Песнь о Северном Колдуне

Выйдя из соляра, она заметила слугу, которая шла в стороне от неё. — Ты, девушка. Где мой господин-муж? Когда служанка обернулась, Кэт увидела её руки, что удерживали кипу свитков, и едва сдержала стон. «Конечно же, кто ещё мог попасться мне, кроме шлюхи колдуна. Ниры» Когда она только прибыла в Винтерфелл, Кэт поначалу возлагала на девушку большие надежды. Надежду на то, что она прозреет и обратится к Семерым — задача, которую Кэт пыталась решить со всеми слугами, но без особого успеха. Но потом появился он. Она доверила девочке присматривать за ним, но недооценила хитрость колдуна. Он настроил служанку против неё. Сделал её не лучше шлюх в Зимнем Города, которые обслуживали любого, кто мог звякнуть парой медяков. Она попыталась отстранить девушку, но колдун снова проявил свою хитрость, взяв её к себе и сделав своей... как он её называл? Секретаршей или какой-то подобной ерундой. «Причудливый титул для шлюхи, без сомнения. Конечно, никто не застал их за этим занятием. Но зачем еще колдуну поднимать служанку так высоко и проявлять к ней такой интерес?» — Прошу прощения, леди Старк. — Ответила Нира, сделав неглубокий реверанс, но не выпуская из рук бумаги. — Я не видела лорда Старка. Но мастер Нокс отправился тренировать мальчиков в спарринге сегодня в богороще. Возможно, лорд Старк наблюдает за тренировками, как он часто делает. Кэт словно ищейка принюхалась к едва уловимым ноткам в тоне девушки. С тех пор как колдун вцепился в неё, он настроил Ниру против неё. Хвала Семерым, никто из других слуг не был испорчен. Но это было главным образом потому, что она держала под строгим контролем тех, кто имел честь служить великому и благородному Дому. — Очень хорошо, ступай. — Пренебрежительно сказала Кэт и остановилась, когда любопытство всё же взяло верх. — А, собственно, куда ты направляешься? И что это за вещи, которые ты так осторожно несёшь? Нира посмотрела ей прямо в глаза. Еще один взгляд. — Отчеты из Белой Гавани о состоянии новых поставок сырья, а также отчеты о прогрессе, достигнутом стекольщиками и кузнецами для стюарда Вейона и лорда Старка. Кэт почувствовала, как её ярость разгорается в груди. Это еще одно доказательство того, что в будущем колдун попытается отобрать контроль у её детей. Такие важные отчёты и вороны должны отправляться непосредственно её лорду-мужу и ей самой. А не какому-то выскочке-колдуну и его шлюхе! — Очень хорошо, иди. — Ответила Кэт, изо всех сил стараясь сохранить нейтральное выражение лица, когда служанка снова сделала реверанс и спокойно ушла. «Какая наглость! — Мысленно проворчала Кэт, резко повернулась и направилась к заднему входу в большой замок, который вёл в богорощу. — Она и колдун ведут себя так, словно Винтерфелл принадлежит им. Они забывают, кому служат. Мне нужно снова поговорить об этом с Недом. Но я не знаю, как затронуть эту тему. Он уже заявил, что не разделяет моих опасений по поводу намерений колдуна. А в прошлый раз, когда я попытался быть настойчивей и перешла на крик... Семеро, его глаза. Они превратились в глаза зверя, а не человека. И я больше никогда не хочу видеть эти глаза у моего волка. Или у моих детей» Направляясь в богорощу, Кэт остановилась, едва переступив порог, ведущий в древний лес, приютившийся у великих стен Винтерфелла. Пройдя мимо стражников и не обратив на них внимания, Кэт замедлила шаг, бредя среди древних деревьев, которые принадлежали старым богам Первых людей. Не имело значения, что она вышла замуж за представителя дома Старков, что она послушно родила своему лорду-мужу четырёх здоровых детей и пятого на подходе. Старые боги — не её боги. И она никогда не чувствовала себя желанной гостьей в лесу богов. Он едва ли не чувствовала, как старые боги осуждают её, клеймят неугодной. «Я не могу сдержать своего обещания. — Думала она про себя, борясь с беспокойством, которое росло в ней с каждым шагом. — Я не могу дать ему ту надежду, то желание большего, с которым рождаются такие, как он. Если он получит фамилию Старк... он будет жаждать положения своего брата больше, чем когда-либо. Я не могу позволить этому случиться. Я не позволю» Приближаясь к сердцу богорощи, Кэт начала слышать голоса. Крики, возгласы. И монотонный звук тренировочных клинков, ударяющих друг о друга. «Нира сказала, что Нокс тренирует Робба, и этот ублюдок-колдун сегодня... Я никогда не видела, как он манипулирует моим сыном. Возможно, это шанс увидеть, каким мерзостям он его учит. Замедлив шаг, она свернула с тропинки и направилась к деревьям, чтобы наблюдать за происходящим с надеждой остаться незамеченной. Оставаясь частично за деревом, она вышла на поляну и сразу же нахмурилась от увиденного. Нокс стоял спиной к ней, лицом к центру поляны, а вокруг него более дюжины мужчин Винтерфелла лежали или сидели, исцеляя те или иные раны. Даже мальчик Грейджоя лежал в стороне, с красным лицом и сжимая бок от боли. В центре же поляны остались Робб и бастард её мужа. Эти двое сражались друг с другом, и, к её ужасу, они использовали не деревянные клинки. Нет. У них были затупленные турнирные мечи. Они не должны были ими пользоваться! Они ещё слишком юны! Её мало волновал риск того, что Джон пострадает, но вот вероятность ранения Робба — ещё как беспокоила. Наблюдая за тем, как они обмениваются ударами, она начала замечать ещё кое-что. Робб опирался на одну ногу, почти хромал при движении, и часто вскидывал левую руку, как будто с ней было не всё в порядке. «Они уже ранены! — С ужасом осознала она и сощурилась, переведя взгляд на Нокса. — Почему он не остановил это? Где Нед? Не может быть, чтобы он позволил этому продолжаться!» Как раз в тот момент, когда она собиралась выйти и положить конец безумию, она остановила себя. Джон слегка поскользнулся на снегу и потерял бдительность. Её сын воспользовался этим и поднял свой турнирный клинок, готовый закончить поединок в свою пользу. Но в тот миг, когда клинок начал опускаться, Джон сделал свой ход. Это было невозможно. Его тело оказалось выгнуто назад, почти до самой земли! И всё же он двигался. Его тело скрутилось и повернулось в неестественной и невозможной позе, ускользая с пути клинка Робба. Когда мальчику удалось выпрямиться, Кэт вновь была готова вмешаться, но её вновь не успела — глаза её распахнулись от испуга, когда ублюдок протянул руку, ладонью наружу, к её сыну. Она услышала, как её первенец застонал от боли, а невидимая сила ударила его и отправила в полет почти к краю поляны, где он заскользил по снегу и остановился, едва не столкнувшись с деревом. Даже годы спустя Кэт не помнила, как преодолела расстояние, лежавшее между ней и ублюдком, посмевшим поднять руку на истинно родного сына своего отца. Но она преодолела это расстояние, обойдя колдуна и всех мужчин Винтерфелла, которые осмелились просто сидеть и смотреть, как бастард использует против её сына грязную, нечестивую магию! В последнюю секунду Джон успел повернулся к ней и сделал испуганный шаг назад. Удар её ладони эхом разнесся по всей мертвенно тихой богороще; Джон упал на землю, схватившись за лицо. — КАК ТЫ СМЕЕШЬ!? — Закричала она, глядя на трясущегося у её ног мальчика. Её ярость была настолько сильной и дикой, что самые сокровенные мысли просто выплеснулись изо рта без всякого контроля, словесно разрывая бастарда. Мир вокруг исчез, и она полностью сосредоточилась на трусливом и отступающем существе под ней. — Ты смеешь использовать нечестивую магию против своих господ?! Я всегда знала, что ты настоящий ублюдок и однажды поддашься своим ублюдочным инстинктам, чтобы сражаться против своих ставленников! Я добьюсь того, чтобы тебя вышвырнули из Винтерфелла до захода солнца! Тебя и колдуна! Который, без сомнения, готовит тебя к захвату Винтерфелла, чтобы через тебя править Севером! Клянусь богами, я не знаю, о чём я думала много лет назад, когда умоляла старых богов избавить тебя от язвы после того, как Семеро исполнили моё желание вычеркнуть тебя из моей!.. — Кейтилин! Кэт застыла ледяным изваянием. Слова тоже застыли на её языке колючими льдинками. Она знала этот глубокий голос. Тот самый голос, который часто говорил с ней мягко, подбирая слова утешения и поддержки. Но сейчас... она не слышала ничего из этого. Только ярость. Холодную. Повернувшись, она взмолилась Семерым, чтобы его там не оказалось. Чтобы это было лишь проявлением её воображения или дух Седьмого внутри неё самой, который закричал на неё, дабы привести в чувство. Но когда она повернулась к источнику голоса, то поняла, что в этот раз Семеро не пришли ей на помощь. Несомненно, всему виной Старые Боги, ибо они властвовали в этих древних лесах. На небольшом расстоянии от неё стоял её муж-лорд Эддард. Кулаки крепко и жёстко сжаты, а на лице — мёртвая маска, словно он собирался вынести приговор преступнику. Но сильней всего пугали его глаза. Они больше не были тёмно-серыми, которые ей нравились. Они стали звериного жёлтого цвета. Сглотнув, она перевела взгляд с мужа на его ублюдка, который смотрел на неё широко раскрытыми глазами, держась за щеку, и по лицу которого текли слезы. Оглядевшись по сторонам, Кэт попыталась найти хоть какую-то поддержку. Все мужчины смотрели на нее так, словно никогда раньше не видели. Как будто она была не их леди Старк, а какой-то незнакомкой, только что забредшей в дом. Даже Робб, её любимый первенец, смотрел на нее так, словно никогда раньше не видел. Именно в этот момент её осенило. Она здесь одна. — Нед... — Начала она, но остановилась, когда муж поднял руку. — Тренировка на сегодня завершена. — Объявил Старк, не сводя с неё взгляда своих тёмных, звериных глаз. — Нокс. Отведи мальчиков к мейстеру и позаботься о ранах. А вы все, поклянитесь хранить тайну. Если я услышу хоть одно слово из того, что было сказано сегодня, я найду самый ужасный пост, какой только можно себе представить, и оставлю вас там до конца ваших дней. А теперь идите. Все вы. Чувство ужаса накатило на неё, когда все мужчины, включая её сына, собрались и быстро покинули богорощу. Оставив её наедине с Недом. Оставшись наедине, Нед ни слова не проронил. Он просто стоял и смотрел на нее своими звериными глазами. — Нед... И вновь — её слова замерли в горле, когда Эддард опять поднял руку, простым жестом заставляя замолчать. Он закрыл глаза и отвернулся от неё, беря контроль над своим гневом. Когда же Хранитель повернулся обратно, то Кэт, к её вящей радости, увидела своего прежнего любимого мужа, без жёлтых глаз. Но даже эти, серые, пугали не меньше — в них пылала ужасающая злоба. — Ты сказала, что Семеро исполнили твоё желание забрать Джона. — Голос Эддарда был пустым и безэмоциональным. — А потом ты дала некое обещание Старым Богам, попросив их исцелить его. Каково было твоё желание Семерым, и какое обещание Старым Богам? Тяжело сглотнув, Кэт попыталась придумать, как выпутаться из этой ситуации, но ничего не выходило. Её секрет, её позор, раскрыт. И теперь у неё нет выбора, кроме как столкнуться с последствиями. Она хотела просто попросить прощения, но, когда она открыла рот, слова, вырвавшиеся из неё, оказались совсем не такими, как она планировала. — Ты привел своего ублюдка в наш дом, позоря меня. — Начала она, едва ли не испугавшись резкости собственного голоса. Она попыталась остановиться, но слова продолжали литься из нее против воли. — Ты взял на себя ответственность за мальчика. Это я уважаю. Но его не следовало приводить сюда. Ему нельзя было показывать то, что есть у его истиннорожденных братьев и сестер, потому что сама его природа заставит однажды отнять это у них. Его следовало отправить на воспитание к одному из вассалов, предоставив хорошие условия для жизни. Или отправить на стену, в крайнем случае. Но ты отказался отослать его, потому что любишь его мать больше, чем меня. Поэтому я молилась Семерым, чтобы они забрали его. И... они забрали. Только не так, как я хотела. Даже у полусгнившего трупа лицо было более живым, чем у Неда. — Язва. — Да. — Кэт отчаянно давила переполняющий её стыд. — Когда я увидела его, такого больного и такого маленького, я... я пожалела о своей молитве. Я пыталась забрать её обратно, но Семеро не слушали меня. С каждым днём он становился всё слабее и слабее, а мои молитвы ничего не давали. И вот, наконец... я взмолился к старым богам. Я умоляла их исцелить его. Я обещала им, что... — Что ты обещала? — Надавил Нед, когда та замолчала. И снова, несмотря на сопротивление, слова будто кто-то вытягивал из неё клещами: — Я поклялась, что если они его вылечат, то я заставлю себя дать мальчику имя Старк. Что я буду любить его, как до́лжно настоящей матери любить ребёнка. Всё. Она полностью обнажила перед мужем свой стыд и прошлое. Нед долго молчал; они стояли среди снега и деревьев богорощи. — Ты никогда не рассказывала об этом. Кейтилин лишь покачала головой, так как голос её подвел. «И почему я рассказала сейчас? Я не собиралась... я не планировала обманывать его... но... почему? Почему я так легко рассказала о том, что произошло?» Выпустив тихий вздох, Нед отвернулся от неё и направился к древнему дереву, являющемуся доминантой в центре богорощи. — К обещаниям, данным старым богам, не стоит относиться легкомысленно. Не следует и пренебрегать ими, ибо с теми, кто так поступает, часто случаются плохие вещи. И если станет известно, что леди Старк заключила сделку со старыми богами, а затем не выполнила свою часть договора, мои собственные вассалы начнут сомневаться не только в моём праве править Севером, но и в праве моих детей. Всё зашло... слишком далеко. Но ничто из того, что она могла сейчас сказать или сделать, ничем не могло ей помочь. Поэтому она молчала, понимая и принимая ужас ситуации. — И несмотря на мои отношения с Робертом, я не могу просто попросить короля Вестероса узаконить моего внебрачного сына по прихоти. Он должен это заслужить. — Продолжал Нед, качая головой. — И еще есть вопрос, куда его деть. Как узаконенный сын Дома Старков, он не может быть просто отослан и забыт. Снег захрустел под его сапогами; Кэт не пошевелилась, когда Нед снова повернулся к ней. — Я постараюсь найти причину узаконить Джона. И хотя я никогда не просил тебя стать его матерью, я всё же прошу, чтобы ты начала относиться к мальчику как к моему сыну. А не как к оскорблению или угрозе, которой ты его считаешь. Смой с глаз пелену злости, и тогда, прозрев, ты увидишь, как он общается со своими братьями и сестрами, и поймешь, что он никогда не пойдет против них. Я не стану заставлять тебя извиняться перед ним за сегодняшнее. Но повторение этого событие — непозволительно, жена. А что касается его матери... она для тебя не представляет угрозы. И для наших детей тоже. Она никогда не была угрозой, и никогда не станет. И это всё, что я могу сказать по этому вопросу. Сглотнув, Кэт покорно кивнула, опустив голову. Не то чтобы она могла что-то сказать в своё оправдание. Не сейчас, пока Нед был с ней в таком состоянии. Хотя её муж известен как «Тихий волк» и славился своей честью, в нём жил сильный гнев, который мало кто видел. Кэйтилин о нём знала. Порой его даже видела. Но впервые стала тем, на кого этого гнев был направлен. Меньше всего на свете она хотела бы вновь попасть под него. — Да, муж. Опустив голову, Кэт постаралась не вздрогнуть, когда Нед провел рукой по ее щеке. — Кэт. — Голос Эддарда стал мягче, настолько, что заставил Кейтилин взглянуть ему в глаза. — Я зол на тебя. Боги ведают, насколько зол. Но ты мне по-прежнему очень дорога. Ты моя жена, леди Винтерфелла и мать моих истинно рожденных детей. Я искренне тебя люблю. Кэт почувствовала, как в уголках ее глаз выступили слезы. — Я тоже люблю тебя, Нед. И я... я буду д-добрее к... Джону. — Это всё, о чем я прошу. Кейтилин с облегчением вздохнула, почувствовав, как руки мужа в жесте утешения обхватили её и притянули к себе. Однако... слишком быстро, как ей показалось, муж отстранился и отпустил её. А затем, не говоря ни слова, повернулся и оставил её стоять одну среди богорощи. «Я всё рассказала. — Подумала она, сжимая ладони в кулаки. — Но почему? Сейчас уж точно было неподходящее время... только не после того, что случилось» Повернувшись спиной к дереву, Кэт пошла обратно по тропинке со снегом, ведущей из богорощи. Попутно она размышляла о том, что только что произошло. «Это... колдун. Наверняка его происки. Я бы никогда не сделала этого!.. Ну, я бы отругала баста... мальчика за то, что он избил своих истиннорожденных братьев и сестер. Но я бы не ударила его! Это точно колдун! Он и его шлюха. Они как-то обманули меня! Но... как? И почему я так быстро рассказала о том, что произошло в те давние времена? Словно кто-то тянул из меня правду, и даже когда я собиралась сказать полуправду — не выходило. Неужели колдун наложил на меня какое-то заклинание? Или... или это был Нед? Нет. Я не могу так думать. Не смею так думать. Нед не стал бы так со мной поступать... ведь не стал бы?» Отгоняя жуткие мысли, она подняла подбородок, проходя мимо стражников, ни один из которых даже не взглянул в её сторону. «Это был колдун. Он пытается дискредитировать меня. Он уже настроил против меня свою шлюху, а теперь начинает настраивать мою собственную семью. Он подстроил это, больше некому. Но я не могу просто приказать ему покинуть Винтерфелл, как бы мне этого ни хотелось. Он слишком нравится людям Севера» Кэт знала, что здесь, на Севере, она не получит никакой поддержки в решении этой проблемы. Может быть, ей нужно поговорить с кем-то другим? С отцом — безусловно. Но ей нужен кое-кто другой. Ей нужен друг, которому она могла бы довериться. «Может быть, Петир? Я слышала, что он стал Мастером над Монетой... Да, возможно, я напишу ему. Мне бы пригодился друг, понимающий, какую угрозу представляет колдун для моей семьи. И, возможно, у него появится идея, как помочь. Когда мы были детьми, у него всегда находились интересные идеи для игр. Возможно, сейчас найдётся ещё одна?»