Вдохновение

24.08.1841       Дом в два этажа на красивейшей улице Бредфорд-сквер, потихоньку просыпается, а Летард уже гуляет по собственному саду. В лицо светит утреннее летнее солнце, трава на его свете переливается и приковывает взгляд. С кружкой чая Летард осматривает вишню. Еë спелые плоды переполняются соком и совсем скоро начнут гнить, теряя свой вкус. Летард срывает одну ягоду и кладёт в рот. Раскусив еë, чувствуешь сок с кислотой, которая заменяется сладостью и терпко сковывает рот. В руках графа уже открытое, но ещë не прочитанное, письмо. Сев на скамейку Летард вытаскивает из конверта сложенный вдвое лист и пробегает глазами по короткому тексту: «Графу Летарду Беккеру Я, Димер Эллари, жду вас с семьёй завтра в моëм доме. У моей Любимой жены День рождения. Вечер мы проведём в обществе друзей семьи, поэтому зовём и вас, сосед. Но только потому, что моя Любимая жена хорошо подружилась с графиней Беккер. Ужин обещает быть лучшим их тех, которые вы когда-либо посещали. 18:00, 25.08 Графиня Эллари будет рада вас увидеть»       Летард, прочитав письмо, рассмеялся, примечая, что Эллари дважды написал о своей «Любимой жене», с большой буквы. Граф вздохнул и мысленно ответил на приглашение «да», но писать ответ не стал. По негласному правилу с врагом нужно говорить лишь при встрече, а не перебрасываться записками. Приглашать – можно; отвечать – ни в коем случае, такое расценивается, как желание поговорить. - Лучший ужин их тех, что я когда-либо посещал? Хорошо, Эллари, покажи мне, что ты можешь, - усмехнулся Летард, складывая письмо обратно в конверт. Потом оно отправится в ящик его стола для небольшой коллекции редких писем Эллари. В кабинет графа вдруг забегает Август. Мальчишка за руку тащит за собой друга и смеëтся. Летард обоих ребят награждает грозным взглядом, за то, что не один из них не додумался сначала постучать. Август игнорирует этот взгляд, а его друг вздрагивает. Мальчик, стоящий рядом с Августом, выглядит бедно. На нëм старая рубашка, которая местами уже порвалась, штанишки, которые явно ему великоваты и старая, но крепкая, обувь. Его ярко-рыжие волосы перепутаны и непослушны, но мальчик не выглядит несчастным. Этот ребëнок заметно выделяется, на фоне дорогой мебели и обстановки семьи Беккер, тем более, стоя рядом с юным виконтом. - Отец, могу я показать Кили наш бальный зал? Он очень хочет посмотреть, а Линда нас не пускает… - без предисловий начал мальчуган. - Август, что за поведение? Кили, представься, - с лëгкой улыбкой сказал граф. - Киллиан Одли, сэр, - нервно ответил он. - Вот и отлично. Хорошо, Август, беги. Но не трогай ничего, что может разбиться. Линда вас покормит.       Август и Кили вместе побежали в бальный зал. В огромной комнате послышались шаги двух пар ног. Ребята стали играть в догонялки и смешно кричать, чтобы получалось эхо. Киллиан смотрел на красивые картины в зале, и одна зацепила его взгляд. Мальчик побежал к ней, а когда остановился, замер. На картине не было ничего особенного, это даже не произведение знаменитого автора, а лишь пейзаж некого любителя. Странный выбор для изображения: раненный глухой лес, обломленные столы и, съеденные насекомыми, пеньки, не одной живой души, не одного намëка на деревню поблизости. Лес показан холодным и серым, мёртвым… Он словно долго-долго кричал, просил о спасении, но сейчас замолчал навеки, так и не получив помощи. - Кили, что интересного в этой картине? Ты проиграл, ясно!? – возмущался Август, у которого старая картина отняла внимание друга. Мальчишка сотню раз видел холст, и он довольно сильно приелся глазу. - Она не нормальная. Зачем такое вешать в красивом зале, ты мне скажи! - Не знаю, догоняй!       Август смог оттащить Киллиана и заставить его, наконец, продолжить игру. Глупая картина отняла у детей слишком много драгоценного времени. Мать Августа заметила играющих ребятишек. Молодая светловолосая женщина в домашнем платье с улыбкой наблюдала на детьми, которые устали бегать и теперь лениво играли с деревянными мечами, параллельно рассказывая, на ходу выдуманную, историю. Мать Августа позвала мальчишек в сад, где прислуга уже накрыла небольшой столик у скамейки. Фрукты в большой тарелке возглавляли маленькое застолье. На двух тарелочках лежали пирожные, которые совсем скоро стали есть мальчишки. Август, посмотрел на друга и радостно провозгласил: - Кили! Сейчас мы с тобой пойдём к речке! Да, сударыня? – Август перевëл взгляд на мать, та улыбнулась и поцеловала мальчика в лоб. - Да, сынок.       Графиня Беккер с сыном и Киллианом пошли к месту, где бедные люди нашли себе приют – мост через Темзу. Под мостом сидели три взрослых человека и малыш на руках матери. Мужчина обнимал жену, а второй сразу поднялся, словно защищая семью от незнакомцев. Но графиню Беккер быстро узнали. Она со всеми поздоровалась и из тряпичной сумки стала доставать еду, которая сразу перекочевала в руки мужчин. Киллиан внимательно наблюдал, как графиня делится едой с бездомными, просто так, не требуя денег, безвозмездно и с чистым сердцем. Выслушав многочисленные благодарности, графиня присела рядом с женщиной, поцеловав еë в щëку, как давнюю подругу. - Перебирайтесь с сыном к нам? - Нет, спасибо вам огромное, графиня! Вы нам очень помогаете…. Но ваш муж уже сделал кое-что волшебное для нас! - Волшебное? Ну что же сделал Летард? – поинтересовалась графиня, с нежностью смотря на малыша в руках женщины. - Теперь нам есть, где жить, графиня. - Я счастлива! На обратном пути Киллиан спросил графиню: - Госпожа Беккер, зачем вы делаете это? - Понимаешь, Киллиан, не все семьи богаты, как графские… - начала графиня. - Вроде нашей, госпожа? – спросил наивный и чистый Кили, который начал понимать отличие своей семьи от семьи лучшего друга Августа. - Да, Киллиан… - графине было ужасно некомфортно говорить с этим ребëнком, который так пристально смотрел и ждал простых слов: «Есть богатые и бедные. Этого не изменить. Можно только помочь…» Август улыбнулся и взял друга за руку, уводя от матери. Мальчик сам сказал другу: - У нас есть много денег! А у них денег мало, поэтому мы отдаём немного денег им, чтобы они покушали и поспали.       Киллиан был слишком мал, чтобы в полной мере оценить бедность своей семьи и богатство семьи Августа. Главное для него в этом возрасте – веселье. Август толкнул друга и побежал. Кили побежал за ним, хохоча и крича. Графиня проследила за ними глазами и впервые за семь лет допустила мысль: «Августу незачем дружить с кем-то вроде Кили…»

***

      Эффимия, разворачивая белый конверт, уже предвкушала нечто великолепное. Кристалл всегда рисовал что-то для неë и всегда радовал. Но теперь в письме был лишь точный адрес. Девушка задумалась, но решилась туда поехать. Еë встретил небольшой сарай возле довольно приличного дома. Разумеется, графиня решила, что именно в доме еë что-то ожидает…. Но дверь сарая открылась, и Кристалл поманил Эффи пальцом. Девушка захихикала и поддалась. Еë руку крепко сжали, и Кристалл нежно поцеловал еë. А после девушка сама закинула руки ему на шею и приблизилась к его губам. Кристалл запер дверь, а потом нежно отстранил девушку от себя, от чего юная графиня недовольно хмыкнула. - Эффи, я пригласил тебя сюда не ради тайных ласк, - с улыбкой произнëс Кристалл. - М, мне и тебя достаточно, если ты про подарок… - Эффи чмокнула возлюбленного в шëку. - Обернись, моя дорогая, - тëплый голос Кристалла призывал к повиновению. Эффимия быстро обернулась и тут же застыла. На губах еë расцвела улыбка, она прикрыла рот рукой. Перед ней стоял холст с картиной. На картине были ясно изображена пара любящих людей. На фоне алого заката девушка и юноша держались за руки и смотрели друг на друга. Эти двое – не кто иные, как Эффимия и Кристалл. Легко угадывалась внешность обоих. Пара сидела на скамейке, сливаясь в объятьях. Они смотрели друг на друга, глазами полными любви и обожания. На глазах девушки выступили слëзы, а улыбка не сходила с лица. Большая картина произвела на неë великое впечатление. Она крепко обняла Кристалла, уткнувшись в его плечо. Тихого еë шёпота хватило, чтобы и его сердце стало колотиться быстрее: - Спасибо тебе…