Вы — все, что у мне осталось...

Мужчина сидел перед ней на корточках, настойчиво протягивая конфету в цветной обертке, смотря девушке прямо в глаза: — Ты, конечно, прости, но тебе придется это съесть, потому что я несу за тебя ответственность и не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, не сопротивляйся, — произнес Арсений, открывая угощение. — Твоему организму нужно что-то сладкое, приятного аппетита! — Да все-все, съем я, спасибо! — буркнула девушка, смутившись такого особого внимания со стороны мужчины. Она взяла конфету и случайно коснулась его теплых пальцев, их взгляды снова пересеклись. — Так, ну все. Ты уже в порядке, как только даешь, присоединяйся к нам. Твоя отряд будет собираться вон там, — резко отдернув руку и показав рукой на информационный стенд, возле которого раскинулся большой куст розы, опустив взгляд, бросил вожатый, — Будем ждать тебя, только не вскакивай так сразу, договорились? —Да-да, спасибо вам большое, — искренне проговорила Тася, откусив кусочек. «Да ладной! Нет-нет, это просто невозможно, такого быть не может...» — пронеслось в голове девушки и, положив в рот остатки спасительного сладкого, она растянула обертку. В голове мгновенно возникла картинка из детства. Маленькая Тася бегает вокруг папы, дергая его за края рубашки. Отец только вернулся с работы, поставив портфель около двери, мужчина ловко одной рукой поднял малышку и посадил ее на шею. — Тася, как ты тут, зайка? Слушалась маму? — спросил он, поворачивая голову к дочурке и улыбаясь. — Дя-дя, я даже весь суп съела и игрушки за собой ублала, мама говолила, что я умничка, — улыбаясь и держа папу за уши выпалила Тася. — Горжусь тобой, доченька, ты посмотри, что я там тебе принес, слезай-ка и заглядывай в портфель, — мужчина взял ребенка под мышки и аккуратно спустил на пол, пока она в ожидании подарка пищала и заливисто смеялась, — Ну-ка, что это такое, посмотри внимательно? Девчушка стояла рядом с папой, сжимая в руках заветную упаковку красного цвета с надписью «Красный октябрь» и нарисованными мишками. — Мои любимые! Ты самый-самый лучший папа на свете! — восторженно кричала Тася, в попытках разорвать упаковку и насладиться любимыми сладостями. — Ну а как же иначе, мы же договорились. Только по одной и после еды, когда мама разрешит, хорошо? — наклоняясь, чтобы поцеловать дочь заканчивает отец, посмотрев на жену, которая стояла, прислонившись к стене, с полотенцем на плече, видимо только что доготовив ужин для семьи. «Откуда у него они, это же те самые мишки...» — прошептала себе под нос Тася, крутя в руках обертку от конфеты. Девушка подняла голову в поисках вожатого, и увидев его темные волосы и красный галстук — отличительный значок вожатого, поднялась и почувствовав, что головокружение окончательно прошло, двинулась в сторону всей остальной группы. В центре круга стояла хрупкая, невысокого роста с чуть вьющимися светлыми волосами, девушка, лет 22, в ее руках была папка с несколькими листками. Рядом с ней стоял Арсений, скрестив руки на груди, широко расставив ноги и сощурив глаза, как будто пытаясь разглядеть кого-то в толпе. — Итак, наконец-то мы всех дождались, все тут, так что давайте начнем. По распоряжению директора и старшего вожатого начнем нашу смену именно здесь, — начал было Арсений, осматривая лица ребят. — Да, для начала хотела бы представить себя и моего напарника. Меня зовут Оксана, по правилу лагеря к вожатым обращаются по имени, но на вы. Надеюсь, это никого не будет смущать. Ну и рядом со мной, вожатый, который впервые вступил в наши ряды — Арсений Сергеевич. Прошу любить и жаловать. «Любить» — отозвалось в мыслях девушки. — Оксана, спасибо, что представила. Очень рад видеть вас всех перед собой, все такие красивые и довольные, надеюсь, вам у нас понравится. Так же хотелось бы заметить, что у вашего отряда целых три вожатых. Оксана, Сергей и я. Помните, мы всегда рядом с вами и за вас. Если что-то случается, что-то болит, что-то печалит, что-то не устраивает, пожалуйста, обращайтесь сразу же к нам. Мы ваша семья на ближайшие три недели. Хотелось бы, чтобы они прошли благополучно и для нас, и для вас. Дети стояли тихо, внимательно слушая речь старшего. И после всей этой основной напутственной речи Оксана попросила подойти к ней всех девушек, а Арсений увел за собой парней. Вожатые объявили, что вся смена начнется с заселения и обустройства комнат. Тася была вполне довольна этим распоряжением, в душе надеясь, что сегодня не будет никаких активностей, рисования плакатов, общественной работы и всей этой лабуды. Хотелось упасть на кровать, натянуть на себя одеяло, и представить, что вокруг ничего и никого нет. Вот такая своеобразная психология переживания страха и тревожности. — Так, комната три, это вот эта, — указала Оксана на небольшую деревянную табличку с цифрой три, — в ней живет Васильева Таисия, Соловьева Есения и Казакова Екатерина. Девушки, кого назвала, забегайте, — закончила вожатая, распахивая перед ними дверь. Тася взяла чемодан за ручку, и первая зашла в комнату, буркнув спасибо в сторону вожатой. «Как красиво, ничего себе, я думала будет не так» — подумала девушка, оглядываясь. Комната действительно отличалась от привычной, которую представляешь при слове «Лагерь». Надо сказать, что вся территория находилась в огромном сосновом бору, а дети жили в небольших домиках, на 5 комнат, а выглядели они как дома-шалаши. В каждой комнате было довольно большое окно с москитной сеткой, три аккуратно заправленные деревянные кровати с выдвижными ящичками, у каждой тумбочка, а на двери несколько вешалок. На полу возле каждого спального места лежал коврик. — Ничего себе, дорого-богато, ничего не скажешь, — раскрыв рот от удивление произнесла Катя, остановившись у самой двери, — чур я вот здесь, — протараторила та, упав на кровать. — Тась, ты на какую хочешь? — повернулась к соседке Есения, показывая на две оставшиеся кровати. — Ой, да мне неважно, давай я здесь буду, не против? — Тася указала на кровать рядом с окном, в надежде, что по утрам будет видно восходящее солнышко. — Без проблем, мне всегда стремно около окна спать, а вот у стеночки — святое, — смеясь ответила та, — это придет серый волчок и укусит за бачок, — девушка ткнула в плечо новой знакомой. — Эй, Есения — Яся, называй меня так, пожалуйста, так короче и как-то спокойнее. А то чувствуешь, как будто кто-то ругаться начинает, — перебила Тасю девушка, кротко улыбнувшись. Та только кивнула и присела на без сил на кровать. — Слушайте, можете не бухтеть там, я слышу слишком много, — пробурчала Катя, даже не повернувшись к соседке, уставив на них указательный палец, — а хочу тишины, океюшки? Девочки заулыбались и, закатив глаза, передразнили недовольную соседку.

***

— Оксана, еще раз здравствуйте! Подскажите, пожалуйста, а где можно найти Арсения Сергеевича? — резко остановившись, увидев вторую вожатую протараторила Тася, ожидая побыстрее услышать ответ. — Здравствуй, что-то случилось? Я могу тебе помочь, — возразила Оксана, убирая прядку волос за ухо. —Нет-нет, мне нужно кое-что именно у него уточнить. Ну, пожалуйста, скажите, —нетерпеливо напомнила свой вопрос девушка, испугавшись, что вожатая начнет интересоваться. Этими вопросами она бы точно поставила девушку в неловкое положение, учитывая, что Тася сама не совсем понимала, почему ей захотелось сделать этот шаг, — ну так что? —Ну я честно точно не знаю где он, но его комната вторая вон в том домике, но, если он не там, но прости, помочь не смогу. Сейчас у всех свободное время, так что, ну ты поняла, — негромко ответила вожатая, указывая на корпус рядом с высокими соснами, между которыми были протянуты уличные гирлянды. — Очень благодарна, спасибо, я буквально на секундочку к нему загляну, — оправдывалась Тася. —Да не за что, — только и бросила Оксана уже убегающей девушке, сильно смутившись вопросом. Буквально через несколько минут девушка оказалась на пороге вожатского корпуса. На стенах дома были развешены информационные плакаты, фотографии сотрудников и новости лагеря. Осознав, что до конца свободного времени осталось совсем немного, Тася уверенно потянула ручку и оказалась внутри примерно такого же коридора, как и в их корпусе. "Комната два, комната два, это должно быть в самом начале. Один..." Девушка повернулась и сразу же заметила дверь с заветным номером. На ней в специальном пластмассовом файлике был вставлен документ "Вожатые 1 отряда: Арсений Сергеевич, Сергей Борисович". Девушка посмотрела по сторонам, в страхе, что кто-то заметит ее и подумает не то, что было нужно, хотя в глубине души Тася все также сомневалась в правильности своих действий и чувств. За дверью не было слышно голосов или каких-то других звуков, поэтому, осмелев Тася аккуратно, негромко постучала в дверь. За ней сразу же послышался скрип отодвинутого стула и шаги. Дверь отворилась и из комнаты со словами показался вожатый: —Блин, Серый, долго тебя ждать-то можно, я что должен сам все это расскра..., — мужчина остановился, увидев за дверью вовсе не того, кого ожидал. —Арсений Сергеевич, здравствуйте, — растерянно улыбнулась Тася, увидев перед собой не того строгого и собранного вожатого, а по-домашнему расслабленного молодого человека с распушившейся прической, падающей на очки и развязанным галстуком, который лежал на плечах, оголяя кусочек шеи. Мгновенно опомнившись, Арсений одним движением попытался уложить волосы и ладонью прикрыть шею, откашлявшись начал: —Здравствуй, что-то случилось? Заходи давай, а то разбудим всех, — на этих словах мужчина приоткрыл дверь пошире и пропустил девушку в комнату. Оглядевшись, Тася увидела лишь точно такую же мебель и разбросанные бумаги на кровати и на полу. Рядом с некоторыми из них лежали открытые баночки с гуашью. — Прости, я работал, не споткнись, — извинился тот, повернувшись к зеркалу, чтобы завязать галстук. Мужчина оказался спиной к Тасе и продолжил разговор, смотря на Тасю через зеркало, — нужна какая-то помощь? Что-то не так? —Не, все хорошо. Просто я хотела вас поблагодарить за утреннее, так сказать, спасение, — девушка заметила, как вожатый слегка улыбнулся. —Ну так это входит в мои обязанности, не стоит благодарностей, я не мог поступить иначе, — смутился он, поворачиваясь к девушке. — Ну все равно я рада, что вы меня услышали, я хотела вам кое-что отдать, — произнесла Тася, запустив руку в карман. Вожатый удивленно изогнул бровь, скрестив руки на груди, —вот, это вам, возьмите, пожалуйста, — тихо сказала Тася, положив на тумбочку зефир в полиэтиленовой упаковке. Арсений улыбнулся и подошел к тумбочке, спросил: — Так, а что это? —Зефир, — спокойно ответила девушка, уставившись на вожатого. — Да нет же, я вижу что это зефир, — усмехнулся он, подойдя поближе к Тасе, — его на обеде давали. А мне то он зачем? —Ну как же, вы мне утром отдали вашу конфету, я вам вернула. Простите, это возможно странно, но я не хочу быть вам должна, — серьезным тоном обратилась она к вожатому, который все также растерянно смотрел на воспитанницу. — Прости, как тебя зовут? — неловко поинтересовался Арсений, в полном смущении по привычке поправив очки за дужку. — Тася, — очень тихо прошептала девушка, будто желая, чтобы это слышал только он и никто больше. — Очень красивое имя, так вот Тася, я конечно приму твоё угощение, но хочу, чтобы ты понимала. Я сделал это безвозвратно и, поверь мне, совершенно ни на что не надеясь, хорошо? Но если тебе будет так комфортнее, то вот смотри, —произнес тот, забирая зефир с тумбочки, — вот, взял и положу к себе в тумбочку, если вдруг начну умирать с голоду, вспомню про тебя. Договорились? — Да, конечно, спасибо! —улыбаясь ответила Тася, только сейчас заметив зеленые следы краски на рукаве рубашки вожатого, —Ой, у вас манжетка в краске, вот тут, — указала девушка на небольшое пятно гуаши. —Ох, елки палки, спасибо большое, я рисовал, точнее пытался, не понимаю, что-то не так с этой краской. Ужасно рисует, — нервно ругался он, смотря себе под ноги на маленькие раскрытые банки краски и разложенные листки А3. —Да, знаю, это краска плохо ложится на такую бумагу, и вы еще пытаетесь в один слой рисовать. Для этой фирмы красок этого мало, нужно в два слоя, так она будет более пигментированная, и еще, — девушка остановилась, решив посмотреть на реакцию вожатого, учитывая, что дома ей говорить никто не дает. А сейчас так долго ее никто не перебивает. Однако Арсений стоял рядом, внимательно слушая и взглянул на нее, когда она замолчала. —Продолжай, пожалуйста. А то я совсем не разбираюсь в красках, кисточках. Вообще не уверен, что это подходящая бумага, — присев на корточки, устало произнес вожатый, крутя в руках листок. —Ну да, это бумага для акварели, видите, она шершавая вот с этой стороны, это чтоб удерживать пигмент краски и создавать красивую текстуру, — указала Тася, наклонившись к листку и случайно оказавшись совсем рядом с Арсением, — а для гуаши, то есть для вашего случая, нужна гладкая бумага. Поэтому вы лучше переверните бумажку. И не добавляйте вы столько воды, гуашь можно рисовать практически без нее, в этом ее преимущество. И будет вам счастье! — Обалдеть, я не знал, спасибо тебе, —произнес вожатый, повернув голову к девушке, —откуда ты все знаешь? — Хочу в художественную школу, успокаиваюсь, — Тася, резко замолчала, поняв, что сболтнула точно лучшего. — Я буду иметь в виду, надеюсь, ты не будешь против спасти своего вожатого-художника от слова худо? — усмехнулся Арсений, перевернув листок бумаги и отставив подальше воду. —Разумеется, мне несложно. Ну а сейчас, простите, мне надо идти, а то время закончится, вряд ли ваши напарники будете довольны, если не найдут меня в комнате. —Да, спасибо большое, и не переживай больше, — произнес ей вслед Арсений, привстав, чтобы закрыть за ней дверь. Арсений снова присел на пол и принялся за работу, но практически сразу же его снова прервали. На этот раз в комнату громко, раскрыв дверь, влетела разъярённая Оксана. — Арс, ты чего офигел? — прикрикнула на него девушка, возмущённо уставившись на парня. —Не понял? Что не так, — удивился он, резко, вскочив и подлетев, к вожатой. — Ты же читал правила, никакого излишнего личного отношения к детям! Ты что хочешь проблем с руководством? Хочешь, чтобы тебя уволили? — снизив тон, но очень настойчиво упрекает его Оксана. —Что? Не выспалась, галлюцинации. Что ты себе там придумала? — растерянно проговорил Арсений, искренне не понимая, о чем девушка говорит. —Девушка, которая искала тебя по лагерю выходит из твоей комнаты, еще и шарахается от меня. Что мне думать? Арс, пожалуйста, не привлекай к себе внимание директора. Тебе оно надо? —Видишь краски на полу? — указал он на разбросанные баночки с разноцветным содержимым. —Это сейчас неважно, — раздраженно закончила на него Оксана. —Краски видишь или нет? — упорно настаивал на своем Арсений, не сводя взгляда с напарницы. Девушка только кивнула и недовольно поджала губы, скрестив руки на груди. — Тася умеет рисовать, а я ее попросил мне помочь. Это что запрещено? — передразнил возмущенную вожатую Арс. —Ну ладно, а это что? — кивнула девушка на возращенный Тасей долг. —Зефир, — без возмущения бросил парень, улыбнувшись, вспомнив такой же ответ от своей воспитанницы. —Да вижу я что зефир! — выйдя из себя, крикнула на него Оксана, — не придуривайся! Это может плохо кончится. —С обеда принес, успокойся, пожалуйся, выключи паранойю, я же не дурак. Все в порядке, — чуть соврал вожатый, решив, что так точно будет лучше. — Я слежу за тобой, знай это!

***

Первый день в основном был наполнен официальной частью, регистрацией, речью директора, расселением, после обеда всех детей разделили на отряды. В каждом из них проводили различные игры на знакомство и создание дружеской обстановки. Вожатые называют этот период оргпериод, все были милы, старались познакомиться с детьми, поговорить с каждым хоть по несколько минуток. Тася весь день старалась держаться рядом с Есенией, избегая знакомства с другими, если их было можно избежать. Во что они только не играли. Вожатые всеми силы старались создать теплую обстановку и помочь ребятам привыкнуть к друг другу. Сергей оказался очень комфортным и милым, он показался самым расслабленным и уверенным в себе вожатым. Оксана была более резкой и было видно, что девушка переживает и порой чуть наиграно пытается развеселить детей. Арсений не пытался строить из себя вожатого, старался держаться рядом с детьми, бегал и прыгал вместе с ними, участвовал вместе с ними в играх. А во время игры "Крокодил" показывал страуса, вызвав шквал восхищенного смеха ребят. К концу всех этих игр Арсений прижался к стволу дерева и тяжело дышал, пытаясь восстановить дыхание. "Арсений, вы великолепны! Вы самый лучший! — слышалось с разных сторон. Тася стояла и искренне улыбалась, смотря в сторону вожатого, как будто абсолютно позабыв о том насколько ей не хотелось ехать и с каким настроением она приехала. Девушка почувствовала как по всему телу разлилось необъяснимое приятное тепло, которое заставляло биться сердце быстрее, а ладошки потеть, при каждом взгляде на него... — Отлично! Ребята, вы прекрасно поработали. Поэтому хотелось обрадовать вас. Сегодня вечером у нас первые посиделки около костра с гитарой. И если мы очень попросим, возможно, Арсений порадует нас своей игрой и пением, — анонсировала восхищенная Оксана, повернувшись к Арсению, — Ну что Арсений Сергеевич, можем ли мы рассчитывать на вас? — Разумеется, — уверенно произнес он, чуть сбившемся, но красивым низким баритоном, случайно встретившись взглядом с Тасей, которая нежно улыбалась, любуясь им...