Второй шанс

      Движение руки было едва заметным.       Драко не успел опомниться, как мир перед глазами вспыхнул новогодним фейерверком. Яркий свет на мгновение ослепил, а затем всё окрасилось красным. Он упал на пол как подкошенный. Кровь хлынула из носа, стекая по губам и подбородку, попадая в рот. Но Драко не обратил на неё внимания. Сердце билось с такой скоростью, что грозило разорваться на части. В сознании проносились сотни бессвязных образов. Чужие голоса оглушали, но от них невозможно было скрыться, даже зажав уши ладонями – они звучали прямо в голове. Возвращающиеся воспоминания выжигали мозг подобно раскалённой лаве, что уничтожает всё на своём пути, превращая в пепел. Малфой был готов собственными руками вскрыть черепную коробку, если бы это помогло унять нарастающую агонию.       Слишком сильно, слишком много.       Сознание не было готово столкнуться с разом нахлынувшими переживаниями. То, что он старался запрятать подальше, расцветало новыми яркими красками. Эмоции били по нервам электрическими разрядами. Страх, гнев, отчаяние переплелись в тугой горящий шар, удушливый дым от которого разъедал изнутри.       Казалось, Драко сходит с ума. Разум отказывался принимать окружающую реальность. Он отторгал её, пытаясь закрыться, но та неумолимо пробивала все щиты, продолжая вытягивать со дна болезненные воспоминания. Мерлин, пожалуй, сейчас он был готов умолять о смерти. Лишь бы она была достаточно быстрой. Но его не для этого вытаскивали из Министерства. Поэтому оставалось только корчиться на полу, харкая кровью.       Драко хрипло сплюнул вязкую алую слюну на ковёр и перевернулся на спину, в надежде, что это облегчит мучения. Где-то рядом стоял Риддл, всё ещё под оборотным. Малфой не видел его за пеленой слёз, но кожей чувствовал пронзительный взгляд. Он надеялся, что Риддл как-то облегчит его мучения, возможно, принесёт очередное чудодейственное зелье, но тот лишь наблюдал со стороны, даже не шелохнувшись. И очень хотелось верить, что не потому, что в нём проснулся спящий до этого момента монстр, который всегда упивался страданиями Драко.       Он не знал, сколько времени прошло, прежде чем боль начала постепенно отступать. Сначала исчезли голоса в голове, и он снова услышал тихий щебет птиц и шум ветра, доносившиеся из распахнутого окна. Сердце больше не гнало кровь по венам с невероятной скоростью, хотя каждый удар всё ещё отзывался спазмом в груди. Однако душевные страдания никуда не делись. Чувства ощущались настолько свежими, словно все события последних недель произошли за один час. Он превратился одну большую открытую рану, которую щедро присыпали солью.       Драко кое-как сел, облокотившись спиной на софу, и дёргано вытер рот рукавом рубашки. Мерзкая жижа из слёз, крови и слюны начала подсыхать и, казалось, въелась в кожу. Руки дрожали так, что он даже не стал пытаться взять палочку, чтобы очистить себя. Сил едва хватало на то, чтобы не завалиться обратно на пол. Впрочем, через мгновение он всё равно почувствовал знакомый холодок на коже и поднял мутный взгляд на Риддла. Тот уже успел вернуться к своему привычному облику. В тёмных глазах не осталось и намёка на ту теплоту, которую излучал мистер Нэш. Теперь они были подобны двум айсбергам, дрейфующим в бескрайних просторах Ледовитого океана.       — За что вы так со мной? — прохрипел Драко, немного придя в себя. Эта пытка оказалась в сотни раз хуже всего, что ему довелось испытать ранее от руки Волдеморта.       — Не хочешь сказать спасибо?       Драко прикрыл глаза. Стальные ноты в голосе явно говорили о том, что он облажался.       — Извините.       Риддл закинул ногу на ногу, не сводя с Малфоя пристального взгляда. Он тяжело вздохнул и двумя пальцами потёр переносицу. Только сейчас стало заметно, как осунулось его лицо, а кожа стала бледнее прежнего.       — Ты даже не понимаешь, за что просишь прощение.       — Это не так, — Драко покачал головой и тут же поморщился — затылок прострелило с такой силой, что комната поплыла. — Вы сильно рисковали, вытаскивая меня из Министерства. И я действительно благодарен.       — Думал, что я брошу тебя на растерзание Брустверу?       Драко закусил губу. Он действительно так считал, но озвучить эту мысль почему-то стало страшно, словно этим он подорвёт с таким трудом выстроенное между ними доверие.       — Даже вы не всесильны. Я был уверен, что министр сделал всё возможное, чтобы меня никто не нашёл. Странно, что они так глупо просчитались.       — Откуда им было знать, что искать тебя может не только отец. В их представлении всё складывалось идеально: к тому времени, как Люциус бы понял, что ты пропал, у авроров были бы все доказательства твоей вины. Тут уже никто бы не помог.       — На самом деле я уже думал, что не выберусь. И это было по-настоящему пугающе. То, каким отец выглядел после Азкабана… скорее всего, меня бы ненадолго хватило.       — Скажем спасибо Уолшу, что он решил подойти именно в магазине. Иначе мы в принципе могли тебя не найти.       — Пошлю ему сову с благодарственным письмом, — хмыкнул Драко, стискивая зубы от неприятных ощущений в груди.       — Кстати, о письме. Отмени встречу с Ноттом, сегодня вам лучше не видеться. Это не сотрясение, а последствие моего вмешательства. Времени было слишком мало.       — Сейчас время тоже поджимало? Вы ведь могли предупредить, что собираетесь вернуть воспоминания.       — Ты бы и рта не дал мне раскрыть.       — Так не обязательно делать это с направленной на меня палочкой! Это было подло.       Риддл пожал плечами, кажется, не видя в своих действиях ничего предосудительного. Похоже, какие-то привычки и взгляды из него не вытравила даже смерть.       — Ничего не поменялось бы. К этому невозможно подготовиться, так чего медлить.       Драко застонал в голос и откинул голову на кушетку.       — Не могу взять в толк, то ли вы считаете, что я достаточно силен, чтобы вытерпеть такие мучения, то ли вам просто всё равно.       — Убить или свести с ума можно куда более простым способом. Поэтому вывод делай сам.       — И это всегда так больно?       — Нет. Но обычно воспоминания возвращают постепенно, да и менял я их в спешке, вышло слишком грубо. Считай это побочным эффектом.       — Пообещайте, что в следующий раз будете аккуратнее. А то я действительно думал, что тронусь умом.       — Давай лучше постараемся сделать так, чтобы нам больше не приходилось никому, — Риддл с нажимом проговорил последнее слово, явно намекая на оплошность Драко, —стирать память. Я доверился тебе, потому что был уверен, что ты владеешь заклинанием на достаточном уровне.       — Я не знаю, что пошло не так, — выдохнул Малфой, потупившись в ковёр. Опасаясь встретиться с Тёмным Лордом взглядом, он бездумно разглядывал замысловатый узор, изученный в детстве до каждого завитка. — Вы злитесь?       — Не стану этого отрицать. Возникшая ситуация заставила меня понервничать. В мои планы не входило так рано сообщать о своём возвращении.       — И что теперь?       Кресло тихо скрипнуло, и Драко всё же поднял голову, натыкаясь на полный непонимания взгляд.       — Ну… вы накажете меня?       Риддл удивлённо вскинул брови, а затем хмыкнул, едва заметно изогнув уголки губ.       — Ты уже сам себя наказал. Уверен, урок был усвоен в полной мере.       — Да уж, вышло крайне убедительно. Повторять больше желания нет. Да вы и сами все видели.       Драко медленно поднялся с пола и перебрался на софу, укладываясь на бок. Кости всё ещё неприятно ломило после холодных ночей на жёстком матрасе, и он не был уверен, что даже самая мягкая перина сможет сейчас принести долгожданное облегчение.       — Подождите, вы смотрели мои воспоминания! — вдруг осенило Малфоя, и сотни колких мурашек холодной волной сбежали вдоль позвоночника. Он, не мигая, смотрел на Риддла, с ужасом ожидая ответа, но тот как специально тянул время, решив полюбоваться пейзажем за окном, словно там могло появиться что-то новое. Это нарочитое промедление натянуло нервы до предела, проверяя их на прочность.       — Только допросы, не более, — наконец-то ответил Тёмный Лорд после бесконечно долгих минут молчания, заставив Драко издать тихий стон облегчения. — Подменные воспоминания должны были соответствовать тому, что ты говорил ранее. Было бы странно заявлять, что невиновен, но отвечать при этом что-то кардинально другое.       — А остальное? Вы переписали больше месяца моей жизни, но часть событий осталась не тронута. Я отчётливо помнил вечер с друзьями в «Дырявом котле», когда Уолш спросил меня о нём.       — Я заменил только то, что могло скомпрометировать тебя. И, кажется, сделал верно. О чём он хотел узнать?       — Про разговор с Поттером. Тот, что касался убийства. Но я так и не понял зачем, им это совершенно ничего не дало.       — Думаю, от безысходности пытались зацепиться хоть за что-то. Зато теперь они будут знать, что Гарри действительно по доброй воле защищал тебя на суде и, может, хоть немного ослабят контроль.       — Мне нужно будет сделать что-то ещё? — Драко привстал на локте, заинтересованно склонив голову к плечу. Не сказать, чтобы ему нравилось выполнять поручения Тёмного Лорда, но при мысли, что совсем скоро они опробуют ритуал возвращения в мир живых, всё внутри начинало подрагивать от нетерпения.       — Больше ничего сложного и рискованного.       — Потому что теперь не доверяете?       — Не думал, что для тебя это так важно.       Драко усмехнулся про себя. Он и сам не до конца понимал, почему так боялся не оправдать надежды Риддла, если, конечно, на него их вообще возлагали. Возможно, он хотел доказать, что не так бесполезен, как раньше, или что выпавшие на его долю испытания не сломали и сделали только сильнее. Показать, что он тоже чего-то стоит. Слишком свежи были воспоминания о том пренебрежительном отношении, которое он испытал на своей шкуре, когда отец сидел в Азкабане и каждая пожирательская тварь так и норовила ткнуть в грязь лицом. Изгой в собственном доме.       — Кстати, этот Нэш действительно сотрудник Бернса, или вы одолжили личину первого встречного?       — Конечно, нет. Думаешь, они пустили бы в допросную постороннего?       — Получается, мои догадки были верны, и Бернс работает на вас?       — Не назвал бы это так. Скорее, мы просто сотрудничаем. Он хорошо ладил с Люциусом и сразу же вызвался помочь.       — Что же тогда сам не пошёл? Или вы могли бы использовать его облик.       — У него на сегодня назначена важная деловая встреча, а, как ты знаешь, быть в двух местах одновременно невозможно. Пришлось подключить его сотрудников. Не вдаваясь в подробности. Они у него на удивления смекалистые — если начальство сказало что-то сделать, то подчинятся, не задавая лишних вопросов.       — Этот Нэш даже палочку вам свою отдал?       — Разумеется. Как бы я иначе прошёл в Министерство. Но охрана у аврората просто песня, — рассмеялся Риддл, — проверили лишь на запрещённые предметы и опасные заклинания, к которым, конечно же, не относятся чары невидимости.       Теперь стало понятно, как Риддлу удалось пронести с собой Бузинную палочку. На самом деле Драко даже не успел задаться этим вопросом — воспоминания находились в некотором беспорядке, и ему пока сложно было правильно восстановить последовательность.       — Уверен, не каждый день к ним заходят волшебники с несколькими палочками. Поттер со своими дружками вроде немного остепенились, — слабо улыбнулся Малфой, осознавая, насколько авантюрной была вся ситуация. Он на секунду задумался и осторожно добавил: — но надолго ли?       — Если не будут лезть в политику, то смогут до старости спокойно нянчить внуков или о чём они там мечтали.       — Очень сомневаюсь в этом. Кто же тогда будет спасать мир от вас?       — Так ли это необходимо?       Драко молча пожал плечами. Что он мог сказать, совершенно ничего не зная о планах Тёмного Лорда? Даже несмотря на то, что тот решил не идти по тропе войны, планируемые им реформы могли изменить магический мир не в лучшую сторону. И неважно, касались они Англии или США. Малфой не сомневался, что Риддл рано или поздно захочет распространить своё влияние и за пределы выбранной для старта страны.       — Поттера явно не убедят слова о том, что теперь вы обзавелись мозгами. Простите, — спешно добавил Драко, почувствовав колкий взгляд и молясь, чтобы в него не полетело что-то посерьёзнее Круцио.       — Убеждать надо не словами, а делом, — менторским тоном заметил Риддл. — Да и если магическое сообщество будет на моей стороне, ему останется только смириться.       — Смирившийся Поттер — задумчиво протянул Драко, переворачиваясь на спину, и охнул от очередного приступа боли, прострелившего затылок, — звучит как какое-то диковинное животное. Того и гляди будут потом изучать на уроках ухода за магическими существами.       Краем глаза он заметил, как Риддл поднялся из кресла, но не придал этому особого значения, ровно до момента, пока тот не опустился рядом на край софы, деловито закатывая рукава мантии.       — Позволишь?       Риддл протянул руку и мягко коснулся лба, отводя в сторону прядь волос.       — Что вы хотите сделать? — не дыша произнёс Драко. Сердце ускорило бег, и он начал опасаться, что даже не проникая в мысли, Тёмный Лорд сразу догадается, в чём дело.       — Всего лишь снять головную боль.       Драко прикрыл глаза, собираясь с духом. Он больше не мог шарахаться от Риддла как от прокажённого. Уже в прошлый раз это выглядело крайне странно, а если ситуация повторится, то он сам выроет себе могилу.       Собрав всю волю в кулак, Малфой кивнул.       Ловкие пальцы тут же скользнули на виски, слегка массируя. Обманчиво незатейливые действия расползались по телу приятным, умиротворяющим теплом. Оно расслабляло, уносило прочь все тревоги и немного клонило в сон.       Было так приятно вновь ощутить давно позабытую лёгкость, что из горла вырвался тихий непроизвольный стон.       — Нравится? — поинтересовался бархатистый голос, в котором так ярко слышались самодовольные нотки.       Драко сглотнул вязкую слюну. Захотелось тотчас вскочить и выбежать из комнаты прочь, но вместо этого он открыл глаза, натыкаясь на лукавую улыбку и дьявольский огонёк на самом дне тёмной радужки.       — Да, — на гране слышимости выдохнул он.       Риддл скользнул одной ладонью на затылок, и по спине побежали мурашки, формируясь в призрачное тянущее чувство внизу живота. Это было столь же невыносимо, сколь и прекрасно. Драко ни на секунду не переставал мысленно напоминать себе, что это просто лечение, но слишком волнующие прикосновения рушили с таким трудом возведённые стены здравомыслия.       Интересно, что бы Риддл сделал, узнай, какие мысли роятся во взбудораженной фантазиями голове? Окинул презрительным и полным отвращения взглядом? Сделал вид, что ничего не заметил, но впредь избегал бы любого контакта? Или рассмеялся прямо в лицо, ставя на место? Второй вариант казался самым безболезненным, однако проверять на деле совершенно не хотелось, поэтому Драко старался как можно тщательнее скрывать тот пожар, что всё сильнее разгорался внутри с каждой секундой.       — Сейчас станет ещё лучше, — донеслось сквозь сладостный дурман.       Драко неотрывно смотрел на чувственные губы, говорящие такие невинные фразы, но в возбуждённом сознании приобретающие совершенно иной оттенок, и с трудом сдерживал себя, чтобы не впиться в них жадным поцелуем. Не особо отдавая себе отчёт, он ухватился за край рукава мантии, и это роковое движение не скрылось от чужого внимания. Риддл на секунду замер, его глаза сузились, а уголок рта дрогнул в плотоядной усмешке. Драко поспешно отдёрнул руку, но было уже поздно. Чужое дыхание опалило лицо, и мир разлетелся на сотни ослепительных осколков. Он и представить не мог, что это будет так пьяняще. Мягкие губы, требовательный язык и почти что яростные укусы сводили с ума, вырывая жалобные стоны, больше похожие на всхлипы, и побуждали отвечать так же пылко, разжигая азарт в крови. Руки вцепились в плечи, комкая мантию, желая притянуть ещё ближе, чтобы почувствовать вес чужого тела и не дать этому безумию прекратиться. Риддл целовал его с таким упоением, что на задворках сознания мелькнула мысль, а не наваждение ли всё это? Яркая вспышка боли, тут же сменившаяся дразнящим мазком по губам, стёрла всякие сомнения. Не существовало ничего более реального, чем плотное, сгустившееся между ними желание.       Драко буквально плавился от уверенных, властных движений, которые становились лишь откровеннее. Он больше не сдерживал себя, и когда почувствовал, как прохладные пальцы скользнули под рубашку, беззастенчиво простонал в ласкающий его рот.       Тёмный Лорд хмыкнул и разорвал поцелуй, оставив влажный след на распухших губах. Драко смотрел на него сквозь мутную пелену и видел лишь отражение собственного желания, полностью поглотившее радужку. Без напускной отстранённости Риддл выглядел ещё прекраснее.       — Пожалуйста, — только и смог выдохнуть Малфой, сжимая в кулаке смоляные пряди. Он и сам до конца не понимал, о чём просит, но был готов принять что угодно.       Риддл не спешил, явно стараясь довести его до исступления. Он коснулся рукой щеки, плавно обвёл линию подбородка и надавил большим пальцем на губы, заставив Драко послушно раскрыть рот.       Сердце забилось пойманной птицей.       Он знал!       Он видел, о чём фантазировал Драко!       — Такой покорный, — хрипловатый шёпот коснулся уха, и всё вмиг стало неважным.       Драко словно под гипнозом обвёл языком подушечку пальца, чувствуя солоноватый вкус. Раздавшийся гортанный рык распалил еще сильнее, побудив сомкнуть губы и втянуть палец глубже, наблюдая, как Риддл стискивает челюсть. Даже в грязных мечтах эта картина не была столь горячей. Ему хотелось видеть, как Тёмный Лорд теряет самообладание, сдаваясь своим низменным желаниям.       Драко с громким, влажным звуком выпустил палец, напоследок мазнув языком по фаланге и шумно выдохнул, притягивая Риддла за шею.       — Хозяин, мистер Нотт просил передать... — неожиданно появившийся домовик на мгновение умолк, хлопая глазами, и тут же продолжил с удвоенной скоростью, — что у него сегодня дежурство. Простите, хозяин!       Громкий хлопок, и в комнате повисла звенящая тишина. Драко не мигая смотрел на место, где всего секунду назад был домовик, и до смерти боялся шелохнуться. Губы нещадно жгло, напоминая о том, что он сотворил. Сомнения вновь начали точить изнутри мерзким червячком.       Низкий смех вывел из оцепенения. Риддл прикрыл тыльной стороной ладони глаза и, всё ещё смеясь, откинулся на спинку софы.       — Видел бы ты себя со стороны. Не знаю даже, кто из вас двоих выглядел более потрясённым, — отдышавшись сказал он.       Драко привстал на локте и отодвинулся, чуть ли не забиваясь в угол дивана.       Стоило ли сказать, что всё произошедшее просто недоразумение? Он до дрожи в коленках не хотел выглядеть в этой ситуации наивным глупцом, понадеявшимся на нечто большее. Впрочем, он и в самом деле ни на что не наделся, просто поддался своим желаниям. Он ведь даже не знал, что Риддла привлекают мужчины! Всерьёз полагал, что такие вещи как секс того совсем не интересуют.       — Драко.       Малфой вскинул голову. Обида, до этого времени притупленная похотью, хлынула наружу, словно полноводная река, пробившая плотину.       — Не пытайся сейчас ничего анализировать.       — Когда вы это увидели? — Драко пристально посмотрел на Риддла. Он знал, что тот поймёт, о чём вопрос. — Пока меняли память? А может, ещё раньше, когда мы пили с вами вино?       — Сейчас, — Риддл сделал паузу, поправляя сбившуюся мантию. — Я не собирался смотреть, но оно плавало прямо на поверхности. Ты слишком странно вёл себя в последние дни, и я должен был разобраться в происходящем.       — Вы не можете влезать мне в голову, когда вздумается. Теперь вы разобрались. Довольны?       — Вполне.       Драко прищурился. Он ожидал несколько иную реакцию.       — И что это значит?       — Я не собираюсь делать вид, что всё произошло по ошибке. Но если тебе так будет проще…       — Нет. Не знаю. Мне нужно время, всё слишком запутанно, — Драко начинал ненавидеть себя из-за всей каши, что сейчас творилась у него в душе. Он то злился, то чувствовал, как к горлу подступает обида, и вот теперь им на смену пришёл стыд. — Как много вы успели посмотреть?       — Только то, что повторил. Не знаю, успокоит ли это тебя.       Новость и правда немного успокоила. Он не был готов делиться с Риддлом картиной того, как ублажал себя.       — Мерлин, зачем вы вообще это сделали?       — Разве фантазии — это не то, что должно претворяться в жизнь? Да и пять минут назад ты не возражал. С таким упоением втянулся в процесс.       — Не-ет, всё, замолчите, — Драко прикрыл горящее лицо руками.       Риддл скользнул ладонью по чужой ноге и сжал пальцы чуть выше колена. Малфой сдавленно охнул.       — Я бы с удовольствием посмотрел, как ты смущаешься ещё сильнее, но на сегодня с тебя хватит приключений. Отдыхай. И знай, я приму любое твоё решение.       Оставшись в одиночестве, Драко закурил прямо в гостиной.       Фитмер, которого он послал в спальню за сигаретами, теперь не поднимал глаз, буравя взглядом пол. Возможно, он всё ещё испытывал неловкость, а может, боялся, что хозяин накажет за то, что увидел недозволенное. Драко, конечно же, наказывать никого не собирался, но и сообщать об этом домовику посчитал излишним.       Струйка дыма медленно взвилась к потолку.       Риддл был прав, день вышел слишком насыщенным. Настолько, что некоторые события казались обрывками очень бредового сна. Да что день, вся его жизнь в последние несколько недель походила на дешёвый бульварный роман, где автор уже не знает, чего бы ещё такого выдумать. И вот этот поцелуй стал просто апогеем абсурдности.       Драко не собирался врать самому себе и делать вид, что ему не понравилось. После того, как ему дали надкусить запретный плод, желание поглотить полностью только усилилось — уж слишком сладок тот оказался. Настолько, что теперь было страшно подсесть на него. Именно поэтому он не дал ответ Риддлу. Хотелось максимально обезопасить себя, чтобы больше не было соблазна повторить или, что ещё хуже, зайти дальше.       Малфой не мог определить природу своего влечения. Да, Риддл чертовски привлекал его, но, кажется, за этим простым понятием скрывалось нечто большее. Он не спешил давать этому чувству громкие названия — в конце концов, на любовь оно действительно мало походило. Скорее, в нём говорила похоть, приправленная толикой интереса и, может быть, даже едва заметной привязанностью. Хотел бы он быть чуть более чёрствым, чтобы без зазрения совести взять желаемое и забыть обо всём, вычеркнув Риддла из своей жизни. Но Драко знал, что сценарий будет совершено противоположным. Он уже сейчас замечал, как его мысли всё чаще занимает один-единственный человек.       Может, ему просто не хватало разнообразия? Новых, щекочущих нервы чувств. Это было бы хорошим, ни к чему не обязывающим объяснением. Но внутренний голос мерзко хихикнул, опровергая предположение.       Сигарета истлела до фильтра и была отправлена взмахом палочки в небытие.       Драко взъерошил волосы и тяжело вздохнул.       Лучше бы Риддл и правда притворился, что ничего между ними не произошло. Метание меж двух огней начинало выводить из себя, равно как и бесполезные размышления. Он почти физически ощущал, как над ним дамокловым мечом нависла неопределённость. Муторная, разъедающая изнутри, лишающая сна и ни на секунду не отпускающая.       Нет, к дракклу! Нужно последовать совету Риддла и просто отдохнуть. Глядишь, на свежую голову выход из тупика обнаружится сам.