Часть 2. Сыновья дома
1 мая 2023 г., 15:57
Его сыновья были дома.
Элронд выдохнул с облегчением и глубоким чувством удовлетворения. Он вознес благодарственную молитву богам за их благополучное возвращение и окинул взглядом свои обширные владения.
С балкона открывался прекрасный вид на Имладрис, который простирался перед ним во всей своей красе. Дикая зелень, впечатляющие скалы и стремительные реки органично сочетались с изящными, замысловатыми мостами, дорожками и домами. Он пока не видел сыновей, но сразу почувствовал, как они пересекли защищенную границу долины.
Некоторое время спустя раздался стук в дверь, и Эрестор подтвердил то, что, как он уже и так знал:
— Милорды Элладан и Элрохир и юный Эстель приближаются, — объявил он и по привычке сразу же добавил: — Они идут своим ходом и на этот раз не видно никаких ран. Нет никакой необходимости в посещении залов исцеления.
Элронд улыбнулся.
— Спасибо тебе, друг мой.
— Они мрачнее, чем когда-либо, — криво усмехнулся Эрестор. — Говорят о какой-то стычке перед самым домом. Они направились прямо в бани и должны успеть к ужину.
Элронд просиял.
— Ты же знаешь, что я рад их видеть в любом виде. Но лучше пусть будут грязными, чем ранеными.
Его сыновья всегда любили выходить на охоту за пределы своего дома. Но с тех пор, как Эстель достиг совершеннолетия, они все чаще и чаще брали его с собой. Элронд поощрял это, так Эстель отточит свои навыки для того, что ждало его в трудном будущем, но он так же был отцом и скучал по ним. Ему и так пришлось мириться с разлукой с Арвен, которая уехала к родственникам матери. В последнее время дом слишком часто казался пустым.
— Я договорился об ужине в семейной столовой, — сказал Эрестор, решив, что семья не захочет проводить этот вечер в общей столовой, где гости и жители Имладриса делили общие трапезы. — Я знаю, что когда они возвращаются, ты хочешь побыть с ними наедине.
— Ты слишком добр, мой друг, — сказал Элронд. — Спасибо.
***
Как обычно первым прибыл Элладан. Он подошел к отцу и торжественно поклонился, а потом весело улыбнулся ему и сердечно обнял. — Ты хорошо выглядишь, отец. — И ты невредим, — сказал Элронд, держа Элладана на расстоянии вытянутой руки и пристально осматривая его. — Я не могу просить о большем. Я надеюсь, что то же самое можно сказать и о твоих братьях. Элладан был больше всего похож на него. У них был одинаковый взвешенный подход и спокойствие. Хотя Элладан не стал бы ябедничать на своих братьев, Элронд всегда чувствовал, что они могут быть более или менее откровенны друг с другом. — Несколько царапин тут и там, — успокоил Элладан отца. — Тебе не о чем беспокоиться. Они подошли к обеденному столу, и Элронд усмехнулся, услышав глубокий вздох Элладана при виде щедрого угощения. Повара превзошли самих себя, обрадовавшись возвращению детей. — В дебрях нет такой еды, — сказал Элладан, но тут же задумчиво нахмурился. — Приборов только на четверых? Разве принц Леголас не присоединится к нам? Наши пограничники сказали мне, что он недавно прибыл. Леголас Трандулион, принц и посланник своего отца, короля эльфов Лесного королевства, посещал Имладрис для дипломатии и обмена разведданными примерно раз в век, с тех пор, как Трандуил установил связи с Имладрисом несколько столетий назад. Любезный принц был желанным гостем в долине, он очаровал как вечно любопытных нолдор, так и детей Элронда. Он был другом семьи, хотя еще не встречался с молодым Эстелем, поскольку человек стал частью семьи после последнего визита Леголаса. — Вряд ли стражники это знали, — сказал Элронд, поморщившись, — но Леголас не здоров. И сейчас отдыхает в своих комнатах. — Значит, все не так уж плохо? — спросил Элладан, слегка обеспокоенно наморщив лоб. — Можно и так сказать, — пробормотал Элронд, несмотря на неодобрительный взгляд сына из-за такого уклончивого ответа.***
Принц прибыл накануне без сопровождения, как делал время от времени. Он явно устал, потому что путь между Лихолесьем и Имладрисом был долгим и трудным. Справившись со своими обязанностями посланника Леголас сообщил об ухудшающемся состоянии их южной границы и участившихся атаках орков. Так что Элронда не удивило, что принц выглядел таким уставшим. Они быстро закрыли собрание, и Элронд приказал принести еду в покои гостя, чтобы он мог поесть и отдохнуть. Когда Леголас не появился на утренней трапезе в общей столовой, Элронд решил проверить принца. И он нашел бледного гостя, который лежал на кровати не пошевелившись от вторжения. Но за секунду произошла внезапная и смертельная перемена. В одно мгновение принц, не шевелясь, лежал на смятых простынях, а в следующее — он взмахнул рукой и его мощные пальцы лучника сомкнулись на шее одного из целителей, которых Элронд призвал на помощь. Целитель даже не успел закричать от удивления, а потом он не мог сделать вдох из-за жесткой хватки принца. Вокруг них разразился еще больший хаос. Мышцы Леголаса были скользкими от пота и напряженными. Целители пытались оторвать его пальцы от шеи их товарища, но пациент был слишком сильным. Эти пальцы лучника были предметом зависти его сверстников и страха его врагов. И они также могли быть смертью целителя, которого он держал за шею. — Открой глаза, лесной эльф, мы пытаемся тебе помочь! — воскликнул кто-то. — Ты убиваешь его, остановись! — взмолился другой. — Остановись, ради всех богов! — Трандулион! — рявкнул Элронд. И это слово дошло до него быстрее, чем все остальные, и принц в тревоге распахнул глаза. Они были поразительного льдисто-голубого цвета в мягком солнечном свете. Он ослабил смертельную хватку, отправив бедного целителя на пол, который кашлял и задыхался, отползая назад. Леголас в шоке поднял голову с кровати, чтобы проследить за отступлением своей жертвы. Он открыл рот, чтобы извиниться, но из его горла вырвался кашель, а не слова. Его повернули на бок, и это только дало ему лучший обзор на эльфа, которому он непреднамеренно причинил вред. Целитель со страхом смотрел на Леголаса. Целителю тоже нужна была помощь, и товарищи прикладывали холодные компрессы к его шее, пока лесной эльф на кровати виновато наблюдал за происходящим. — Мне очень жаль, — выдохнул он хриплым голосом. — Вам нужно дать мне снотворного, чтобы я никого больше не покалечил, — простонал он. Элронд коснулся лица младшего эльфа и помог ему погрузиться в сон.***
— У него инфицированная рана, — сказал Элронд Элладану. — Ее обработали, и она зажила достаточно хорошо, чтобы он смог добраться сюда. Но он с трудом держался на ногах. Нам пришлось провести небольшую операцию, и сейчас ему нужен только покой. — Значит, тебя беспокоит не рана, — отметил как всегда проницательный Элладан. Прибытие Элрохира избавило Элронда от ответа. Элрохир бросился прямо в объятия отца, не столько из-за того, что соскучился, сколько решив заявляя о своих правах. Его шаги вперед были широкими и целеустремленными. Любой, кто его не знал, занял бы оборонительную позицию, но Элронд с радостью распахнул руки. Этот сын всем дарил свою любовь. Элрохир напоминал Элронду давно ушедшего брата Элроса. Сын врезался в отца с такой силой, что у Элронда перехватило дыхание, но он также быстро вырвался из рук отца. — Давайте не будем долго пренебрегать этой едой, — весело сказал Элрохир. — Мы можем оставить объедки для Эстеля. — Но мы ждали тебя, не так ли? — Элладан поднял бровь, глядя на него. — У меня нет твоих моральных качеств, брат, — усмехнулся Элрохир, уселся на одно из кресел вокруг семейного стола и начал наполнять бокалы вином. — А почему столовых приборов только для четверых? — спросил он, неосознанно повторяя предыдущий вопрос своего более расторопного брата. — Я думал, что лесной эльф скрывается где-то поблизости. — Принц ранен, ничего серьезного, но он отдыхает в своих комнатах, — сказал Элладан и повернулся к отцу, чтобы продолжить допрос. — Так о чем ты беспокоишься, отец? — Нам пришлось предупредить целителей, которые ухаживают за ним быть осторожными, — мрачно сказал Элронд. — Если к Трандулиону приближаются, когда он не полностью проснулся, он проявляет агрессию, и это опасно для окружающих. Он чуть не убил одного из целителей голыми руками. Элронд ясно видел, как его сыновья напряглись на своих местах. Он знал, что они сразу подумали о своей матери. Келебриан уже не была прежней после того, как ее спасли из плена, где она подверглась пыткам. Перед тем, как она отправилась в Валинор для исцеления своей души, она тоже бездумно нападала на окружающих. — Я сомневаюсь, что у него и вашей матери похожие ситуации, — быстро сказал Элронд. — Я думаю, что жестокость и повышенная бдительность принца происходят из-за его солдатских обязанностей. И к сожалению, Леголас гораздо опаснее вашей матери, потому что он опытный воин. — По крайней мере, твои слова объясняют вот это, — сказал Элрохир, кивая на запястье отца, и доказывая, что он такой же проницательный как и его брат. Элронд посмотрел вниз на едва заметный синяк на своей коже, который не мог скрыть широкий рукав. Он забыл о синяках в том месте, где его схватил принц во время недавнего осмотра. — Он не был таким раньше, — задумчиво сказал Элладан. — Это не первый раз, когда Леголас здесь выздоравливает. Должно быть, что-то случилось у них дома. — Я думаю, что в этом виновато ухудшающееся состояние южных границ леса и частые нападения орков, — сказал Элронд. — Военные отчеты Леголаса становятся все более тревожными, и его повышенная бдительность только доказывает насколько сложная там ситуация. Я видел такое раньше, среди солдат, но ни у кого из вашего поколения. В последний раз Элронд видел такие страдания во времена тьмы и войны в прошлом. Он задумался, было ли состояние Леголаса предвестником грядущих событий для всех остальных. Стук пальцев Элладана по обеденному столу, вырвал Элронда из мрачных мыслей. — Как думаешь, он не будет против посетителей? Как сыновья хозяина дома, Элладан и Элрохир должны были развлекать гостей и посещать больных. Но Леголас был не просто гостем, а близким другом. — Не говори глупостей, Дэн, — сказал Элрохир с набитым хлебом ртом. — Почему Леголас будет против визита друзей? Элладан нахмурился и уставился на отца, словно оценивая позицию Элронда. Потом кивнул в знак согласия и спросил: — Итак, что нужно для ухода за Леголасом? — К нему нельзя прикасаться без его согласия, — сказал Элронд. — Ему необходим отдых, но мы будим его каждые несколько часов, когда приходим, чтобы проверить его пульс, температуру, дыхание, рану и конечности на предмет правильного кровообращения. Мы также всегда начинаем осмотр с краткого объяснения его ситуации на случай, если он дезориентирован. — Кажется, это достаточно просто, — сказал Элрохир, переключая свое внимание на мясо на столе. С легким удивлением Элронд отметил, что он с энтузиазмом налегал на еду, но также оставлял комично щедрые порции на общей тарелке для своего все еще отсутствующего приемного брата. — Мы также сократили штат целителей, — продолжил Элронд, — чтобы он не чувствовал угрозы со стороны незнакомца. Есть надежда, что со временем ему станет лучше. И тогда Элронда осенила идея. — Вы действительно можете помочь. Так как он вас знает и вы хорошо обучены исцелению. То есть если вы достаточно отдохнули от своих приключений и у вас больше нет других дел. — Наше единственное дело — потакать нашему отцу, — криво усмехнулся Элладан, — и мы в его распоряжении, куда бы это нас ни привело. — Это будет полезно как для Леголаса, так и для вас, — добавил Элронд. — Вы не должны использовать руки только для убийства. — Мы делали и другие вещи, — нерешительно пробормотал Элладан. Они так хотели отомстить за мать, что иногда их руки могли быть залиты кровью в течение нескольких дней. Даже после стольких лет их гнев не утих, и его можно было утолить только кровью врагов. Они часто охотились в дикой местности не только ради образования Эстеля. Однако для исцеления нужна была незапятнанная душа, и именно поэтому в последнее время Элронд старался не гневаться. Его жена немного понимала его. После того, как ее спасли из плена, она сошла с ума от пережитого испытания, но иногда приходила в себя. И в те драгоценные моменты она не просила его отомстить за нее, она просила его спасать жизни невинных. — Обучение целителя было очень полезно для Эстеля в дикой природе, — сказал Элрохир в поддержку брата. — Мы занимались не только убийствами. Мы так же лечили людей. — Если дни станут темными, и остальная часть Арды каким-то образом последует за упадком Лесного царства, ваш опыт поможет вам ухаживать за ранеными. Чтобы разобраться в тонкостях исцеления души и тела нужна постоянная практика, — сказал Элронд. Он не упомянул, что Леголас был хорошим образцом для обучения, потому что на его теле можно было найти следы всевозможных повреждений, включая ножевые ранения, укусы и яд пауков, ранения от орков и варгов. — Кстати говоря о людях, — сказал Элладан. — Где запропастился наш человек? — Эстель не стал бы заходить в комнаты Леголаса из-за своего безграничного любопытства, не так ли? — Элрохир нервно рассмеялся. — Правда? Элладан быстро поднялся со своего места и прорычал: — И ты еще говорил о моих моральных качествах. Элронд и Элрохир тоже поднялись на ноги и все они направились к дверям. — На одно мгновение Леголас положил одну руку на шею взрослого целителя, и опухоль была серьезной. Что такая хватка может сделать с молодым человеком… Неожиданно дверь распахнулась, чуть не врезав Элладана по лбу, и на пороге появился человек, о котором они говорили. — Эстель! — воскликнули близнецы с облегчением и удивлением. Подросток слегка подпрыгнул, и Элронд на мгновение задумался, как во всей Арде его трем могучим сыновьям удалось выжить и одержать победу в диких землях, когда они были такими глупыми. — Отец, — Эстель вздрогнул от вопля братьев, но быстро забыл о них, когда его взгляд упал на Элронда. Его серые глаза засияли при виде приемного отца. Элронд широко улыбнулся, и они обнялись. Эстель, как обычно, задержался в его руках. Элронд наслаждался этим мгновением, пока сам Эстель не отстранился, чтобы тепло посмотреть на отца. Лорд Имладриса отметил, что сын снова стал выше и нарастил еще больше мускулов. Эстель был чистым и опрятным после того, как привел себя в порядок, но на его подбородке появилась тень щетины, признак того, что скоро он станет настоящим мужчиной. — Я скучал по тебе, — искренне сказал он Элронду, но затем принюхался к воздуху и воскликнул: — Я умираю с голоду. — Как хорошо, что ты вернулся, — рассмеялся Элронд. Трое его сыновей вернулись к семейному столу, а Элронд последовал за ними, с любовью глядя на их могучие спины, когда они шли, толкая друг друга локтями. Иногда он просто наблюдал за ними и чувствовал себя таким счастливым. — Что тебя задержало, Эстель? — спросил Элладан, когда они сели. Подросток потянулся за булочкой и откусил от нее изрядный кусок. — Я шел по коридору и услышал стон из одной из гостевых комнат. Стражники сказали, что к нам приехал принц, и я решил узнать, могу ли я ему чем-то помочь. Элронд замер и пристально осмотрел молодого человека в поисках каких-либо травм или повреждений, намеков на то, что могло произойти какое-либо столкновение между любопытным подростком и сильным принцем. — Я проверил гостя… Элронд с трудом подавил стон. — Никто не говорил, что ему нездоровится, — продолжал Эстель. — В общем, я быстро осмотрел его, как ты нас учил, отец: пульс на запястье, температура, дыхание. Ему просто приснился кошмар, но он успокоился и быстро снова заснул. Я оставил его, вызвал более квалифицированного целителя чем я, для надлежащего обследования, а затем направился сюда. — С тобой все в порядке? — спросил Элладан. Эстель нахмурился. — С чего мне быть не в порядке? Элронд с облегчением выдохнул. Леголас, вероятно, все еще находился под действием снотворного, и, следовательно, не мог причинить вред. Или как гласила поговорка: боги любят дураков и оберегают их. Какой бы ни была причина, Элронд был счастлив, что Эстель избежал травм. Теперь они все могли бы вздохнуть с облегчением и все ему объяснить. Близнецы рассказали Эстелю о ситуации с Леголасом и о том, что пока они в Имладрисе им придется оказать помощь принцу. Эстель был невозмутим и тоже хотел помочь. — Я не понимаю из-за чего вся суета, — признался он. — Как видите он не причинил мне вреда. И я рад помочь. Я хочу узнать его лучше. Вы все очень часто говорите о нем. — Правда? — спросил Элладан. — Да, — решительно сказал Эстель. — Как ты думаешь, почему я ненавижу брать в руки лук и стрелы? Всего несколько минут тренировки, и я уже сыт по горло: Леголас это, Леголас то. И это уже не говоря про лошадей и верховую езду. — Ну, ты правда ужасно держишься в седле, — поддразнил Элрохир. Эстель бросил в него булочку. Элрохир поймал ее и с удовольствием съел. Элладан рассмеялся и указал на тарелку приемного брата, отметив, что у него теперь не осталось хлеба для себя. Эстель притворно надулся, и Элладан в конце концов, протянул ему то, что осталось от его хлеба. Элронд с удовлетворением наблюдал за ними. Его сыновья были дома. Теперь ему оставалось только помочь другому молодому эльфу встать на ноги и вернуться к своему собственному отцу.***
Сначала Элронд привел стойкого, послушного и правильного Элладана. А Элрохира и Эстеля отправили отдыхать в их покои. — Ты уверен, что достаточно отдохнул, сын мой? — спросил Элронд, когда они шли к гостевым помещениям. — Да, отец, — заверил его Элладан. — И я очень хочу быть полезным. После возвращение мне всегда тяжело уснуть. — Тогда хорошо. Сейчас мы просто проведем осмотр. А завтра мы будем меньше его беспокоить. — Если ты приведешь Элрохира и Эстеля, — усмехнулся Элладан, — вряд ли принцу светит отдых. Элронд сдержал смех только потому, что они подошли к двери лесного эльфа. Он постучал три раза, чтобы объявить об их прибытии, но вошел, не дожидаясь ответа. Элронд шел впереди, а Элладан следовал за ним. В комнате было тепло благодаря огню в камине, но пламя нужно было поддерживать, и Элронд сделал мысленную пометку позаботиться об этом позже. Сначала он сосредоточился на пациенте. — Мой принц, — сказал Элронд мягким, но твердым голосом, чтобы привлечь внимание Леголаса. — Я Элронд из Имладриса, ты под опекой моего дома. Ты помнишь? Леголас сонно моргнул, его глаза были поразительного синего цвета, к которому Элронд так и не смог привыкнуть. Он вздохнул и коротко кивнул, прежде чем снова устало закрыть глаза. — Милорд, — хрипло пробормотал Леголас. Он еще не полностью проснулся, но Элронд должен догадаться, что это обманчивое впечатление. — Ваш сын с вами. — Он только что вернулся из дикой природы, — сказал Элронд. — Привет, Леголас, — сказал Элладан. Принц только сонно что-то промычал в ответ, снова засыпая. Элронд сел на кровать рядом с левой рукой принца и пощупал пульс на его запястье. Леголас дернулся от прикосновения и крепко вцепился в запястье старшего эльфа, словно предупреждая. Элронд шикнул на него, и принц сразу опомнился, убрав руку и позволив себя осмотреть. Элронд посчитал пульс, отпустил его запястье и пощупал лоб и шею полусонного эльфа. Леголас опять дернулся, но проснулся достаточно, чтобы осознавать свое окружение и не нанес удар. Он был напряжен и встревожен, но позволил лорду осмотреть его. — Ты теплый, — спокойно сообщил Элронд, — но температура не высокая. Твое тело борется с инфекцией. Сейчас я послушаю твое дыхание и проверю рану у тебя на животе. Это будет неудобно, но я сделаю все быстро. Элронд подал знак своему сыну прося помощи, и пока мыл руки в тазу, Элладан осторожно стянул одеяло с эльфийского принца, сдвинув его на бедра. Леголас слегка вздрогнул от холода. Элронд вытер руки чистой тканью, затем шагнул вперед и развязал тесемки на тунике принца. Потом сдвинул одежду с плеч, чтобы обнажить грудь, и опустил голову, чтобы послушать дыхание и сердцебиение. Он пытался сосредоточиться на своих обязанностях целителя, а не на своем уязвимом положении, когда его шея была в непосредственной близости от крепко сжатых кулаков лучника. — Дыши глубоко, — велел он. — Если сможешь, дыши глубже, Леголас. Я хочу послушать, как работают твои легкие. Хорошо. Лорд Имладриса поднял голову и наткнулся на взгляд своего сына, который изучал неплотно перевязанную рану на правом боку Леголаса и другие шрамы и синяки на его груди. — Что во всей Арде там происходит, отец? — шепотом спросил Элладан. У Элронда не было хорошего ответа. Все они сталкивались с опасностью и трагедиями, но всегда трудно смотреть на шрамы на теле и душе. Его сыновьям тоже заработали свою долю шрамов, выходя за пределы долины для охоты. Но на Лесное королевство чаще, чем на Имладрис нападают враги. Глаза Элладана потемнели, и Элронд на мгновение задумался, что чувствует его сын. Иногда плохие новости пробуждали в них гнев, а в другие времена, как после плена и пыток Келебриан, в сыновьях проснулась жажда крови к их врагам, а в муже — сострадание и жажда к исцелению. Элронд перешел на другую сторону кровати и обратил свое внимание на промокшую повязку на правом боку принца. Целители оставили рану частично открытой, чтобы вытекал гной. Он осторожно снял повязку, но Леголас все равно ахнул и выгнулся дугой от боли. — Тише, — Элладан мягко надавил на плечи лесного эльфа и начал бормотать слова утешения, говоря принцу, что он в безопасности. Элронд услышал, как его сын испуганно зашипел, увидев рану. На коже принца были шрамы от старых швов, когда рана не один раз открывалась от резких движений. Это рана не могла нормально зажить, потому что прежде чем полностью исцелиться Леголас снова шел в бой, и рвал швы. — Нам пришлось сделать глубокий надрез, — пробормотал Элронд. — Теперь порез заживет хорошо, но здесь есть… — Отец, — сказал Элладан с беспокойством, и Элронд посмотрел на него, оторвавшись от раны. Бледный Леголас был спокоен, но с трудом держал себя в руках. Он нахмурился от боли, сжал челюсти, по телу прокатилась волна дрожи. Элронд кивнул своему сыну, и Элладан поспешил к ряду трав и настоек, разложенных на столе слева от кровати. Элронд приготовил инструменты для обработки ран, набор чистых тряпок и свежие бинты. Работая, он вполуха слушал, как его сын помог их пациенту сесть. — Нам нужно немного приподнять тебя, чтобы ты мог попить. Позволь мне помочь. Вот так, медленно… — тихо и спокойно бормотал Элладан. — Это облегчит твою боль, я обещаю. Он говорил как целитель, и Элронд был очень горд. Его сын был сильным и умелым, но у него были нежные руки. Он помог Леголасу напиться, а затем уложил его обратно на подушки. Однако принц не полностью расслабился и попытался самостоятельно опуститься на подушки. И это было огромной ошибкой, когда рану словно охватил огонь. Он резко вскрикнул и инстинктивно схватился за предплечье Элладана. У него была сильная хватка благодаря профессии лучника, и сейчас он схватился за руку друга с такой силой, что побелели костяшки пальцев. Элладан только прикусил губу от боли и кивнул отцу, чтобы тот продолжал осмотр. Элронд сосредоточился на своей работе, отбросив в сторону хриплые вздохи принца и тихие заверения Элладана. Он хотел как можно быстрее все закончить, и открыл свое сердце и разум больному эльфу. — Прости, — тихо и хрипло сказал Леголас, вырывая Элронда из его мыслей. Целитель поднял глаза и посмотрел на своего сына и принца. Леголас медленно разжимал сведенные судорогой пальцы с предплечья Элладана. Элладан взял принца за руку и снова прижал ее к своей покрытой синяками плоти. — Не нужно извиняться, друг мой, — тихо сказал он. — Держись за меня. Леголас вздохнул, и в душе Элронда вспыхнула гордость за сына. Лесной эльф уснул, и остальная часть осмотра прошла без происшествий. Поскольку Леголас все еще не отпускал Элладана, Элронд сделал всю работу самостоятельно, перевязал рану и зашнуровав тунику пациента, снова натянул одеяло на грудь лесного эльфа, чтобы ему было тепло. Потом приподнял одеяло с ног Леголаса, чтобы проверить, нет ли отека. Он помассировал икры, чтобы разогнать кровь, и снова натянул одеяла. Элладан остановил отца, когда Элронд наклонился, чтобы подбросить дров в камин. — Позволь мне сделать это, — тихо сказал он, наконец, высвободившись из хватки уснувшего лесного эльфа. Он опустил руку Леголаса на кровать и осторожно накрыл ее одеялом. Элладан подбросил дров в огонь. И Элронд видел как в темных, решительных глазах его сына отражается пламя. Иногда Элладан хорошо скрывал свои чувства, а иногда, как сейчас, его сын был раскрытой книгой. — Я бы хотел посидеть с ним немного, — сказал Элладан. — Ты только что вернулся, сын, — сказал Элронд, — и сам нуждаешься в отдыхе. Леголаса Трандулиона часто проверяют, и его состояние лучше. Может быть, ему и больно, но он идет на поправку. Элладан покачал головой. Как сын лорда Имладриса, от Элладана ожидали, что он будет навещать Леголаса из вежливости. Однако, поскольку с годами они стали друзьями, они всегда переживали если один из них был ранен. Поэтому сейчас он решил остаться с принцем. — Я бы хотел посидеть с ним немного, — снова сказал Элладан. — Конечно, — ответил Элронд с легкой улыбкой. Иногда плохие новости пробуждали гнев, а в другие времена — сострадание. Элронд взял сына за плечи и обнял, поцеловав в макушку. И когда его глупые дети успели повзрослеть, став выше и крупнее своего собственного отца. — У тебя доброе сердце, сын мой, — сказал он, тихо вышел из комнаты и закрыл дверь.***
Следующим пришел черед Элрохира присматривать за раненым. И он влетел в комнату вихрем, выгнав брата, чтобы он отдохнул. Элронд вздрогнул, когда Элрохир указал пальцем на сонного Элладана, сидящего на стуле у кровати Леголаса, и воскликнул: — Ты был здесь всю ночь? Леголас проснулся от такого громкого появления и с недоумением уставился на посетителей. Он в замешательстве переводил взгляд с одного близнеца на другого. — Доброе утро, Леголас, — приветствовал его Элронд более цивилизованно, бросив на Элрохира предупреждающий взгляд. Элрохир вывел Элладана из комнаты, не обращая внимания на отца. — Я Элронд из Ривенделла, — со вздохом сказал Элронд Леголасу. — Ты под присмотром моего дома… — Я помню, — пробормотал лесной эльф, и его глаза снова начали закрываться. Он устало провел рукой по лицу. — Я прошу прощения за то, что вам приходится со мной возиться. — А я прошу прощения за моего сына, — многозначительно сказал Элронд, когда Элрохир вернулся в комнату. — Привет, Леголас, — радостно, но все же тихо поздоровался тот, усевшись на кровать рядом с левой рукой принца. Лесной эльф приоткрыл один глаз и посмотрел на него. — Держу пари, ты не можешь точно сказать, кто я, — поддразнил Элрохир, взяв друга за запястье, чтобы посчитать пульс. — Ты выглядишь нормально, но все же стоит тебя осмотреть. Мы должны постоянно тебя проверять, вдруг ты решишь сбежать. Эльф на кровати хрипло рассмеялся. Губы Элронда изогнулись в улыбке, и он подумал, что суета его сына поможет принцу выздороветь. Он молча указал Элрохиру проверить температуру лесного эльфа. Но в его указаниях не было необходимости, его сын и сам знал что делать. Поэтому Элронд решил отойти и посмотреть. Элрохир стянул одеяло и расшнуровал тунику Леголаса на груди, чтобы послушать его дыхание. Лесной эльф тихо вздохнул и, казалось, снова медленно погрузился в сон. Потом Элрохир наклонился, чтобы прижать ухо к обнаженной груди принца и у него была доля секунды, чтобы перехватить руку друга, которая внезапно потянулась к его шее. Вместо смертельной хватки за шею, Леголас поймал Элрохира за запястье. У Элронда перехватило дыхание, и на долгое мгновение все трое замерли. — Не надо этого делать, — строго сказал Элрохир, хотя и не сопротивлялся железной хватке, чтобы Леголас не счел его еще большей угрозой. Принц сонно прищурился, его взгляд был настороженным, оценивающим. — Мы же друзья? — многозначительно спросил его Элрохир. Элронд наблюдал за напряженным разговором. Его сыновья знали Леголаса достаточно хорошо, но все же они считали его несколько сдержанным. Когда Леголас приезжал в сопровождении солдат своего отца, он проявлял сдержанность и в отношениях со своими людьми. Он не был похож на эльфа, который легко заводит друзей. Но в Элрохире был такой яркий свет. Элронд воочию видел, как Элрохир всю жизнь с любовью дразнил своего более сдержанного близнеца. Элрохир умел Элладана довести до яростного крика. Они были необходимы друг другу, Элрохир нуждался в Элладане, как большому кораблю нужен якорь. Но без Элрохира в парусах Элладана не было ветра. И Элронд видел, как его сын теперь давил на Леголаса. И многие дружеские отношения начинались с того, что сначала кто-то протягивал руку дружбы, рискуя быть отвергнутым. Элронд молча наблюдал за ними, надеясь, что предложение его сына подружиться не будет оотвергнуо. «Впусти его в свое сердце», — молил он принца. — «Он осветит твой мир». — Друзья, — прошептал Леголас нерешительно, ослабив хватку. Элронду этого было достаточно. Он знал, что позже на руке его сына появятся синяки, хватка лучника всегда оставляла следы. Но Элрохир не сбился с ритма, продолжая работу, а Леголас продолжал моргать, чтобы не уснуть. — Теперь твоя очередь, отец, — объявил Элрохир, отступая в сторону, чтобы Элронд мог опытным взглядом осмотреть рану в животе, а сам переместился к ногам Леголаса. — Нет, пожалуйста, — запротестовал принц, когда Элрохир откинул одеяла, чтобы осмотреть и помассировать его ноги. — Согласен, что это очень неловко, — криво усмехнулся Элрохир. — Но это нужно сделать. Кроме того, просто подожди, пока тебе не понадобится помощь, чтобы встать и сходить в туалет. Твое нынешнее положение покажется пустяком. Леголас раздраженно хмыкнул, и Элронд усмехнулся. Он не раз слышал, как Элладан, а иногда даже Эстель, издавали точно такой же звук, когда Элрохир начинал их доставать. — Так что просто помолчи и расслабься, — сказал Элрохир. — Все так говорят, — сонно пробормотал Леголас. — Но все продолжают беспокоить меня. — Придётся потерпеть, друг мой, — рассмеялся Элрохир. — И это тоже все говорят, — сказал Леголас, его глаза закрылись. — Друг. Здесь все так говорят. У меня дома опасно заводить дружбу. Элронд поморщился, жалея тех, кто не мог делиться своей дружбой из-за постоянной угрозы смерти. — Я сожалею об этом, — искренне сказал Элрохир. Принц спокойно перенес осмотр, и Элронд отступил от полусонного пациента, пока Элрохир поправлял одежду и одеяла на друге. Элрохир аккуратно поправил светлые волосы пациента на подушке и одобрительно кивнул. — Теперь все в надлежащем порядке, — сказал Элронд, и Леголас с трудом открыл глаза, чтобы выслушать целителя. — Мы больше не будем беспокоить тебя так часто, мой принц, и у тебя будет больше времени для настоящего, глубокого отдыха. Однако через несколько часов мы принесем тебе поесть, поскольку ты не ел полтора дня и тебе нужно подкрепиться. Это будет легкий суп, и нам нужно посмотреть, чтобы тебя не тошнило. Если все пойдет хорошо, к завтрашнему полудню ты сможешь ходить с посторонней помощью. Ты все еще будешь чувствовать слабость, но это пройдет в кратчайшие сроки. — Благодарю вас, милорд, — сказал Леголас и посмотрел на Элронда своими ясными голубыми глазами. — А меня ты не хочешь поблагодарить? — спросил Элрохир с усмешкой. Леголас тихо рассмеялся, но промолчал. Элронд подумал, что это мудро, не стоило еще больше раздувать эго его сына. — Мы оставим тебя отдыхать, но у меня есть прощальный подарок, — сказал Элрохир и вытащил маленький серебряный колокольчик из складок своей мантии. Он слегка потряс им, и по комнате разнесся тихий, мелодичный звон. — Если ты проснешься в одиночестве и будешь нуждаться в помощи, я прошу тебя позвонить в колокольчик. Не страдай в одиночку и, ради любви к богам, не вставай самостоятельно, пока отец не даст прямого разрешения. — Он вложил колокольчик в левую руку Леголаса и настойчиво сжал его пальцы. Элронд узнал колокольчик. Братья передавали его друг другу, когда один из них получал травму и должен был находиться либо в палатах исцеления, либо в своих комнатах. — Ты не захочешь использовать это, — предположил Элрохир, — но все равно используй. Леголас что-то проворчал себе под нос и снова уснул. Отец и сын оставили своего пациента отдыхать и вышли в холл, закрыв за собой дверь гостевой комнаты. — Он не будет использовать колокольчик, — нахмурившись, предсказал Элронд. — Упрямый дурак, — сказал Элрохир. — Кто бы говорил, — поддразнил Элронд сына. Сколько раз он поднимал с пола своих раненых детей, которые считали себя непобедимыми. Элрохир весело рассмеялся. — Но в конце концов, вы все стали использовать колокольчик, — признал Элронд. — Значит, ты считаешь, что он выздоравливает и его не так часто нужно осматривать? — задумчиво спросил Элрохир. — А что? — Элронд подозрительно поднял бровь. — После того, как ему принесут поесть, — сказал Элрохир, — не проверяй его как можно дольше. Ему придётся позвать на помощь. Ты видел его раны? Неужели все лесные эльфы стойко терпят все это? Он должен знать, что может позвать на помощь. И что еще более важно, он должен знать, что в тот момент, когда он позовет, кто-нибудь придет. — Ты думаешь стоит так на него давить? — неуверенно спросил Элронд. — Но ты же видел рану, она открывалась несколько раз. Если он встанет сам и снова навредит себе… — Тогда он, вероятно, переживет это, — криво усмехнулся Элрохир. — Я серьезно, отец. Мы должны исцелить душу так же, как мы исцеляем тело, ты сам так сказал. Пусть он позовет на помощь, и пусть увидит, что кто-нибудь придет. — Я подумаю. Элрохир улыбнулся, зная, что добился своего. Но его глаза светились благодарностью, он никогда не принимал свои победы как должное. — А я буду оставаться в пределах слышимости, — пообещал Элрохир. — Когда он позовет, кто-нибудь придет ему на помощь.***
Элронд где-то читал, что подростки людей были дергаются между желанием показать себя и желанием быть любимым. Возможно, человеку, выросшему среди эльфов, было вдвойне трудно, учитывая все неизбежные сравнения себя с остальными. Эстель хорошо переносил это, учитывая все обстоятельства. Но когда придет время и Элронд откроет то, что ожидает его в будущем, ситуация осложниться. Но это будет не скоро, сказал себе Элронд. Ему придется все рассказать Эстелю, но не сейчас. Сегодня у них были другие проблемы. — Эстель, мы говорили тебе не заходить в комнату Леголаса в одиночку, — сказал Элладан за завтраком. — Мы с Элрохиром обо всем позаботимся. Мы договорились, что ты можешь встретиться с лесным эльфом, когда ему станет лучше. Ждать осталось недолго. — Я не понимаю, почему я не могу помочь, — сказал Эстель. Он скрестил руки на груди, словно был капризным ребенком. Но он был сложен, как и близнецы, и выглядел скорее грозным, чем обиженным. — Я справился лучше, чем любой из вас, — отметил Эстель, указывая на синяки на их запястьях, которые оставил сонный лесной эльф. — Тебе просто повезло, — отмахнулся Элрохир. — Как и всегда. Но я не понимаю, как тебе это удалось. — Глупость вполне может развязать войну, — поддержал своего близнеца Элладан. Но для Элронда тоже было загадкой, как Эстель всегда оставался невредимым, когда все же заглядывал проведать Леголаса. Он только хотел быть полезным, но все они знали, что подростку было так же любопытно. И возможно он ревновал. Его старшие братья с детства его опекали. А теперь они были сосредоточены на ком-то другом, и он скучал по ним. Элронд веселился бы, если бы ситуация не была такой опасной. Он задумчиво потягивал вино. — Я серьезно, Эстель, — строго сказал Элрохир. — Я буду наблюдать за тобой. — Ты и должен это делать, — огрызнулся Эстель, — может быть, тогда ты чему-нибудь научишься. Элронд чуть не подавился своим вином.***
Поскольку его сыновья взяли на себя заботу о Леголасе, Элронду вообще не нужно было заходить в комнату лесного эльфа. Но он хотел проведать его не как целитель, а как друг. Шагая по коридору, он часто слышал как его сыновья ухаживают за принцем. Леголас исцелялся не только телом, но и душой, и пару раз Элронд слышал звон колокольчика. Однако Элрохир всегда опережал его, бегом кидаясь к другу, чтобы выполнить свое обещание оставаться рядом. Первый раз Леголас позвал на помощь, когда испытывал ужасную боль. — Судороги и спазмы в ране? — услышал Элронд из комнаты. — Да, — выдохнул Леголас. — Значит все заживает, — сказал Элрохир. — Твоя кожа и нервы соединяются вместе, возвращая чувствительность. Ты перенапряг свое тело. Леголас тихо застонал. — Надеюсь, это научит тебя ценить отдых. Стон превратился в тихий, раздраженный смех. — Больно, как в огне, но это тебя не убьет, — пообещал Элрохир. — Ладно, — прорычал лесной эльф. — Теперь ты можешь идти. Элрохир рассмеялся. — Не волнуйся, друг мой, мы тебя не оставим. У меня есть кое-что от боли. В другой раз Элронд подслушал разговор Элладана с Леголасом, и как и следовало ожидать, этот разговор был более спокойным. — Я действительно сожалею о том, что доставляю вам беспокойство, — тихо говорил Леголас. — Ерунда, — заверил его Элладан. — Ты бы сделал то же самое на нашем месте. Кроме того, это так же полезно для нас, как и для вас. Отец говорил, что руки не должны использоваться только для убийства. На пару минут наступила пауза. — А как насчет тебя? — нерешительно спросил Элладан. — Чем еще ты занимаешься? — Я… На мгновение Элронд испугался, что ответа не будет. — Я выращиваю растения. — Прекрасно, — с улыбкой сказал Элладан. В другой раз близнецы были вместе, и они спрашивали, как Леголас научился отличать их друг от друга. — Один выглядит так, словно несет весь мир на своих плечах. А другой — как будто с радостью положил этот мир на плечи брата. И Элронд ушел, тихо посмеиваясь про себя. И сейчас шагая по коридору, он ожидал услышать еще что-нибудь интересное. Но то, что он услышал на этот раз, почти заставило его броситься в комнату Леголаса. Эстель. Без сомнения, это его младший сын тихо что-то напевал. Элронд бросился вперед, но остановился у двери и собрался с силами. Нет смысла залетать внутрь и пугать всех. Но в этот момент он услышал спокойную тихую мелодию. Это была эльфийская колыбельная. И тогда Элронда словно ударило молнией. Вот почему Эстель всегда выходил невредимым после встречи с дезориентированным, полусонным, сверхбдительным Леголасом: он напевал колыбельную во время осмотра. Эльфийская колыбельная указывала на присутствие друга, а не орка. Но более того, это не так раздражало и утомляло как разговор. — Музыка, — пробормотал Элронд. — Я должен был подумать об этом. Топот из коридора привлек его внимание. Близнецы спешили к комнате принца, осознав, что Эстель был с Леголасом один. Элронд поднял руку, призывая их притормозить и послушать. Элрохир и Элладан, хотя и колебались, сделали так, как приказал их отец. Через несколько мгновений их глаза загорелись удивлением и пониманием, а затем в них появилась нежность. Элронд ухмыльнулся и отступил от двери, готовый оставить юного Эстела на произвол судьбы. Ребенок мог постоять за себя. И, возможно, поговорка была правильной, о королях и их исцеляющих руках. Но тут же отбросил эту мысль. Его сыновья последовали за ним, и они втроем пошли прочь по коридору. — Он умнее, чем мы думали, — сказал Элладан. — Я все еще думаю, что ему просто повезло, — сказал Элрохир с широкой улыбкой. — Иногда я смотрю на него и просто диву даюсь. Элронд знал, что он имел в виду, у него было такое чувство, словно боги бросили к их ногам волшебное существо. И это было не потому, что Эстель был человеком и отличался от остальных домочадцев. Дело было даже не в его происхождении и не в обещании королевского будущего. Эстель был волшебным существом благодаря его собственным заслугам. — Я часто удивляюсь всем вам, — искренне сказал им Элронд. — Но он действительно замечательный. — Возможно, он готов к тому, что должно произойти, — задумчиво пробормотал Элладан. Элронд поморщился, но не мог этого отрицать. Эстелю скоро нужно будет узнать правду о себе, возможно он готов к будущему, но сам Элронд не был готов его отпустить. «Вы и так не часто бываете со мной», — подумал он. — «Если бы Эстель знал, кто он и что должен сделать, я вообще не смог бы удержать вас здесь со мной». — Скоро придет время для этого, — сказал Элрохир. — Пока нет, — резко сказал Элронд. И кто сейчас говорил как капризный ребенок? Но все равно пока что было рано говорить о будущем. Жизнь человека и так была такой короткой, неужели ему действительно нужно было так скоро отдать своего сына на нужды этого ненасытного мира? — Скоро, — тихо пообещал Элронд. К счастью, эти душераздирающие мысли были прерваны звуком открывающейся двери, когда Эстель вышел из комнаты Леголаса. Он вздрогнул, обнаружив в коридоре свою семью, и виновато покраснел, зная, что его поймали с поличным. Впрочем, его смущение продлилось недолго. — Я… — начал он. — Оставь это, — со смехом прервал его Элрохир. — Ты молодец. Мы это знаем. Эстель на мгновение приоткрыл от удивления рот, а потом широко улыбнулся. — Я так тебе и говорил. Элрохир обнял брата за плечи, теперь они были почти одного роста, и они вдвоем весело пошли впереди по коридору к семейным комнатам. Однако Элладан не отставал от отца, и Элронд чувствовал, что тот с беспокойством наблюдает за ним краем глаза. Элронд успокаивающе похлопал сына по руке. — Все хорошо. Его сыновья были дома. Все остальное подождет до завтра.
