Спутник

После полубессонной ночи трещала голова. Вадим глотал горьковатый, не успевший остыть йодар, а Олег переписывался со своими, хмурился. Подтянувшись на кухню, Сережа, зевая, сказал: — Раз уж мы застряли, то я хочу взять интервью у местных. Можешь устроить, Олег? — Не могу, — отрезал Олег. — Люди напуганы, многие ранены. Не звери в зоопарке, чтобы ты им в лицо смартом тыкал. Он поставил перед Сережей кружку. Тот насупился. Вадим заметил: — Это же не твоя работа. Занимаешься заметочками о богемной жизни и каникулах на Бали. Ну, поболтал с консулом, пофоткал президента. Хватит играть в военкора. Сиди тихо. — Ага, и подыхай тут от скуки, — пробормотал Сережа. — И я мог бы что-то серьезное написать… Вадим переглянулся с Олегом. Скучно ему… Зато остальные ой как веселятся. — В общем, — начал Олег, — план такой. Мы проведем вас вместе с земными на орбитальную станцию как разнорабочих. Выполните работы на обшивке — и спрячетесь, на станции есть пара укромных уголков. Переждете пару дней, потом — в транспортный корабль Земли. И все, вы в безопасности. — На обшивке? — эхом отозвался Сережа. Вадим лишь поднял бровь. Олег, заметно разозлившись, ответил: — Да. Без вариантов. Схема рабочая. Не в первый раз проворачиваем. Самая тяжелая работа — для землян, синяки туда не суются. Опасно, но я за вами присмотрю. Пока Сережа заваливал Олега вопросами технического характера, Вадим хмурился. Это, значит, во-первых, нужно было продавить высшее руководство, чтобы земные получали работу повышенной опасности. Во-вторых, заставить их ползать по обшивке в полускафах, в атмосфере — а там справляются только крепкие ребята. В-третьих… Перебивая туманные объяснения Олега про изолированную дыхательную цепь и страховку, Вадим резко спросил: — Вы мужиков отсюда только вытаскивали? Нормальных, здоровых мужиков? А женщины? Дети? Самые уязвимые оставались на Спутнике все два года вашей “работы”? — он язвительно выделил последнее слово. Олег исподлобья посмотрел на него. — Женщины справлялись на орбите прекрасно, — ответил он. — А слабых с детьми удавалось отправить на консульском судне. Так и знал, что ты возмутишься. — Конечно, — изумился Вадим. — Вам бы взять этих мужиков — и дать им оружие, добить радикалов, а вы нянчились с ними. Я ж тебе говорил всегда: ребенок, женщина, тяжело раненый — первые на эвакуацию, остальные — перебьются, нехер голову в песок… — Олег закатил глаза, и Вадим осекся. Совсем взрослый стал. Не слушает, открыв рот. Свое мнение имеет. Разозлившись, Вадим буркнул: — А консулу доверять — себя не уважать. Чего он всех разом не вывез? На лайнере места не хватило? — Спутник не должен думать, что мы опять вмешиваемся в их дела, — ровно ответил Олег. — Еще вопросы? Вадим махнул рукой. — Если тебе будет спокойнее, на орбите всегда есть один из наших. Приглядываем, чтобы никто не потерялся. В этот раз с вами буду я. — Да я абсолютно спокоен, — проворчал Вадим. — Лучше бы ты не связывался с оборонкой, Олег, раз они так ссыкуют за отношения со Спутником, что людей на смерть отправляют. Он взял свою кружку и подошел к раковине, пустил холодную воду, словно через руки мог остудить горячую голову. Сережа, соскользнув со стула, обогнул стол и встал рядом с Олегом. Промурлыкал: — А я думаю, лучше так, чем совсем никак. Вадим хмыкнул. Подлизывайся к Олегу, ага. Так он и забудет после этого, что ты хвостом перед другими мужиками крутил, пока он на Спутнике окопы рыл. Олег проронил: — Этого, конечно, недостаточно. Катастрофически мало… Вадиму вдруг стало тошно от себя самого. Легко ему рассуждать, ведь он провел последние годы на Земле, вернулся со Спутника — и порвал связи с оборонкой, зажил в свое удовольствие, выполнял чистенькую работку и думать забыл о каких-то там земных; разве он сделал бы лучше? Олегу и его ребятам стоит спасибо сказать, что они барак расселили перед взрывом на площади, иначе жертв было бы целое море… Он поставил кружку на расстеленное рядом с мойкой белое в желтых пятнах полотенце, встряхнул руки и, повернувшись, сказал: — Больше не критикую. С Рыбаком-то устроим встречу старых друзей? Олег коротко улыбнулся. Они приехали в лагерь — попросту в полузаброшенную квартиру, где давно уже не работала подача воды, потолок покосился после удара времен Конечной, а по стенам расплывались черные разводы копоти, будто кто-то прямо на полу разводил костер. Пнув пустую бутылку, Олег провел их в комнату и представил трем земным: юноши, едва закончившие школу, и мужчина под шестьдесят. Все по земному обычаю подали Вадиму руки, и он пожал им ладони. Сережа ответил на рукопожатие будто бы с опаской. Вадим ухмыльнулся. Ну да, не холеные ручки, под ногтями — траур, у одного из пацанов кисть перемотана грязным эластичным бинтом. Чтобы не терять времени, Олег стал деловито объяснять, как правильно дышать в полускафе, выходить в пространство и ставить ногу в намагниченных ботинках, а еще — как закрепить покореженные метеоритными дождями и космическим мусором щитки… Вадим тоже слушал внимательно. А он думал, работы осуществляются только для вида. Оказывается, всерьез помогают поддерживать орбитальную в порядке… Он искоса глянул на Сережу. Тот, беспечно сев на подоконник, с улыбкой смотрел на Олега. Любовался им, прислушивался к коротким, заученным фразам, и не факт, что понимал их смысл; просто наслаждался звуком речи. Закончив инструктаж, Олег распотрошил мешок с одеждой; выбрали каждому по спецовке, более-менее подходящей по размеру. Сережа морщил нос, надевая несвежую, чужую одежду. Вполголоса Вадим спросил, почему земных только трое, говорил же, что будут четверо; Олег сказал, что один решил остаться помогать отцу — того сильно обожгло от пожара в доме. Пока они ждали Рыбака, Сережа пытался разговорить земных, но те отвечали неохотно и на него смотрели с подозрением. Не стали рассказывать подробностей погромов и как к ним относились синяки, только мужчина постарше заметил: — Консул нас поддерживает. Иногда раздает еду… — Он же земной, — ответил Сережа. — Да? — удивился мужчина. — Не знал… Его даже местные считают за синяка, разозлился Вадим. И даже во время Конечной он носился с синяками, как бы их не задеть, не навредить, а что земных вышибали за купол — это побоку… Наконец пришел Рыбак. Вадим вышел к нему в коридор и едва узнал в мужике с бородой старого приятеля. Зато Рыбак, увидев его, расплылся в улыбке, раскинул руки: — Бать, я к тебе сам чуть не рванул, как мне консул стукнул, что ты на Спутнике! — Где зуб потерял? — поинтересовался Вадим, похлопывая его по плечам. Хлопнув ладонью ему по спине, Рыбак улыбнулся еще шире, демонстрируя пустоты в челюсти. — Страховку по стоматологии на работе не дали. Вернусь — вставлю, — мечтательно сказал он. Они спустились вниз, к подъезду, перекурить втроем: Рыбак, Олег и Вадим. Поговорили ни о чем: о былых временах да о том, что Вадим и так знал. Сережа запоздало присоединился к ним, поглядывал то на одного, то на другого, и Вадим почти физически ощутил, как ему неуютно в компании, не обращающей на него ни малейшего внимания. Он положил ладонь на плечо Сереже и сказал: — Знакомьтесь, Сергей. Решил начать карьеру военкора со Спутника. Рыбак сердечно улыбнулся ему и пожал руку, но Вадим прекрасно знал, что за улыбкой кроется полнейшее равнодушие, Рыбак точно так же улыбался синякам на допросах перед тем, как зарядить крупным кулаком в лицо. — Нам тут военкоры не нужны, — сказал Рыбак. — Нам бы силовиков побольше и карт-бланш… Олег бросил окурок на землю и тщательно затоптал его. — Если есть средства, то давайте считать, что карт-бланш нам уже дали, — вполголоса предложил Вадим. — После провокации надо самим принимать решение, а не ждать, пока дадут отмашку. Рыбак мотнул головой. — Мы так больше не работаем, Бать. Решили, что неправильно. Насилие порождает насилие, — важно добавил он. — Миротворец надоумил? — хмыкнул Вадим. — Консул, — поправил Олег. — Теперь его зовут консулом. — Да… — Рыбак вздохнул. — А почему вы так доверяете консулу? — подал голос Сережа. Рыбак глянул на него, пожал плечами. — Ему доверяет Земля. Мне этого достаточно. …Всю обратную дорогу Сережа гневно пыхтел Вадиму в ухо. Они поехали мимо барака, медленно прокатились вокруг, обозревая все, что от него осталось: обуглившиеся сваи и пепел. Сережа вздрогнул, а Вадим принял как должное, он знал, чего ждать от синяков. Если бы не группа землян во главе с Рыбаком, то они спалили бы дотла людей, у которых прав жить на этой планете было не меньше. Вернувшись домой к Олегу, занялись своими делами. Сережа уткнулся в смартфон, бешено тыча в экран, а Вадим разгреб скопившуюся на кухне посуду, поставил скутер на зарядку. Олег отказался от их помощи даже в перевязке раненых. Немного задевало. Он ведь знает, что Вадим неплохо управляется и с ожогами, и с огнестрельными. Может, решил так из-за своего Серого, вдруг тот падает в обморок при виде крови… На месте Вадиму не сиделось. Руки чесались сделать хоть что-то полезное, хотя бы попытаться. Проверить, не ушли ли законники от порта, тогда вместо них с Сережей Олег смог бы взять на орбитальные работы земных, спасти на два человека больше… Он засобирался. Сережа тут же поднял взгляд от смарта. — Отправился подышать воздухом? — Типа того, — кивнул Вадим. — А мне почему не предлагаешь? — А тебе тут безопаснее. Сережа плавно поднялся с постели и, наблюдая, как Вадим затягивает ремень кобуры, предложил: — Может, развлечемся? — И подмигнул. — Ты неугомонный, — укорил Вадим. — Просто небольшая зависимость, — безо всякого стеснения сказал Сережа. Обнял себя и, прислонившись плечом к стене, улыбнулся. — Но я с ней успешно справляюсь. Вадим не понял, шутил он или нет; но, наказав сидеть дома и ждать Олега, вышел под темнеющий купол, сел на скутер и поехал. Он бесцельно тратил заряд аккумулятора. Оглядел квартал, куда сгоняли земных, разрушенные дома, насчитал всего три целых, будто на них не хватило бутылок с коктейлями Молотова; заметил высохшую кровь на брусчатке. Скверно… В одном из домов деловито копался синяк и, заметив Вадима через выбитое окно, тут же схватился за обрезок трубы, но Вадим, прибавив газа, проехал мимо. Не гонять же мародеров… Во всем квартале, конечно, не нашлось ни одного законника. На земных людей им было плевать. Поддавшись импульсивному желанию, он направился к Президиуму — время как раз подходящее. Разок его остановили, но он с наглой мордой сказал, что у него в больнице брат, и законник, пытаясь победить в гляделки, первым отвел взгляд и нехотя его отпустил. Вадим остановился у столовой — ни одна лампа не горела — и достал смарт, но тот не зажужжал ворохом уведомлений. Связь с Землей больше не работала, да и окна оказались выбиты, хрустели под ногами. Видимо, не помогла хозяевам протекция консула. Вадим пешком прошелся до здания Президиума, краем глаза заметил очередных законников и ускорил шаг. Он приехал как раз вовремя: по ступенькам спускался консул. Остановившись возле лестницы, достал пачку сигарет. Вадим приблизился к нему, спиной ощутил движение законников, но консул, глянув на них, мотнул головой. — Они вас охраняют. За своего считают? — спросил Вадим. — Не удалось улететь? — консул взглянул на него и закурил. Выпустил дым в сторону. Вадим не стал тратить времени на реверансы. Прямо сказал: — Я понимаю, что вы координируете отряд так же, как и раньше. В прошлый раз ваша стратегия не сработала. Сейчас вы тоже облажались. Может, пора как-то поактивнее начать работать? — Палач, — с искренним удивлением ответил консул, — с чего вы решили, что можете давать мне советы? — Потому что я не отсиживался в штабе, а видел реальную ситуацию, — любезно пояснил Вадим. Консул наконец стал смотреть ему в глаза. Лицо его ничего не выражало, будто ему абсолютно плевать на людей. И на земных, и на синяков. Вадим продолжил: — Мне тут пары дней хватило, чтобы понять, что вы гробите и спецназ, и гражданских. Сколько у вас на судне камер для стазиса? Консул помедлил. — Пятьдесят, — ответил он. — А в кораблях снабжения на орбите? — Палач, все не так просто. — Все предельно просто, Миротворец, — с нажимом произнес Вадим. — Хотите сделать что-то действительно хорошее — воспользуйтесь всеми своими правами и вывезите столько людей, сколько сможете. А не заставляйте местных на орбите пахать… Консул потушил окурок о пачку и спрятал его внутрь. — Раньше вас люди не заботили, — заметил он. — Все ваши предложения заканчивались одним: дайте нам оружие, и мы уничтожим всех радикалов до единого, а сопутствующие потери — не имеют значения. Что изменилось? Вадим удивился. Консул читал его рапорты? Помнил их? Командиры отрядов регулярно писали свои предложения, просили оружия и людей, разрешения на оперативную работу, да они заваливали штаб своими письмами, но ни одно их пожелание не было исполнено. Они сочли, что их попросту отправляли сразу в спам. — Пойдемте, — сказал консул, — проводите меня. Тут недалеко. Где ваш скутер? — А законники вас не проводят? — съерничал Вадим. Консул направился к столовой, словно видел в темноте припаркованный скутер. Вадим последовал за ним. — Законники присматривают, чтобы я не отклонялся от маршрута. Я, кстати, вспомнил ваш позывной, — вдруг улыбнулся он. — Дракон. Огромное огнедышащее животное… Никогда не существовавшее… Вы бы огнем выжгли всех, кто вам не нравится, будь ваша воля, верно? — Работа такая, — развел руками Вадим. Он взял скутер за руль и покатил его рядом с собой. — Вот и у меня работа, Вадим, — впервые назвал его по имени консул, — и я стараюсь не испортить все еще больше, чем испортил уже. Порт, кстати, свободен. Вы можете спокойно улететь. Но вы не станете, верно? У вас уже другие планы? Они прошли по аллее. Их обгоняли синяки, задевали скутер Вадима, а вот консула обходили стороной. Люди стекались к трехэтажному особняку, разворачивали плакаты. Остановившись за их спинами, консул сказал: — Посмотрите, какая демонстрация. “Земляне — руки прочь от Спутника”... Они пока что не призывают к убийствам. — Они уже многих убили и ранили, — буркнул Вадим. Он потянул скутер в сторону, чтобы обойти толпу, впрочем, их и толпой не назовешь — человек тридцать возле почти опустевшего посольства Земли… — Большинство настроено на мирное решение проблемы. Хочется в это верить. Вот и мой дом. Вадим с сомнением посмотрел на многоподъездное низенькое здание, до боли напоминавшее домишки в пригородах Земли. Слишком близко к посольству. — Не боитесь, что они и к вам пойдут с плакатами? А то и с факелами. — Нет, — легко ответил консул. — Возвращайтесь домой, Палач. Я подумаю над тем, что вы сказали. Вадим ему не поверил.