когда Тони улыбается ему. Он всё ещё забывает, как дышать, каждый раз, когда ему удаётся рассмешить Тони. А когда Тони говорит, что у него есть всё время для него? Стив едва не спотыкается на ровном месте и может только надеяться, что у него получилось выглядеть непринуждённо. И всё же он не может не проверить эту теорию ещё немного. — Эй, Тони, — говорит Стив, ухмыляясь, когда Тони берёт трубку всего после двух гудков. — У меня на следующей неделе контрольная по физике. Как думаешь, сможешь уделить мне час сегодня, чтобы помочь подготовиться? — Да, конечно. У меня, правда, пара до трёх. — Отлично. Я… эм… я могу заехать за тобой? Чтобы тебе не пришлось ехать на автобусе. — Правда? — Ага, — подтверждает Стив. — У Баки сегодня занятия допоздна, так что мы могли бы позаниматься у меня, если тебе нормально. Тони на мгновение замолкает, а потом говорит: — Ладно, да. Он объясняет, где и когда его забрать, а потом спешит на занятия. Стив улыбается, глядя на погасший экран телефона после того, как кладёт трубку. Контрольная действительно есть, и помощь ему правда нужна, но это вполне могло подождать до понедельника. А вот увидеть Тони — нет. Он выходит из квартиры чуть раньше трёх и едет в Кембридж, чтобы забрать Тони у корпуса, где проходит его последняя пара. Он успевает почти идеально — подъезжает к обочине как раз в тот момент, когда Тони выходит на улицу. Тони замечает его сразу, ярко улыбается и машет рукой, подбегая к машине. Он запрыгивает на пассажирское сиденье, пристёгивается и снова ослепительно улыбается Стиву. — Привет. — Привет, — улыбается Стив в ответ. — Как прошла пара? Тони кривится: — Ужасно. Нас разбили на группы для проекта, и это полный отстой. Стив молчит, надеясь, что Тони сам пустится в один из своих эмоциональных монологов — и он не разочаровывает. Стив довольно рано понял, что Тони может быть увлечён чем угодно. У него есть мнение буквально обо всём, и он готов защищать его с неожиданной яростью. Это одна из вещей, которые больше всего привлекли Стива в нём — после первоначального увлечения, вызванного сладким запахом и красивым лицом. Если бы дело было только во внешности, думает Стив, игнорировать это было бы куда проще. Но это перестало быть просто этим ещё несколько недель назад. Теперь ему просто нравится проводить время с Тони. Ему нравится, как Тони закатывает глаза из-за тупых сюжетов сериалов и смеётся над хоррорами. Ему нравятся бессвязные сообщения, которые он иногда находит утром, потому что Тони не выспался и у него одновременно было миллион мыслей. Ему очень нравится, каким терпеливым Тони бывает, когда занимается с ним физикой — несмотря на предупреждение Баки о том, что терпимость Тони к глупости довольно низкая. Стив теперь понимает, что на самом деле у него низкая терпимость к незаслуженной самоуверенности, учитывая, сколько людей регулярно ставят под сомнение его интеллект, не имея под этим никакой базы. С теми, кто не притворяется умнее, чем есть, Тони действительно терпелив. Список вещей, которые Стиву в нём нравятся, растёт с каждым днём — одновременно с тем, как тает его способность отрицать собственный интерес. Иногда, в такие моменты — когда Тони оживлённо болтает рядом, — Стив не может не задуматься: а вдруг это взаимно? Вдруг они оба чувствуют одно и то же, просто ни один не хочет рисковать? Он думает о том, что было бы, если бы они поддались этому, и всё в этих фантазиях начинается красиво. А потом в них появляется Баки — и всё летит к чертям. Так что Стив подавляет в себе то, что больше всего хочет узнать, какой у Тони вкус, и притворяется, что ему вполне достаточно быть просто другом. И ему достаточно. Если это всё, чего хочет Тони. Ну… он найдёт способ, по крайней мере. Тони заканчивает рассказ о своём разваливающемся групповом проекте вздохом и откидывается на спинку сиденья. — Я правда думал, что здесь всё будет по-другому. Типа… как эти люди вообще поступили в этот вуз, если они ни разу в жизни не прикладывали усилий к проектам? Стив улыбается: — Любой групповой проект везде одинаковый. Пара человек делает всю работу, остальные просто едут у них на шее. — Бесит, — прямо говорит Тони, заставляя Стива рассмеяться. — Мы с Брюсом сейчас делаем работу за пятерых. — Брюс? — Мой новый лучший друг. Единственный, кто реально понимает, что мы делаем. — Он знает, что он твой новый лучший друг? — спрашивает Стив, бросая на Тони понимающий взгляд. — Пока нет, но скоро узнает. Я его измотаю и заставлю полюбить меня. Стив улыбается и качает головой: — Это не займёт много времени. Даю ему два дня. Тони довольно мычит, крутит ручку радио и переключает на любимую рок-станцию. Его довольный запах быстро наполняет салон машины, и игнорировать его становится почти невозможно. Стив всё ещё не может понять, какой именно фрукт доминирует в этом аромате, а мама воспитала его слишком хорошо, чтобы просто взять и спросить — это невежливо в любом случае и откровенно оскорбительно для некоторых. Она бы дала ему подзатыльник из самого Бруклина, если бы он такое выкинул. Он заезжает на парковку у дома и быстро обходит машину, чтобы открыть Тони дверь. В награду он получает мягкую улыбку и лёгкий румянец на щеках Тони. В квартире конспекты и учебник по физике уже разложены на кухонном столе, и Тони садится рядом. — Я перед уходом поставил кофе, — говорит Стив, доставая кружку из шкафа. — Будешь? Глаза Тони загораются: — Да, пожалуйста. Стив делает его так, как Тони любит — с каплей ванильных сливок. Он протягивает кружку, и их пальцы задевают друг друга. Такой мимолётный контакт не должен был бы на него так действовать, но действует каждый раз. Поднеся кружку к лицу, Тони глубоко вдыхает, прежде чем сделать первый глоток. — Клянусь, кофе вкуснее, когда ты его готовишь. Стив прикусывает губу, чтобы не улыбнуться слишком широко. Он садится рядом с Тони и перекладывает конспекты так, чтобы тому было удобнее смотреть. Они сразу переходят к делу, и какое-то время говорят только о силах и взаимодействиях. Проходит больше часа, прежде чем они выныривают из занятий — ровно в тот момент, когда живот Тони урчит посреди объяснения разницы между весом и массой. Тони краснеет, но Стив смеётся: — Прости, надо было заранее подумать об ужине. — Да всё нормально, я просто… эм… пропустил сегодня обед. Стив хмурится, и Тони тут же добавляет: — Ну, я съел батончик на паре, но на большее времени не было. Не смотри на меня так. Всё нормально. — Как так? У меня нет никакого взгляда. — Есть, — ухмыляется Тони. — Твой защитный альфийский взгляд. Но он мне не нужен, я сам о себе позабочусь. — Значит, ты не позволишь мне приготовить тебе ужин? Тони поджимает губы, делая вид, что размышляет: — Зависит. — От чего? — Что ты мне приготовишь? Стив отодвигает стул и идёт к холодильнику. Он ещё не закупался на неделю, а Баки редко готовит, так что полки почти пустые: липкая полупустая банка клубничного варенья, сливки для кофе, кетчуп и горчица. Шкафы выглядят не лучше. Он оборачивается к Тони с неловкой улыбкой: — Эм… китайская доставка? Тони смеётся: — Да, звучит отлично. Стив находит меню, прилепленное к холодильнику магнитом в форме бейсбольного мяча, и отдаёт его Тони, а сам звонит, чтобы сделать заказ. Потом они переходят в гостиную, и Стив передаёт пульт Тони. Тот включает очередной криминальный сериал, но ни один из них особо не следит за происходящим — они слишком увлечены разговором. Всё начинается с мимоходом брошенного Тони комментария о том, что показанная в сериале школа совершенно не соответствует реальности — «будто сценаристы вообще никогда не учились в школе», — и заканчивается обменом историями из собственной жизни. Большинство историй Тони больше про Баки, чем про него самого. Стив узнаёт неловкие подробности первых отношений Баки, катастрофического выпускного и безобидного розыгрыша учителя математики, которого все ненавидели, устроенного с помощью Тони. — А ты? — спрашивает Стив после истории о девушке, которая бросила Баки в младшем классе. Тони хмурится: — В смысле? — Твои отношения. Какие они были? — О, эм… почти никаких. Ну, бывало что-то, но недолго. — Серьёзно? — Стив нахмуривается. Тони пожимает плечами: — Я довольно замкнутый. Баки в школе был очень популярным, так что со мной часто общались, чтобы добраться до него. Но после того как он выпустился, это прекратилось. Людям стало не особо интересно. Это не имеет смысла, думает Стив — и, похоже, произносит это вслух, потому что Тони смеётся. — Что? То, что Баки был популярным, а я — нет? Для меня это вполне логично. — Эм… нет, — спотыкается Стив. — То, что людям было неинтересно. Ты просто… ну… ты и сам по себе очень интересный. Тони издаёт недоверчивое «м-м». — Ты бы дружил со мной, если бы не Баки? — Конечно. — Увидев приподнятую бровь Тони, он продолжает: — Если бы я случайно встретил тебя где-нибудь ещё, я всё равно хотел бы узнать тебя поближе. Взгляд Тони оценивающий, и Стив выдерживает его. Это правда — он знает это наверняка, и ему важно, чтобы Тони тоже это знал. Ему неприятна сама мысль о том, что Тони может сомневаться, будто Стив сейчас рядом с ним по какой-то другой причине, кроме искренней симпатии. В конце концов напряжение уходит, и Тони мягко улыбается, откидываясь на подушки. Стиву нравится, что диван теперь каждый раз немного пахнет Тони, когда тот уходит. — А ты? — спрашивает Тони, не отрывая взгляда от телевизора, но Стив знает, что всё его внимание сейчас на нём. — Я рассказал про себя, теперь твоя очередь. — Мне тоже особо нечего рассказать. Тони криво ухмыляется: — Это звучит неправдоподобно. — В школе какое-то время была одна девушка, — признаётся Стив. — Но она была по обмену из Англии. С тех пор, как она уехала, я её не видел. — Это из серии «та, что ускользнула»? — В голосе Тони мелькает что-то, что Стиву хочется принять за ревность, но он понимает, что, скорее всего, просто додумывает. Стив смеётся: — Нет, вовсе нет. Она мне нравилась, но не настолько. Скорее вариант «мы теперь друзья в фейсбуке». — Но после неё — никого? Уже пару лет прошло, да? — Ага, — кивает Стив. — Но с бейсболом, учёбой и работой я почти всё время занят. Найти время для кого-то ещё — это, знаешь ли, усилие. — Для меня у тебя время всегда находится, — рассеянно говорит Тони, будто больше себе, чем Стиву. В ответ Стив крадёт фразу Тони, сказанную несколько дней назад, и надеется, что они имели в виду одно и то же: — У меня есть всё время для тебя.