Кровь Феникса (Blood of the Phoenix)

      — Тут для тебя кое-что пришло. — Джинни с зевком поприветствовала Гарри. Она опустилась на стул рядом с ним и вручила ему письмо, которое, как и многие до него, появилось в её комнате во вспышке голубого пламени.       — Спасибо, Джин. — Гарри взял письмо и положил его в карман. — Ты ночью хоть сколько-то поспала?       Джинни кивнула сквозь очередной зевок:       — Немного.       Гарри внимательно изучил её, зная, что миссис Уизли сейчас делает то же самое. Он находился в штаб-квартире уже две недели и, хотя он много времени проводил с друзьями, ему становилось скучно от постоянной уборки. Единственное время, в которое Гарри мог делать что-то интереесное, было ночью. Они с Джинни тренировались в её комнате, и напряжение начинало сказываться на девушке.       — Может, стоит пропустить сегодняшнюю ночь? — шёпотом предложил Гарри.       Джинни хотела отказаться, но ей нужен был сон. Гарри улыбнулся ей и приступил к завтраку. Вскоре в кухню вошли близнецы и Рон с Гермионой. Последние о чём-то спорили. Похоже, Рону не повезло пройти мимо, когда Гермиона обнаружила пополнение на доске для голов домовых эльфов. Гарри решил спасти Рона и перебил Гермиону, когда та садилась за стол, мрачно бормоча о ненадлежащем обращении и рабстве.       — Вообще-то, Гермиона, причина, по которой Кикимер сейчас висит со своими предками, состоит в том, что мы с Джинни вчера сняли портрет матери Сириуса, и он прыгнул под моё Режущее Заклинание.       Гермиона открыла рот, чтобы отругать его за неосторожность и, возможно, за использование магии вне Хогвартса, но её опередила миссис Уизли.       — А я всё гадала, кому удалось снять эту ужасную штуку, — сказала она. — Как вам это удалось?       — Старая карга использовала магию крови, чтобы приклеить портрет к стене, — мрачно сказал Гарри. — Немного крови и хорошее Режущее — и готово.       — Это ужасно! — воскликнула Гермиона. — Гарри, ты ведь не использовал свою кровь?       Гарри покачал головой, а Джинни вытянула вперёд руку, на которой не было никаких шрамов или порезов.       — Мне пришлось, — сказала она. — Кровь Гарри не подействовала.       — Правда? — спросила Гермиона, заинтригованная, несмотря на отвращение к использованию крови. — Почему нет?       Гарри пожал плечами и сказал, наверное, сотую ложь за последние две недели: — Наверное, моя недостаточно чиста.       В этот момент в кухню влетела сипуха, держа в когтях пачку писем, и приземлилась перед миссис Уизли. Гарри взял свое письмо и открыл его с некоторой опаской. Прибытие писем означало, что Дамблдор наконец нашёл человека на место преподавателя по Защите от Тёмных Сил, и это мог оказаться как компетентный волшебник, так и министерский болван. Гарри испустил вздох облегчения, прочитав название их учебника. У него самого была эта книга, и она отлично подходила для начала. Кем бы ни был их новый профессор, он учёл почти полное отсутствие обучения до него. Гарри передавал свое письмо Джинни, чтобы та могла посмотреть на него, когда Гермиона взвизгнула и начала подпрыгивать туда-сюда на своём стуле.       — Я префект! — счастливо объявила она. Гарри и Джинни обменялись насмешливыми взглядами с близнецами, но решили ничего не говорить.       — Поздравляю, Гермиона! — просияла миссис Уизли. Внезапный сдавленный писк заставил всех посмотреть на Рона, который держал в руке что-то сияющее и постепенно краснел всё больше.       — О, Рон! — воскликнула миссис Уизли, подскочив к своему младшему сыну и сжав его в крепких объятиях. Она выглядела так, будто сейчас расплачется от счастья. Гарри улыбнулся Рону, который был почти полностью скрыт от него миссис Уизли. Близнецы изображали отвращение, а Джинни, не обращая внимания на Рона, сердито смотрела на Гермиону. Гарри повернулся, чтобы посмотреть, что она делает, и обнаружил, что та в замешательстве смотрела на него.       — Что?       — Я была уверена, что префектом выберут тебя, — ответила Гермиона шёпотом, чтобы её не услышал Рон.       Гарри фыркнул:       — Зачем Дамблдору делать меня префектом, если он думает, что я эмоционально нестабилен? — спросил он, не понижая голоса.       — Гарри, он так не думает! — воскликнула Гермиона.       — Эм, вообще-то думает, — поправила её Джинни. — Я слышала, как он говорил об этом с Сириусом.       Гермиона была в ужасе, но больше ничего не говорила. Рон уже освободился от объятий матери и тихо спрашивал, можно ли ему получить новую метлу, раз у него уже есть сова.       — О, Гарри! Я возьму Хедвиг, чтобы послать письмо маме и папе? Я думаю, они будут рады.       — Прости, Гермиона, тебе придётся взять Сычика. Хедвиг сейчас не здесь.       Гермиона была так увлечена идеей написать родителям, что ей и в голову не пришло спросить, где Хедвиг. В конце концов, единственные люди, которым Гарри стал бы писать, находились в этом здании.       — Почему бы вам всем сегодня не отдохнуть, — предложила миссис Уизли. — Вы можете отдать мне списки ваших книг и всего, что вам нужно купить, и я всё достану сегодня. Гарри, дорогой, мне понадобится твой ключ.       Гарри передал ей письмо и начал прохлопывать карманы в поисках ключа. С недавних пор у него появился новый способ доступа к хранилищу, поэтому ключом он теперь пользовался очень редко. Наконец, после того, как Гарри нашёл ключ на самом дне кармана джинсов, он отдал его миссис Уизли и вышел из комнаты вместе с остальными Уизли и Гермионой, чтобы провести день, играя во Взрывного Дурака и проигрывая Рону в шахматы.       Пока Гарри проигрывал Рону второй раз, Молли Уизли собралась и перенеслась в Дырявый Котёл. Там она столкнулась с небывалым наплывом посетителей. Похоже, что из-за того, что письма прибыли позже обычного, вся Магическая Британия решила пойти за покупками в один и тот же день. Даже в Гринготтс нельзя было попасть, не отстояв в очереди. Молли Уизли встала за семьёй из четырёх человек и приготовилась к долгому ожиданию. Она успела продвинуться всего на несколько шагов, когда в банк вошла молодая блондинка и, проигнорировав очередь, подошла к ближайшему гоблину, нёсшему в руках стопку пергамента. Тот сначала хотел сказать ей встать в очередь, но, увидев её лицо, уронил пергамент и начал рассыпаться в извинениях. Женщина (Молли так и не смогла разглядеть её лица) улыбнулась и начала помогать гоблину подбирать с пола пергамент. Этот гоблин затем унёсся в неизвестном направлении, а молодая женщина осталась ждать. Наконец, настала очередь Молли, и она тут же сказала, что ей нужно, и была направлена к свободному гоблину с тележкой. Когда она уже выходила из мраморного зала, ей на глаза вновь попалась блондинка. Молли Уизли с удивлением смотрела, как к молодой женщине подошёл сам глава гоблинов и лично сопроводил к свободной тележке.       Прежде, чем её собственная тележка скрылась за поворотом, Молли услышала, как Рагнок приказывал гоблину с пергаментом собрать необходимую документацию, и она могла поклясться, что при этом прозвучала фамилия Поттер. Она сделала мысленную заметку о том, что об этом необходимо рассказать Дамблдору. Ещё одну заметку Молли сделала, когда зашла в хранилище Гарри и обнаружила там существенно меньше денег, чем там было в прошлом году. Она решила не беспокоить самого Гарри по этому поводу, пока не станет известно больше.       С карманами, полными золота Гарри, и с сердцем, полным радости за Рона, Молли Уизли вышла в залитый солнцем Косой Переулок и приступила к покупкам.