Mein Engel

Меф открыл глаза и… ничего не увидел. Сплошная темнота. Руки потянулись к лицу, зачем-то щупая губы, много раз ломаный нос, наконец добрались до глаз, судорожно начали их тереть. Но всё было по-прежнему. Он ничего не чувствовал, кроме боли, ничего не видел, кроме темноты. Только тело ломило, но это было так отдалённо, будто плоть и вовсе не принадлежала ему. Помедлив, Буслаев попытался позвать. Кого – сам уже не помнил. Однако с губ не сорвалось ни звука, лишь жалкий хрип. От осознания собственного бессилия, повелитель мрака прокусил себе губу. Почувствовав железистый привкус крови, он более-менее успокоился, решив перевести дух и взять себя в руки. – Слабак, – вдруг услышал он чей-то голос. – Кто ты? – на этот раз Мефу удалось подать голос, пусть такой слабый и всё ещё ужасно хриплый. – Хозяин этого тела, – усмехнулись ученику мрака из темноты. – Но хозяин тела я, – наивно возразил Буслаев. – Ты проиграл, – неожиданно темнота расступилась, и перед парнем появился… он сам. Длинные волосы, не особо складное тело – всё было тем же. Но вот глаза… в них Меф увидел ненависть и одновременное с этим торжество победы. Запоздало он вспомнил, что прежде, чем отключиться, Арей провёл с ним беседу. Подготовил его и завёл разговор про Храм Вечного Ристалища, а так же возможные способы стать сильнее, потому что времени на тренировку у них нет. И одним из способов, самым подходящим был… – Хоорс? – вопросил с неуверенностью Мефодий. Двойник кивнул. – Я должен сказать тебе спасибо, – Хоорс издевательски поклонился. – Слабак с таким телом, полным такими возможностями… – он криво усмехнулся, взмахнув рукой с мечом Древнира. – Мне будет удобно в твоём теле. Ой, извини. В моём теле. – Я не слабак! – отчаянно вскрикнул Буслаев, кидаясь на двойника. Хоорс, смеясь, отошёл в сторону. Меф упал на колени. Спустя миг холодная сталь коснулась его шеи. Остриём Хоорс водил по ней, заставляя будущего повелителя мрака чуть вздрагивать. – Сопляк, который возомнил о себе невесть что. Так лучше? – с презрением в голосе прошипел Хоорс. В мгновение ока оказавшись перед Буслаевым, двойник сжал его горло. Да, это мало походило на жалкие потуги Скунсо казаться крутым. Меф захрипел, попытался вцепиться в руку Хоорса, но тело не слушалось, пальцы едва-едва черпали пустоту, слабо дёргаясь, словно в судороге. Вдруг хватка стала слабее, темнота отступила, вскоре и вовсе исчезнув. Зажмурившись, Мефодий почувствовал, что стало свободнее.

***

Резко поднявшись, он судорожно хватал воздух ртом, в горле пересохло. – Воды, – хрипло попросил Дарий. Ощущения были такие, будто он не пил столетиями. Ему тут же поднесли стакан с холодной водой. Осушая его, светлый поднял голову. Как он и ожидал, рядом стояла Улита. – Доброе утро, страна! – улыбаясь, помахала ему ведьма. – Я долго спал? – Дарий сел. В висках стучало так, что хотелось отрубить себе голову. Улита пожала плечами. – Нет, вроде нет. Стандартный человеческий сон. Хотя если для вас, ангелочков, это долго… – Нет-нет, нормально, – заверил её Дарий и поднялся. – У вас кофе тут водится? Ведьма лениво кивнула в сторону своего письменного стола. – Я не стала себя утруждать и купила нам готовый. Дарий благодарно кивнул и хотел уже встать, но вдруг заметил то, во что был одет. – А это что ещё за?.. Ведьма пакостливо захихикала. – Ты вчера нарвался на один клуб. Они… они так развлекаются. – Развлекаются?! – Дарий вытаращился на неё так, что ведьме оставалось только примирительно поднять руки. – По крайней мере они безобидные. Да и к тому же… – УЛИТА! – Загромыхало из кабинета Арея. Ведьма, не закончив фразу, тут же бросилась в кабинет мечника, будто не она постоянно кривлялась, ленясь идти, или ворчала, что шеф не пользуется её улучшениями. Дарию это показалось дурным знаком. Осторожно ступая за ней, Дарий проскользнул в кабинет Арея, надеясь, что никто его за это не убьёт. В кабинете было трое, не считая его. Арей, меривший комнату шагами, Улита, бухнувшаяся ни с чего на колени, и… Лицо Мефодия Буслаева было бледнее, чем косточки Аиды Плаховны. – Что с ним? Он мёртв? – обеспокоенно вопросил Дарий, так и оставшись беспомощно стоять у двери. Арей, казалось, вопроса не услышал. Улита же отмахнулась от него, будто от назойливой мухи, и даже не обернулась. Она была как никогда сосредоточена и серьёзна. Минуты казались часами, пока Улита то хлопала Буслаева по щекам, то прикладывалась своим лбом к его лбу, то массировала его виски, пытаясь добиться хоть какого-нибудь результата. – Шеф, я не могу! – наконец-то плаксиво пожаловалась она. Руки её блестели от пота, голос был полон усталости, словно она тут просидела целый день. – Не могу! Он… он… он выталкивает меня! Мечник, будто пробудившись от транса, остановился, а затем стремительно подошёл к ведьме, которая к тому моменту уже встала, отряхивая колени от грязи. Никто не успел заметить, как рука Арея взметнулась. Перед глазами Дария что-то мелькнуло, а затем он услышал хлопок. Только когда Улита отшатнулась, прикрывая щёку, он понял, что это была пощёчина. – Ты бесполезна, – с холодом в голосе сказал ей Арей. Улита стояла, не двигаясь, ничего не говоря. Дарий хотел подойти к ней, хоть как-то поддержать, но Арей вдруг уставился на него. Дарий отвёл взгляд в сторону, не в силах заставить себя посмотреть на мечника. – Принеси рюкзак светлого, – вдруг сказал Арей. Дарий невольно поднял голову. Мечник по-прежнему смотрел на Дария, только вот приказ явно предназначался не ему. От него требовали что-то другое, и Дарий понял это только тогда, когда Улита, к его удивлению, принесла его рюкзак, который, как ему казалось, канул вместе с флейтой и всем остальным его содержимым в том клубе. – Первый и последний раз, – процедил сквозь зубы Арей, перебрасывая ему флейту. Получалось, мягко говоря, не очень. За то недолгое время, что Дарий провёл в Москве, навыки уже потихоньку начали забываться без ежедневных тренировок, и играл он, наверное, всё, что угодно, но только не то, что было нужно. Краем глаза он заметил, что Арей начинал злиться. Флейта обожгла его руку, а маголодии резали слух. Очередная попытка потихоньку убивала его, но вида он не показывал, продолжая ждать. И всё же Дарий понимал, что Арей злится. Не из-за маголодий, так из-за чего-то другого. Только Дарий никак не мог понять, из-за чего. А ведь у него был способ всё закончить быстро. «Подари поцелуй», – предательски зашептал внутренний голос. «Должен быть другой выход», – упрямо возразил сам себе Дарий и, сжав кулаки, зажмурился. Маголодия тут же вспыхнула в его голове. Он сразу понял, что это нужная маголодия, и ещё быстрее осознал, что давно знал её – Шмыгалка как-то показывала им азы. Удивляло одно. Он знал (хоть и забыл изначально) начало маголодии, но большему их и не учили. Всё, казалось, происходило само. Дарию казалось это нечестным, неправильным, но он продолжал играть, потому как Меф начал подавать первые признаки жизни. Именно он подхватил Дария, когда пальцы уже устали играть, а в лёгких, казалось, не осталось воздуха. Начисто забывая о своей гордости, он с чувством выполненного долга позволил Буслаеву его обнимать, почему-то слишком крепко, чем требовалось.

***

Мефа переполнял стыд. После того, как Дарий вытащил его из астрала и спас от Хоорса, Арей отчитал его, словно неумелого мальчишку. Он был так взбешён, что Мефодию казалось, что мечник его убьёт. Улите, по крайней мере, досталось. Однако Арей делать с ним ничего не стал, только отправил в комнату. – Она ещё не готова, но тебе пока и кровати хватит, – буркнул Арей перед его уходом. – После испытания её, мне кажется, и доделывать не придётся. Меф старался не принимать его слова всерьёз, но всё же невольно об этом задумался и пришёл к выводу, что Арей, собственно, прав. Вероятность, что он в последний раз видит Резиденцию, была очень высокой. В комнате, что ему так «любезно» выделили, и впрямь не было ничего, кроме большой двуспальной кровати. Стены обшарпанные, ремонт тут явно не делали лет так сто, а полы такие грязные и пыльные, что заметить отпечатки чьих-то ног не составляло особого труда. Кровать, на удивление, была чистой, со свежими простынями. Он провёл рукой по гладкому, отполированному дереву, чтобы убедиться, что на ней действительно нет пыли. – Она проклята. – Услышал он чей-то голос. Обернувшись, Меф увидел Дария, прислонившегося к дверному косяку. – В смысле? – В прямом. На ней одного чиновника задушили. Лет так сто тридцать назад. – Весело, – хмыкнул Меф. – В обычном мебельном магазине, видимо, купить не судьба. – Это же Резиденция Мрака, – развёл руками Дарий. – Чего ты ожидал. Буслаев, по правде сказать, ничего не ожидал. На него вдруг накатила такая усталость, что ему уже было плевать, кого тут задушили, и даже если бы в данный момент кого-то на этой кровати убивали, он, разве что, попросил бы жертву сопротивляться потише и рядышком лёг спать. – Ты что, тут спать будешь? – В голосе Дария слышались нотки брезгливости. Меф в этот момент уже разделся и лёг под одеяло. – Ну да, – спокойно ответил Буслаев. – Тебе бы поспать тоже не мешало, так что ложись, если хочешь. – Но она же проклята, – с нажимом повторил Дарий. – Дело твоё, конечно, можешь и на полу устроиться, я не настаиваю. Немного помявшись у двери, светлый, ворча и бубня себе под нос, всё же сдался и спустя считанные мгновения лежал с Мефодием, даже не удосужившись раздеться. На нём сейчас была его одежда, которую Улита каким-то чудом забрала вместе с рюкзаком, но он всё равно чувствовал себя крайне неуютно. – Слушай, Дарий, – вдруг подал голос Меф. – Чего тебе? – Ты со вчерашнего дня что-нибудь помнишь? Дарий честно задумался. – Смутно что-то где-то припоминаю. Я бы даже сказал, оооочень смутно. Детали только, и то не все. Они мне какой-то наркотик дали, наверное. Всё как в тумане. – Сейчас-то всё нормально? – Ага, порядок. Меф ему не поверил, но настаивать на другом ответе не стал. Сам он тоже едва помнил вчерашнее, но сейчас, когда Хоорс не захватывал его тело, а Арей не давил своими нотациями, Буслаев потихоньку восстанавливал в своей памяти всю картину произошедшего. От содеянного ему было не по себе. Он вспомнил, с каким желанием хотел, чтобы Дарий ему подчинился, вспомнил, что хотел с ним сделать и сделал бы, если б Арей не пришёл вовремя. Он не хотел быть монстром. Однако все эти странные метаморфозы происходили всё чаще, слишком часто за те несколько дней, что он провёл с Ареем и остальной компанией. Радовало сейчас одно. К Дарию, лежавшему совсем рядом, никаких подобных желаний не было. – Тебе страшно? – Голос Дария вывел его из размышлений. – Страшно? – Ну, завтра тебе предстоит рисковать жизнью, всё такое. Меф готов был признаться, что даже не задумывался об этом. Испытание ему казалось чем-то далёким, а сейчас его волновали более насущные проблемы. О Храме Вечного Ристалища он будет волноваться позже, так он для себя решил. – Не знаю. Может быть, чуть-чуть, – в конце концов, осторожно ответил Мефодий. – По правде сказать, я даже не знаю, чего бояться. Всё происходит слишком быстро, я не успеваю понять хоть что-нибудь. И никто не может мне толково объяснить. – Вряд ли я тебе в этом помогу, – вздохнул Дарий. – Я и сам ничего не знаю, кроме того, что я должен тебя защищать. – Защищать? От кого? – От тебя самого, наверное. Меф повернулся к Дарию. Светлый смотрел прямо на него, и Буслаев был готов поклясться, что в глазах Дария он видел обиду, как будто бы «смутные» воспоминания вдруг стали чёткими и ясными.

***

Хлебнув медовухи, Арей поправил нагрудник. Меф, скрестив на груди руки, смотрел в угол, где покоилась коробка с его мечом. Арей запретил ему брать меч и выдал только кинжал, хотя Буслаеву было бы гораздо спокойнее, будь у него под рукой меч, а не «ножик для резки колбасы», как он сам выразился. Однако мечник был непреклонен и суров, сказав Буслаеву только то, что ежели он не хочет кинжал, то вынужден будет идти без какого-либо оружия вообще. Пока же они решали вопрос с ножиками и мечами, Улита, непривычно молчаливая, закончила чертить руну. – Милости прошу, как говорится, к нашему шалашу, – буркнула ведьма и поднялась с колен. Перо, которым она работала, было вымазано какой-то жёлтой вязкой жижей. От жижи несло и за тысячу километров. – Что это? – спросил Буслаев, морщась от противного запаха. – Руна телепортации, – ответила Улита, неся перо на расстоянии вытянутой руки к мусорке. – А зачем? Разве так нельзя? – снова задал вопрос Мефодий, припоминая, как быстро Арей телепортнулся с ним из клуба. Улита косо на него посмотрела. – Если б всё было так просто, как думаешь, корячилась бы я тут сейчас? – прошипела она в ответ. Арей предусмотрительно влезать в перепалку не стал, зато шагнул за начерченный круг с такой аккуратностью, которую ожидать от грузного стража никак было нельзя. Меф, пожав плечами и поправив кинжал, шагнул к нему. Ведьма же вновь подошла к начертанному, проверила, не обрывается ли где круг, и так быстро пробубнила заклинание, что Дарий, стоявший совсем рядом, не успел ничего разобрать. Руна призывно замигала, а в следующий миг Арей и Мефодий исчезли. Впрочем, руна не погасла. Дарию даже показалось, что мигать она стала ярче. Улита, совсем не обращая на это внимания, безразлично хмыкнула и села за свой стол, взяв тут же в руки журнал. Не зная, куда ему приткнуться, Дарий беспомощно смотрел то на руну, то на ведьму. – Ну и что ты тут ещё делаешь? – спросила у него Улита, не опуская журнала. – В смысле? – непонимающе переспросил Дарий. – Ну так, я руну на троих рисовала, а телепортнулось только двое. Она тебя ждёт. – Меня? – Дарий, ты глухой или как? – Или как, – согласился Дарий. – А ты сама не пойдёшь? – Пфф, – фыркнула ведьма. – Больно надо. Хватит с меня этих весёлых приключений. А то снова виноватой останусь. А вот ты бы поторопился, а то действие руны скоро закончится. Недоверчиво посмотрев на руну, Дарий всё же осторожно шагнул в неё, предусмотрительно прихватив с собой рюкзак, где была флейта и Рог Минотавра, о котором он уже успел забыть. Когда привычный мир уже потихоньку начал исчезать, он услышал Улитин голос: – А за котярой твоим я присмотрю! Он вроде ласковый! – Депресняк?! – прокричал Дарий, однако в этот самый момент его перенесло, и крик потерялся где-то в пространстве. Когда он окончательно переместился, то обнаружил, что Арей и Меф не успели уйти далеко, и если он поторопится, то за считанные секунды их нагонит. Бежать, как оказалось, было тяжело. Выложенная камнями дорога была занесена песком, поэтому приходилось активнее шевелить ногами. Он был бы рад материализовать крылья, но почему-то ему казалось, что лучше этого не делать. К тому же в этом не было никакой необходимости, ведь… – Добрый вечер, я диспетчер. Вам не нужен ангел на вечер? – весело бросил им вслед Дарий, когда уже почти нагнал их. – А ты тут что забыл? – нахмурился Арей, обернувшись и увидев светлого. – И где Улита? – Улита отдала мне свой билетик сюда, – беззаботно ответил Дарий, как будто перед ним стоял старый приятель, а не барон мрака Арей. – Прям от сердца отрывала, но ради меня смирилась и осталась в Резиденции. Арей хмыкнул и ничего больше не сказал, однако Дарий счёл это за разрешение остаться. Впрочем, другого выхода у Арея и не было, и светлый это прекрасно понимал. Если возвращаться, то сразу и всем вместе. – А на карте можно найти это место? – тут же спросил Буслаев, наверное, продолжая тему, которую они начали без него, Дария. – Что скажешь, светлый? – усмехнулся Арей, кивнув Дарию. – Можно или нельзя? Дарий постарался вспомнить хоть что-нибудь из уроков по истории стражей, но выходило как-то слабо. – Если я не путаю, – осторожно начал он, – мы в Срединных землях… – Верно, – кивнул Арей. – В Срединных землях. Вряд ли ты, Меф, мог это услышать на уроках географии в этой твоей лопухоидной школе. Ответ, я полагаю, ты додумаешь сам. – То есть, на карте его нет? – уточнил Мефодий. – В лопухоидном мире его нет! – не выдержал Дарий. – Ты всегда такой тормоз? – А тебе обязательно быть такой язвой? – В чём-то он прав, синьор помидор, – вставил Арей. – До тебя всё доходит медленнее, чем нужно. Но ничего. Пройдёшь испытание, и я возьмусь за тебя всерьёз. При этом Арей улыбнулся так кровожадно, что Мефу стало несколько не по себе. Внезапно мечник остановился, будто к чему-то прислушиваясь, и схватился за меч. – Дальше идите без меня, – процедил сквозь зубы Арей. – Почему? Что случилось? – обеспокоенно спросил Меф. – Храм меня не пропустит, а я нужен здесь, – кратко и без лишних пояснений ответил барон, пытаясь что-то высмотреть вдалеке. – И куда нам идти? – Дарию их путешествие уже успело разонравиться. – Я не знаю дороги. Арей страдальчески взвыл себе под нос. – Тебе ли не знать, светлый, что Храм сам решает, где и когда ему появиться! Идите куда угодно, главное подальше отсюда! – Очень информативно, – проворчал Дарий, но спорить не стал и пошёл вперёд, увлекая за собой ничего не понимающего Буслаева. – Меф! – Услышали парни вслед. – Прислушивайся к своей интуиции! Слушай себя! Мефодий обернулся, надеясь ещё увидеть Арея, но внезапно поднялся ветер и, подняв целую тучу песка, скрыл из видимости весь путь, что они прошли. Оставалось только идти вперёд.

***

– Если я ничего не путаю, – снова начал Дарий, – сейчас тебе нужно пройти Лабиринт. – А то я не вижу! Они стояли перед входом в нечто, что можно было назвать шахматной доской, но никак не лабиринтом. За доской виднелся Храм. Вымотанный блужданиями по песку и ворчанием светлого, Буслаев двинулся вперёд, приободрённый тем, что скоро всё закончится. – Ты что, совсем с головой рассорился?! – заорал на него Дарий, оттаскивая от первой плитки. – А чё? – нахмурился Меф, не обрадованный таким проявлением чувств товарища. – А ничё! Тебе разве Арей не успел рассказать, что каждая плитка – это препятствие? Меф хмыкнул и скрестил на груди руки. – Раз ты такой умный, то показывай, куда наступать! – Если б я только знал, – устало вздохнул Дарий. – Единственный экземпляр карты (да и то неполный!) затерялся пять лет назад, насколько я помню. – Ну и что нам делать? – Не знаю, – пожал плечами светлый. – Ты тут у нас избранный. Меф снова подошёл к первой плите, на этот раз даже не пытаясь наступить на неё. Если сложить воедино все факты, то результат получался безрадостным хоть так, хоть эдак. Во-первых, имелся Лабиринт, который внешне не походил на настоящий лабиринт. Во-вторых, имелся Храм, в который ему нужно, по правде сказать, не совсем ясно зачем. И чтобы попасть в Храм, ему необходимо пройти этот чёртов лабиринт-не лабиринт, не исключая тот факт, что каждая плитка, если верить словам Дария, таила в себе опасность. Идти напролом, наплевав на все предостережения, было нельзя. Оставалось только положиться на… точно! Арей же говорил об интуиции! – У меня, кажется, есть план, – сообщил Мефодий Дарию и сделал первый шаг. – И это твой план? – натянуто проговорил Дарий, перескакивая за Буслаевым на очередную плиту. Каждая клеточка его тела, казалось, была напряжена. Мефодий, напротив, был расслаблен и спокоен, как будто гулял по полю с ромашками. – Пока работает, как видишь, – отстранённо ответил Меф, выискивая безопасное место. Интуиция его не подвела. Стоило ему сосредоточиться и посмотреть на Лабиринт, как путь вырисовывался сам по себе, а вместе с ним Лабиринт показывал и истории, скрытые в нём. Меф видел, как умирали предыдущие «счастливчики», видел, как в последние минуты жизни они судорожно дорисовывали карту, чтобы передать её следующему, видел, как Аида Плаховна забирала их жизни в свой бездонный рюкзак. Он не сомневался, то она и сейчас бродит где-то рядом, ожидая, когда он оступится. – Ты не находишь, что это слишком просто как-то? – продолжал ворчать светлый. – Твоя эта гипер-интуиция. – Я не знаю, как это происходит, – стараясь не отвлекаться, сказал Меф. – Оно происходит и всё. И раз уж так, я пользуюсь моментом. Мог бы и «спасибо» сказать. – О да, так мне гораздо спокойнее! Меф не ответил, и они продолжили свой путь. Как оказалось, дошли они быстро. Оглядываясь назад, Дарий с удивлением обнаружил, что они всё ещё живы. Оставалось преодолеть последнюю плиту, но Меф вдруг замер, в растерянности уставившись себе под ноги. – Ну, что там? Чего стоим, кого ждём? – Дарий похлопал его по плечу, пытаясь привлечь внимание. – Я не знаю, на какую плиту надо наступить, – тихо ответил Меф. – А не всё ли равно? Тут перепрыгнуть можно. Но Мефодий его не послушал и шагнул вперёд. И в тот самый момент, как его нога коснулась последней плиты, его будто парализовало, а когда к телу вновь вернулась способность жить и двигаться, он увидел перед собой… самого себя! – Ты ничтожжжество. Монсссстр, – шипел двойник. – Ты не досссстоин. Умри! Меф ожидал, что двойник бросится на него, но вместо этого он достал точно такой же кинжал, какой Мефу дал перед отправлением Арей, и… Дарий так и не понял, что произошло. Меф не двигался вообще, а потом внезапно рухнул, как подкошенный, схватившись за живот. Перепрыгнув на ступеньки Храма, Дарий тут же затащил его к себе. – Эй, избранный ты наш, что с тобой? – Дарий похлопал его по щекам, но Меф признаков жизни не подавал. Видимых ран не было, а светлый предпочёл бы сейчас их – по крайней мере, это он залечить в состоянии. Значит, проблема снова крылась в его голове. Дарий мог бы использовать маголодию, ту самую, что вытащила Мефа из лап Хоорса, но понимал, что у него не получится. Прошлый раз был чудом, удачей, а сейчас всё может закончиться плачевно. – Ты не можешь тут умереть! Ты же почти прошёл этот сраный лабиринт! – кричал светлый, молотя по его груди кулаками. От бессилия и внезапно накатившей усталости он опустил руки, оставив Мефа в покое. – Ну вот и всё, – сказал он ему. – Нам придётся остаться здесь. Ты хоть понимаешь, как глупо ты помер, а? Меф предпочёл отмолчаться. – В этом, конечно, есть свои плюсы. Мне не придётся возвращаться в Эдем, где меня бы наверняка выгнали обратно, а ты не станешь мега-супер повелителем мрака, который уничтожит весь мир. Меф, конечно же, и тут предпочёл промолчать. Дарий фыркнул. – Ну и пожалуйста! Ну и помирай! Знаешь, а ведь на самом деле я помню, что произошло в клубе! Не всё, конечно… Но в общих чертах! И это было мерзко! Хотя было бы куда хуже, если бы ты меня поцело… Дарий осёкся. – Ох, нет, Дарий, ты же не собираешься этого делать? – спросил он у самого себя, вскакивая с места. – Смотрика-ка, ты уже даже начал говорить сам с собой! Ты просто псих, Дарий! Законченный псих! Обречённо посмотрев на Буслаева, он вдруг как-то сник. – Всё ведь к этому и шло? – он наклонился к его лицу. – Все эти сумбурные, «случайные», притянутые за уши ситуации, которые нас должны были сплотить. Это дурацкое предсказание Феи… Времени оставалось совсем немного. Вздохнув, он быстро накинул на шею Мефа свои бронзовые крылья и осторожно поцеловал, в глубине души всё же надеясь, что поцелуй не возымеет никакой силы. Внезапное ощущение единства эту надежду убило окончательно. Исключений, конечно же, быть не может. Поцелуй, дарованный стражем света, навсегда объединял стража с тем, кому поцелуй предназначался. И это Дария подтолкнуло к мысли, что он теперь просто вынужден влюбиться в Мефодия Буслаева, будущего повелителя мрака.

***

Когда Меф открыл глаза, он обнаружил себя на ступеньках Храма Вечного Ристалища, что было крайне странно. Последнее, что он помнил, это двойника, подло пырнувшего его в живот, а потом – темнота. Тогда Меф думал, что умрёт, но он, на удивление, был ещё жив и даже вполне себе в нормальном состоянии. Никакой раны, задрав футболку, он не увидел. Ни шрамика, ни царапины. – Оклемался? Меф повернул голову и увидел Дария. – Угу, вроде бы, – кивнул он, аккуратно поднимаясь, как будто испугавшись, что рана от кинжала каким-то магическим образом появится. – Ну вот, ты можешь стоять, – сказал светлый, наблюдая за ним. – Отдавай. – Что отдавай? – не понял Буслаев. И только сейчас он почувствовал дискомфорт. Как оказалось, на его шее висела цепочка с бронзовыми крыльями Дария, и цепочка уже начинала нагреваться. – А зачем это? – спросил Меф, снимая с себя кулон. От этого вопроса Дарий неожиданно покраснел и так быстро выхватил крылья, что Меф примирительно поднял руки, испугавшись, что страж набросится на него. – Неважно! – стыдливо буркнул Дарий, набрасывая цепочку на себя. – Идём! Мы и так потеряли слишком много времени! Пожав плечами, Буслаев не стал ему возражать и поспешил за ним. Их шаги эхом раздавались по пустым коридорам. Ни Дарию, ни Мефу Храм не нравился от слова «совсем», но факт, что им не пришлось долго блуждать, их приятно удивил. Ни в одной комнате не было ничего, что могло бы их заинтересовать, и они бы наверняка устали смотреть на это однообразие, если бы не нашли нужную комнату так быстро. В ней стоял только саркофаг, и Буслаев сразу узнал это место. Оно снилось ему лет с тринадцати, и в последнюю неделю снилось всё чаще и чаще, буквально каждую ночь вместо привычных две-три ночи в полгода. И, конечно же, он прекрасно знал, что ему нужно делать. Дарий же встал поодаль, наблюдая, и ждал. Просто ждал.

***

Вышли они из Храма Вечного Ристалища в темноту. Дарий уже успел забыть, что выдвигались они утром, а когда заходили в Храм, солнце начинало садиться, и теперь удивлялся, что в его понимании «быстро» оказалось очень даже «долго». Впрочем, спустя считанные мгновения его перестало это волновать, и он сосредоточил свои мысли на Мефодии. Меф же, казалось, вообще не заметил, что в освещении что-то изменилось. Он уверенно шёл вперёд, ни капельки не уставший. Плиты с ловушками его тоже теперь не беспокоили, потому как он знал, что после того, как Храм расстался со своими секретами, вся их магия испарилась, и теперь это был просто пол в белую и чёрную клетку. Сила переполняла его до такой степени, что ему было плевать на любую опасность, его подстерегавшую. Он хотел обсудить все эти изменения с Дарием, но тот был погружён в свои мысли. «Наверное, думает о своём артефакте», – решил Буслаев, припоминая, как Дарий, когда саркофаг начал менять форму, дул в рог, что позволило Мефу сдвинуть крышку и поглотить то, что в саркофаге лежало. После этого и артефакт, и саркофаг исчезли. Как оказалось, идти им обратно далеко не пришлось. Арей обнаружился тут же, за колоннами, сидел на большом валуне. В руках его был двуручник, а с двуручника капала кровь. Сам же мечник выглядел здоровым и без каких-либо повреждений. – Тут побывали друзья нашего дорогого Лигула, – заметив их, хрипло пояснил Арей, усмехнувшись. – Ты с ним, Меф, ещё увидишься. Мерзкий, стоит сказать, тип, – он встал и потянулся. – Не стоит даже заострять на нём внимание. Меня больше интересует другое… – Голос Арея, казалось, сменился на тихий и, сказал бы Меф, обеспокоенный. – Ты получил?.. Несмотря на то, что ответа на этот вопрос не требовалось, ведь в противном случае Меф бы не стоял сейчас перед ним, Буслаев кивнул. – Было не так уж и трудно, – добавил он. – Не слишком-то зазнавайся, – усмехнулся Арей и вдруг опустился перед ним на одно колено. – Хоть ты и получил силу, тебе предстоит ещё ей овладеть. Я, Арей, барон мрака и первый меч Тартара, обещаю, что пройду весь этот пусть с тобой, повелитель, чтобы ты наконец поставил точку в этой безумной истории. – Или начал новую, – быстро шепнул ему Дарий, легонько сжимая его руку.