Вдохновение

      Оживлённая улица Лондона. Вдоль стен домов стоят торговцы. Уличные доктора, продающие микстуры; продавцы бижутерии, которые всë следят за прохожими, стараясь завлечь своими восклицаниями. Стена здания заканчивается, и начинаются витрины магазинов. Улица Ист-Энд не хвастается дорогими магазинами. Это нищий район, а поэтому экипаж проезжает мимо. В экипаже, прячась за большой шляпкой, сидит молодая девушка. Еë каштановые волосы забраны в небрежный хвост, а на макушке в пучок. Пучок украшает милый бант, давно купленный как раз в этом районе. Мадмуазель совсем молода, ей недавно исполнилось шестнадцать лет, но за красавицу уже всë решили…. Но об этом позже, ведь юная леди подняла голову, чтобы осмотреться, наконец. Теперь еë личико можно разглядеть лучше. Густые чëрные ресницы, веки слегка опущены, синие глаза без эмоций смотрят повсюду. Выражение еë лица говорит само за себя, юная леди не рада этой поездке. Но в экипаже она не одна, рядом сидит женщина уже в возрасте и девочка десяти лет. Женщина восторженно восклицает: - Совсем скоро ты выйдешь замуж, милая! Мы с отцом так счастливы, что, наконец, получим…. наконец, ты будешь счастлива! – оговорилась дама, отворачиваясь от дочерей.       Девочка, державшая в руках куклу, засмеялась и показала старшей сестре язык, на что девушка не отреагировала. Вместо этого юная леди ответила матери: - Сударыня, ради чего это всë? - Ради счастья. И немного из-за денег. Но, Эффи, милая, поверь, ты не пожалеешь, - отвечала дама, касаясь плеча дочери.       Обладательница интересного имени – Эффимия, лишь цокнула языком и снова спряталась в тени шляпы.       Экипаж остановился недалеко от Доклендса, возле шляпной лавки. Это сразу не понравилось миледи, но ужасно обрадовало мадам. Девочка выпрыгнула за землю, всë обнимая свою куклу, и поплелась вслед за матерью. Эффимия же не торопясь заходит в магазин, еë вполне устраивала та шляпка, что сейчас на еë голове. Эта шляпка идеально подходит по фасону к еë любимому лёгкому платью в чёрно-фиолетовом цвете. Но еë матери, баронессе, меньше всего хотелось слушать старшую дочь, поэтому леди пришлось зайти в лавку.       Глаза разбегались при открытии двери, ведь везде висели шляпки. Самые разные, самые лучшие, блистали и затухали. Чëрные, белые, красные, шляпки всех видов и из всех материалов. Розовые с цветами и чëрные со строгой цепью. Эффимия сама застыла, как вкопанная постепенно понимая, что может выбрать любую из них. Баронесса уже поспешила к продавцу и начала что-то ему рассказывать, показывая на листок бумаги. Младшая дочка нашла самую маленькую из шляпок, которая подошла бы ребёнку, но не кукле и решила, что для еë куклы она великовата. Приступ негодования накрыл милое дитя, и девочка раскричалась, что шляпка должна быть меньше. Эффи уже не тревожили крики сестры, и она направилась к витрине, перед ней были лучшие работы, которые сейчас безумно модны. Чëрная шляпка с фиолетовой розой на ней из шëлка особенно привлекла юную леди. Эффи покрутила головной убор в руках, а подойдя к зеркалу, поменяла свою шляпку на новую. На лице девушки расцвела улыбка. - Что…. Почему она чëрная? Возьми что-то другое, хватит так одеваться!! - Но я люблю эти цвета. - Хорошо тогда уберём только чëрный. Ты яркий цветок, а не старая дева. Тем более на свадьбу ты пойдёшь в белом.       Эффимия уже не сопротивлялась. О предстоящей свадьбе еë предупредили пять дней назад, а сама свадьба послезавтра. Такие вопросы не решаются за неделю, думала девушка, но оказалось еë родители с радостью отдают старшую дочь в обмен на неплохую сумму. У барона и баронессы были небольшие финансовые проблемы, а эта свадьба позволяла скрасить жизнь. Чем руководствовались родители жениха…. Так они ожидали, что сынок остепениться и успокоится, когда под боком появится жëнушка; так жëнушка ещë молодая и здоровая, способная легко родить наследника. Но не у жениха не у невесты не спросили, желают ли они свадьбы? Эффи, как только услышала о ней, сразу спокойно ответила: «Нет, сударыня. Я ещë молода, а также я хочу пойти учиться, а свадьба, и уж тем более ребёнок эти планы рушат». Разумеется, юную леди никто не послушал, и матушка с улыбкой сказала, что отказы не принимаются, а чему нужно девушка научиться и при дворе знатных людей под присмотром мужа и его семьи. Это означало, что девушка будет учиться исключительно на дому и только у тех учителей, коих вызвали для неë.       Прогулка по магазину шляпок продолжилась, баронесса заказала идеальную шляпку для себя и для маленькой дочки. Эффимия выбрала себе головной убор, который идеально подходит к её стилю и спасал от солнца лицо. Маленькая девочка выпросила у матери игрушку в соседнем магазине и буквально выбросила куклу на землю, когда взяла в руки новую. Эффи лишь закатила глаза, еë сестра была безумно избалованная и своим поведением выводила из себя всех, кроме своей матери. Девочке разрешалось всë, в то время как Эффимия должна была быть идеальной и послушной. Почему те малые деньги, коими владеет их семья, они тратят на прихоти сестры?       По приезду в дом, Эффи побежала в свою спальню, чтобы прихорашиваться перед зеркалом, а затем поспешить на встречу к подругам. Девушка села за туалетный столик и нанесла легонько розоватые румяна. Слуга красиво забрала волосы девушки, а потом помогла подобрать платье. В гардеробе Эффимии были самые разные наряды на все случаи жизни. Но выбор пал на нежно-голубое платье, украшенное белыми рюшами и узорами по низу подола. Крутясь вокруг себя, девушка завораживала своей грацией, подол платья, словно невесомый кружился вслед за ней. Эффи собралась куда быстрее, чем планировала, но вместо того, чтобы посидеть дольше дома, девушка всë же села в карету, но приказала кучеру сделать круг по Лондону по улице Блумсбери мимо скверов и площадей.       С книгой Гëте в руках, юная леди ехала дольше, чем ожидалось. Пусть и проезд в карете назвать комфортным сложно, ведь тряска была нетерпимая, но всë же это нравилось Эффи. В гости к подруге девушка успела к назначенному часу, как раз к обеду. Аккуратно спустившись на землю, Эффимия направилась к крыльцу, там еë встретил дворецкий и проводил внутрь. Девушка увидела коридор, в котором тут же появилась та, что еë пригласила. День обещал быть мирным, где дружной компанией из трёх девушек обсуждались бы все нюансы. Одна подруга Эффи была старше её на год, вторая же младше на год, но все втроём девушки прекрасно дружили ещë с малых лет. Как и ожидалось, разговоры, в конце концов, привили девушек к свадьбе и женихам. Эффи заикнулась, что замуж не хочет и подруги стали утешать её. - В таком то возрасте, да под венец! Бедняжка наша. Не бойся, мы тебя поддержим во всëм! – обнимала Эффи девушка с раненным правым глазом. - Спасибо, Люси. Я знала, вы лучшие… - вздыхала, растроганная любовью подруг, Эффи. Они теперь единственные люди, кто на её стороне. Те люди, кто не осуждают еë за нелепое нежелание. - Девицы-красавицы! Небольшой праздник намечается в саду одного маркиза. Вы понимаете, что мы туда сейчас же едем? - Поехали, - почти в один голос отозвались Люси и Эффи на предложение своей подруги Энн.       Меньше чем через час три юные красавицы в превосходных платьях уже входили в сад, где не нужно было приглашение. Маркиз, что устроил приём, был невероятно щедр, раз расставил столы с закусками и напитками для случайных гостей. Никто из леди не знал, кто этот мужчина, но все его мысленно благодарили, что он внëс в их жизни ещë красок. Энн поправила тёмные волосы, заправляя прядь за ухо и извинившись перед подругами, невзначай встала чуть ближе к молодому человеку в сюртуке и с розой в руках, который стоял спиной к новоприбывшим и разговаривал с кем-то. Энн ясно дала понять, что этот мужчина ей симпатичен, и что она желает его внимания, поэтому Эффи улыбнулась и хотела позвать Люси, но та словно в воздухе растворилась. Пришлось Эффи и Энн стоять вдвоëм, и смеяться чуть громче обычного лишь бы он обернулся. - Эффи, пожалуйста, урони бокал с шампанским и вскрикни, это привлечёт внимание! Только меня не облей, - с грустными глазами просила, даже умоляла, Энн, хватая подругу за руку, словно прося её не бокал уронить, а жизнь спасти. - Мне пожертвовать ради… - недоговорила свой ответ Эффимия, как услышала: - Ради любви, дорогая! – чуть не всхлипывая перебила Энн.       Эффимия не хотела портить платье, но подругу она любила и влюблённость понимала, поэтому подумала несколько секунд, затем Эффи вздохнула и нежно улыбнулась девушке напротив, сразу улавливая надежду в её глазах. Энн засветилась от счастья, но постаралась себя потушить, чтобы план сработал. Эффи взяла бокал шампанского, отпила немного, постояла. Через несколько секунд она засмеялась и словно из-за смеха выронила бокал из рук. Фарфор полетел на твёрдую землю и раскололся. Обе девушки синхронно вскрикнули и отшатнулись от бокала, Эффи продолжала посмеиваться и разглядывать своë платье, забрызганное напитком. По плану на Энн не попало и капли, та с улыбкой посмотрела на того молодого человека, встречаясь с ним глазами, искреннее улыбнулась. Но он не вызвал улыбку у Эффи, которая невольно тоже глянула на него….       Молодой человек был одет в тëмно-синий сюртук поверх белой рубашки и жилета с часами. Волосы его цвета ржи кудрявились, как у барашка, а лицо выражало настороженность из-за резкого звука. Черты его лица угловатые, но привлекательные, тëмные ресницы спадали на глаза, невероятно украшая их. А цвет глаз был особенным, ярче всех, какие только удавалось увидеть Эффимии…. Его глаза сияли цветом нового неба, словно переливаясь с цветом васильков. В руках молодого человека правда была роза. Контрастно красная с обрезанными шипами она выделялась на фоне тëмных оттенков одежды. Эффимия застыла, не отрывая взгляда от него. Тоже самое сделал и молодой человек, он смотрел только на Эффи, не дрогнув и не отводя глаз некоторое время. Все могли заметить, какая молния мелькнула меж ними. Энн не могла игнорировать этого, потому кашлянула пару раз, выводя обоих из транса. Эффи, опустила глаза и, заикаясь, произнесла нелепое: - Прошу п-прощения. Я такая неловкая… - Эффи отходила дальше. Юноша с розой же, наоборот, сделал шаг к ней, обеспокоенно спрашивая, бархатным голосом: - Мадмуазель, вы не порезались? Вам лучше отойти, - он обошëл осколки и остановился. Позади него осталась стоять Энн, зрачки её горели не от смущения, как у Эффи, а от злобы. Он ответила на вопрос, заданный не ей: - Всë в порядке, - звучало это совсем не естественно и удостоилось лишь короткого взгляды юноши с розой и сухого «хорошо» в ответ.       Эффимия огляделась по сторонам и заметила, что далеко не все обратили внимание на небольшой переполох, поэтому Эффи снова извинилась и, взяв Энн за руку, повела еë к выходу, оставляя молодого человека стоять и не понимать, в чëм дело. Энн вырвала свою руку из руки подруги и напугала еë своим злобным взглядом, в котором читалось негодование. - Что это было, Эффи? Я просила тебя помочь обратить внимание на меня! На меня, понимаешь?! Ты удумала украсть его, да? Гульня*! – сквозь зубы говорила Энн, которая легко злилась, вспыхивала как огонь, если хоть что-то, шло не по плану. - Энн. Прости. Я всë объясню, только послушай, - еле успела произнести Эффи, прежде чем подруга крикнула очередные ругательства, которые осуждались, если произносились женским ртом. - Говори, но не здесь.       Девушки ушли с приёма без третьей подруги, без Люси. Люси осталась на приёме, и общалась с людьми. Молодому человеку с розой на помощь пришёл друг: - Димер, вы, что это застыли? Влюбились, как-никак, в дочь барона? – говорил мужчина сорока лет с густыми усами, такими же густым, как его волосы. Он курил трубку, и дым выдувал в лица рядом стоящих. - Нет, - быстро ответил Димер, опуская глаза на осколки. Потом добавил уже громко в приказном тоне, для прислуги. – Уберите здесь!       Человек с розой, которая не нашла владелицу и осталась лежать на столе, был вельможей. Он носил древнюю фамилию Эллари, род которой берëт начало из пятнадцатого века. Их семья славится многочисленными территориями, где располагается графство и много садов. В садах этих выращивают фрукты, яблоки, виноград, грушу. Плоды продают, и это приносит деньги в семью, не считая доходов с графства. Тот, кто устроил этот приём, фамилию Эллари не носит, но является дальним родственником виконта Димера Эллари.       Димер, тот человек, что останется вечно молодым из-за своего характера, который изменчив и непредсказуем. Недавняя радость перерастёт в грусть и переживания, а те в негодование и чувство несправедливости. Эллари единственный сын и он от этого на жизнь не жалуется, но и счастья найти не может. А счастье он ищет. Много ищет, а не находит. Ищет в куртизанках, в вечерних прогулках, в выпивке, в друзьях или в наивных девушках. Всë это не цепляет, но хотя бы расслабляет. За ум отпрыск Эллари браться не желает, а вот себя найти пытается во многих увлечениях. Не книги, не музыка, не искусство, юного виконта не вдохновляет. В свои двадцать лет, он бездарность, который умеет читать и писать на нескольких языках, только благодаря строгости отца и его деньгам. Но это не заботит Димера, он живёт полной жизнью, иногда отвлекаясь на поиски любви….       Димер отошëл в сторону и через забор смог увидеть двух девушек, которые так громко ушли: Эффимия и Энн остановились и Эффи снова заговорила: - Энн, этот юноша. Он мой жених! Это Димер Эллари, он тот, за кого меня выдают замуж…. - Что? За него?! – всплеснула Энн руками. – Тогда я понять не могу…. Почему ты не хочешь замуж? - Дурочка. Тебе не понять… Я домой, - закончила Эффи и оставила подругу недоумевать в одиночестве.       Димер проводил девушку глазами до кареты, а потом еле слышно с насмешкой произнëс: - И на ней я женюсь, - на лице его появилась искренняя улыбка, после чего он вернулся к товарищам.       Димера окружали друзья, которые могли его поддержать во всех желаниях, будь то поход в культурное место, или развлечения в чьём-то доме. Эллари был востребован у нежного пола, это хорошо показала ситуация с Энн. Энн далеко не единственная влюблённая красавица из хорошей семьи. Димер обаятелен, красив и всегда опрятен. Изумительно разговаривает на французском и итальянском языках, а также может обеспечить избранницу неплохими доходами, и лëгкой жизнью под его крылом. Пусть официального имения семьи Эллари Димеру не принадлежат, он является единственным полноправным наследником. Виконт Эллари превосходит почти во всëм своих товарищей, ведь их тоже выбирал с умом. На фоне какого-нибудь графа Димер может казаться хуже, а вот друзья ниже статусом куда лучше гармонируют с ним. Но врага он выбрал на эмоциях, а не размышляя. Его враг равный ему и даже превосходит во многих аспектах.       Эллари пил уже третий бокал шампанского, но не мог настроиться на разговор с друзьями, вместо этого он представлял свою будущую жену. Эффи предстала перед ним впервые вживую, ведь раньше она лишь улыбалась с портрета. В жизни девушка была куда красивее, чем нарисованная рукой художника. От мыслей отвлёк голос товарища: - Димер, по тебе видно, что влюбился. Уже минут двадцать стоишь как статуя и смотришь в пустоту. У тебя же свадьба, имей совесть? – смеялся друг, хлопая Эллари по плечу. - Точно. Свадьба. Кевин, сегодня вечером мы едем в бордель, а до того времени я хочу видеть тебя исключительно пьяным, - Димер хитро опустил веки и посмотрел на друга взглядом охотника, который призывает товарища поскорее забыться в удовольствиях.       Остаток дня прошёл незаметно. Димер и Кевин вместе отправились сначала в паб, прожигая там время и собственный мозг, посредством употребления большого количества алкоголя. Удивительно, но Димер не пил много, он лишь довёл себя до состояния возбуждения и неоправданной радости. Кевин уснул на несколько часов, что легко отрезвляло его рассудок, но в тот же момент и понижали его в глазах других людей. Будучи не в трезвом состоянии двое друзей в одиннадцать вечера явились в бордель. Димера там узнали, а Кевин не так часто посещал такие места.       Общий зал двое мужчин сидят на диванах друг напротив друга, а вокруг них вьются полуобнажённые девушки, которые цепляют глаза привлекательными изгибами своих тел. Один из мужчин показался Эллари знакомым, а затем он тоже его узнал. Они когда-то вместе выпивали, а теперь встретились здесь. Все четверо расположились на мягких диванах и стали обсуждать тему, от которой Димер ранее сбежал:       - Эллари, мой друг, женитьба это не так плохо. Жена совсем не мешает развлечениям, разумеется, если она не приставучая. Учтите, женщины вашим планам не помешают. Тем более, вдруг она красавица? Такую грех от себя прогнать. Не находите? – прокуренным низким голосом говорил неприятный мужчина, на коленях которого сидела самая юная из здешних девиц. - Красивая. Ей всего шестнадцать. Эффимия де Кэрри. Может, слышали? – ответил Димер, затем поймав поцелуй девушки, платье которой было ей велико и почти слетало с неë, пока владелица ёрзала на диване возле гостя. - Вот и поздравляю, Эллари! Такой, как она, платить не нужно. У вас и так бюджет общий! – мужчина залился смехом и Димер тоже подхватил его задор.       Кевин не участвовал в разговоре от слова совсем. Его давно увлекла светловолосая девица, которая так ловко пробуждала в нём желание своим танцем. Кевин вскоре поднялся и, подхватив девушку на руки, вынес еë в другую комнату, закрывая дверь. Это вызвало ещë смеха от оставшихся мужчин.       Димер пил вино, когда темноволосая девушка возрастом больше двадцати лет выхватила его бокал из рук и остаток напитка медленной струйкой вылила себе на губы. Струйка вина, красная словно кровь, потекла по её шее, ниже, пачкая уже белоснежное платье. Девушка облизнулась и напускной грустью сказала: - О нет, моё платье испорчено. Мне нужно его немедленно снять….       Димер вздрогнул. Его прошибло, словно молнией, когда он схватил даму и повалил на диван, нависая над ней, полу сидящей, испачканной в вине. Девушка звучно простонала и потянулась к губам виконта. Димер страстно впился в её губы, словно не замечая людей рядом с ними. Они страстно целовались, а руки Эллари не могли прекратить блуждать по такому манящему телу куртизанки. Их отвлёк смешок знакомого: - Молодые люди, вы нам немного мешаете. Уединитесь-ка в спальне, - хохотал мужчина, выпивая свой бокал вина.       Димер неохотно отстранился от алых губ, которые теперь измазаны в помаде. Эллари легко поднял девицу на руки и также, как Кевин ушëл от общества этих мужчин, чтобы вкусить грешный плод. Куртизанка упала на кровать, еë руки были схвачены руками Эллари, а рот заткнут его губами. Виконт пришёл сюда за удовольствием, а эта леди за деньгами и возможностью…. К куртизанке Димер не привязан эмоционально, а лишь физически, и их скрепляет лишь физическая связь. Они не знают даже имëн друг друга, но всецело отдаются жару в их телах. Каждая подобная девушка мечтает, что человек, использующий её ночью, придëт к ней на утро и позовёт с собой, навсегда забирая из рук хозяина борделя. О таком смеют мечтать лишь они, куртизанки первого класса, они дороже, они красивее, они здоровы…. Брюнетка не получит от Димера ничего кроме денег на жизнь, но надежда умирает последней. А Эллари добился желаемого. Еë тело соблазняет, оно доступно и обворожительно, еë голос зовëт и сводит с ума. Но ничто не вечно, ведь Димер уходит, покидает красавицу, завёрнутую в простыни. Дверь закрывается, больше не слова. Девушку бьёт дрожь, она прячется с головой в белых простынях.       Димер оделся, замечая, что некоторые пуговицы на рубашке оторвались. С пиджаком в руках он вышел из спальни и вернулся к собеседникам. Но он уже не был также счастлив, как по приходу, теперь он легонько улыбался, словно плавая в облаках. - Как тебе тигрица? – ухмыльнулся Кевин, который теперь тоже присоединился к разговору. - Хороша. Невероятно хороша, - задумчиво ответил Эллари. - Да, эту девочку все знают. Странно, что ты раньше её не пробовал, женишок, - шутил мужчина с вином.       «Все знают» - эти слова вызвали дрожь в теле Димера и тот впервые почувствовал отвращение к девушке. Его стало тошнить, когда он случайно представил рядом с куртизанкой не себя, а другого мужчину. В тот момент он понял, что такие встречи для молодого господина не всегда лишь идеальны. Эллари встал и, не сказав больше не слова, вышел, заплатив хозяину больше, чем нужно. Он оставил всех в неведении, а сам молчаливо удалился. От былой радости не осталось и следа…. А ночь прошла в тëмной пустоте рассудка.