Спутник

Утром они собирались, почти не разговаривая. Обсуждать вчерашнее не имело никакого смысла, а инструктаж по работе на орбите Олег не стал повторять. Он деловито собирал вещи, разрешенные к провозу на станцию: пассатижи и отвертки, моток крепкой веревки, крошечный складной нож — таким только в глаз ткнуть, и то не факт, что убьешь, только так, поцарапаешь немного. Вадим сложил броник и пистолет в мешок и написал номер ячейки, в которой его нужно оставить. Погладил, поблагодарил про себя Тимура — хоть и синий, а до сих пор ему верен; не зря вытащил его, полуживого, из-под обвала… — Смарт взял? — спросил он у Сережи. — Спрятал в трусы, — с готовностью отрапортовал он. — Серьезно? — удивился Олег, оборачиваясь к нему. — Серьезнее некуда. Самое ценное, что у меня есть. Они собрались напоследок на кухне. Мягко вибрировал холодильник, изредка капала из крана вода, и Вадим машинально спросил: — Генератор отключать не будешь? Олег мотнул головой: — Все равно вернусь через пару дней. Вся еда разморозится, если выключить… Вадим поморщился, а Сережа, положив руку на ладонь Олега, состроил жалобное лицо, но Олег был непреклонен; вчера Вадим почти забыл, что он останется на Спутнике, а их отправит по домам. Консул не соврал: радикалы схлынули с территории порта, законники, хоть и усилили охрану, их процессии не препятствовали. В зале уже ждали вчерашние юноши и мужичок — так и подскочили при виде Олега. Он коротко кивнул им, раздал всем одноразовые дешевые смарты для проверки личности. Взяв руку Вадима, потер его палец, удовлетворенно хмыкнул — на указательном отпечатков почти нет, кожа загрубевшая от того, что он по возвращении со Спутника прижег ее до мяса. — А я? — шепотом спросил Сережа и показал ему свою ладонь — мягкую, с четким рисунком на каждом пальчике. — Меня же обкатали, как прилетел… — Потому что ты с Земли. Турист. Местных не обкатывают, базы нет. Они сгрудились все вместе — в синих спецовках поверх теплой одежды, почти без вещей, лишь у Олега на плече сумка. Конечно, они ведь только проведут работы — и сразу обратно… В порту царила давящая пустота, даже сотрудники разошлись, один работал у рамки, второй — на единственной стойке, а законников, прогуливающихся у входа, Вадим почти и не замечал — всего лишь еще одно серое пятно в общем блеклом пейзаже. Олег взглянул на электронные часы под сводом потолка и выдохнул: — Ну, пошли. Он первым подошел к стойке регистрации и положил на нее смарт. На экране его светился код. Синяк за стойкой — холеный, с чисто выбритым лицом, мазнул по нему сканером, коротко глянул на монитор у себя под носом и кивнул. Так же равнодушно он проверил остальные смарты, почти не всматриваясь в лица, словно синие спецовки были камуфляжем, и дежурно предложил пройти к служебному выходу. Всей группой они потянулись за Олегом. Вадим на миг сжал ладонь Сережи — ледяную. Прошептал: — Дальше полегче будет. — Слишком просто, — прошелестел в ответ Сережа. — Мне это все не нравится… — Им на нас плевать, — подал голос юноша, чьего имени Вадим и не старался запомнить, отметил только, что он самый младший. — Задохнемся в пространстве — спишут, как отработанный материал. — Разговорчики, — строго сказал Олег, не оборачиваясь. Он вел их по тесному служебному коридору, освещаемому белыми, режущими глаза лампами, развешанным по стенам. Вадим уловил слабый запах топлива для орбитальных самолетов, химическую остроту средств дезинфекции. Прислушался к себе: переживает? Хоть немного? Нет, спокоен. Даже если план ему не нравится. Главное — оказаться на орбитальной станции. Сережу он вытащит в любом случае. Выйдет из образа разнорабочего, предъявит их ручки пограничникам — и пусть вывозят их как туристов, обратный билет у них оплачен. На орбите им уже ничего не сделают. Вот только Олег и трое земных… Как они всего вчетвером справятся в пространстве? Нет, их подставлять нельзя. Олег коснулся кнопки рядом с дверью, венчавший коридор, и взялся за ручку. Вадим вдруг заметил, как блеснул его загривок — тонкая полоска кожи между линией роста волос и воротником черной водолазки. Неужели холодный пот течет по шее?.. Эх, Волков, как бы ты ни вырос — все равно остаешься щеночком… Замок двери наконец пискнул, и Олег дернул за ручку, шагнул в комнатку для персонала — шкафчики для одежды по одной стороне, лавка на четверых по другой, еще одна дверь — в шлюз, а больше — ничего. Он выдохнул. Дождался, пока все войдут, обернулся и улыбнулся с облегчением: — Все ждал, что на дополнительную проверку позовут… Как раздастся звуковой сигнал — проходим по одному в шлюз на посадку, я первый, Вадим — замыкаешь. Лишнего не говорим, на вопросы персонала отвечаем, как договаривались. Им самим же надо дыру в обшивке залатать, так что препятствовать… — Его прервал гудок, от которого будто стены завибрировали. Дождавшись, пока он смолкнет, Олег закончил: — Препятствовать не будут. За шлюзом зашипело, дверь приоткрылась сама собой, и Олег шагнул в покрытое изолирующим материалом пространство, пол зазвенел — дешевые жестянки под панелями, изготовленными на Земле, подаренными Спутнику. Вадим пропустил всех вперед и зашел сам, задвинул дверь шлюза, дождался, пока она плотно затворится. Коридор шел под наклоном: они словно взбирались по небольшой горке вверх. Не проникало ни звука, а волосы шевелил едва заметный ветерок вентиляции. Сережа, оглянувшись на Вадима, поймал его взгляд и, будто успокоившись, выдохнул. Синяя спецовка ему не шла. Не то что та косуха и рубашка, в которой он пришел на первую встречу с Вадимом, а о его костюмчике для стазиса и говорить нечего… Жаль костюмчик. Обратно они полетят безо всяких удобств, лягут в раствор в нижнем белье, и придется отмывать Сережу тщательнее и дольше. Впрочем, это Вадима ничуть не огорчало. Поднимаясь, он представил, как вернется на Землю. Сперва нормально поест и сходит в бар, потом, может, уедет в отпуск в глушь, чтобы точно не долетело ни единой новости про Спутник. Дрянное место, бросить бы его… Всех своих вывезти — и забыть раз и навсегда про далекого соседа, пусть барахтаются сами. Только без поддержки извне не выживут ведь, не смогут выйти на полный цикл самообеспечения. Дотации получать хотят, а дружить — отказываются… Процессия остановилась. Олег выждал, пока разблокируется люк, ведущий в самолет, и с натугой провернул винтовую ручку. Отворив дверь, он шагнул в сторону и сделал приглашающий жест. Мест в самолете было всего ничего: Вадим насчитал тридцать кресел, по два с каждой стороны. Глаза у мужичка заблестели, он восхищенно цокнул языком и сказал: — Личный самолет. Как у президента. — Ага, только собранный пару веков назад, — кисло отозвался Сережа, с сомнением разглядывая старые кресла. Он сел у двери, Вадим — через проход. Олег закрыл люк, нажал кнопки в правильной последовательности, и зажглись над креслами лампочки. Кабина пилота была наглухо перекрыта черной стеной и бежевой шторкой — чтобы пассажиры не посмели вмешаться в работу автоматики. Оглядев всех, Олег сел за Вадимом. Вот и все. Скоро взлетим… Вадим наклонился к иллюминатору, глянул на серый бетон взлетной полосы. Время тянулось невыносимо медленно. Он глянул на наручные часы. Всего-то десять минут сидят, а по ощущениям — целый час. Сережа завозился, и Вадим глянул на него. Тот, засунув руку через горло свитера, пошарил где-то рядом с подмышкой и извлек смарт. — А говорил, в трусы спрятал, — разочаровался Вадим. — Фигура речи, — снисходительно ответил Сережа. — Чтобы подогреть воображение. Иначе неловко получилось бы, вдруг мне кто позвонит, и смарт завибрирует в… — В жопе, — подхватил Вадим. — И тебе понравится. Олег коротко рассмеялся. — Почему мы не взлетаем? — заговорил с последнего ряда юноша. Олег свесился через подлокотник и ответил: — Предполетная подготовка часто затягивается. Сверяют маршрут, перезагружают автоматику, чтобы не было ошибок… — Мой дед был пилотом, — вспомнил мужичок. — Одним из последних. Ругался, что человек скоро нигде не будет нужен. — На Спутнике без людского труда точно не обойдутся, — сказал Олег. — А вот на Земле… Голос его на миг стал мечтательным, и Вадим понял, как же сильно Олег соскучился по Земле, по ее комфорту. Он и сам на Спутнике тосковал по нормальной горячей воде и яркому небу, по доставке еды, по беспилотным такси. По чистой одежде — мягкой после сушильной машины. По зелени в парках… Выглянул опять в иллюминатор, и взору его открылся бетон, уходящие вдаль крыши невысоких домов, типовая застройка по принципу “и так сойдет”. А еще — двое законников возле самолета, и один что-то возмущенно говорил в рацию. Попререкавшись, он отошел в сторону здания порта, и его напарник потянулся за ним. — Рукав долго не снимают, — задумался он, ни к кому особо не обращаясь, и Олег промолчал в ответ, не стал успокаивать его, как недавно юношу. — А знаете… — медленно произнес он после паузы. — Серый, иди в конец самолета, Аслан, Ли, перебирайтесь тоже поближе к Боре. — Что-то случилось? — напрягся Сережа. — Нет. Мне так спокойнее за вас будет, — ответил Олег. Он поднялся с места, проследил, чтобы гражданские сгрудились на последнем ряду. Вадим встал рядом с ним. Не стал спрашивать, есть ли у Олега оружие — и так знал, что ничего нет, возле него крутился, пока тот сумку собирал. Олег наскоро нажал несколько кнопок у люка, вспыхнула на миг красная лампочка возле одной, и ничего не произошло. Заблокировано. Зашуршал динамик над кабиной пилотирования, через помехи женский голос, не скрывая недовольства, произнес: — Всем пассажирам оставаться на своих местах. Пристегнитесь. — Мы стоим уже полчаса, — раздраженно ответил Олег, подняв голову к динамику. — Что-то не так? — Оставайтесь на своих местах, — отрезала женщина. Треск стих. Вадим переглянулся с Олегом, а потом — услышал, как кто-то проворачивает винт на двери. Вот и полетали… Олег встал перед дверью, Вадим — за ним. Хорошо, конечно, если за ними пришли без оружия, врукопашную у них неплохие шансы отбиться, только иллюзий он не питал; совсем не удивился, когда люк открылся, и в проеме показались законники — двое с автоматами, те, которые стояли еще недавно возле самолета. Один, сверкнув светлыми глазами, приказал: — На выход с поднятыми руками. Олег не сдвинулся с места. — В чем дело? — спросил он. — Мы подписали договор на проведение орбитальных работ. Моя бригада уже не в первый раз нанимается. Никаких проблем раньше не было. — Ага, бригадир, только люди у тебя все время разные, — неприязненно ответил законник. Кивнул напарнику, и тот посторонился. — Сказано: на выход. Вещи оставить здесь, — добавил он, стоило Олегу потянуться к сумке с инструментами. Олег выдохнул. Повернулся к гражданским и спокойно сказал: — Ребята, выходим за мной. Проверим еще раз документы и полетим. Он первым шагнул в рукав. Вадим выждал, пока остальные пройдут за ним, двинулся следом, замыкая — как и договаривались. За ним последовал все время молчавший законник, ткнул дулом автомата в спину, поторапливая. Вадим не отреагировал, хотя тело почти дернулось, чтобы развернуться, схватить за ствол и вырвать автомат, ткнуть в нос… Спокойно, Палач, сказал он себе, не суетись. Людей заденут, если начнешь драку… Оказавшись в комнате для персонала, в тесном пространстве, законники выстроили их вдоль шкафа, один, подняв смарт на уровень глаз, смотрел в экран — и на каждого задержанного. На Вадима глядел особенно долго. Буркнул напарнику: — Наручники. Этого — отдельно, — он кивком указал на Вадима. — А меня-то за что, начальник? — ухмыльнулся Вадим. Второй законник подтолкнул его в плечо, щелкнул на запястьях браслетами наручников. — За что нас задержали? — ровно спросил Олег, словно на него не надевали браслеты. — Подозрение в подготовке теракта на президента, — ответил законник, которого про себя Вадим стал звать главнюком. — Нас не было на площади в тот день, — разозлился Олег. — Вы срываете ремонтные работы на орбитальной станции. — Тебя, может, и не было. Разберемся. Пошел. Главнюк толкнул его в спину. На миг Вадиму показалось, что Олег потеряет терпение и, развернувшись, боднет его в солнечное сплетение, добавит с ноги… Но Олег сдержался. Сережа, побледнев до синевы, обернулся к Вадиму. Он едва заметно мотнул головой. Нет уж, хозяин, не смей кричать, что ты гражданин Земли и устроишь им сладкую жизнь, как только освободишься, только по башке получишь… Цепочкой скованных по рукам людей они двинулись в обратный путь — по белому коридору, через зал и рамки — и всех посадили в минивэн, редкость для Спутника, а Вадима — в люльку вместе с главнюком. Уткнув Вадиму в подбородок автомат, он процедил: — Без фокусов. Прыгнешь на ходу — застрелю. — Да все путем, начальник, — с нарочитой ленцой отозвался Вадим. — Вези, потолкуем. Главнюк ткнул его стволом под челюсть, и мопед сорвался с места, увозя их в неизвестном направлении. Впрочем, почему в неизвестном… Вадим усмехнулся. Где находится штрафник — он прекрасно знал.