Кровь Феникса (Blood of the Phoenix)

      Есть что-то такое в блондинке ростом метр шестьдесят два, одетой в рекламную одежду «Всевозможных Волшебных Вредилок», что не может не пугать.       Эбби была одета, по большей части, в то, что уже успело стать униформой ПЗ. Она была одета с ног до головы в черную маггловскую одежду, которая еще больше подчеркивала три ярких буквы «В». Конечно, ей помогло то, что она сумела победить противника, продержавшегося на турнире дольше всех. Против нее работал тот факт, что она дрожала от холода.       — Давай, Элли, я замерзла! — запричитала Эбби, потирая руки и подпрыгивая на месте.       — Это не я, — крикнула Элли в ответ, указывая пальцем в сторону трибуны, где Дамблдор беседовал с женщиной, которую Эбби не узнала. — Один из попечителей, — объяснила Элли.       — Прекрасно. — Эбби закатила глаза и ушла с платформы в направлении ближайшего костра, который оказался на одеяле группы слизеринцев.       — Отвалите, — огрызнулась она, когда они попытались заставить ее уйти. – Здесь чертовски холодно, а один из школьных попечителей пытается добиться прекращения турнира.       Это заставило их заткнуться, и они больше не пытались ее отгонять, пока Дамблдор, наконец, не выиграл свой бой с попечителем, и Элли не назвала следующее имя.       — Колин Криви!       Бой с Колином прошел так хорошо, как и следовало ожидать, когда сражаешься с мальчиком, который поклоняется великому Гарри Поттеру. Он явно проводил слишком много времени, пытаясь стать похожим на Гарри, потому что у него было несколько неприятных заклинаний в рукаве. Одно из таких заклинаний было разработано для того, чтобы окутать вас липким слоем, который затруднял движение и, если применить его с правильным злым умыслом, мог лишить вас возможности дышать.       Эбби вернула в Колина его же заклинание и с удовлетворением наблюдала, как оно пробило его щит и остановило его в движении. Дополнительное удовлетворение принесло то, что Снейпу потребовалось несколько минут, чтобы снять липкое заклинание и освободить его. Бой явно закончился, Эбби стояла в стороне и ждала, когда Элли назовет следующее имя. И следующее имя, и следующее, и следующее, пока, наконец, не настала очередь Полумны.       Среди ПЗ было общепризнано, что Полумна была одним из самых страшных людей, с которыми можно было сразиться. Драться вместе с ней, конечно, было великолепно, но драться с ней — это совсем другой вопрос. Вы никогда не знали, что она собирается бросить в вас. Однажды, во время спарринга со Стивеном, она превратила его волосы в букет цветов. Затем она сломала его колени с помощью Ударного Заклятия, из-за чего он на неделю оказался в больничном крыле, и всё это время его донимала сенная лихорадка.       Эбби старалась не показывать своего нервного беспокойства и думала, что у нее это неплохо получается, пока не заметила, что Рон присоединился к Гарри на краю платформы, и оба смеялись. Она бросила на них испепеляющий взгляд, но это только усилило их смех.       — Эбигейл, — с улыбкой поприветствовала ее Полумна, и Эбби почувствовала явное желание переминаться с ноги на ногу.       — Привет, Полумна.       — Погода немного дерьмовая.       Эбби рассмеялась:       —Да, это так.       Она была не настолько глупа, чтобы позволить Полумне продолжать разговор. Она выпустила первое заклинание, но не в Полумну, а в землю под ее ногами. Полумна отпрыгнула в сторону и выстрелила заклинанием в ответ, которое просвистело мимо левого уха Эбби, но не задело ее. Заклинания метались туда-сюда, некоторые отскакивали от щитов, от других приходилось уклоняться. Луна оказывала чертовски сильное сопротивление. Она даже попыталась обмануть Эбби заклинанием мимикрии, которое переместило ее на четыре фута вправо, оставив при этом довольно приличную теневую копию.       Это не сработало. Эбби была там, когда Луна разучивала это заклинание, и поэтому она ожидала этого движения, превратив платформу в зыбучие пески. Полумна двинулась, но недостаточно быстро, чтобы полностью избежать этого. Одна нога быстро ушла из-под нее, и она была вынуждена опуститься на колено. Не имея возможности освободиться, хотя она и пыталась, Луна бросила в Эбби пару заклинаний, но она была в невыгодном положении.       Оглушающее Эбби попало ей прямо между глаз.       Полумна повалилась назад, одна нога опустилась до колена, а другая подвернулась под ней. Эбби поспешила вперед, чтобы помочь Снейпу и Гарри вытащить ее из зыбучих песков. Честно говоря, Эбби была немного удивлена, что ей удалось выйти победительницей и что на нее не наложили ничего более серьезного, чем сглаз, который склеил все пальцы её правой руки. Именно МакГонагалл сняла это заклинание, чтобы Эбби могла приступить к избиению всех остальных четверокурсников.       Конечно, у нее еще оставалась Джинни, и по какой-то ужасной случайности имя Джинни оказалось последним, вытащенным из шляпы. Эбби стояла, тяжело дыша и покрытая мелкими царапинами, в то время как Джинни вышла на платформу свежей и озябшей.       Для Эбби это был новый опыт борьбы с Джинни, поскольку они обычно избегали всего, что могло перерасти в драку. Сказать, что они соперничали, было бы преуменьшением, что, скорее всего, проистекало из роли Джинни летом и первые несколько месяцев учебного года как лучшей подруги Гарри и роли, которую Эбби с комфортом для себя определила как псевдосестра Гарри.       Это не значит, что они не любили друг друга, просто их желание осыпать Гарри любовью и привязанностью, как у братьев и сестер, делало их весьма конкурентоспособными. Поэтому никого из ПЗ не удивило, что поединок между Эбби и Джинни длился гораздо дольше, чем все предыдущие схватки, несмотря на травмы Эбби.       Джинни произнесла первое заклинание - простой связывающий сглаз, который действует, приковывая ноги к земле. Эбби блокировала заклинание и ответила своим собственным, изобретением Руби, которое окружало вас ужасным ощущением падения и действовало как великолепное отвлекающее средство. Джинни отбросила заклинание, как их учили, и запустила серию сложных заклинаний, некоторые из которых Эбби даже не потрудилась определить. Да и не было у нее времени, ведь она блокировала и уворачивалась от заклинаний.       У Эбби был один трюк в рукаве: когда она подошла достаточно близко к Джинни, чтобы ударить ее ногой в колено, то вместо этого сымитировала движение и ударила ее в грудь тем же элементальным заклинанием, которое она использовала, чтобы выбить Стефани из соревнования. Заклинание попало точно в цель, но было ослаблено сильнейшим щитовым заклинанием, которое знала Джинни. Это отбросило рыжую назад, сбив с ног, и она с тяжелым шлепком приземлилась на платформу. В отличие от Стефани, она вскочила на ноги, правда, поморщившись и приложив руку к ребрам.       То, что произошло дальше, было быстрым и жестоким и привело к трем синякам под глазами, двенадцати сломанным пальцам, сломанному запястью и вывихнутой лодыжке. Это было в дополнение к ушибленным ребрам Джинни и уже ослабленному плечу Эбби, которое к моменту окончания драки было вывихнуто. Обе они оказались на платформе, Эбби — на спине, а Джинни, постоянно морщась, — на животе. Они оба направили свои палочки друг на друга, но были в полной растерянности.       Они выстрелили одновременно, одно заклинание отскочило от щита, а другое ударило в бедро. Палочка Джинни выпала из внезапно застывших пальцев, а голова Эбби с глухим стуком упала обратно на платформу. Она издала небольшой, неверящий хнык, который превратился в имя, когда она поняла, что тепло, которое она почувствовала под своей рукой, на самом деле было ее собственной кровью.       — Гарри.       А затем наступила темнота.       Когда она пришла в себя, она лежала на одной из импровизированных больничных коек в палатке помощи, и ничего больше не болело. Когда она попыталась сесть, то обнаружила, что немного окоченела, но это не было чем-то таким, что не исчезло бы при легком движении.       — Как ты себя чувствуешь?       Гарри сидел на стуле рядом с ней, закинув ноги на край ее кровати.       — Определенно лучше, чем я себя чувствовала до этого.       — Хорошо, мы ждали тебя достаточно долго.              Эбби скривила лицо, когда поняла, что он имел в виду, что турнир все еще ждет ее.       — Как долго я была в отключке?       — О, около получаса. Мадам Помфри хотела убедиться, что все готово, прежде чем вышвырнуть тебя обратно.       — Как же мне повезло.       Гарри усмехнулся и потянул ее с кровати. Он обнял ее за плечи и вывел из палатки.       — Джинни в ярости, что ты ее победила.       Настроение Эбби, немного испорченное из-за того, что ей снова пришлось идти драться с пятикурсниками, немного улучшилось после этой новости.       — Всё могло сложиться как угодно.       — Верно, — согласился Гарри. — А теперь иди и побей этих пятикурсников.       Он поцеловал ее в макушку и вытолкнул на платформу, где она увидела Элли и Дамблдора в разгар жаркой дискуссии. Снейп и МакГонагалл стояли рядом с ними, явно пытаясь поддержать её, делая вид, что они не встают на её сторону. Эбби решила все проблемы Дамблдора, подскочив к ним с широкой улыбкой на лице.       — Я готова, — ярко объявила она.       Ее веселый тон застал Дамблдора врасплох, и он несколько секунд моргал на нее круглыми глазами, прежде чем понял, что она говорит, что снова готова к бою. Он покачал головой и посмотрел на нее одновременно грустным и сердитым взглядом. Хотя она не могла точно сказать, был ли этот гнев направлен на нее, Элли или на весь мир в целом.       — Мисс Нейтан, я не уверен, что нам стоит продолжать этот турнир.       Эбби бросила на Дамблдора пустой взгляд, от которого тот неловко передернулся. В конце концов, она сказала:       — Хорошо. По твоей команде, Мартин.       Бросив последний взгляд на Дамблдора, Эбби двинулась к центру платформы и достала свою палочку. Она вертела ее между пальцами, чтобы скоротать время, которое понадобится Дамблдору, чтобы решить, что Элли знает лучше, и им следует просто начать действовать. Краем глаза она следила за ним, ожидая, когда он сделает свой ход.       Он колебался, переводя взгляд с Эбби на Элли, а затем издал покорный вздох. Эбби перестала вертеть палочкой и самодовольно улыбнулась, а Элли потянулась за следующим именем.       — Невилл Лонгботтом.       Бедный Невилл пошел по пути всех остальных, его значительно улучшенные навыки защиты ничего не могли противопоставить времени, проведенному Эбби в ПЗ. Он пал от сложного оглушающего заклятия, как и обе близняшки Патил, Лаванда Браун и Эрни Макмиллан. Шеймус Финнеган оказал немного больше сопротивления, но и он упал, когда Эбби попала по нему обездвиживающим сглазом.       Самым интересным из ее боев с пятикурсниками был бой с разъяренной Пэнси Паркинсон. Чистокровная до мозга костей, Пэнси имела в своем рукаве несколько действительно ужасных заклинаний, но ничто не могло сравниться с месяцами борьбы с настоящими Пожирателями Смерти. Каждая ее попытка атаковать Эбби блокировалась или парировалась, пока Эбби не достала ее обычным Оглушающим.       — Рон Уизли.       Эбби была готова прослезиться от облегчения. Все ее тело болело от многочисленных ударов, синяков и царапин, а бой с Роном она могла проиграть. В отличие от младшей сестры, у Эбби не было никакой необходимости соревноваться с Роном. Она была совершенно счастлива признать, что он лучший боец, и потерять сознание на платформе от полного изнеможения.       — Ты еще жива, Эбс? — Дразнящий тон Рона заставил ее почувствовать себя в сто раз лучше после того, как она сразила так много пятикурсников.       — Не совсем, — призналась она. — Я так устала.       — Я сделаю это быстро, — пообещал Рон, уверенный в том, что сможет взять верх.       — Пожалуйста.       Она не умоляла, нет, определенно не умоляла. И она ничуть не облегчила ему задачу, приложив лишь символические усилия и позволив ему ударить её Оглушающим после того, как она продержалась достаточно времени.       Рон сам снял оглушение и помог Эбби подняться на ноги. Он передал ее Дафне и Гарри, которые помогли ей мягко опуститься на скопление одеял группы ПЗ       — Какое облегчение, — пробормотала она, взяв предложенное Джинни одеяло. — Устрой им ад, — добавила она Рону в конце концов.       И вот Рон поднялся на платформу и выбил все дерьмо из всех оставшихся пятых курсов, которые не входили в ПЗ. Это могло бы стать кровавой баней из-за существенной разницы в уровне невыков. Рон подкрепил то, что уже успели донести до всех студентов и преподавателей. ПЗ знала, что делала, и Мерлин помоги тому, кто стоял у них на пути.       Первой против Рона вышла Гермиона, и, несмотря на то, что она много читала и неплохо сражалась, её сила и скорость были гораздо ниже того, к чему Рон был готов в драке. Он отправил её в нокаут одним заклятием, после которого у неё появился разбитый нос и залитый кровью глаз. Не привыкшая к таким травмам, она охотно пошла в палатку помощи с Помфри и впоследствии пропустила, как Рон победил Сьюзен.       Сьюзен, как и Гермиона, не так много времени уделяла физическим сражениям с Пожирателями смерти, но она знала, как справиться с собой, и помогала в более крупных битвах. Она была более сложным противником, но не таким, с которым Рон не смог бы справиться. Тем более, когда вся толпа Хогвартса поддерживала его. Толпа может творить чудеса с самолюбием.       С самолюбием, которое немного увеличилось — или раздулось до размеров всей Британии, — когда Малфой вышел на помост, решив раз и навсегда доказать, что он действительно чистокровный сын Пожирателя смерти.       Рона начало трясти.       — Боишься, Уизли? — протянул Малфой.       Рон разразился почти истерическим смехом, трясясь от попыток скрыть своё веселье. Ухмылка Малфоя померкла, но он был не из тех, кто упускает возможность. Он выпустил заклинание в согнувшегося Рона и получил Ударным Заклятием в грудь. Не будучи готовым к быстрому ответному удару, особенно когда он не воспринимал Рона как угрозу, он оставил себя открытым для атаки. Его самоуверенность в очередной раз послужила его гибелью, и он упал на платформу, изо рта у него хлынула кровь, так как ребро пробило лёгкое.       Рон не потрудился помочь ему подняться, оставив это неприятное занятие Снейпу, который сделал это не совсем уважительно. Война тяготила его, и у него было мало терпения на таких придурков, как Малфой-младший, которые не хотели ничего, кроме славы и богатства своего папаши. Люди, которые ничего не знали о том, что такое война, раздражали его и почти всех других членов ПЗ, Ордена и тех в Министерстве, кто действительно знал, что делает.       Оставалось ещё два пятикурсника, и Рон не был уверен, чего он боится больше. Драки, в которой ему предстояло сразиться со своей девушкой, или той, в которой он окажется на линии огня Гарри. В любом случае, он не собирался выходить невредимым. Он достаточно часто дрался и с Дафной, и с Гарри, чтобы знать несколько их уловок и понимать, на что они способны.       — Дафна Гринграсс.       Он бы выдохнул с облегчением, но он знал, что Дафна сражается грязно, и он не был уверен, что хочет узнать, что она приготовила для этого конкретного случая.       Когда она вышла на платформу, укутанная в дополнительные слои одежды, с убранными назад волосами и надетыми наушниками, он на мгновение отвлекся на размышления о том, что она встречается с ним. Она происходила из богатой и древней чистокровной семьи и встречалась с ним. Иногда он задумывался, не права ли Гермиона, задаваясь этим вопросом. А потом Дафна била его в грудь за глупость.       — Уизли. — Она наклонила голову, ведя себя странно официально, без намека на юмор.       — Гринграсс. — Он повторил ее действия, и на мгновение они встретились взглядами с пустым недоверием. Затем он усмехнулся, а она кокетливо подмигнула ему.       — Ты готов к этому?       — О да.       Она дралась грязно, в стиле, который хорошо был знаком Рону и Гарри. В том грязном стиле борьбы, который почему-то известен всем женщинам, когда они проводят спарринг со своим партнером. О, он бил не хуже, чем она — почти, но то, как она использовала свое тело, просто сводило с ума.       Они обменивались заклинаниями, физическими ударами и в какой-то момент остановились, чтобы поцеловаться, прежде чем он взял верх и ударил ее заклинанием вызова воды. После этого он быстро применил замораживающее заклинание, которое, вероятно, имело бы больший эффект, если бы в последний момент его не отвлекло мощное гудящее проклятие, от которого вся его левая нога завибрировала так быстро, что он чуть не упал. Он отменил гудящее проклятие и запустил в нее серией снадобий, созданных близнецами. Это были всего лишь несколько вещей, которые остались у него в кармане после последней вылазки за Пожирателями Смерти и которые он не успел передать обратно.       Рон попал ей в лицо странной взрывчаткой, похожей на слизь, но это не помешало ей ударить его в грудь маленьким фейерверком, который она, очевидно, вытащила из его кармана, когда они остановились, чтобы поцеловаться. Она была хитрой и очень сексуальной, и в конце концов его погубили несколько намекающих слов, прошептанных ему на ухо в самый подходящий момент, и довольно нежное Оглушающее.       Сняв заклинание, Дафна довольно усмехнулась и быстро поцеловала его, прежде чем столкнуть с платформы и приготовиться к тому, что сама окажется кровавым пятном на земле. Глубокие, успокаивающие вдохи были лучшим, что она могла сделать, чтобы подготовиться к бою с Гарри. Ещё чуть-чуть, и она...       — Чжоу Чанг.       ...совсем разнервничается... Подождите, что?       Дафна повернулась, чтобы посмотреть на Элли в замешательстве, и она, конечно, была не единственной. Почти с самого начала турнира каждый ученик и большинство учителей с нетерпением ждали поединка Гарри Поттера. То, что Элли просто пропустила его, было просто недопустимо. Дафна бросила вопросительный взгляд на Гарри, который встал между МакГонагалл и Снейпом и выглядел совершенно не удивленным этой новостью.       — Чжоу Чанг, — твердо повторила Элли.       Не желая, чтобы её имя повторяли трижды, Чжоу Чанг вышла на платформу. Недоумение по поводу того, что Гарри остался в стороне, висело над турниром: одни волновались, что его заставят сражаться на уровне другого года, другие (Малфой) задавались вопросом, не специально ли его оставили в стороне, потому что он не мог даже надеяться выстоять против своих товарищей.       Потребовалось несколько матчей, чтобы вернуться в привычное русло, и к тому времени Дафна одолела полдюжины шестикурсников, включая Джесси. Она немного запыхалась, а из раны на плече начало сочиться какое-то кровавое месиво, которое быстро пропитывало ее одежду. Странно, но это не было больно, просто было неудобно и липко.       — Эмми Джеймс.       Как и все члены ПЗ до нее, Дафна имела довольно хорошее представление о том, на что способна Эмми. Она также знала, что с ее раной она долго не продержится в борьбе с человеком, который проводит большую часть ночи, выслеживая Пожирателей смерти.       Как и Эбби, когда она столкнулась с Роном, Дафна почувствовала облегчение, когда начала бороться с Эмми. Она показала хорошее шоу, но ей не составило труда позволить своему щиту соскользнуть и пропустить ослепляющий сглаз. Несмотря на то, что она, вероятно, могла бы продолжать бороться, она бросила палочку. Она не хотела еще больше повредить плечо, пытаясь бороться с Эмми вслепую.       Гарри и Снейп были рядом с ней в тот момент, когда палочка выскользнула из ее пальцев, и ее быстро подняли на руки и потащили к палатке помощи. Она смутно осознавала, что Рон спешит следом, но все вокруг было нечетким, а потеря крови — это ужасный способ потерять сознание.       Чтобы соблюсти традицию, Эмми расправилась со всеми оставшимися шестикурсниками. Самым интересным был момент, когда палочка одного мальчика разлетелась на куски. Она хорошо поборолась с седьмым курсом, дойдя до того, что одолела Стивена в зрелищной и кровавой демонстрации заклинаний и рукопашной схватки.       В конце концов, ее поражение произошло от рук Джорджа, который доказал, каким злым гением он может быть. После этого боя она провела некоторое время в палатке помощи, где ей выпрямили и вылечили пальцы.       После Эмми на пути Джорджа к победе в турнире стоял только один человек, и это был Фред. И еще легкий приступ голода, но с этим он, пожалуй, мог бы еще немного повременить.       Наблюдение за поединком близнецов Уизли было одним из самых драматичных и красочных проявлений насилия, которые только можно было увидеть. Они бросались друг в друга заклинаниями, кулаками и даже некоторыми собственными изобретениями. Это было поистине захватывающее зрелище, когда Фред запустил в Джорджа гранату-прототип, которая взорвалась, выпустив несколько заклинаний и черный осадок, от которого они еще не нашли способ избавиться.       В конце концов, именно малейшее преимущество, вызванное тем, что он еще ни с кем не сражался, позволило Фреду победить своего брата и осыпать весь стадион для квиддича разноцветными искрами.       Когда Джордж остался лежать на помосте, у Фреда был один тревожный момент, когда он подумал, не придется ли ему драться с Гарри. Элли развеяла его страхи, встав рядом с ним и взмахнув рукой, чтобы успокоить ликующую толпу.       — Поздравляю, Фред.       Зная, что за ним наблюдает толпа, Фред решил, что будет лучше сохранить формальность.       — Спасибо, профессор Мартин.       Она велела ему вернуться на свое одеяло и обратилась к толпе.       — Полный рейтинг будет вывешен в вестибюле завтра утром, но сейчас у меня запланировано кое-что особенное. Я знаю, что уже темнеет и вы замерзли, но вы захотите остаться здесь. Я знаю, вы в курсе, что Гарри Поттер не дрался, и вот почему: он будет драться со мной.       Полная и абсолютная тишина окутала стадион. Никто не знал, серьезно она говорит или нет. Дамблдор, конечно, быстро направился к ней, но, к своему удивлению, был остановлен МакГонагалл, которая сказала ему ждать и наблюдать.       Стадион наполнился возбужденным гулом, когда Гарри вышел на трибуну и встал прямо перед Элли.       — Готов? — спросила она с ухмылкой.       — Всегда.       Она нанесла первый удар.