-А-Сянь, шидзе вернет тебя домой

      И именно этот момент Вэй Ин выбрал, чтобы выйти к ним. Он был слегка растерян, в весьма странном расположении духа, будто не мог понять радоваться ему сейчас, грустить и паниковать. Янли сразу же подошла к нем: — А-Сянь? Что-то случилось? — Я… Нет, ничего, — он отрицательно помотал головой, зацепившись взглядом за Господина Цзинь. — А, что он здесь делает, Шидзе? — Мы решили немного погулять, — робко ответила Янли, пока Цзысюань сделал несколько шагов в их сторону. — Молодой господин Вэй снял повязку?       Вэй Ин неловко улыбнулся, почесывая кончик носа. Он уже и забыл об этом глупом споре, казалось все его мысли сейчас занимало что-то другое, или кто-то другой. — Да, я немного задремал… Забыл об этом дурацком вызове. — Задремал на охоте? Господин Вэй, разве вы не должны помогать ордену Цзян победить в этом соревновании? — Ну… Я еще успею поучаствовать, а орден Цзян и без меня справиться. — Не говори так, А-Сянь, — вмешалась Шидзе. — Даже я поучаствовала в охоте. — Что?! Ты в порядке? — вот это заявление уж точно вернуло внимание Усяня в обычный мир. Он почти истерично оглядел свою Шидзе, после чего в гневе кинулся на Цзясюаня. — Как ты мог это допустить, павлин? Раз был с ней, то обязан проследить, чтоб она была в безопасности, а не. — Тихо, — спокойно, но твердо перебила его сестра. — Цзысюань не виноват, он пытался меня остановить. Но я сама захотела.       Упомянутый стоял немного растерянный, из-за внезапно защиты. Он хотел что-то сказать, но ему просто не давали вставить слово. К сожалению, он был слишком воспитанным, чтоб перебивать. — Что? — растерянно посмотрел на нее Вэй Ин, выглядя почти испуганным. — Там был упырь, и я решила, что с такой добычей смогу справиться и сама. — Я пытался, — наконец-то подал голову Цзысюань. — Но она была очень убедительна. — Вот в это охотно верю, — все же уступил Усянь. — Так что, А-Сянь, — продолжила мягко говорить девушка. — Тебе тоже стоит пойти поохотиться. Я не знаю никого, кто лучше тебя стреляет из лука. Грех не пользоваться этим. — Ты как всегда права. Я просто… немного потерялся. — Не страшно, — сказала Янли, аккуратно положив руку на предплечье младшего брата. — Главное, что нашелся. — Всегда нахожусь. — Да. Или мы с А-Чэном тебя находим. — Это уже звучит как семейная традиция, — хмыкнул Усянь. — Это она и есть, — подтвердила девушка.       И уже в более устойчивом настроении, Усянь отправился дальше, оставиви сестру с ее бывшим женихом, на последок угрожающе прищурившись в его сторону. Но видя, что девушка может постоять за себя сама, решил не лезть в это слишком сильно. Не сегодня. Сейчас есть другие вещи, требующие его внимания. Янли права, охота. Он бы никогда не признался в этом намеренно, но факт того, что даже его сестра, которая никогда не была сильной в охоте, решила участвовать, заставило его немного воспрянуть духом.       Когда он спустился вниз по ущелью, начал подниматься холодный ветер. В обычный день, он бы даже не обратил на него внимание, но сегодня было что-то не так. Холодный сухой поток воздуха раздражал потрескавшиеся губы.       Вэй Усянь резко остановился, а потом несильно ударился лбом о соседнюю скалу.       Да что же Лань Ванцзы за человек такой? Кажется глыбой льда, но выбивает его из равновесие сильнее, чем любая рана. Что это было вообще? В него точно не вселился какой-то дух? Нет, это невозможно. Даже сама мыль об этом показалась Вэй Усяню смешной. Лань Ванцзы слишком сильный заклинатель с хорошо развитым золотым ядром. Для него это просто невозможно. Но тогда что?       Мимо него промчался черный дух. Обычно, такая нечисть стремиться атаковать одинокого путика, но не в случае Вэй Ин. Дух лишь посмотрел из далека, и сразу же попытался сбежать подальше. Усмехнувшись от комичности ситуации, Вэй Усянь все-так подстрелил его, почти на автоматизме. После чего решил временно выбросить все мысли из головы, и вернуться к охоте.

***

       В этот раз все шло не так, как помнила Янли. В то время, эта прогулка закончилась скандалом и громким, максимально неловким признанием в любви. И пусть конкретно это она вспоминала с теплом, воспоминания омрачнялись нападками в сторону ее брата. Тогда слишком невежественные люди смели говорить о нем, ничего не зная. Так, словно он не часть их семьи, а коллективное бедствие.        Сейчас все было иначе, и это был один из немногих моментов, когда Янли могла действительно выдохнуть и немного расслабить плечи. В этот раз никто не знал, какой именно силой управляет ее брат. И победа казалось не его личной, а коллективной. Это помогло снять с него излишнее внимание. Конечно, всегда находились люди, которые могли указывать на него пальцем. Разница в этот раз в том, что никто не посмел бы это делать слишком ярко, не рассердив Главу ордена Цзян и его сестру. — Дева Цзян, я бы хотел…- начал Цзысюань неловко. — Я бы хотел принести свои извинения. В прошлый раз все было… Очень плохо. — Вы про помолвку? — подсказала Янли, в любопытстве ожидая этого разговора. — Да. В прошлый раз я повел себя глупо, недопустимо и… Поспешно. Мне кажется, вы сможете меня понять. Этот брак выбрали за меня. Как и все в этой жизни, — парень сделал тяжелый вдох, собирая всю свою храбрость. — Я не хочу вам жаловаться, Дева Цзян, но видя, какая вы… Я думаю вы сможете увидеть во мне не только наследника своего ордена, а человека. Которому никогда не позволяли ничего выбирать. Даже жену. — Это звучит действительно несправедливо, — спокойно ответила девушка. Ее немного веселила разница в тоне этого диалога, но его суть она действительно поняла. — Я рада, что вы это озвучили, Господин Цзинь. Поверьте, я не в обиде на вас. — Это так? — Вы же видели моих братьев. Как я могу быть их сестрой, если была бы не способна выдержать их характеры. Поэтому я вижу, что ваши старые слова, это не попытки задеть меня, это гнев на отсутствие выбора. — Д-да, спасибо что видите это, — Цзысюань еще больше растерялся. — Но я хотел сказать не только это.       Девушка терпеливо ждала, пока юноша неловко теребил рукав своего роскошного золотого ханьфу. Он очевидно не привык говорить такие слова, конечно ему было сложно. Ведь раньше он всегда говорил с людьми с позиции наследника самого богатого ордена, а сейчас… Сейчас он говорил как юноша, впервые решивший сделать выбор самостоятельно. И с трудом собирающий смелось чтобы попросить то, что он действительно хотел. — Дева Цзян, — наконец продолжил он. — Тогда я совсем не знал вас, поэтому очень ошибался в своих суждениях. Последнее время я увидел вас намного лучше, четче. Вы не просто мягкая девушка, вы — Дева Цзян!       Что ж, такого никто не ожидал, но иначе не быть не могло. Девушка тихонько рассмеялась с неловкости последней фразы. Особенно с его лица, ведь казалось, он говорил это так, словно заложил в это больше смысла чем смог произнести. — Точное наблюдение, — раздался веселый, пусть и немного раздраженный голос со стороны. Вэй Усянь вышел на их тропу, как всегда появившись внезапно и от того идеально во время. — Что ж, павлин, если ты не замечал раньше, что это Дева Цзян, то ты еще более глуп чем раньше. — А-Сянь… — Не стоит, дева Цзян, — остановил ее Цзысюань. — Ваш брат прав.       Брат. Это звучало правильно. Из уст этого человека это звучало намного сильнее, чем любое признание и любые речи. — Господин Вэй, я действительно слеп. Был, надеюсь. Я не подумал, что в этой семье не могло быть невзрачной девушки. А уж стойкость ее характера достойней многих. — На что ты намекаешь Цзысюань? — с другой стороны тропы показался Цзян Чэн. Он бегло оценил обстановку и стал рядом с сестрой. Не загораживая ее и не убирая ее назад. Но рядом, как самая надежная поддержка. — Дева Цзян, — казалось при зрителях ему стало еще сложнее говорить. Но он зашел слишком далеко, чтоб замолчать. — Я бы очень хотел сделать вам брачное предложение. — Возобновить помолвку? — переспросила Янли. — Не совсем. Не возобновить. А заключить новую.       Братья переглянулись, пытаясь понять, что задумал этот павлин, внезапно решивший вести себя как человек. — В прошлый раз помолвку заключали наши родители, в этот раз я лично прошу вашего брата, Главу Цзян, разрешения взять вас в жены.       Повисло слишком неловкое молчание, особенно для этой скалистой травы. Вэй Усянь неверяще смотрел на Цзясюаня, казалось размышляя, не ударился ли тот где-то головой. Янли тихо ожидала завершения сцены, решив дать этим словам пространство прозвучать. Цзян Чэн же завис, казалось думая в том же направлении, что и его брат, но чуть более серьезно, из-за обращения «Глава Цзян». — Наша сестра, достойна самого лучшего мужа, — твердо проговорил он. — Да, — уже спокойнее ответил тот. — И я знаю, что сейчас вы не считаете меня таковым. Но я стану. Я… Больше не хочу, чтобы другие решали как мне жить. Я сделаю все, чтобы стать достойным этого статуса.       Это необычайно сильно ударило по Янли. Не только его признание в чувствах, нет, о них она уже знала. Ее зацепило другое. Он произнес «вашей сестры», словно споря со всем миром, считающим ее А-Сяня неправильным братом. Словно они не имеют права его таким считать. Это было невероятно ценно, и невероятно хрупко, поэтому она не могла это разрушить. — Давайте попробуем, Господин Цзинь, — ответила сама за себя Янли. — Я услышала вас и уважаю ваше стремление к переменам. — Если это не просто слова, — буркнул Вэй Ин. — В чем я сильно сомневаюсь, — вторил ему Цзян Чэн. И прежде чем Цзысюань начал оправдываться, Янли твердо проговорила: — Но вы имеете шанс это доказать. Не только шанс, а и возможность. — Я сделаю все что в моих силах. — Тогда поддержите нас.       Нас. — Поддержите Орден Цзян, мою семью, моих братьев. По нам война ударила сильнее. Если вы сможете стать нашей. Нет… Моей опорой, тогда ни один из моих братьев не скажет вам — нет.