Кровь Феникса (Blood of the Phoenix)

      Гарри спустился с потолка и вступил в поединок взглядов с растерянным и сердитым Снейпом. Похоже, Снейп не оценил юмора Гарри в данной ситуации, а тому не особенно понравилось, что ему сказали, что он не может справиться с ситуацией, угрожающей жизни, если он все еще находит подходящее время для шуток.       — Мы так справляемся, — объяснила Дафна, прежде чем ее учитель и лучший друг парня начали спорить.— Если мы не смеемся, тогда мы рыдаем и отчаиваемся.       — Определённо рыдаем, — согласилась Эбби.       — О, Эбс, мне так жаль. — Гарри быстро обнял ее, совершенно забыв о Пожирателе Смерти, которого ей пришлось убить. Затем он повернулся к Дафне. — Нам нужно провести какую-нибудь психологическую консультацию.       — Я займусь этим, как только мы вернемся домой.       — У нас с вами будет разговор, когда мы вернемся в замок, — сказал Гарри Снейпу.       Снейп пробурчал что-то и повернулся, чтобы топать к следующей комнате и следующей загадке или ловушке. Трио студентов обменялись взглядами и последовали за ним. Следующая комната была пуста, а дверь наружу была открыта. Быстрый осмотр показал, что каждое оригинальное заклинание нужно было деактивировать только один раз, и Эбби сама сделала это во время исследования. Не желая смотреть в рот дареному коню, они проскочили через все еще открытые двери, пока не добрались до последней. Как и все предыдущие, она оказалась пустой, но это, похоже, не беспокоило Эбби. Она прошла мимо Снейпа и семь раз коснулась палочкой места на стене. Стена под ее палочкой словно растворилась, открыв небольшую нишу и старый рулон пергамента.       — Как ты это нашла? — пробормотал Гарри, когда Снейп потянулся за пергаментом.       — Пятнадцать минут осматривала каждый дюйм этих стен. Эта точка слегка потерта, как будто ее много раз тыкали за эти годы.       Гарри кивнул, мысленно удивляясь ее вниманию к деталям. Снейп был занят прочтением загадки, которая оказалась не столько загадкой, сколько списком инструкций и случайных на первый взгляд вопросов. Как и сказала Эбби, Гарри должен был произнести вопрос вслух, а затем ответить на него на парселтанге. Простота задания наводила на мысль, что оно было создано Волдемортом или, по крайней мере, скорректировано им, и что ответ на самом деле гораздо сложнее, чем кажется.       — Так, что там написано?       — Здесь говорится: "Магию в ее глубочайшей, сильнейшей форме можно описать как одну вещь и только одну вещь".       — Я думала, ты сказала, что это загадка, — нахмурилась Дафна, глядя на Эбби.       — Я полагаю, что первоначально это была загадка, — ответил Снейп. — Похоже, Темный Лорд изменил ее, когда проходил здесь.       Гарри закатил глаза:       — Конечно, изменил, как же без этого.       — Значит, все, что нам нужно сделать, это придумать одно слово для описания магии? — Эбби нахмурилась. — Это может быть что угодно.       Гарри покачал головой, как и Снейп.       — Если бы это был кто-то другой, я бы предположил, что это любовь, но это Волдеморт, поэтому это должно быть что-то очень сложное, но все же поверхностное.              Снейп хмуро посмотрел на Гарри и несколько раз перечитал загадку/вопрос, словно еще одно прочтение могло бы быстро дать ответ, и они смогли бы уйти. Все его представления были перевернуты с ног на голову, и это его не устраивало. Он не был уверен, что после этого сможет и дальше считать Гарри высокомерным болваном, а ведь он сделал не так много. Тот факт, что он вообще нашел это место, что он достаточно хорошо знал Волдеморта и его Пожирателей смерти, был достаточным основанием для того, чтобы расстроить мировоззрение Снейпа.       — Если бы загадку придумывал Дамблдор, я бы согласился, — сказал Снейп. Однако не все смотрят на мир так просто. Это может быть что угодно.       — Ну, это не может быть магия и не может быть сила, потому что они обе упоминаются в вопросе.       — И мы знаем, что любовь отпадает, потому что Волдеморт никогда не чувствовал ее и никогда не поверит, что она может обладать собственной силой, — добавила Дафна.       Они стояли в тишине, каждый думал о возможном ответе на вопрос, о чем-то, что Волдеморт посчитал бы магией в ее самом сильном проявлении. Вдруг Гарри щелкнул пальцами и заговорил на шипящем языке змей. Дверь перед ними засветилась зеленым светом и открылась с шипением сжатого воздуха.       — Герметично, — усмехнулся Гарри. — Бумаги, должно быть, хорошо сохранились.       — Что вы сказали? — спросил Снейп, любопытствуя, несмотря на то, что по его мнению, все, что касалось Гарри, черт возьми, Поттера, было пустой тратой времени.       — Знание. Это чертова маггловская поговорка, "Знание — сила". Это единственное, в чем Дамблдор и Волдеморт могли бы согласиться.       Гарри пожал плечами и пошел в следующую комнату. Вдоль стен вспыхнули факелы, освещая большую комнату, похожую на исследовательскую лабораторию. Стены были уставлены полками, а полки, в свою очередь, были загромождены книгами, свитками пергамента, зельями и флаконами с ингредиентами для зелий. В центре комнаты стоял большой письменный стол, поверхность которого была покрыта раскрытыми свитками, валяющимися и открытой бутылкой с чернилами. Казалось, что хозяин комнаты просто встал и вышел из комнаты, если бы не тело, скорчившееся в кресле у письменного стола.       Гарри подошел к телу с вытянутой палочкой, но она не понадобилась. Кем бы ни был этот человек, он уже давно был мёртв, его тело сморщилось и сохранилось благодаря герметичной двери. Гарри с помощью своей палочки отделил голову от груди, чтобы открыть знак отличия на передней части мантии фигуры.       — Исследователь Отдела Тайн, — понял Гарри. — Мертв по меньшей мере сорок лет.       — И вы знаете это наверняка? — оскалился Снейп, подходя к телу, чтобы провести беглый осмотр.       — Невыразимцы не носят опознавательных знаков по крайней мере столько времени. Когда закончилась война с Грин-де-Вальдом, они убрали все знаки различия, чтобы лучше работать рядом с такими людьми, как Волдеморт.       Снейп удивленно посмотрел на него.       — Какая еще бесполезная информация хранится у вас в голове, Поттер?       — О, всего понемногу, — легко ответил Гарри, отодвигаясь от тела, чтобы осмотреть бумаги, разложенные на столе. — Дафна, Эбби, проверьте, нет ли проклятий, сглазов, чего угодно, что может защищать эти бумаги. Мы возьмем все, что сможем.       — Что ты собираешься делать?       — Я собираюсь посмотреть, сможем ли мы выбраться отсюда легким путем.       Быстро подмигнув Эбби, Гарри исчез во вспышке пламени. Снейп в тревоге обернулся на звук, и ему едва удалось удержать челюсть от падения. Гарри Поттер быстро становился самой любопытной вещью в жизни Снейпа, и это вызывало очень досадное подергивание его левого глаза.       — Куда он пошёл? — потребовал он, хотя на самом деле он хотел спросить скорее о том, как он вообще куда-то делся.       — Проверить, может ли он перенести нас отсюда прямо домой или нам придется пробираться назад через эти туннели.       Мгновением позже Гарри появился там же, откуда ушел, с самодовольной ухмылкой на лице.       — Легко. Повсюду анти-аппарационные чары, но ничто не может устоять против великолепного меня.       — Никаких заклятий или чего-либо подобного на книгах, — доложила Дафна. — Похоже, тот, кто создал это место, решил, что ты доказал свою состоятельность, если забрался так далеко.       — Есть идеи, что здесь хранится?       Дафна покачала головой, и Гарри повернулся к Эбби.       — А ты, читатель "Придиры"?       — Половина на парселтанге, другая половина — это то, чего я никогда раньше не видела.       — Это старая форма кельтского языка, — ответил Снейп. — Написанная редкой формой рунического алфавита и в виде какого-то кода.       — Сможете прочитать?       Снейп одарил Гарри холодным взглядом, который ясно дал понять Гарри, что он думает об этом вопросе.       — Хорошо. Гермиона?       — Гермиона, — согласились девочки.       Все они начали колдовать над коробками, чтобы упаковать в них книги и бумаги. На упаковку с помощью магии у них ушел час, и вскоре они были готовы к отъезду. Единственная проблема заключалась в том, как вернуть все это в Хогвартс и где хранить.       — Думаете, мы сможем затащить сюда домового эльфа?       — Это возможно, — ответил Снейп. — У них есть способ обойти большинство человеческой магии.       Гарри кивнул:       — Пип! Тилли! Кип!       Три резких хлопка возвестили о прибытии домовых эльфов Элли, подтвердив теорию Снейпа и обеспечив гораздо более легкий способ транспортировки всех коробок.       — Мастер Гарри звал?       Гарри присел так, что оказался на уровне глаз всех трех эльфов, и улыбнулся в знак приветствия.       — Гермиона уже закончила работу в библиотеке?       Пип кивнул:       — Она закончила.       — Отлично, вы можете перенести эти коробки в библиотеку и выделить отдельную комнату для их хранения.       — Мы сделаем это, мастер Гарри.       — И не могли бы вы наложить на комнату защитные чары?       — Да!       Эльфы щелкнули пальцами, и коробки исчезли вместе с ними, три резких хлопка пронзили воздух. Гарри взял под руки Дафну и Эбби, а затем протянул свой локоть Снейпу. Мастер зелий усмехнулся, но ухватился за протянутый локоть. Гарри хотел переместиться, но потом, похоже, передумал.       — Вы ведь не несете ничего термочувствительного или легковоспламеняющегося?       — Нет.       — Хорошо. Не хотелось бы взорваться.       — Мы можем взорваться? — встревоженно сказала Эбби.       — Я не знаю, Эбби, кто знает, какие зелья носит с собой мастер зелий.       — Справед… — они исчезли в столбе пламени и снова появились в комнате ПЗ — ...ливо. Ха, никакого взрыва.       Снейп вырвал руку и в тревоге отступил назад. Он осмотрел комнату вокруг себя и нескольких студентов, сидящих вдоль стен и занимающихся различными делами. Вся задняя стена старого класса была покрыта картами. Одна карта представляла собой подробный план Хогвартса и его территории, другая — Хогсмида, а третья — большую и подробную карту Великобритании. В каждую карту было воткнуто несколько разноцветных булавок - система, которая, очевидно, что-то значила для того, кто составлял карту.       — Что это такое? - выплюнул Снейп, окидывая взглядом одну из третьекурсниц Слизерина, расположившуюся на диване за домашней работой и использовавшую семикурсника Хаффлпаффа в качестве подставки для ног, пока он читал одно из ее эссе. В другом конце комнаты Полумна Лавгуд играла во "Взрывного Дурака" со Сьюзен Боунс и шестикурсницей Рейвенкло, которую Снейп не особенно недолюбливал, потому что она была внимательна на его уроках. Все они чувствовали себя в этой комнате как дома.       — Добро пожаловать в комнату ПЗ, — ярко сказал Гарри, но тут же нахмурился. — Где Элли?       — В Больничном Крыле, — ответил Стивен с дивана. — Она в порядке, — поспешил он заверить Гарри, когда увидел, что его глаза расширились. — Что бы вы ни делали, она превратилась в столб пламени.       — Рон обгорел, — добавила Дафна. — Он в порядке, да?       Эмми кивнула, и Дафна выбежала из комнаты, несомненно, направляясь прямо в Больничное крыло, чтобы навестить Рона. Гарри проверил свое запястье, понял, что на нем нет часов, и тут же получил время от Эби. У них оставалась еще пара часов до ужина; часы, которые он предпочел бы провести с Элли в Больничном крыле, но вместо этого определенно проведёт со Снейпом. Он с тоской посмотрел на дверь, прежде чем снова повернуться к Снейпу. Эмми сжалилась над ним.       — Руби с ней, но я пойду проверю, как она себя чувствует.       — Спасибо. — Затем Гарри переключился на роль лидера ПЗ и начал раздавать приказы. — Эбби, найди Гермиону и отведи ее в библиотеку, чтобы она ознакомилась с вещами из пещеры.       Эбби кивнула:       — Есть что-то, что ей не нужно знать?       Гарри покачал головой.       — Просто опустим ту часть, где нас немного пытали.       — Сделаю.       Эбби вышла из комнаты, обходя Снейпа стороной; он выглядел так, будто вот-вот сгорит или начнет раздавать взыскания, потому что мог.       — Полумна, у Дамблдора через полчаса встреча с попечителями, а Рон немного занят.       Полумна кивнула в знак понимания и тихо выскользнула из комнаты. Сьюзен собрала оставшиеся карты и папку с бумагами и с улыбкой последовала за Полумной. Она не хотела быть там, когда Гарри сбросит информационную бомбу на Снейпа. Была небольшая вероятность того, что все может взорваться.       — Что вы наделали? — потребовал Снейп.       Гарри тяжело вздохнул и направил Снейпа через одну из дверей в лабораторию близнецов. Он сел на одну из скамеек, предварительно убедившись, что на нее не пролито ни одного зелья. Снейп встал напротив него и уставился на него.       — Летом произошло нечто, что все изменило, — начал Гарри. — В первый день, когда я вернулся к Дурслям, в моей комнате кто-то был.       На какую-то долю секунды Снейп выглядел встревоженным тем, что кто-то проник через чары.       — Это была Элли Мартин.       Снейп сузил глаза:       — Вы стали отцом ее ребенка.       Это был не вопрос, и Гарри было трудно встретить взгляд Снейпа. Осознавал он это или нет, но Снейп был первым взрослым человеком, которому Гарри рассказал о ребенке. Все остальные сначала познакомились с Элли, прежде чем узнали, или догадались сами. Не говоря уже о том, что большинство из тех, кто знал, были еще совсем детьми. На одно ужасное мгновение Гарри показалось, что он вдруг стал искать одобрения Снейпа. Это была ужасная мысль; он и не подозревал, что думает о Снейпе достаточно хорошо, чтобы такое могло случиться.       — Да. Благодаря ей я стал таким, какой есть, — признался Гарри. — Она видела, как все было плохо после возвращения Волдеморта и смерти Седрика, и сделала все возможное, чтобы вытащить меня из этого.       Снейп глубоко вздохнул и приготовился слушать. Он не сомневался, что сейчас узнает все, что Орден хотел знать с тех пор, как Гарри появился в доме на Гриммо летом. Если он сыграет правильно, Гарри выдаст ему все, что так отчаянно пытался узнать Дамблдор.       — Поттер, вы объясните, что вы сделали, и, возможно, тогда мы сможем исправить этот беспорядок, который вы, без сомнения, устроили.       Гарри закатил глаза.       — Сэр, я понимаю, что мое прошлое поведение в вашем присутствии не внушает доверия, но я думаю, когда вы услышите, что мы сделали, что я сделал, чтобы дойти до этого момента, вы поймете, что я уже не тот заносчивый мальчик, каким был.       Снейп действительно терялся в словах. Одним этим, надо признать, длинным бессвязным предложением Гарри только что заслужил уважение Снейпа и начал путь к завоеванию его доверия. Если для Гарри это и было неприятным ощущением, то оно не шло ни в какое сравнение с тем, что чувствовал Снейп. Гарри относился к нему с уважением, честностью и зрелостью. Теперь он понимал, что все чувствовали, когда Гарри впервые появился в штаб-квартире.       — Вы хотите, чтобы это осталось между нами?       — Да. Я знаю, как Дамблдор работает с Орденом, но я также знаю, что если он будет продолжать в том же духе, то Волдеморт победит. Он ожидает, что однажды я смогу победить Волдеморта, но отказывается дать мне навыки для этого.       — Это сделала профессор Мартин.       — Да. Мне просто нужно знать, что если я расскажу вам о том, что произошло, даже если вы не согласитесь, вы оставите это при себе.       Снейп взвесил все аргументы за и против сохранения секретов Гарри, но в конце концов все, что ему понадобилось, — это быстрый взгляд в глаза Гарри. Лили. Он сделает это ради Лили.       — Расскажите мне.       И он рассказал. Он рассказал Снейпу правду о своем лете, о том, как Элли чувствовала себя как дома в его комнате, пока, наконец, он не сдался и не сделал то, что она хотела. Он рассказал Снейпу гораздо более подробно, чем кому-либо другому, о тренировках, которым Элли подвергла его за те два года в сундуке. Он также нерешительно объяснил свою связь с Элли и то, что заставило ее искать его в первую очередь. В этот момент Снейп издал удивленный звук, задыхаясь, но позволил Гарри продолжать, не прерывая его.       — И тогда мы создали группу ПЗ как способ подготовить студентов к тому, что их ждёт.       После того, как Гарри закончил, на них опустилась тяжелая тишина, и Гарри неловко передернулся, ожидая, что Снейп даст ему какой-нибудь ответ. Часть его души боялась, что Снейп немедленно откажется от своих слов и побежит рассказывать Дамблдору, а другая боялась, что произойдет, если Снейп согласится с тем, что делает Гарри. Но когда Снейп заговорил, Гарри не ожидал услышать от него таких слов.       — Твоя мать гордилась бы тобой.       — А?       — Мы с твоей матерью когда-то были очень хорошими друзьями, — медленно объяснил Снейп. — Я думаю, она бы гордилась тем выбором, который ты сделал.       Потрясенный его искренностью, Гарри несколько мгновений не мог найти слов, чтобы хоть что-то сказать в ответ.       — Я убивал людей.       — Она тоже, — признал Снейп. — И ваш отец, Сириус. Римус. Они все убивали, когда им приходилось, когда не было другого выбора. Грядет война, Поттер, и я думаю, что вы один из немногих, хотя и молодой, кто понимает, что это значит.       — Спасибо, — искренне сказал Гарри.       — За что?       — За то, что не сказали мне, что я не могу этого сделать.       — Вы бы все равно это сделали.       Гарри криво улыбнулся:       — Да, я бы сделал.       Только позже, лежа в постели рядом с Элли (она пускала слюни на его подушку), он вспомнил, что они со Снейпом были почти дружны. Он невольно вздрогнул и постарался не думать об этом слишком много.